Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


Некоторые секты старообрядцев в 1856 году



Селение секта Селение секта
Б. Арья Спасово согласие Мокроносово поповская
Аксеново поповская Непряхино поповская
Бобылевка Спасово согласие Орехово Спасово согласие
Буренино Спасово согласие Б. Песочное поповская
Веденино Спасово согласие М. Песочное поповская
М. Ворошиловка Спасово согласие Свищево поморская
Б. Горево Спасово согласие Семеново поповская
М. Елховка Спасово согласие Семеновка поморская
Емельяново поповская Спиридоново поповская
Золотово Спасово согласие Тарбеево Спасово согласие
Б. Карпово поповская Б. Терсень поповская
М. Карпово поповская М. Терсень поповская
Климово поповская Титково Спасово согласие
Красильниково поповская Федотово поповская
Малафеево поповская Широкое Спасово согласие
Б. Малиновка Спасово согласие Шороново поморская

 

Старая вера по объективным обстоятельствам в годы преследований сделалась очень разобщенной. Оттого и возникает множество толков, зачастую называемых по имени их основателей: филипповский, федосеевский и т.д. Для старообрядчества естественна беспоповщина, т.е. богослужение без священников, поскольку учебных заведений для их обучения не существовало. Переходившие («перебегавшие») из православия в старообрядчество священники породили еще одно течение – «беглопоповское».

Преобладающим влиянием в Урень-крае пользовались, судя по всему, приверженцы поповщины, признающей священство, совершение таинств и треб и наличие традиционной для православия церковной иерархии. Разногласия поповщины с православной церковью сводились, главным образом, к обрядовой стороне и не касались основ вероучения. Поповцы были сосредоточены в следующих селениях: Непряхино, М. Карпово, Б. Терсень, Б. Песочное, М. Терсень, Климово, Мокроносово, Спиридоново, М. Песочное, Семеново, Малофеево, Федотово, Аксеново, Емельяново, Б. Карпово, Красильниково, Шитово.

Следующее влиятельное направление в старообрядчестве - спасовский толк, или нетовщина – беспоповского характера. За отрицание православного духовенства, таинств, благодати, храмов, вечерни и прочего приверженцев этого толка поповцы называли нетовцами. Любопытно, что спасовцы сплошь и рядом жили вперемешку со своими оппонентами – поповцами. Опорными их поселениями были Б. Малиновка, Широкое, Б. Арья, Веденино, Титково, Тарбеево, Золотово, М. Елховка, Горево, М. Ворошиловка, Бобылевка, Буренино, Орехово.

Наконец, третье крупнейшее направление – старообрядчество поморского толка, или даниловщина, или филипповщина, она же федосеевщина. Поморцы отличались умеренностью в беспоповщине, занимая тем самым срединное положение между поповцами и спасовцами. Убежище приверженцы поморского толка нашли в Свищеве, Семеновке, Шороновке, многих тонкинских деревнях.

Существовали и зоны, так сказать, религиозного мира в форме единоверческих общин. Единоверие возникло в результате соглашения наиболее умеренных старообрядческих кругов, подчинившихся Синоду, хотя и совершающих службу в церквах по своим правилам. Единоверцев

объединяла, к примеру, Покровская церковь в селе Темта и одна из четырех церквей в Урене.

 

И, в заключение, о названиях некоторых церквей, функционировавших в 1911 году на территории района: Богородицкая – в Семенове, Троицкая – в Карпове, Преображенская – в Елховке, Николаевская – в Гореве и Красногоре, Богословская – в Черном, Трехсвятительская – в Урене и Карпунихе. Старообрядческие общины, приемлющие священство Белокриницкой церкви и располагавшие молельными избами, существовали в Шитове и Непряхине.

Форменная война с царским правительством велась наиболее радикальными раскольниками до начала ХХ века, пока не был принят 17 октября 1905 года царский Манифест, даровавший, в частности, свободу вероисповедания. Тогда раскольники и получили настоящее название – старообрядцы.

Довольно яркую картину духовной жизни освобожденного старообрядчества в начале XX века дает нам все тот же писатель Михаил Пришвин, побывавший в Урене в 1908 году, в своем рассказе «Звон»:

«С рекомендательным письмом я пошел к архиерею, но в адресе была какая-то ошибка, я долго блуждал по улицам и, наконец, обратился к старику в черном длинном кафтане, конечно, старообрядцу. С большим почтением отнесся ко мне старик и повёл сам к архиерею. Как у вас, - спросил я его, - после закона о свободе совести? Слава тебе, господи, - ответил старик, - Звон, везде звон, по всему Заволжью звон. Везде церкви новые строят, старые поправляют, везде колокола, везде звон. Сияет старичок. И вспомнили мы с ним те суровые времена, когда старообрядцы даже в чугунные доски опасались сильно звонить. Теперь эти времена прошли. Слава тебе, господи, - старик перекрестился двумя пальцами, - слава, тебе, господи. Государь слабость даровал; теперь везде, по всем церквам звон».

 

БЫТ И НРАВЫ СТАРООБРЯДЦЕВ

В старообрядческой среде, как ни в какой другой, сохранились исконно русские национальные традиции. Это касается образа жизни, строений, патриархального уклада, обрядов и обычаев, ведения хозяйства, а самое главное – сохранилась вера, мировосприятие, нравственные устои. Семейный уклад был направлен на формирование таких черт, как трудолюбие, терпение, уважение старших.

Семья у старообрядцев в целом была крупнее, чем у православных. Анкета, проведенная среди старообрядцев в 1909 году накануне их первого съезда, сообщает: «Старообрядческая семья в большинстве случаев есть большая семья». В среднем она объединяла 8,8 человек (по России – 6), а в северных районах средняя семья насчитывала даже 10 человек.

Рождаемость была очень высокая, т.к. аборты были запрещены. Считалось, что прерывающая беременность женщина совершает более тяжкий грех, чем убийство, т.к. убивает ещё не крещёного младенца.

Выделялись старообрядцы и в отношении грамотности. Если в среднем по России грамотных было 23 процента, то среди старообрядцев – 36, а на севере – 43.

Характерно отношение к пьянству. В 19 процентах хозяйств вина не употреблялось вовсе, чем и объясняется довольно высокий уровень благосостояния в сравнении с православными.

А вот еще не менее любопытное свидетельство об уренской старообрядческой «породе» антрополога Б.С. Жукова, работавшего с экспедицией в наших краях в 20-е годы ХХ века: «Население Уренского района представляет гораздо более рослым, коренастым, обладающим хорошим весом, упитанностью, темными волосами и довольно светлыми глазами». Констатируется это в сравнении соседним ветлужским населением, которое, в свою очередь, характеризуется «более низким ростом и обладает сравнительно слабым физическим развитием, слабой упитанностью». Другие соседи уренцев – воскресенцы занимают здесь промежуточное положение. Объясняет Жуков данное различие в конституционном строении следующим образом: в Ветлужском районе крестьянское население было «помещичье или монастырское, то есть частно-крепостническое. Уренский район был населен беглыми, старообрядцами, стрельцами и т.д., сохранившими чрезвычайно яркие черты старинного старообрядческого быта. Это население, как и вообще старообрядческое население, значительно более активно и более мощно в отношении стойкости своей культуры, и такая, исторически выработавшаяся, мощь отражается и на хозяйственном, и на культурном облике населения в современные дни».

На мой взгляд, различие в облике уренцев и ветлужан обусловлено еще и тем, что последние во многом – суть обрусевшие марийцы, а те, как известно, мощью фигуры не обладают. В частности, черты лица у «истинных ветлугаев» не лишены монголоидности.

И еще одна цитата – из рассказа Владимира Галактионовича Короленко (1853-1921) «Река играет»: «Среди многочисленных и разноверных групп, собирающихся на Светлояре, приносящих туда свои напевы и свою веру, в особенности выделяются уреневские начетчики, устраивающие каждый год свой импровизированный алтарь под одним и тем же старым дубом на склоне холма. Меня поразили суровые, надменные лица этих начетчиков. Между тем как представители других толков охотно вступали в споры, уреневцы держались свысока и на вопросы совсем не отвечали».

Совсем иное мнение сложилось об уренских староверах у писателя Пришвина, который, как упоминалось выше, сравнивал раскольников с «наивными, лесными гномами».

Многие порядки и обычаи старообрядцев кажутся для нас сегодня странными, а то и нелепыми. Но, как и их предки сто и двести лет назад, нынешние старообрядцы не признают табака, а любителей его, равно как сторонников другой веры вообще, насмешливо называют «табашниками». Немыслим старообрядец без бороды, равно как Исус Христос и прочие святые на иконах безбородые. Для бреющихся у них также есть презрительное словечко – «скоблено рыло». Вместо чайной заварки потомки «ревнителей древлего благочестия» предпочитают заварку из трав или березовой чаги. Чай, по их мнению, «от Бога отчаивает». Особенно уникальна и живуча традиция не путать «чистую» и «поганую» посуду и не позволять пользоваться ею людям другой веры. В ряде мест еще придерживаются обычая не пускать иноверцев на свои колодцы и в свои бани мыться… Это так называемые «одночашечники».

Посуда в доме была отдельная для "своих" и для "нехристей", т.к. " испоганить посуду -большой грех, который не отмолишь". Она должна была закрываться, особенно на ночь, и, если оставалась пустой, переворачивалась вверх дном. Бабушке очень не нравилось, если я оставлял сахарницу или солонку открытой ("Единственное место,где блудные бесы могут омыть свою нечистоту, – это посуда небрежных хозяек"). Водой, находящейся в незакрытой посуде, воспрещалось пользоваться. Сколько себя помню, ведро с колодезной водой в доме всегда было закрыто крышкой. Порой даже дверные ручки были двух сортов: "чистые" и "поганые". Немудрено, что в глазах окружающих староверы выглядели не очень- то гостеприимно.

Продукты, произведённые "нехристями" или вошедшие в моду после 17 века (чай, кофе, картофель, табак) не дозволялись к употреблению, считались уловками Антихриста, которыми он ловит легковерных в свои сети. Картофель, например, долгое время называли " чертовыми яйцами". Пожилые староверы ещё в конце 19 века сетовали на распростронение чаепития, считая его "поганых стран обычаем", самовар - "идол языческий, шипящая и дымящая змея, а чашки да стаканы - его дети - " чертенята".

К алкоголю, особенно к водке, относились отрицательно, называли главным виноделом Антихриста. Правда, в крайнем случае, допускалось выпить не более трех рюмок вина, но только по воскресеньям. Напиваться же «до потери образа Божьего» считалось недостойным и постыдным. Были даже предписания: "Если выпить одну чарку, то это не грех, вторая идет на гулянье, третья же на блуд". При этом емкость чарки, правда, не уточняется.

На курение табака запрет был ещё строже, поскольку считалось, что это сорняк, выросший из крови нечистого. " Табак - это корень зла, который был проклят на семи Соборах.Табачники - аду приказчики"

За столом полагалось вести себя "чинно": нельзя стучать по столу ("стол – престол Божий. За подобные поступки Бог может лишить достатка"). Считалось непристойным сидеть нога на ногу ("бесы вокруг ног увиваются"). Перед трапезой и после нее совершали молитву "Господи Исусе Христе Сыне Божий, помилуй нас". О человеке, который без молитвы принимает пищу, говорят, что он "принимает пищу, как бессловесная скотина". Принимать пищу полагалось молча, порицались различные праздные разговоры.

Хлеб за столом не допускалось резать ножом ("это как человека, Христа резать"). Хлеб разделяли, преломляя руками. Нельзя было класть хлеб на поднос или на какую-нибудь плоскую тарелку ("Когда казнили Иоанна Крестителя, его голову положили на блюдо".) После трапезы оставшиеся на столе крошки собирались, и их требовалось доесть. Помню, бабушка всегда ругалась, если после меня оставался кусок хлеба или глоток молока. Когда случалось по неосторожности выронить хлеб, то он не выбрасывался: хлеб поднимали, подув на него (сделав символическое очищение), и съедали: "Господь, увидев гороховое зернышко, слез с лошади, чтобы его поднять, так и мы должны всякую крошку подобрать".

Мат считался большим богохульством, особенно для женщин, считалось, что матерящаяся женщина делает несчастным не только себя, но и будущее своих детей.

Посещение "мирских" заведений (бани, столовые и т.п.) не одобрялось, чтение иноверческой (особенно православной) литературы, как , впрочем, и светских газет и журналов,- есть грех.

Впрочем, отдельные моменты, вроде покрывания («от чёрта») посудины с пищевыми продуктами и водой хотя бы крест-накрест положенными лучинками, уходят в прошлое. И заслонку в печи от того же чёрта уже не закрывают, и за руку с иноверцами здороваются, и металлическими самоварами и посудой пользуются. Не случайно, кстати, со старых времен пошло выражение «климовские горшечники», чья продукция у староверов пользовалась повышенным спросом. С недоумением вспоминается сегодня запрет на употребление в пищу картофеля.

Однако, что касается религиозной обрядности, то здесь всё по-старому. Вернувшись из бани, старообрядец, не ленись, отбей сто поклонов. И в день чтоб не меньше семисот. Особенно же усердные проводят за молитвами до пяти часов в сутки. Своеобразен погребальный обряд. Старообрядец ни за что не допустит отпевания покойника представителями другой веры. Пальцы у усопшего приводят в положение крестного знамения – двуперстия (первый признак старообрядца). Гроб материей не обивается. В старые времена он вообще выдалбливался из целикового дерева. Обязательный канон на кладбище - сорокакратный повтор речитатива «Господи, помилуй».

 

П.И. Мельников-Печерский в свое время дал подробное описание не только религиозных обрядов старообрядцев, но и устройство их быта. Так, по его наблюдениям, в одежде раскольники почти не отличались от православных крестьян, но имелась большая разница в значении, придаваемом одежде. Раскольники старались внести свои религиозные толкования в бытовые мелочи и в одежде что-то освященное и изменить ее считалось грехом. Например, брить бороду считалось грехом - это значило портить образ Христов. Они говорят: «Образ Божий в бороде, подобие в усах; без бороды и в рай не пускают». По другой раскольнической пословице - цельность бороды для них дороже самой жизни: «режь наши головы, не тронь наши бороды».

Раскольники не одевают платков на шее и не завязывают ворот у рубахи шнурками или тесемкой, у них принято носить рубахи-косоворотки, застегивающиеся сбоку на пуговицу или запонки. Перетолковывая по-своему 20 стих 15 главы Деяний Апостольских, они утверждают, будто всякую петлю или удавку носить на шее запретил Апостол Петр. Женщины и девушки ходили непременно в сарафанах и головы покрывают платками в роспуск, а девушки сверх того носили широкий передник.

Недопустимо входить в храм Божий "при галстуке", т.к. это "Иудина удавка", т.е символ христоотступничества ( Иуда, по преданию, повесился после предательства Христа). По этой же причине не носили обуви со шнурками, предпочитая сапоги.

Женщины одеты в сарафаны ниже колен и кофты,которые ни в коем случае не должны обнажать ни плеч, ни рук, На голове платок - в знак преданности воле мужа. Он должен быть из непрозрачной ткани, не ярким и не цветастым, покрывать голову так, чтобы не было видно волос и накрывались плечи и грудь. Замужняя женщина под платком должна носить еще и особый чепец - повойник.

И никакой косметики. Недопустимо, когда "женщины лица вапами мажут и белят, брови же начерневают, и власы вонями умащают".
Обувь без каблуков, т.к. при ходьбе каблуки производит громкий и резкий стук, отвлекающий от молитвы, кроме того, в такой обуви тяжело совершать земные поклоны и отстоять службу до конца. Одним словом, все веяния моды, что вошли в обиход с конца 17 века староверами не приветствуются, ибо "дружба с миром есть вражда против Бога".

В деревнях, где суеверие сильнее слилось с расколом, одежда могла быть причиной разделения одного толка на несколько согласий. Например, между раскольниками Спасова согласия были разногласия: можно ли молиться в валенках. Одни носили сапоги, другие, ссылаясь на Максима Грека, говорили, что носят сапоги только еретики. И все эти разногласия и споры ведутся между ними как о главнейших догматах веры, корили друг друга называя еретиками и не общались из-за этого «ни в молитве, ни в пище».

Мельников-Печерский отмечает: «что лень столь свойственная русскому человеку, в раскольнике заметна несравненно меньше, чем в православных крестьянах, он и не так беззаботен, как православный. Отступился он от исконно правила человека русского: авось, небось, да как-нибудь. От того-то раскольники почти все деятельны, а от деятельности и зажиточнее».

«Непременной принадлежностью всякого раскольнического дома - прибитый над воротами на белой бумаге, иногда и без нее, медный восьмиконечный крест или образ». Также у многих грамотных раскольников на каждой притолоке внутри и снаружи, а иногда и над окнами, приклеена бумажка со следующей надписью: «Христос с нами уставися вчера и днесь; той же и во веке веков, Аминь».

Характерно, что в доме у старообрядцев всегда прибрано, каждый предмет имеет своё место. Главное место в доме - красный угол. В красном углу находилась божница, куда ставились иконы. Божница обязательно должна находиться в юго-восточном углу. Перед иконами висит лампада. Под божницей на столе лежали уникальные, старинные книги, лестовки. Лестовка - распространенный в Древней Руси и сохранившийся в обиходе старообрядцев тип четок. Представляет из себя плетеную кожаную или из другого материала ленту, сшитую в виде петли. Знаменует одновременно и лествицу (лестницу) духовного восхождения от земли на небо, и замкнутый круг, образ вечной и непрестанной молитвы. Употребляется лестовка для облегчения подсчета молитв и поклонов, позволяя сосредоточить внимание на молитвах. Лестовки и поныне являются главным атрибутом при чтении молитв. Под божницей медная ручная кадильница, один или 2 подручника, свечи и ладан, иногда псалтырь.

«Раскольник не станет в избе кормить зимой скот, держать кур, впустить собаку, так как это бы опоганило дом его, который после того нужно будет очищать молитвами.» Чистота в раскольничьих скитах доводилась до совершенства: избы мылись каждую субботу, пол после мыть покрывали огромной простыней приколачиваемой по краям гвоздиками; она снималась при гостях или в большие праздники».

В задней горнице у раскольников молельная. Здесь стоят иконы уже не в углу, а на полках по задней стене. Перед иконами висят лампады или стоят деревянные, крашенные голубой, желтой или красной краской подсвечники, на лавках лежали подручники, а рядом с ними несколько книг в кожаных переплетах.

Мельников Печерский отмечает: « В настоящее время в Нижегородской губернии грамотных среди раскольников гораздо больше, чем у православных и это зависит от того, что раскольники всегда стараются обучать детей своих грамоте, чтобы они могли читать старые книги, так и от того, что занимаются торговлей и промышленностью они больше, чем православные. Земледельцы также имеют потребности в грамоте».

 






Читайте также:

  1. I. Прочитайте исторические документы №1–4 и охарактеризуйте взгляды Петра I на некоторые государственные проблемы.
  2. NB: Некоторые прилагательные оканчиваются на - ly: friendly – дружелюбный, lively – веселый, оживленный, elderly – пожилой, homely – домашний, уютный, lonely – одинокий, lovely – прелестный, чудесный
  3. VI. Некоторые данные и предположения о сигнальном воздействии палеоантропов на диких животных
  4. Антонимические отношения между словарными единицами. Некоторые общие и различительные черты синонимов и антонимов
  5. В 1853 году император Николай издает указ, где судьба раскольничьих скитов была окончательно решена.
  6. ВОЛШЕБНЫЙ КУЛАК Некоторые практические советы
  7. Документ 6.3. Секты и внутренняя мотивация
  8. Если в установленном вами сценарии все останется по-прежнему, ожидайте чего-то еще такой же природы в 2008 году.
  9. Знаменитая «Голубка» Пикассо (1) созданная несколькими штрихами (2) и (3) изображённая на чёрном фоне (4) в 1949 году стала символом мира.
  10. Изменение основных социально-экономических показателей в 2014 году
  11. Интервенция в Армению в 1299 году?
  12. Некоторые аспекты деятельности тренера


Последнее изменение этой страницы: 2016-03-17; Просмотров: 262; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! (0.092 с.) Главная | Обратная связь