Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


Участие СССР в войне против Японии. Атомные бомбардировки США японских городов. Капитуляция Японии. Конец Второй мировой войны.

Япония проводила враждебную политику в отношении СССР. Рассчитывая на международную изоляцию СССР, а также внутриполитические и экономические трудности, японская военщина стремилась захватить советский Дальний Восток, спровоцировала вооружённые конфликты у озера Хасан (1938) и у р. Халхин-Гол (1939), но получила должный отпор. Поэтому в апреле 1941 г. правительство Японии заключило с СССР Пакт о нейтралитете.

Правительство Японии, будучи уверено в быстрой победе фашистов, было готово нанести внезапный удар по дальневосточным частям Красной Армии. Но война неожиданно для Японии приняла затяжной характер, советские войска отстояли Москву. Поэтому японское правительство решило начать войну против США, Великобритании и Голландии, чтобы утвердить своё морское господство в Тихом океане.

После разгрома фашистских войск под Сталинградом Япония была вынуждена отказаться от интервенции в Австралию и от нападения на СССР, однако продолжала активно помогать Германии. Грубо нарушая Пакт о нейтралитете, японский флот закрывал для советских судов проливы, задерживал, осматривал и даже топил наши торговые суда. Японские самолёты бесцеремонно нарушали воздушные границы СССР, а сухопутные войска провоцировали пограничные конфликты. Только в 1941 г. японские милитаристы 144 раза нарушили сухопутные границы СССР и 39 раз обстреливали его территорию. Поэтому даже в трудные годы Великой Отечественной войны на Дальнем Востоке было дислоцировано до 40 дивизий.

5 апреля 1945 г. министр иностранных дел СССР В.М. Молотов заявил о денонсации (непродлении) советско-японского Пакта о нейтралитете, многократно нарушавшегося Японией. Москва была верна союзническому долгу и решению Крымской (Ялтинской) конференции (февраль 1945 г.) о том, что через 2 – 3 месяца после капитуляции фашистской Германии СССР вступит в войну против Японии.

В июле 1945 г. США, Англия и Китай предъявили Японии ультиматум о капитуляции, но она отказалась его принять в надежде на разногласия между этими странами и СССР. Советское командование сосредоточило у границ Маньчжурии 1,7 млн. военнослужащих и много боевой техники, входивших в три фронта и отдельную Амурскую флотилию. Общее командование советскими войсками осуществлял Маршал Советского Союза А.М. Василевский. Красной Армии помогали войска Монгольской Народной Республики и Китайской народной армии.

8 августа 1945 г. советское правительство заявило японскому правительству, что с 9 августа Советский Союз будет считать себя в состоянии войны с Японией. Превосходство советских войск, противостоящих японской Квантунской армии численностью более 1 млн. человек, было значительным. 6 и 9 августа 1945 г. американцы подвергли атомной бомбардировке японские города Хиросиму и Нагасаки. Общее число погибших до сих пор не установлено. По некоторым оценкам, оно составило в общей сложности до 300 тыс. человек. Применение ядерного оружия против японских городов было вызвано не столько военными, сколько политическими причинами, и прежде всего стремлением продемонстрировать (и испытать в реальных условиях) козырную карту для давления на СССР.

9 августа 1945 г. Красная Армия перешла в наступление на японскую Квантунскую армию в Маньчжурии на фронте 4 тыс. км. Преодолев горы Большого Хингана, реки Амур и Уссури под непрерывным дождём, затруднявшим движение по бездорожью, наша армия сломила сопротивление сильно вооружённого противника, особенно ожесточенное в укреплённых районах. Кроме Маньчжурии Красная Армия прошла с боями в глубь Северного Китая от 500 до 1 000 км и освободила китайские города Мукден, Чанчунь, Харбин, а также принадлежавшие России города Дальний и Порт-Артур.

С 19 августа 1945 г. японские солдаты и офицеры стали массово сдаваться в плен, в результате к концу августа Красная Армия освободила Северо-Восточный Китай, Северную Корею, Южный Сахалин, Курильские острова. За 23 дня боёв советские войска разгромили главные силы японской Квантунской армии. При этом были убиты и ранены 84 тыс. японских солдат и офицеров, а 600 тыс. взяты в плен. Именно это определило поражение империалистической Японии, а не американские атомные бомбы. В боях с японскими милитаристами воины Красной Армии проявили массовый героизм, десятки тысяч награждены орденами и медалями, а 93 удостоены звания Героя Советского Союза. 2 сентября на борту американского линейного корабля «Миссури» японская делегация подписала акт о безоговорочной капитуляции. Хотя русским не дали возможности играть активную роль в управлении оккупированной американцами Японии, Советский Союз тем не менее получил существенные выгоды. Однако мирный договор с Японией подписан не был (разногласия по вопросу владения островами Уруп, Кунашир, Хабомаи и Итуруп). Вторая мировая война была завершена.

В войну погибли почти 27 млн. советских людей, в т.ч. 12,6 млн. военных. Материальный ущерб СССР от войны составил около 3 трлн. руб. в довоенных ценах.

С декабря 1945 г. по октябрь 1946 г. в Нюрнберге состоялся суд над руководителями Третьего рейха. Суду были преданы высшие военные и государственные деятели нацистской Германии, обвиняемые в заговоре против мира, человечества и в тягчайших военных преступлениях.

 


Лекция 30. Социально-экономическое развитие, общественно-политическая жизнь, культура, внешняя политика СССР в послевоенные годы.

План:

1. Изменения геополитической ситуации на международной арене.

2. Договоры о дружбе и взаимной помощи с КНДР и КНР.

3. Холодная война, причины, сущность, создание военно-политических блоков.

4. Социально-экономическое развитие СССР, переход к мирному строительству, четвёртый пятилетний план.

5. Общественно-политическая жизнь страны, укрепление командно-административной системы. Идеологические кампании и политика репрессий.

6. Смерть И.В.Сталина, борьба за политическое лидерство.

 

Литература:

Жуков Ю.Н. Тайны Кремля. Сталин, Молотов, Берия, Маленков. – М., 2000.

Попов В. П. Сталин и советская экономика в послевоенные годы // Отечественная история. 2000, №3.

Пыжиков А. В. Советское послевоенное общество и предпосылки хрущевских реформ // Вопросы истории. 2002, №2.

 

1. 1945 год открыл новую страницу в истории XX в. События на мировой арене после окончания войны развивались столь кардинально и стремительно и привели к таким переменам во всей системе международных отношений, что их можно оценивать как своего рода переворот революционного характера. Геополитическая структура мира в результате поражения Германии и ее союзников приобрела новые центры влияния, мир становился все более биполярным. В расстановке сил Запад — Восток главная роль принадлежала теперь Соединенным Штатам Америки и Советскому Союзу. СССР не только вышел из международной изоляции, но и приобрел статус ведущей мировой державы. США, пострадавшие меньше других участников военного конфликта, после войны стали играть роль «первой скрипки» в международных делах. Это реальное соотношение сил, разделившее мир на два блока, всего за несколько лет получило свое организационное оформление в виде НАТО и Варшавского Договора. Раскол мира, таким образом, можно считать следствием войны. Но таким же следствием войны были процессы совершенно противоположной направленности.

Война изменила лицо мира, нарушила привычное течение судьбы многих народов. Общая угроза сблизила их, отодвинула на второй план прежние споры, сделала ненужными старую вражду и борьбу самолюбий. Мировая катастрофа, не принимающая в расчет доводы в пользу ни одной из общественных систем, в качестве своего парадокса явила миру приоритет общечеловеческих ценностей, идею мирового единства. Сразу после окончания войны эта идея как будто бы начала реализовываться, смягчая противоречия в рядах недавних союзников и умеряя пыл особо активных реваншистов. И даже пришедшие на смену потеплению «холодная война», последующий атомный психоз не могли вовсе сбросить со счетов реальность идеи «Общего Дома». Именно эта идея начала питать процесс, который позднее назовут конвергенцией. И надо признать, что западные политики оказались более восприимчивы к реалиям послевоенного мира, нежели держава-победительница. Едва открыв «окно в Европу», она поспешила опустить «железный занавес», обрекая страну на годы изоляции, а значит, и несвободы. Нашим соотечественникам оставалось только догадываться, что действительно происходило в мире, а затем с горечью удивляться тому, как недавно поверженный противник быстро вставал на ноги, налаживая новую, крепкую жизнь, а победителей по-прежнему держали на полуголодном пайке, оправдывая все и вся ссылкой на последствия войны.

Так было. Однако это еще не значит, что так и должно было быть. Победа предоставила России возможность выбора — развиваться вместе с цивилизованным миром или по-прежнему искать «свой» путь в традициях социалистического мессианства.

Вопрос не в том, была ли альтернатива послевоенному развитию страны, а в качестве самих альтернативных тенденций, способных (или не способных) повернуть это развитие.

Сам факт военной победы поднял на небывалую высоту не только международный престиж Советского Союза, но и авторитет режима внутри страны. Май 1945 г. — пик авторитета Сталина, имя которого в сознании большинства современников не только сливалось с победой, но и сам он воспринимался как чуть ли не носитель божественного промысла. Массовое сознание наделило его мистической силой, освятив все, что с ним идентифицировалось — будь то авторитет системы или авторитет идеи, на которой держалась система.

Такова была противоречивая роль Победы, которая принесла с собой дух свободы, но наряду с этим создала психологические механизмы, блокирующие дальнейшее развитие этого духа, механизмы, которые стали консерваторами позитивных общественных процессов, зародившихся в особой духовной атмосфере военных лет.

2. Одним из проявлений новой ситуации, возникшей в мире после мировой войны стало возникновение на Востоке новых социалистических государств, из которых самым значительным была Китайская народная республика (КНР), провозглашённая в 1949 году. Победа китайских коммунистов в ходе гражданской войны в сильной степени повысила международное влияние СССР и негативно повлияла на США. СССР был первым государством, признавшим существование КНР и оказавшим ей существенную всестороннюю поддержку. США на Востоке приступили к сколачиванию военных блоков совершенно в той же манере, в которой они это делали на Западе. СССР и КНР в 1950 году заключили между собой договор о дружбе, союзе и взаимной помощи.

Апогеем взаимной враждебности и недоверия стала корейская война 1950-1953 гг. На территории Кореи в 1948 году возникли два государства – проамериканская диктатура под названием Корейская республика на юге и просоветская Корейская народно-демократическая республика на севере (спровоцировали раскол Кореи американцы). Когда между двумя Кореями началась война, то войска Севера за несколько недель расправились с Югом, однако, американцы вмешались в этот чужой внутренний конфликт под флагом войск ООН. Фактически война в Корее была войной КНР и СССР против США. В целом, американцы потерпели поражение, в 1953 году был подписан мир, по которому Корея осталась разделена на две части. Американцы, вынашивавшие планы эскалации войны и применения атомного оружия против СССР и Китая, воздержались от этого преступления, не из моральных соображений, конечно, из страха. В 1960 году СССР заключил договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи также и с КНДР.

3. Ещё более ожесточённый характер противостояние «социализма» и буржуазного мира приняло в Европе. Ещё не успела закончиться война с нацизмом, как США, прекратив союзнические поставки и экономическую помощь СССР, вполне продемонстрировали свою враждебность нашей стране. Антигитлеровская коалиция развалилась и сменилась острой конфронтацией в 1946 году. В этом году США приступили к навязыванию западноевропейским странам своего представления о путях дальнейшего развития. В 1947 году администрация США выступила с «планом Маршалла», предполагавшего оказание экономической помощи европейским странам при условии выполнения кое-каких политических требований, выдвинутых США. СССР и зависимые от него режимы «народной демократии», созданные под его давлением, отказались от участия в «плане Маршалла». Вместо этого, страны восточной Европы стали строить «социализм» в соответствии со сталинской моделью. В 1945-1948 гг. эти страны (Польша, Чехословакия, Венгрия, Румыния, Албания и Югославия) заключили двусторонние договоры с СССР.

Европа оказалась разделена на две части, США окончательно раскололи её, создав в 1949 году агрессивный военный блок НАТО, строивший бесконечные планы войны против СССР. В ответ в 1955 году была создана вокруг СССР Организация Варшавского Договора (ОВД). Германия в 1949 году была расколота на ФРГ (западная Германия) и ГДР (просоветский режим). Отношения между двумя блоками были исключительно враждебными – провокации, шпионаж, постоянное балансирование на грани войны. Такая ситуация получила название «холодной войны».

4. В СССР война, прошедшая по территории страны, оставила тяжелое наследие. Чрезвычайная государственная комиссия, занятая исчислением материального ущерба, нанесенного СССР в ходе военных действий и в результате расходов на войну, оценила его в 2569 млрд. руб. Было подсчитано количество разрушенных городов и сел, промышленных предприятий и железнодорожных мостов, определены потери в выплавке чугуна и стали, размеры сокращения автомобильного парка и поголовья скота. Однако нигде не сообщалось о количестве человеческих потерь (если не считать обнародованную Сталиным в 1946 г. цифру в 7 млн. человек). О величине людских потерь Советского Союза во второй мировой войне до сих пор ведутся дискуссии среди историков. Последние исследования основаны на методе демографического баланса. Людские потери, оцениваемые согласно этому методу, включают: всех погибших в результате военных и иных действий противника; умерших в результате повышения уровня смертности в период войны как в тылу, так и в прифронтовой полосе и на оккупированной территории; тех людей из населения СССР на 22 июня 1941 г., которые покинули территорию СССР в период войны и не вернулись до ее конца (не включая военнослужащих, дислоцированных за пределами СССР). Эти потери в период Великой Отечественной войны составляют 26,6 млн. человек.

Послевоенное советское общество было преимущественно женским. Это создавало серьезные проблемы — не только демографические, но и психологические, перераставшие в проблему личной неустроенности, женского одиночества. Послевоенная «безотцовщина» и порождаемые ею детская беспризорность и преступность родом из того же источника. И тем не менее, несмотря на все лишения и потери, именно благодаря женскому началу послевоенное общество оказалось удивительно жизнеспособным. Относительно высокий уровень рождаемости в стране, который рос в течение 1946—1949 гг. (за исключением 1948 г.), а затем стабилизировался, позволил в конце концов, если не исправить порожденные войной демографические перекосы, то восполнить демографические потери войны. Уже к началу 1953 г. численность населения СССР достигла уровня 1940 г. (в послевоенных границах, т.е. включая население территорий, присоединенных к СССР в 1945 г.).

Проблема перехода от войны к миру, которая, так или иначе, стояла перед каждым человеком, возможно, в наибольшей степени касалась фронтовиков. Тяжесть потерь, материальные лишения, переживаемые за малым исключением всеми, для фронтовиков усугублялись дополнительными трудностями психологического характера, связанными с переключением на новые задачи мирного обустройства. Поэтому демобилизация, о которой так мечталось на фронте, поставила перед многими серьезные проблемы. Прежде всего, для самых молодых (1924-—1927 гг. рождения), т.е. тех, кто ушел на фронт со школьной скамьи, не успев получить профессию, обрести устойчивый жизненный статус. Их единственным делом стала война, единственным умением — способность держать оружие и воевать.

Кроме того, это поколение больше других пострадало численно, особенно в первый военный год. Вообще война до известной степени размыла возрастные границы, и несколько поколений соединились фактически в одно — «поколение победителей», создав, таким образом, новый социум, объединенный общностью проблем, настроений, желаний, стремлений. Конечно, эта общность была относительной (на войне тоже не было и не могло быть абсолютного единства воевавших), но дух фронтового братства, принесенный с войны, еще долго существовал как важный фактор, влияющий на всю послевоенную атмосферу.

После войны неизбежно наступает период «залечивания ран» — и физических, и душевных, — сложный, болезненный период возвращения к мирной жизни, в которой даже обычные бытовые проблемы, например проблема дома, семьи (для многих за годы войны утраченной), подчас становятся в разряд неразрешимых. Ведущей психологической установкой на тот момент для фронтовиков была задача приспособиться к мирной жизни, вписаться в нее, научиться жить по-новому.

Влияние войны на экономику страны невозможно оценить только с точки зрения утраченного. Масштабы человеческих потерь и размер материального ущерба действительно поставили экономику перед проблемой нехватки рабочих рук и перед необходимостью восстанавливать разрушенную производственную базу и инфраструктуру. Со сходными проблемами, хотя и не в таких масштабах, столкнулись практически все страны, по территории которых прошла война. Однако, оценивая возможности послевоенной экономики, специалисты заметили, что страны не только многое потеряли, но и в известном смысле выиграли от войны. От разрушений в большей степени пострадали коммуникации, жилища и другая недвижимость, ущерб же, нанесенный производственным мощностям, оборудованию, был сравнительно меньшим. Что же касается инвестиций, вложенных в производство военной продукции, они существенно выросли во всех странах. Кроме того, работа над новыми образцами вооружений способствовала развитию научной мысли, а большинство научных идей, рожденных в секретных лабораториях, с успехом могли быть использованы и в мирной экономике. Экономический подъем, который пережили в 50-е гг. все индустриальные страны, включая СССР, — одно из следствий использования этого технического и научного потенциала.

Наряду со структурными сдвигами в экономике, обусловленными преимущественным развитием отраслей военно-промышленного комплекса, в СССР существенно изменилось размещение промышленной базы. В результате эвакуации на востоке страны был создан новый промышленный комплекс, его основу составили оборонные предприятия, что предопределило в будущем роль этого региона в размещении и развитии ВПК.

Успешное восстановление экономики после войны зависело от решения трех основных задач: собственно реконструкции (восстановления разрушенного), реконверсии (перевода военного производства на выпуск гражданской продукции) и оздоровления финансовой ситуации. Одним из наиболее спорных вопросов, который активно дискутируется в научной и популярной литературе, является вопрос об источниках послевоенного восстановления СССР и главным образом о роли внешних источников, обеспечивших послевоенную реконструкцию экономики страны. Точных данных об объемах внешних поступлений (в денежном и натуральном выражении) до сих пор нет, однако даже на основании косвенных расчетов, сделанных специалистами, следует признать, что в послевоенном восстановлении советской экономики поступления извне — поставки по ленд-лизу и репарации с побежденных стран — играли существенную роль. Основной объем этих поставок составили оборудование, технические материалы и документация.

О размере материальной помощи, полученной СССР по ленд-лизу, можно судить по объему импорта, который в 1945 г., согласно официальным данным, составил 14 805 млн. руб. Поставки, например, паровозов по ленд-лизу еще в ходе войны позволили почти полностью покрыть их потери, а производственные возможности морского, автомобильного и воздушного транспорта по этой же причине превысили предвоенный уровень.

Более существенную роль в структуре внешних источников послевоенного восстановления сыграли репарации, полученные СССР из Германии, а также Румынии, Венгрии, Финляндии и Маньчжурии. По расчетам Г.И. Ханина, в четвертой пятилетке (1946—1950) репарационные поставки обеспечивали примерно 50% поставок оборудования для объектов капитального строительства в промышленности.

На послевоенное развитие советской экономики сильное давление оказывал международный политический контекст. Обретение статуса великой державы и неизбежное в этом случае противоборство с США, начавшаяся борьба за стратегическое превосходство поставили отечественный военно-промышленный комплекс в исключительное положение, которым он не обладал ни до, ни даже во время войны. Реконверсия экономики действительно проводилась, но отрасли, работающие на «войну», не прекратили свое развитие, они лишь модифицировались в соответствии с новыми политическими и научно-техническими задачами. Развитие ВПК требовало львиной доли государственного бюджета; включившись в соревнование с США, Советский Союз вынужден был тратить огромные средства на осуществление атомного проекта, а впоследствии на программу освоения космоса.

В этой области удалось добиться существенных достижений: первый ядерный реактор был введен в эксплуатацию уже в 1947 г., а летом 1949 г. состоялось испытание советской атомной бомбы. На освоение «мирного атома» потребовалось гораздо больше времени (первая атомная электростанция была пущена в 1954 г.).

Прорыв на приоритетных направлениях научно-технического прогресса, сопровождаемый концентрацией научной мысли в отраслях ВПК, не мог компенсировать отставания в других секторах советской экономики, особенно в сельском хозяйстве и промышленности группы «Б» (производство предметов потребления). По данным ЦСУ СССР, валовая продукция промышленности составила в 1945 г. 92% к уровню довоенного 1940 г., причем по группе «А» — 112%, а по группе «Б» — лишь 59%. Это значит, что основной объем промышленной продукции приходился в тот период на отрасли военного комплекса.

Средние цифры скрывали большой разрыв в исходном уровне послевоенного развития разных регионов страны: промышленность районов, подвергшихся оккупации, произвела в 1945 г. только 30% довоенного объема своей продукции, а промышленность ряда восточных регионов благодаря работе эвакуированных предприятий, напротив, превзошла свой довоенный уровень.

Перевод предприятий на выпуск гражданской продукции и связанная с этим их перепрофилирование привели уже в следующем 1946 г. к существенному падению темпов роста промышленной продукции, объем которой составил только 77% к уровню 1940 г. Чтобы восстановить довоенный объем промышленного производства, проводя одновременно реконверсию, вышедшей из войны экономике потребовалось три года (в 1948 г. валовая продукция промышленности составила 118% к уровню 1940 г.).

Положение в аграрной сфере было далеко не столь оптимистичным. В 1945 г. посевные площади составили лишь 75%, а валовый сбор зерновых культур (амбарный урожай) был вдвое меньше, чем в 1940 г. Программу развития сельского хозяйства, предусмотренную плановыми заданиями четвертой пятилетки, выполнить не удалось; лишь в 1952 г. производство зерна в стране достигло довоенного уровня. Неудачи в аграрной сфере объяснялись между тем не только следствиями войны; причины этих неудач надо искать и в самой концептуальной направленности политики послевоенного восстановления. Стержнем этой политики была идея первоочередного восстановления тяжелой промышленности. Сельскому хозяйству, а также промышленным отраслям, работающим на потребление, отводилась явно подчиненная роль.

При определении приоритетов послевоенного экономического развития, при разработке четвертого пятилетнего плана — плана восстановления — руководство страны фактически вернулось к довоенной модели развития экономики и довоенным методам проведения экономической политики. Это значит, что развитие промышленности, в первую очередь тяжелой, должно было осуществляться не только в ущерб интересам аграрной экономики и сферы потребления (т.е. в результате соответствующего распределения бюджетных средств), но и во многом за их счет, так как продолжалась предвоенная политика «перекачки» средств из аграрного сектора в промышленный (отсюда, например, беспрецедентное повышение налогов на крестьянство в послевоенный период).

Послевоенное восстановление экономики требовало оздоровления финансовой системы. Расстроенные финансы и прогрессирующая инфляция — проблемы, с которыми пришлось столкнуться практически всем воевавшим странам. Поэтому в течение 1944—1948 гг. в ряде европейских стран были проведены денежные реформы: сначала в Бельгии, затем в Голландии, Франции, Великобритании, Германии, Австрии и др. Денежные реформы способствовали постепенному отказу от введенной во время войны нормированной (карточной) системы снабжения населения. Вместе с тем мероприятия по борьбе с инфляцией (денежная реформа) и отмена карточек не обязательно совпадали во времени: в Великобритании, например, карточная система просуществовала до 1954 г.

Советское правительство в своих планах проведения денежной реформы и отмены карточек (которые стали своеобразным символом военного времени) стремилось опередить ведущие европейские страны, демонстрируя тем самым не только возможности державы-победительницы, но и «преимущества социализма». Первоначально отмену карточек намечалось провести в 1946 г. Однако низкий уровень жизни населения и продовольственный кризис 1946 г., причиной которого стала засуха, вынудили советское руководство несколько скорректировать прежние планы и перенести отмену карточек на конец 1947 г. Одновременно с отменой карточекдолжна была проводиться денежная реформа.

Обмен денег начался 15 декабря 1947 г., старые деньги обменивались на новые в соотношении 10:1. Льготному обмену подлежали вклады в сберкассах (до трех тысяч рублей — в соотношении один к одному). Пропаганда представляла реформу как главный удар по «спекулятивным элементам», на самом деле именно эта категория, т.е. дельцы теневой экономики, успели обезопасить свою наличность, своевременно разукрупнив свои вклады или переведя наличность в золото, драгоценности и т.д. Пострадали в результате обмена денег, прежде всего люди, которые не хранили сбережений в сберкассах, но имели наличные деньги: среди них подавляющее большинство составляли не «спекулянты», а рабочие высоких разрядов, техническая интеллигенция, занятые во вредных производствах, сельском хозяйстве и др. Вместе с тем, несмотря на издержки, реформа 1947 г. способствовала стабилизации финансовой ситуации в стране.

Менее подготовленной оказалась отмена карточной системы. Руководство страны приняло решение об отмене карточек, когда существующий объем продовольственных и промышленных товаров не мог удовлетворить свободного спроса населения. Только в Москве и Ленинграде специальным решением правительства к моменту перехода к торговле без карточек были созданы необходимые товарные резервы. В других местах уже в первые дни и месяцы после отмены карточек люди столкнулись с нехваткой самых необходимых товаров: хлеба, круп, масла, сахара и др. В результате в ряде регионов стихийно стала восстанавливаться нормированная система снабжения — в виде спецпропусков, заборных книжек, карточек.

Европейские государства в решении вопроса финансового оздоровления своей экономики опирались не только на собственные ресурсы. Важную роль в обеспечении послевоенного восстановления Европы сыграла финансовая помощь США, предоставляемая в рамках «плана Маршалла». Воспользоваться американскими кредитами мог и СССР, однако это не было сделано по политическим соображениям: принять «план Маршалла» означало для Сталина утратить контроль над странами Восточной Европы, что было равносильно разрушению сложившегося советского блока. Подобную цену за финансовую помощь советское руководство платить не собиралось. Восстановление страны осуществлялось за счет внутренних источников финансирования. Ограниченность собственных финансов еще больше обостряла проблему выбора приоритетов: если промышленность в основном справлялась с программой восстановления, то уровень жизни людей изменялся не столь заметно. Послевоенная жизнь медленно входила в мирное русло.

5. В 1946 г. закончила работу комиссия по подготовке проекта новой Конституции СССР. В проекте, выдержанном, в общем, и целом в рамках довоенной политической доктрины, вместе с тем содержался ряд прогрессивных положений, особенно в плане развития прав и свобод личности, демократических начал в общественной жизни. Признавая государственную собственность господствующей формой собственности в СССР, проект Конституции допускал существование мелкого частного хозяйства крестьян и кустарей, «основанного на личном труде и исключающего эксплуатацию чужого труда».

Советское послевоенное руководство обновлялось. Условия военного времени диктовали особую кадровую политику — ставка на людей смелых, инициативных и главное высокопрофессиональных. Их знания, опыт, способность к риску создавали благоприятную почву для развития и вполне радикальных настроений. Однако не стоит переоценивать степень данного радикализма, который был ограничен, в сущности, для всех, восприятием действительности вне критики существующей системы как таковой. Все разногласия внутри правящего центра сводились поэтому не столько к выбору концепции развития (она определялась господствующей доктриной и не подлежала обсуждению), сколько к определению условий реализации этой концепции — более «жестких» или более «мягких».

Возможности трансформации режима в сторону какой бы то ни было либерализации были весьма ограничены из-за крайнего консерватизма идеологических принципов, благодаря устойчивости которых охранительная линия имела безусловный приоритет. Теоретической основой «жесткого» курса в сфере идеологии можно считать принятое в августе 1946 г. постановление ЦК ВКП(б) «О журналах «Звезда» и «Ленинград», которое, хотя и касалось области художественного творчества, фактически было направлено против общественного инакомыслия как такового.

Однако одной только «теорией» дело не ограничилось. В марте 1947 г. по предложению А.А. Жданова было принято постановление ЦК ВКП(б) «О судах чести в министерствах СССР и центральных ведомствах», согласно которому создавались особые выборные органы «для борьбы с проступками, роняющими честь и достоинство советского работника». Одним из самых громких дел, прошедших через «суд чести», было дело профессоров Н.Г. Клюевой и Г.И. Роскина (июнь 1947 г.), авторов научной работы «Пути биотерапии рака», которые были обвинены в антипатриотизме и сотрудничестве с зарубежными фирмами. За подобные «прегрешения» в 1947 г. выносили пока еще общественный выговор (таковы были полномочия «судов чести» ), но уже в этой превентивной кампании угадывались основные подходы будущей борьбы с космополитизмом.

Однако все эти меры на тот момент еще не успели оформиться в очередную кампанию против «врагов народа».

Поскольку путь прогрессивных изменений политического характера был заблокирован, сузившись до возможных (и то не очень серьезных) поправок на либерализацию, наиболее конструктивные идеи, появившиеся в первые послевоенные годы, касались не политики, а сферы экономики: Центральный Комитет ВКП(б) получил не одно письмо с интересными, подчас новаторскими мыслями на этот счет. Центр, несмотря на известные колебания, в принципиальных вопросах, касающихся основ построения экономической и политической моделей развития, сохранял стойкую приверженность прежнему курсу. Поэтому центр был восприимчив лишь к тем идеям, которые не затрагивали основ несущей конструкции, т.е. не покушались на исключительную роль государства в вопросах управления, финансового обеспечения, контроля и не противоречили главным постулатам идеологии. Добиться каких-либо позитивных сдвигов можно было только при соблюдении этих весьма жестких принципов.

Информация, хотя и весьма скудная, о жизни на Западе давала пищу для размышлений. Контраст уровней благосостояния между победителями и побежденными, между бывшими союзниками в сознании большинства наших соотечественников, как правило, не находил объяснений конструктивного характера и чаще всего фиксировался на уровне эмоциональной реакции, провоцируя чувство «попранной справедливости».

В то же время сам Сталин как бы выводился за скобки критики, что спасало не просто имя вождя, но и сам режим, этим именем одушевленный. Такова была реальность: для миллионов современников Сталин выступал в роли последней надежды, самой надежной опоры. Казалось, не будь Сталина, жизнь рухнет. И чем сложнее становилась ситуация внутри страны, тем больше укреплялась особая роль Вождя. Обращает на себя внимание тот факт, что среди вопросов, заданных людьми на лекциях в течение 1948— 1950 гг., на одном из первых мест те, что связаны с беспокойством за здоровье «товарища Сталина» : в 1949 г. он отметил свое 70-летие.

1948 год положил конец послевоенным колебаниям руководства относительно выбора «мягкого» или «жесткого» курса. Представления о «монолитном единстве» общества и его абсолютной преданности Вождю, в общем верные на победный момент сорок пятого, чем дальше, тем больше превращались в иллюзию; в растущем отчуждении «верхов» и «низов» единственным звеном, скрепляющим этот политический конгломерат в видимое целое, был сам Сталин. Но и он, похоже, переоценил силу своего положения и способность концентрировать в себе волю и желания общества: не все соотечественники торопились демонстрировать «верноподданность» Вождю. Это Сталин знал. Но не знал, сколько их было — «не всех» — и насколько опасным, в том числе и для него лично, становилось начинающееся противостояние. До открытого протеста дело не доходило, но брожение умов было реальностью, которую подтверждали сводки о настроениях разных категорий населения.

Сохранять спокойствие духа руководству мешали события и за пределами страны. Вместе с началом «холодной войны» Сталин стал утрачивать позиции первого политика мира, которым он себя чувствовал после победы. Правда, в сфере его контроля оставалась Восточная Европа, народы (а точнее, правители) которой, казалось бы, уже начали строить свою жизнь по образу и подобию «старшего брата». Речь шла по сути об унификации внутренних режимов этих стран согласно советскому образцу, что и зафиксировали материалы первого заседания Информбюро 1947 г. Однако не всех восточноевропейских руководителей устраивало подобное подчиненное положение и силовое давление со стороны Советского Союза.

Кульминацией процесса роста разногласий между СССР и странами Восточной Европы стала советско-югославская встреча в Москве (февраль 1948 г.), после которой последовал разрыв между Сталиным и Тито. Для Сталина это было поражением.

Подобное стечение событий не могло не отразиться на внутренней жизни: «пропустив» оппозицию на международном уровне, Сталин не мог допустить теперь даже зародыша ее у себя в «доме». Последствия международного фиаско и обстановка «холодной войны» по-своему повлияли на развитие внутренней карательной кампании, придав ей внешнюю форму борьбы с западничеством, или, по терминологии тех лет, «низкопоклонством». В качестве носителей «инородного» начала были выбраны советские евреи («безродные космополиты» ), в результате чего вся кампания получила дополнительную антисемитскую окраску. В ее печальной истории два наиболее известных процесса — дело Еврейского антифашистского комитета (1948—1952) и «дело врачей» (1953).

Между тем основная роль постепенно отводится идеологическим кампаниям, т.е. кампаниям борьбы с инакомыслием, выполняющим одновременно извес

Последнее изменение этой страницы: 2016-03-16; Просмотров: 35; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! (0.161 с.) Главная | Обратная связь