Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


Основные этапы ландшафтной эволюции ГО

Эволюционные этапы и уровни ландшафтной организации ГО Ведущие факторы ускоренной эволюции ландшафтов Время, млн лет назад
Абиотический (добиосферный) Физико-химические процессы Конец – 600
Биосферный (биогенный) Биогенные, биогеохимические 570 – 0,04
Антропосферный (антропогенный) Антропогенные: социокультурные, коллективный разум, техногенные 0,03 – по настоящее время

Рассмотрим основные этапы и формы эволюции ландшафтной оболочки.

1. Добиосферный (абиотический) – охватывает условно весь крипто-зой (докембрий), то есть период от 4,5 млрд до 570 млн лет назад, или по продолжительности примерно 4 млрд лет. Этот этап характеризовался господством физико-химической формы эволюционного развития ГО, сопровождавшегося усложнением и упорядочением ее вещественного состава и организационной структуры. В частности, произошла дифференциация вещества и сформировалась оболочечная структура Земли и ее ГО (атмосфера, гидросфера, литосфера), возникли материки и океаны, различные типы земной коры. Их объединяли различные геофизические и геохимические круговороты веществ и энергии. Взаимодействие абиотических оболочек вело к образованию различных кор выветривания и т.д. Завершился добиосферный этап бифуркацией,


или качественным скачком, в результате которого на Земле, в ГО, в контактной зоне трех абиотических сред возникла жизнь – живое вещество и жизненная энергия. Возникнув, жизнь стала мощным катализатором, а затем, примерно 600 млн лет назад, и ведущим фактором, резко активизировавшим, ускорившим и усложнившим биогеохимические реакции в ландшафтах и структуру геосистем. Активность жизни и определила главное, более быстрое направление дальнейшей эволюции ГО, сопровождающейся усложнением ее организационной структуры.

2. Биосферный, или биогенный (палеозой – кайнозой) этап эволюции, начавшийся примерно 570 млн лет назад, характеризуется развитием биоты и, под ее воздействием, трансформацией атмосферного воздуха, природных вод, литогенной основы, формированием почв и биосферы. Жизнь, нарушив прежнее относительное геохимическое равновесие ГО, стала ведущим фактором ее новых устойчивых эволюционных изменений. Наиболее активной, ведущей формой эволюции на этом этапе развития ГО становятся биогеохимическая и биогенная. Под влиянием жизни появляется озоновый экран, жизнь захватывает практически всю поверхность планеты, возникает биогеохимический круговорот вещества и энергии, объединивший живую и неживую природу, почвенный покров, увеличивается разнообразие видов, формируются сообщества живых организмов, экосистемы, ландшафтные геоэкосистемы, биосфера, ландшафтная оболочка и, наконец, человек. Основным носителем и хранителем информации о достигнутом уровне развития, а также объектом и фактором, определяющим эволюцию биосферы, становятся гены и их сочетания, а также особи живых организмов и их популяции. При этом увеличивается разнообразие и усложняется организационная структура биосферы и ландшафтов. Накапливаемая эволюционная информация биосферы закрепляется и передается другим поколениям родственных организмов с помощью генов. Основные инструменты и факторы, направляющие эволюцию биосферы, – это изменчивость, определяющая разнообразие организмов и их сообществ, соответственно их адаптивные возможности, и естественный отбор. Он идет на всех уровнях организации биоты (особь, популяция, вид и т.д.). Его результат оценивается выживанием и оставлением потомства (закреплением накопленной информации). В процессе филогенеза закрепляются преимущественно свойства и особенности, которые позволяют видам и популяциям легко адаптироваться в среде или адаптировать ее под себя, то есть те, которые полезны популяции или виду в целом. Результаты отбора проявляются только в ходе смены многих поколений или в процессе филогенеза. Более того, некоторые закрепленные


им свойства могут быть даже вредны для отдельных особей, но полезны виду в целом (самопожертвование родителей при защите потомства или пчелы при защите улья). Под влиянием мутаций (микробифуркаций) и естественного отбора на индивидуальном, популяционном и видовом уровнях, усложняясь, эволюционировала биосфера, а с ней и географическая оболочка. В ней появились такие биокосные образования как почвы, ландшафты, биогеоценозы и другие геоэкосистемы со своими круговоротами вещества, энергии, увеличилась их информационная насыщенность. Растительные сообщества стабилизировали многие активные экзогенные процессы, а увеличив устойчивость ландшафтов, улучшили условия своей жизнедеятельности. То есть в процессе эволюции выделился по функциональной и эволюционной активности, форме эволюционного развития, устойчивости и морфологической выраженности новый биосферный (биогенный) уровень организации материи в ГО.

Условный конец биосферного этапа, или его очередной подэтап, с новой формой ускоренной эволюции, связывают с появлением Человека умелого (Homo habilis), формированием его устойчивых сообществ и общественных отношений внутри них. С этого времени в антропологии и археологии начинается антропогенный этап развития биосферы. Археологи его начало определяют появлением первых примитивных каменных орудий труда и охоты пралюдей. Раньше считалось, что они появились 500–600 тыс. лет назад, или в конце неогена (плиоцене) – начале четвертичного периода (плейстоцене) в геологической истории Земли, то есть в самом начале ледникового периода. Сейчас эту границу отодвигают вглубь тысячелетий (в плиоцен) до 2–2,5 млн лет назад. Это начало палеолита (древнего каменного века) по археологической хронологии (т а б л . 2.2). Примерно 1,6 млн – 300 тыс. лет назад появился и исчез, или эволюционировал по биогенному типу, Человек прямоходящий, или выпрямленный (Homo erectus). На первых этапах своего первобытного существования человек сильно зависел от природы, подчинялся ей и, по возможности, приспосабливался к ее законам и условиям. То есть преобладали биологические формы адаптации. Поэтому его распространение, как у большинства живых существ, вначале имело ограниченный ареал. Считается, что это были зоны преимущественно тропических редколесий и саванн, с богатыми пищевыми ресурсами и теплым климатом. В период от 200 до 40 тыс. лет назад, предположительно в среднем плейстоцене, Человека прямоходящего (Homo erectus) сменил и жил уже Человек разумный (Homo sapiens) архаичный – неандерталец или палеоантроп. Он использовал для охоты каменные орудия и огонь.


Т а б л и ц а 2.2 Схемы периодизации плейстоцена(геолог.) – палеолита(археолог.)

Подразделения

четвертичного

периода

(антропогенного)

Голоцен (современный)

Плейстоцен (покровные оледенения)

Поздний (верхний) плейстоцен (Q3)

Средний плейстоцен (Q2)

Ранний (нижний) плейстоцен (Q1)

Эоплейстоцен

 

По К.К. Маркову, А.А. Москвитину и др. По П. Вальдштеду и др.
Голоцен Голоцен
   
   
Валдайское оледенение (Осташковская ледник. эпоха) Молодой вюрм
Брянский (Молого-шекснинский) межстадиал (межледниковье) Межстадиал
Начальные Средний вюрм
стадии (в т.ч. Калининская) Валдайской ледниковой эпохи Межстадиал древний вюрм
Мгинско-микулинское межледниковье Рисс – вюрм
Московское оледенение, Одинцовское межледниковье Рисс
Миндель – рисс
Днепровское оледенение, Лихвинское Миндель
  Гюнц – миндель
Окское оледенение, Варяжское оледенение Гюнц
 

12–21

23–29

30–40 43–46 50–70

80–120 (130)

130–200

200–300

350–500

500–700

700–1000

Абсолютный возраст, тыс. лет Периоды палеолита и их продолжительность, тыс. лет
11–4 5–3 9–6 11–8 Бронзовый век Неолит Мезолит
12–1000 Палеолит
12–120  

Поздний (верхний) палеолит, 25 (появляется человек современный – неоантроп, его типы и расы)

Средний палеолит (мустье), 40–60 (живет неандерталец (палеоантроп))

Древний (ранний) палеолит, > 1000 (появление Человека разумного (Homo sapiens) архаичного – неандертальца; возникновение и эволюция Homo habilis (умелого) и Homo erectus (выпрямленного))

1000–2500


Однако численность палеоантропов была невелика, и хотя в качестве элемента социальной адаптации уже существовала общественная форма их жизнедеятельности, по своему воздействию на ландшафты человек мало отличался от прочих гетеротрофных консументов. В ледниковый период, адаптируясь морфологически, физиологически и функционально на популяционном и социальном уровне родовых общин, он проник и обитал уже и на юге Европы, и в Азии. По мнению известных антропологов В.П. Алексеева и Т.И. Алексеевой, в среднем палеолите (150–40 тыс. л. н.) уже существовали все пять географически предопределенных адаптивных морфофизиологических типов людей: тропический (экваториальный), умеренной зоны, арктический, континентальный и высокогорный. География стоянок с элементами ранних среднепалеолитических культур показывает, что в это время человек расселился уже по всей Африке и Евразии. Племенами неандертальцев, видимо, начала осваиваться азиатская и американская Арктика. Палеолитические стоянки обнаружены и в заполярье. По одной из версий, расселение человека современного вида, владевшего огнем, началось примерно 100–120 тыс. лет назад из Африки, через Малую Азию. Причина – рост численности людей и оскудение пищевых ресурсов из-за роста плотности населения. Средняя скорость расселения первобытных людей того времени составляла примерно 3–5 км за 10 лет. Некоторые ученые предполагают, что кочевые племена неандертальцев могли проникать в заполярье уже в период оптимума мгинско-микулин-ско-казанцевского межледниковья (125–100 тыс. л. н.). В этот период в Евразии тундра исчезла с материка вообще, а фрагментарно встречалась только на севере Ямала и Гыданского полуостровов, северная же тайга узкой полосой оставалась только вдоль побережья в Сибири. Тем не менее, в среднем (150–40 тыс. л. н.) и верхнем палеолите (40–20 тыс. л. н.) эволюция человека и ландшафтов продолжалась еще преимущественно по биогенному, или биогенетическому, типу.

3. Антропогенный, или антропосферный этап развития ландшафтов, как считают многие ученые, начался примерно 45–35 тыс. лет назад (верхний палеолит), когда на Земле появилась поздняя форма Человека разумного (Homo sapiens) современного, или неоантропа. Он уже мало чем физически и физиологически отличался от современного человека. Прежде человек практически был частью биоты и в ландшафтной сфере почти не выделялся. На рубеже среднего и верхнего палеолита, 40–35 тыс. лет назад, все большую роль в жизнедеятельности человека начинают играть различные формы социальных адаптаций. В результате он


быстро расширил область своего постоянного существования и начал проникать в приледниковые районы. На рубеже 1-го и 2-го этапов (стадий) позднеплейстоценового Валдайского оледенения (70–10 тыс. л. н.), в период длительного межледниковья, или межстадиала (30–22 тыс. л. н.), племена кроманьонцев (люди северной, европеоидной расы), предположительно, проникали до полярного круга. В период максимума последней стадии Валдайского оледенения (18–20 тыс. л. н.) они, переживая климатически обусловленный экологический кризис, были вытеснены наступавшим ледником примерно до широты Среднерусской возвышенности.

Согласно модели четвертичных оледенений в Евразии М. Милан-ковича и радиационно-климатических диаграмм последнее максимальное уменьшение угла наклона земной оси к плоскости эклиптики (прецессия земной оси) произошло около 11 тыс. лет назад. Это привело к быстрому потеплению и таянию ледника в позднем плейстоцене (12–11 тыс. л. н.), перед голоценом. Однако голоценовый климатический оптимум (максимум потепления) проявился в ландшафтах с запаздыванием на 5000 лет, то есть примерно 6000 лет назад.

Предки славян и арьев, жившие 10–5,5 тыс. лет назад в Центральной и Восточной Европе и за Уралом в период голоценового оптимума, кочевали, предположительно, до полярных широт. В этот период зона северной тайги сохранилась только вдоль побережья к востоку от Канина полуострова, а средняя тайга, сдвинувшись на 350 км к северу, вышла к побережью Северного Ледовитого океана. Примерно 5 тыс. лет назад (3 тыс. лет до н. э.) некоторые племена арьев, видимо, откочевали из Восточной Европы в Индию. В сохранившихся в «ведической культуре» Индии гимнах Вед, записанных на санскрите (языке, близком к древнерусскому – славянскому), есть упоминания о жизни арьев в условиях длительной полярной ночи и полярного дня.

Человек разумный, неоантроп в верхнем палеолите все активнее пользуется огнем (в частности, для охоты), создает и быстро совершенствует разнообразные орудия труда, в том числе из обработанного камня (микролиты). Именно в этот период (18–14 тыс. л. н.) возникает устойчивая родовая община и начинает заметно меняться ведущая форма эволюционного развития человека, а с ним и географической оболочки. Ведущим фактором эволюции становится не биогенетическое, а социальное и умственное развитие человечества в форме коллективного разума, навыков и т.д. Об этом говорит относительно быстрое совершенствование орудий и навыков труда. В позднем палеолите, 18–25 тыс. лет


назад, человек, ведя полуоседлый образ жизни, охотился на крупных млекопитающих в приледниковых степях умеренных широт Евразии. В приморских, южных районах уже выделились оседлые племена, специализировавшиеся на рыболовстве и собирательстве. В тропических районах с умеренно влажным теплым климатом и обилием пищи специализация племен была выражена слабее. То есть, усложняясь, совершенствуется социальная структура различных человеческих сообществ. Тем не менее, верхний (поздний) палеолит (35–10 тыс. л. н.), видимо, был преимущественно периодом относительно плавного эволюционного социокультурного развития человечества, обусловившего относительно быстрое совершенствование навыков и орудий труда в обществе с присваивающим типом хозяйственной организации.

В это время наиболее мощным орудием влияния хозяйственной деятельности на ландшафты был огонь, а именно искусственные палы, помогавшие в загонных охотах. Потепление климата и исчезновение покровного оледенения в Евразии (14–10 тыс. л. н.) вначале регионально, видимо, увеличивали биопродуктивность ландшафтов и численность охотничьих животных, что способствовало разделению труда в первобытных общинах, зарождению и развитию ремесленничества. В то же время, на первых этапах быстрого потепления климата, рост температур не компенсировался достаточным увеличением осадков, так как значительное количество воды еще было законсервировано в оставшихся ледниковых покровах. При этом имели место сильные колебания (флуктуации) увлажненности южных районов Евразии. Так, исследования колебаний уровня Каспийского моря показывают, что в позднем палеолите Хвалынскую трансгрессию моря, связанную с активным таянием ледника и увеличением увлажненности и стока на европейской территории, сменила на границе палеолита – мезолита 12–11 тыс. лет назад глубокая Бегдашская регрессия (р и с . 2.1). В период Мангышлакской регрессии (10 тыс. л. н.) уровень Каспия упал более чем на 50 м ниже уровня океана (Г.И. Рычагов, 1997; и др.).

Из-за палов, наложенных на активное потепление климата, снижалась залесенность территорий, но увеличивались площади пастбищ, что на определенных этапах могло благоприятно сказываться на численности крупных травоядных животных. Однако в южных и центральнома-териковых районах ксерофитизация степей и лесостепей снижала их биопродуктивность.

Именно в конце палеолита – мезолите (14–9 тыс. л. н.) особенно быстро совершенствовались навыки труда, способы и орудия охоты, а


Р и с . 2.1. Схема изменений климата в юго-восточной части Европы и Средней Азии и колебания уровней Каспийского моря в верхнем палеолите– неолите

соответственно, и воздействия на ландшафты. В это время появляются первые простые механизмы, такие как лук и стрелы, копья с ножевид-ными наконечниками из обработанного кремня, бумеранги и примитивные серпы, инкрустированные микролитами, и др., возникают первые крупные ремесленные мастерские и торговля либо обмен их изделиями. Все это в виде материальных остатков и наскальных рисунков того времени зафиксировано археологами, в том числе на Южном Урале, Ближнем и Среднем Востоке, Индии, Месопотамии и в других районах. Соответственно возросла и эффективность охоты. Поэтому некоторые ученые конец палеолита считают рубежом биогенного и антропогенного этапов развития ландшафтной оболочки. С совершенными орудиями человек уже мог уходить далеко с освоенных мест, где плотность животных из-за интенсивной охоты и аридизации климата снижалась, и пре-122


следовать мигрирующих к северу из засушливых ландшафтов Средней и Малой Азии животных вплоть до перегляциальной области отступающего ледника. Видимо, в это время (верхний палеолит – мезолит) уже сформировались и устойчиво существовали первые природно-антропо-генные ландшафты. Локально они проявлялись в степях, лесостепях и саваннах в уменьшении их лесистости, изменениях состава травяных сообществ, животного населения и его численности. В частности, широкое распространение в степях и саваннах из-за загонных палов получили злаки. Наиболее сильно изменялись ландшафты вокруг стоянок родовых общин. Последние, как элементарные ячейки первобытнообщинного строя общества, по родственным связям, проживанию на одной территории, навыкам и обычаям объединялись в племена. В таких сообществах резко ускорялся обмен предметами труда и навыками. В результате их воздействия на ландшафты стали носить более масштабный, специфический «этнокультурный» характер, обусловленный как мор-фофизиологическими, так и социальными адаптациями. Социальные адаптации в форме коллективного разума и быстрого обмена знаниями и навыками в общинах резко увеличивали эффективность жизнедеятельности человека и его воздействия на ландшафты. Продолжающаяся естественная и антропогенно усиленная аридизация ландшафтов и уменьшение их лесистости при присваивающем типе хозяйственной деятельности привели к тому, что 11–10 тыс. лет назад в относительно плотно заселенных южных районах Евразии в жизни древних людей наметился острый экологический кризис.

Суть его в том, что из-за интенсивной охоты на крупных млекопитающих (мамонта, древнего бизона, лошадь, оленя и др.) их поголовье резко сократилось, а ряд видов вообще исчез с лица земли (например, мамонт). Искусственные палы на фоне естественного потепления способствовали ксерофитизации и опустыниванию ландшафтов центральной и юго-западной Азии и Северной Африки. Резкое повышение температуры на планете и таяние ледников на севере Европы и в горах на рубеже плейстоцена и голоцена (11–8 тыс. л. н.) привели к тому, что на юге Прикаспия, в Закавказье и Малой Азии процессы ксерофитизации лугово-лесостепных и степных ландшафтов, стимулируемые дополнительно загонными палами, шли особенно активно. При этом увеличилась неустойчивость увлажнения и биопродуктивности ландшафтов. Продуктивность сухостепных ландшафтов резко снижалась в периоды все более длительных засух. Из-за нехватки кормов и воды часть крупных животных, а с ними и племен, откочевывали вдоль Каспия и Черного моря на север. Другая их часть концентрировалась в оазисах


около воды. Здесь же концентрировались и оставшиеся животные. С одной стороны, они составляли конкуренцию людям за растительную, а хищники – и за животную пищу; с другой стороны, сами служили пищей для людей. Видимо, в таких местах 10–12 тыс. лет назад возникли первые устойчивые поселения людей. По мере аридизации климата нагрузки на земли оазисов и напряженность с пищей нарастали. Вокруг поселений и плотно заселенных «оазисов», многие из которых, видимо, располагались в речных долинах, в радиусе 4–5 км резко снижалась плотность охотничьих животных и запасы растительной пищи. Активизация примитивно присваивающей хозяйственной деятельности, на базе роста коллективного разума и первобытной «НТР», вела к широкому распространению в южных аридизированных районах Евразии деградированных ПАЛ. В результате в этих районах развился экологический кризис, поставивший их население на грань выживания. Его численность в период 11–8 тыс. лет назад резко уменьшилась (демографический кризис). Перед человечеством встала проблема: как выйти из экологического кризиса, как выжить? Выход был найден.

Неолитическая революция. Она заключалась в переходе человечества на рубеже плейстоцена – голоцена, в мезолите (8–10 тыс. л. н.) от присваивающего экстенсивного к производящему типу хозяйства. В период 10–7 тыс. лет назад в южно-азиатских районах, в оазисах, где была вода, появились и начали активно расширяться очаги, где человек разумный учился возделывать (культивировать) землю, выращивать и запасать съедобные и наиболее продуктивные злаки, а также приручать, выращивать в неволе и выпасать травоядных животных. То есть он научился регулировать уменьшающиеся запасы пищи. Этот переход и был назван английским археологом Г. Чайлдом неолитической революцией.

Она сопровождалась зарождением земледелия и животноводства. Следы природно-антропогенных ландшафтов наиболее древних (9–10-тысячелетней давности) земледельческих культур обнаружены в Междуречье, в Месопотамии. С ними были связаны небольшие поселения около водоемов, вокруг которых в радиусе 3–4 км размещались первые земледельческие угодья, чередующиеся с естественными или слабо трансформированными ландшафтами. Примерно на этот же период приходятся и выявленные в Малой Азии и Южном Прикаспии первые следы доместикации (одомашнивания) вначале мелкого, а затем и крупного рогатого скота и животноводства. Однако происходила эта «революция» в разных районах земного шара поли- или метахрон-но, т.е. последовательно разновременно практически в течение всего мезолита – неолита 10–5 тыс. лет назад (р и с . 2.2). Последнее время


 


появились сообщения о том, что в Южной Корее и Китае найдены зерна риса, выращенного на полях 11–14 тыс. лет назад. В то же время в Африке есть районы, где до сих пор из-за обилия пищи местные жители, видимо, находятся на переходной стадии; кочуя с места на место, они продолжают заниматься преимущественно собирательством. Мужчины охотятся, а женщины, выискивая и оберегая растения, создают как бы разбросанный огород. Выделяя участки со съедобными растениями, они отслеживают их созревание и собирают урожай.

На первых этапах хозяйственного освоения новых районов Евразии относительно небольшая численность населения и скота при огромных свободных землях позволяла полуоседлым общинам смещаться с деградированных в результате примитивного агропроизводства угодий на другие территории. Постепенно деградированные земли восстанавливали свой биопродуктивный потенциал. На этом, собственно, и были основаны первые примитивные, экстенсивные формы производящего хозяйства – кочевое скотоводство и подсечно-огневое земледелие. В районах с экстремальными природными условиями, низкой биопродуктивностью ландшафтов и плотностью населения отгонно-кочевое скотоводство (в пустынях и полупустынях, в тундре и лесотундре) сохранилось и сейчас.

Цивилизация – одна из стадий развития общества (дикость, варварство, цивилизация). Цивилизация – есть культура, ограниченная некоторыми рамками или правилами (традициями, законами) жизнедеятельности общества. Цивилизация – это своеобразная форма социальной адаптации общества в ОС (ландшафтах), основанная на соблюдении выработанных в процессе жизнедеятельности конкретных устойчивых сообществ законов, правил и этнокультурных традиций, позволяющих сохранять и совершенствовать навыки выживания. В достаточно увлажняемых ландшафтах формировались очаги земледельческих цивилизаций, а в аридизированных степных – кочевых скотоводческих этнокультур и цивилизаций. То есть произошло природой обусловленное разделение труда и цивилизаций. По археологическим данным, первые устойчивые очаги земледелия с целенаправленно изменяемыми КЛ появились в юго-западной Азии, Месопотамии и Восточном Средиземноморье в VII–VI тысячелетиях до н. э. В это время уже получило распространение мотыжное земледелие. В долине Нила, Иране, Средней Азии, Индии, Китае, Эфиопии земледельческие очаги возникли в VI–V тысячелетиях до н. э.; в Западной Европе, Украине, Молдавии, Северном Предкавказье – в IV–III тысячелетиях до н. э. («бронзовый век»). В центральных лесных районах Восточно-126


Европейской равнины и в Скандинавии имеются следы земледельческих очагов периода I–I тысячелетий до н. э. и н. э. («железный век»). Так, на территории нынешней Тульской области в VIII–IX веках н. э. плотность населения составляла примерно 1 чел./км2, которое занималось в основном скотоводством, а элементы земледелия были еще в зачаточном состоянии. Активный рост численности и оседлости населения, а также развития подсечно-огневого земледелия начался здесь только в X–XVI веках. В то время как в Древней Греции уже в начале II – конце I тысячелетия до н. э. из-за широкого распространения земледельческих и пастбищных ландшафтов, а также активного лесопользования, в дигрессии растительного покрова и эрозии ярко проявилась антропогенная деградация средиземноморских, лесных ландшафтов. В аридных районах Средней Азии найдены следы ирригационных систем земледелия IV–III тысячелетий до н. э. (Теджен-Мургабское междуречье, энеолитический оазис Геоксюр). Древнейшие следы ирригационных систем земледельческих культур имеются в Месопотамии. Создание таких сооружений возможно только при хорошо организованной, устойчивой общинной жизнедеятельности людей. На этот же период (III тысячелетие до н. э.) приходится появление пашенного земледелия, а в Месопотамии – первых городских поселений (городов-государств) с плотной застройкой, развитым ремесленничеством, торговлей и прилегающими к ним огородами и полями (рис. 2.2). Это уже высокоорганизованные сообщества людей с относительно четким разделением высокопродуктивного труда. Между тем устойчиво и активно развивающиеся земледельческие и городские ландшафты в лесной зоне Европейской территории России появились лишь в VI–XIII веках н. э.

Именно переход к земледелию и животноводству, то есть к производящему типу хозяйственной организации общества, привел к возникновению и развитию устойчивых КЛ с их природно-технологическими вещественно-энергетическими круговоротами и цивилизаций. Цивилизации и города могли формироваться только тогда, когда появлялся устойчивый излишек продуктов сверх необходимого прожиточного минимума, способствующий разделению труда. Этот излишек запасался на случай неблагоприятных природных условий, а частично мог расходоваться на поддержание ремесленничества, ремесленнических и других «школ», необходимых для совершенствования знаний, орудий и навыков труда. Часть средств расходовалась на организацию и поддержание общественных мелиоративных работ, религиозных традиций и вероучений, развитие искусств. Так, по расчетам ученых-археологов


в Джейтуне (Прикаспий) для поддержания своей семьи продуктами питания (зерном) два человека должны были работать на полях всего 1,5–2 месяца в год. Остальное время они могли заниматься общественными работами: строительством ирригационных систем, храмов, дворцов, производить впрок запасы продовольствия или поддерживать им ремесленничество, искусство, школы (науку).

В Месопотамии производительность труда при орошаемом земледелии была в 2 раза выше. Поэтому земледельцу для обеспечения себя продуктами питания требовалось всего 30 дней.

Итак, ведущим фактором антропогенного или (и) ноосферного (по В.И. Вернадскому) этапа эволюции ландшафтов и выделения нового уровня организации ГО в конце палеолита – неолите становится человек, а точнее, человеческое сообщество с его быстро эволюционирующим коллективным разумом. Последнее определяется активным обменом навыками и знаниями хозяйственной деятельности между всеми (не только родственниками) членами общины. В это время уже были широко представлены деградированные ПАЛ примитивного присваивающего типа хозяйственной деятельности. Под влиянием хозяйственной деятельности производящего типа появились первые культурные, целенаправленно возделываемые земледельческие ландшафты.

Последнее изменение этой страницы: 2016-03-22; Просмотров: 74; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! (0.082 с.) Главная | Обратная связь