Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Не ожидай просветления сознательно




Счастлив ты или сердит, в тихих или шумных местах, ты постоянно должен вспоминать изречение Чжао Чжоу: «Собака не обладает природой будды». Прежде всего, не ожидай просветления сознательно. Если ты сознательно ожидаешь просветления, ты говоришь: «Сию минуту я обманут». Если ты ждешь просветления, цепляясь за иллюзию, то хоть ты и проходишь через неисчислимые миллиарды лет, ты по-прежнему не в состоянии обрести просветление. Когда ты вспоминаешь это изречение, пробуди свой дух и всмотрись в этот принцип.

Постоянно помни две вещи — ты не знаешь, откуда мы являемся при рождении, и не знаешь, куда мы деваемся со смертью, — и удерживай их на кончике своего носа. Ешь ты или пьешь, в тихих или шумных местах, ты должен делать добросовестные усилия ежеминутно; постоянно, как будто ты безнадежно задолжал кому-то миллионы, твое сердце мучительно переживает, и убежать некуда.

Когда ищешь рождение, его нельзя найти; когда ищешь смерть, ее нельзя найти, — в такие мгновения пути добра и зла отрезаны напрочь.

Не читал ли ты, как в прежние дни Мастер Цзы Ху сказал: «Приход Патриарха с Запада означает лишь то, что зимой холодно, а летом жарко, что ночью темно, а днем светло». Это просто означает, что ты понапрасну вносишь смысл туда, где нет смысла, создаешь заботу там, где нет заботы, навязываешь «внутри» и «снаружи» там, где нет внутри и снаружи, и говоришь бесконечно о том и о сем там, где ничто не существует.

«Никакая речь не есть истинная речь, и никакое слушание не есть истинное слушание».

Таким образом, я являюсь тобой, а ты являешься мною: мы не двое — ты и я, — поскольку не существует дуальности, нет различения и нет разделения.

Хорошие новости: Да Хуэй, наконец, подходит все ближе и ближе к сути. То, что он говорит теперь, — не простые знания. Похоже, сутры собирались его учениками с того времени, когда Да Хуэй начал учить как интеллектуал, до того момента, когда он стал просветленным.

Таким образом, эта серия чрезвычайно важна — она даст вам весь процесс перемены ума в не-ум, растворения интеллекта в разуме, потери существования слов в бессловесности.

Все звуки умолкают... все разделения исчезают... даже разделения между мастером и учеником больше нет. Вся эта серия показательна в том смысле, что она покажет вам путь на различных его этапах.

Большинство просветленных людей говорят лишь после своего просветления. Дистанция между ними и вами огромна — они вверху, на солнечной горной вершине, а вы в темных долинах вашей жизни. Эта дистанция так велика, что рассчитывать на возникновение какого-либо взаимопонимания между вами очень трудно.

Но ваш диалог с Да Хуэем начинается тогда, когда он сам в темной долине, и диалог этот продолжается по мере того, как он сам карабкается на гору. Он еще не на вершине, но становится все более определенным, что ему удастся достичь ее. Он уже совсем близок к цели.

Поскольку диалог с ним начинался в то время, когда он был просто одним из вас, то эта непрерывность и постепенность перемен в его существе может иметь огромное значение для понимания не только его, но и вашего собственного путешествия.

Быть может, император Китая познакомился с ним тогда, когда Да Хуэй был уже просветленным — почему и дал ему почетный титул: «Великий Мастер Дзэна». Мы должны посмотреть, удалось ли ему путешествие, или он сбился с пути... ведь заблудиться можно в самый последний момент. Ему остается всего один шаг, но что-то — какая-то идея, какая-то случайность, какое-то происшествие — может увести его прочь.

Есть на Востоке старая пословица о том, что люди сбиваются с пути тогда, когда они почти добрались. Очень странная пословица, но в ней скрыта большая психологическая проницательность. Как только человек почувствует, что он близок к цели, он начинает утрачивать то осознание, которое необходимо для финального прыжка, У него появляется мысль: «Теперь я почти наверняка достигну, это вопрос лишь еще нескольких шагов...» Даже одного шага довольно, чтобы увести вас в сторону, если вы слишком уверены. Если вы остаетесь открыты, уязвимы, если вы осознаете, что все еще можно потерять, — тогда меньше вероятность, что вы потеряете это.



Путешественникам хорошо известно, что, когда они приближаются к своей цели, у них возникает чувство крайней усталости — как раз перед целью. Они прошли тысячи миль, но еще ни разу не чувствовали себя такими усталыми. И поскольку теперь они видят свою цель, она уже почти достигнута, то спешка ни к чему; они могут присесть, они могут отдохнуть — и это очень опасная ситуация.

Внутреннее путешествие таково, что вы не можете отдыхать и ждать: дело в том, что цель — это не нечто мертвое, это не мишень, которая будет оставаться неподвижной.

Даже если вы отдыхаете у стен храма своей высшей реализации, вы можете уснуть снова. Прежние привычки — а привычки умирают тяжело! — могут поглотить вас. И вот добрый старый сон приходит под именем усталости, нашептывая вам: «Отдохни, ведь ты уже прибыл; завтра утром ты сможешь войти в храм. Не торопись сейчас...» До сих пор всегда была спешка, а вот теперь вам почти удалось это, вы можете отдохнуть, можете глубоко погрузиться в сон... и ваш сон уведет вас так далеко в сторону, что, когда вы откроете глаза, — храма уже не будет.

Поэтому мы должны увидеть весь процесс эволюции от студента к ученику, к увлеченному, к мастеру — от простого интеллектуального усилия к пониманию, что такое просветление, а затем к переживанию этого своим собственным существом.

Да Хуэй может оказать вам больше помощи, чем кто-либо другой, потому что всех просветленных людей записывали только после их просветления. Да Хуэй оказался исключением. Поскольку он был великим учителем, самым красноречивым, ученики решили, что он уже просветленный, и начали собирать его сутры.

Тем временем он рос... и вы можете видеть этот рост. Мало-помалу Да Хуэй становится все яснее. Он больше не в уме, он высказывает такие вещи, которые находятся за пределами ума, и дает указания к высшей реализации в совершенно точном направлении.

Эта сутра — Не ожидай просветления сознательно — огромной важности. Даже ожидание есть форма желания, очень тонкая, очень мягкая. Желание немного грубо, примитивно, бесхитростно; ожидание более изощренно, более культурно — но подспудно это по-прежнему желание. Желание приукрасилось, но не изменилось. Просветление возможно, только когда желания нет вовсе, ни в какой форме, внутри вас. Вы даже не ждете этого. Вы просто-напросто раскованны и позволяете вещам случаться. У вас нет определенного желания, чтобы что-то двигалось в определенном направлении, чтобы некие вещи достигли кульминации в точке просветления. У вас нет больше ничего подобного. Вы просто позволяете всему идти своим чередом, наблюдаете течение переживаний, но не привязываетесь ни к чему, не беспокоитесь о прошлом и не ожидаете никакого особенного будущего.

Не ожидайте сознательно просветления, иначе вы упустите его.

А что же делать? Да просто жить в состоянии будь что будет — никуда не идти, ничего не разыскивать, никакой цели не достигать, не рассчитывать на великое переживание. Живите себе попросту повседневной жизнью в полной расслабленности, как будто настоящее мгновение и есть все: никакой заботы о следующем мгновении. Когда вы в этой очищенности — от желания, от ожидания, от размышлений о будущем — просто наслаждаетесь мгновением, которое досталось вам во всей полноте, — просветление приходит. Оно приходит всегда через черный ход. Если вы ожидаете его, то ожидаете у парадной двери. Оно приходит так тихо, что если вы вознамерились услышать его шаги, то прозеваете. Это перемена настолько тихая, что вы узнаете о ней только тогда, когда она произошла... «Боже мой, что случилось? Я уже не тот человек».

Это прекрасная фраза, очень правдивая. А то, что следует дальше... Все сутры Да Хуэя должны быть отчетливо поняты — исключая одно высказывание, приведенное им раньше и повторенное снова: оно, похоже, происходит от какой-то его бессознательной вины — он назвал Будду «бледнолицым» и «варваром».

По мере того как он уходит все больше и больше внутрь, в собственное сознание, он должен осознавать, что дурно вел себя, что не был благодарен великому мастеру — он ведь ученик Гаутамы Будды. Хоть он и пришел на пятнадцать столетий позже, он из той же линии, из той же родословной, и он не должен был произносить такие слова. Но те слова были сказаны, когда он был только интеллектуалом; они не несут никакой ценности, это только исторический документ.

Лишь одно высказывание показывает, что он чувствует, что сделал что-то не то, — и для устранения той ошибки он делает еще одно ошибочное высказывание. Скверно, когда человек не понимает и начинает раскаиваться.

Если вы понимаете, сожаления не будет: прошлое есть прошлое. Вы были непросветленны — как можно ожидать от непросветленного человека чего-нибудь лучшего, чем то, что он сделал? Его нужно простить. Он был тот же человек, что и вы, но вы теперь на более высокой вершине. Теперь вы можете видеть лучше, ваш кругозор обширнее. Тогда вы были в темной долине, где не могли видеть отчетливо, — быть может, у вас и были высказывания, которые, как вы чувствуете сейчас, не были правильными.

Если понимание полное, то вы просто посмеетесь над глупостью интеллектуалов, над собой, над теми прошлыми днями — раскаяния не будет. Но если некоторое раскаяние есть, то вы попытаетесь сделать прямо противоположное — чтобы компенсировать. Вот тут-то он и совершает еще одну ошибку. Это единственное выражение в сегодняшних сутрах, где он еще не полностью свободен от прошлого.

Счастлив ты или сердит, в тихих или шумных местах, ты постоянно должен вспоминать изречение Чжао Чжоу: «Собака не обладает природой будды».

Почему он настаивает на этом изречении: «Собака не обладает природой будды»? Это изречение не подлинное. Вот изречение Чжао Чжоу: «Собака обладает природой будды».

Да Хуэй не хочет делать еще одного унизительного высказывания о Будде — он уже и так делал унизительные высказывания, — поэтому он изменяет утверждение Чжао Чжоу... а оно и не было унижающим! Просто в его уме, кающемся уме, выглядит унизительным то, что собака обладает природой будды. Как будто вы относите Будду к одной категории с собаками. Но на самом деле вы помещаете собак в одну категорию с буддами. Будда не оскорблен; только собака поднята к своему потенциалу, окончательной славе.

Это утверждение не о Будде; это утверждение о природе будды. В правильном переводе природа будды означает пробуждение. Если бы он просто думал о пробуждении, то утверждение Чжао Чжоу о том, что у собаки тоже есть способность пробудиться, не создавало бы этой проблемы — что он делает унижающее утверждение по отношению к Будде. Чтобы избежать неловкости, он изменяет изречение и говорит: «Собака не обладает природой будды».

Это — чувство вины, и оно движется к своему концу. Оно исчезнет; по мере того как Да Хуэй будет расти, и отбрасывать многие вещи, это тоже будет отброшено. Но сейчас это единственное утверждение, где он по-прежнему ошибается.

Прежде всего, не ожидай просветления сознательно. Абсолютно верно! Если ты сознательно ожидаешь просветления, ты говоришь: «Сию минуту я обманут». Очень красивый аргумент. Испытайте его аргументацию: Если ты сознательно ожидаешь просветления — это означает, другими словами, что вы признаете, что сию минуту вы не просветленны, вы обмануты; иначе нет необходимости ожидать просветления.

Его аргументация потрясающе проницательна.

Он говорит, что если вы ожидаете просветления, то в каждый момент своего ожидания вы утверждаете, что обмануты. Когда вы беспрерывно настаиваете: «Я обманут, я обманут, я обманут» — хоть вы и не высказываетесь, но именно это происходит на самом деле, — вы гипнотизируете себя, вы обрекаете себя быть непросветленным существом. Как тогда может просветление случиться с вами? Вы создаете толстую стену, и каждый момент ожидания делает стену все толще и толще.

Вы видите красоту его аргумента? Естественно, ожидая просветления, вы признаете тот факт, что вы еще не просветленные. А в то время как вы продолжаете и продолжаете ждать, продолжается и обработка вашего бессознательного — что оно еще не пробуждено, еще не пробуждено, еще не пробуждено... Эта мысль может стать тем огромным барьером, который воспрепятствует вашему просветлению.

Если, ты ждешь просветления, цепляясь за иллюзию, то, хоть ты и проходишь через неисчислимые миллиарды лет, ты по-прежнему не в состоянии обрести просветление. Когда ты вспоминаешь это изречение, пробуди свой дух и всмотрись в этот принцип. Какой принцип здесь действует? Ожидая просветления, вы, не ведая того, бессознательно применяете определенный принцип самогипноза.

Как раз здесь, в Пуне, лет двадцать тому назад, молодой человек, преподаватель университета, пришел ко мне. Он пожелал частной беседы; он не хотел ничего говорить о своей проблеме при других. Позже я, естественно, понял, отчего ему было так неловко рассказывать об этом. Он с самого детства приобрел привычку — очень странную привычку, потому что мужская физиология не позволяет этого — ходить как женщина.

Мужчина не может ходить как женщина по той простой причине, что у него нет матки. Именно матка в женском теле делает походку иной; без матки это не удается никому. Но, очевидно, что-то произошло в его детстве, чего он не знал. Возможно, он родился в доме, где были одни девочки, его сестры, а он был единственный мальчик. И, естественно, дети учатся через подражание: если его окружали одни девочки, то, может быть, он и начал двигаться тем же способом, что и они, да так и привык.

Все смеялись над ним — преподаватель университета, а ходит как женщина! Все студенты смеялись... Он бывал у врачей, но они говорили: «Что мы можем поделать? Болезни никакой нет, никакая и медицина не поможет. В твоем теле нет патологии. Операция тоже ничего не даст».

Он побывал у психоаналитиков в Бомбее и Нью Дели, и они не могли поверить, потому что такой случай им еще никогда не встречался. Ни один из их советов не был психоаналитическим советом — в психоанализе нет прецедентов на такой случай. Во всех открытиях психоанализа мне не попадался ни один подобный случай, который лечили бы психоаналитики. Так что, естественно... совет, данный психоаналитиком, был просто банальным советом. Ему предложили: «Вы должны упорно стараться ходить как мужчина. Будьте внимательны».

Это совет общего характера. «Что тут поделаешь? Вам нужно изменить свою привычку, создать новую привычку. Поэтому, когда вы идете на утреннюю прогулку или на вечернюю прогулку, упорно старайтесь ходить как мужчина».

Это и вызвало беду: чем больше он старался идти как мужчина, тем больше его ум гипнотизировался и он ходил как женщина. Он очень старался... как никто! Вы пробовали когда-нибудь не ходить как женщина?

Но если вы очень сознательно и упорно пытаетесь идти как мужчина, то, не понимая механизма гипноза, вы еще больше гипнотизируете себя и начинаете ходить как женщина. Вы упорно пытаетесь — и терпите провал, и с каждой неудачей ваш самовнушенный комплекс углубляется. Так что все советы великих психоаналитиков оборачивались для него еще большей бедой. Его походка стала напоминать женскую больше прежнего.

Когда он пришел ко мне, у меня было несколько друзей, но он попросил: «Я не могу рассказать вам свою проблему. Я хочу абсолютной конфиденциальности».

Тогда я сказал: «Ладно, можете пройти ко мне в комнату». Я повел его в свою комнату, и он запер дверь. Я сказал: «Что же за проблема у вас, что вы так сильно опасаетесь?»

Он сказал: «Это так неловко... я хожу как женщина».

Я сказал: «Вам не следует смущаться из-за этого. Фактически вы совершили чудо. Физиологи не могут поверить, что это возможно: чтобы ходить по-женски, необходима матка, иначе ничего не получится. А у вас нет матки...»

Он вымолвил: «Как бы то ни было...»

Я сказал: «Вас просто недооценивают. Кто сказал, что это неловко? Вы могли бы выиграть состязание, могли бы стать первым во всем мире мужчиной, идущим по-женски... никакой мужчина не может состязаться с вами!»

Он сказал: «Что вы говорите? Вы пытаетесь утешить меня».

Я сказал: «Ничуть. Я просто стараюсь пояснить вам... Вы слушали психоаналитиков и других советчиков, которые велели вам делать упорные и сознательные усилия, чтобы ходить по-мужски, — а что же получилось в результате?»

Он сказал: «В результате получилось то, что я хожу еще более по-женски, чем прежде».

Я сказал: «Теперь выслушайте мой совет. Старайтесь упорно ходить как женщина...»

Он сказал: «Вы же выставляете меня в совершенно глупом виде».

Я сказал: «Попробуйте прямо здесь, в этой комнате, передо мной. Сделайте сознательное усилие, чтобы пойти как женщина. Я хочу посмотреть, как вы пойдете... потому что это физиологически невозможно. Это лишь психологическая обусловленность, и ее можно сломать — но не через противоположную крайность».

Он был испуган, но я сказал: «Попробуйте, прямо по комнате, — но будьте сознательны и делайте это как можно более по-женски».

И он потерпел неудачу, у него не получилось. Он воскликнул: «Боже мой, этого не может быть!»

Я сказал: «Теперь выходите, отправляйтесь в университет, и идите сознательно по-женски. Смотрите на женщин, как они ходят... найдите самую лучшую женщину, и ходите точно как она».

А через семь дней, когда я уезжал, он снова пришел и сказал мне: «Вы сотворили чудо. Я все упорнее пытался идти как женщина... я не мог сделать этого. Люди даже начали странно поглядывать на меня, потому что они ждали от меня женской походки, а я иду по-мужски. Я изо всех своих сил стараюсь идти по-женски — и ничего не выходит!»

Я сказал ему: «Это способ прорваться через ваш самогипноз. Самогипноз является бессознательным. Если вы сознательно проделаете ту же самую вещь, то самогипноз прекратится. Он не может выдержать света сознания».

Да Хуэй говорит: пробуди свой дух и всмотрись в этот принцип. Почему ты не просветленный? Вопрос не ставится так, что ты должен быть просветленным; но как ты упустил возможность быть просветленным? Каков принцип твоей неудачи в этом? Желать этого, ждать этого — вот это и есть тот принцип, который создает такие трудности для просветления.

Если вы отбросите саму эту идею и просто наслаждаетесь мгновением, просветление приходит. Тут нет ничего такого, что приходит извне; это нечто такое, что в вашем умиротворенном, тихом будь-что-будет возникает внутри вас. В этот момент вы не желаете ничего, не ждете ничего, у вас нет никаких амбиций — это означает, что внутри у вас совершенно нет напряжения.

Будь-что-будет — это правильная подготовка, позволяющая вам внезапно обнаружить, что вы всегда были просветленным. Просветление есть ваша природа. Вы создаете гипноз, что вы обмануты, что вы не просветленный.

Делая усилие, чтобы достичь просветления, вы удаляетесь прочь от него.

Отбросьте всякое усилие.

Постоянно помни две вещи — ты не знаешь, откуда мы являемся при рождении, и не знаешь, куда мы деваемся со смертью, — и удерживай их на кончике своего носа. Он говорит: вместо того чтобы озадачивать себя просветлением, вам следует помнить только две вещи, которые постичь вы не в силах: это коаны. Вот первый из них: откуда вы приходите?

Маленький мальчик спрашивал отца: «Скажи мне, па, откуда я здесь появился?» Отец немного смутился, но — в конце концов, он был человеком образованным и считался очень передовым — он поведал целую историю о том, как он занимался любовью с матерью мальчика. Мальчик уставился на отца широко раскрытыми глазами и думал: «Что за ерунду он говорит? Я задал простой вопрос — откуда я прибыл? — а он рассказывает мне вещи, которые не имеют никакого смысла». Но он молча слушал.

Отец потел, и все рассказывал ему: «Я занимался любовью с твоей матерью...» — и как это делается... Мальчишка думал о том, что задал простой вопрос, но он дал отцу изложить всю его сексологию. Когда отец закончил, то спросил, отирая пот: «Ну как, ты все понял?»

Мальчик сказал: «Ты не сказал ни одного слова в ответ на мой вопрос. Джонни Джонс из моей школы говорит, что он — из Нью-Джерси, а я хочу знать, откуда я. Я буду выглядеть дураком, рассказывая всем мальчишкам из моего класса то, что ты наговорил мне. Они сделают меня посмешищем, скажут: "Ты полный идиот. Кто-то приехал из Нью-Джерси, кто-то прибыл из Нью-Йорка, кто-то еще из Вашингтона — но ты очень странный парень. Каким же это маршрутом ты следовал?"».

Вы не можете обнаружить, откуда вы приходите, и вы не можете обнаружить, куда вы уходите. Тогда зачем он велит вам сделать это своей единственной заботой? Затем, чтобы занять ум абсолютно. В нем не будет желаний; там будут исследования, вопросы. И совершенно безуспешные — это точно. Коаны составляются таким образом, что успех невозможен. Если вы можете ответить, значит, вы одержимы умом; если же вы не справляетесь, тогда ум — терпя полный провал — перестает функционировать.

Откуда вы приходите и куда вы уходите? Это специально, чтобы остановить функционирование ума. Ум не может... Ум пришел после вашего рождения, поэтому он не знает, откуда он приходит. И ум попадает в кому перед вашей смертью, поэтому он никогда не узнает, куда уходит, так что и рождение, и смерть — оба остаются за пределами ума. Сталкиваясь с такими невозможными вопросами, ум утомляется, совершенно утомляется и — прекращает работу.

В таком состоянии, когда ум перестает функционировать, внутри вас может возникнуть посетитель, которого вы даже и не ждали. Вы можете увидеть свое сияющее существо со всеми возможными благословениями.

Вся стратегия в том и заключается, чтобы привести ум в состояние нефункционирования. Желание держит его функционирующим, ожидание держит его функционирующим, амбиция держит его функционирующим. Ради денег ваши амбиции или же ради просветления — это не составляет никакого различия для ума. Силу вы разыскиваете или разыскиваете истину — это не составляет различия. Объект не проблема.

Уму необходимо желание, амбиция, надежда.

Ум всегда проектирует в будущее, и если вы можете остановить проектирование ума...

Дзэн обнаружил самый лучший путь. В мире были тысячи других традиций, было множество способов останавливания ума, но ничто не может сравниться с дзэном. Он — самый научный, самый психологический и — самый быстрый.

Возьмите любой коан... а этот коан очень красив: откуда вы приходите и куда вы уходите? И ум останавливается — вы так утомляете его, и продолжаете утомлять день за днем... Потому Да Хуэй и говорит: и удерживай их на кончике своего носа. Не забывай этот коан ни на миг.

Это тоже важно — то, что он говорит: и удерживай их на кончике своего носа. Может быть, вы не знаете, но Восток знает тысячи лет, что прежде, чем вы умрете — за шесть месяцев, — вы перестанете видеть кончик собственного носа. Знайте — когда вы не сможете увидеть кончик своего носа, значит, путешествие подходит к концу. А почему вы перестаете видеть кончик своего носа?

Когда человек умирает, вы, очевидно, видели, ему немедленно закрывают глаза. Никто не умирает с закрытыми глазами, поскольку для того, чтобы держать глаза закрытыми, необходима энергия, а у мертвого человека нет энергии. Мертвого человека больше нет, так кому же держать их закрытыми? Никакой человек не умирает со сжатым кулаком. Каждый ребенок рождается со сжатыми кулаками, и каждый старик умирает с раскрытыми руками, потому что для сжатия кулака нужна энергия, нужно усилие; с раскрытой рукой вам не нужна никакая энергия. То же самое верно относительно глаз: каждый умирает с открытыми глазами.

Тогда почему мертвецам немедленно закрывают веки? Причина в том, что увидеть мертвого человека с открытыми глазами — очень травмирующее переживание, так как его глаза закатываются кверху: вы можете разглядеть только белки глаз. Вид глазных белков может вызвать у вас кошмары — вы никогда не видели таких глаз.

Поэтому просто чтобы уберечь других — там дети, там женщины, там другие люди — зачем же понапрасну волновать их? — глаза нужно закрыть. Но разворачивание глаз кверху начинает происходить уже за шесть месяцев; мало-помалу глаза начинают сдвигаться кверху. Это занимает около шести месяцев, — полный выход за поле зрения — и под конец вы видите только белизну.

Сказанное им — удерживай их на кончике своего носа — имеет двойное значение. Одно состоит в том, что вы должны помнить постоянно; а второе состоит в том, что просветление должно произойти прежде, чем вы перестанете видеть кончик своего носа, — потому что просветление требует огромного взрыва энергии.

Если глаза начинают закатываться, значит, скоро вы умрете. В течение шести месяцев вас не станет. Это самый замечательный симптом для запоминания: пока вы способны видеть кончик своего носа, позвольте просветлению случиться. Но вашей заботой не должно быть просветление непосредственно; вашей заботой должно быть нечто такое, что вовлекает ваш ум в пустое упражнение, упражнение, которое не может прийти ни к какому разрешению.

Ешь ты или пьешь, в тихих или шумных местах, ты должен делать добросовестные усилия ежеминутно; постоянно, как будто ты безнадежно задолжал кому-то миллионы, твое сердце мучительно переживает, и убежать некуда.

Когда ищешь рождение, его нельзя найти; когда ищешь смерть, ее нельзя найти — в такие мгновения пути добра и зла отрезаны напрочь.

Этот же самый человек говорил в предыдущих сутрах о свершении добрых дел, о стяжании добродетели, о том, как не увлекаться дурными делами, и о всяких подобных вещах. Теперь он говорит, что в такие мгновения — когда ваш ум прекратил функционирование — пути добра и зла отрезаны напрочь. Вы за пределами добра и зла.

Фридрих Ницше написал книгу с таким именно названием — «По ту сторону добра и зла». Несмотря на то, что в его книге нет глубины мистики, она обладает огромной силы интеллектуальным проникновением. У него есть некое прозрение. Это еще не за пределами ума, но он упорно прилагает все усилия, чтобы найти место за пределами добра и зла — поскольку это и есть место нирваны.

Вот что такое просветление: когда вы ни хороши, ни плохи — просто невинны.

Не читал ли ты, как в прежние дни Мастер Цзы Ху сказал: «Приход Патриарха с Запада означает лишь то, что зимой холодно, а летом жарко, что ночью темно, а днем светло».

Вы можете видеть глубокую перемену в сознании Да Хуэя. Он цитировал и прежде, но те цитаты выглядели вне контекста. Теперь он тоже цитирует, но цитата точно подходит к тому, что он хочет объяснить; такие цитаты не кажутся приведенными только для демонстрации своей эрудиции.

Этот вопрос касается Бодхидхармы. Бодхидхарма пришел из Индии в Китай, и это стало традицией среди учеников Бодхидхармы — потому что он был первым патриархом дзэна в Китае: «Приход Патриарха с Запада... Какой за этим смысл? Зачем Бодхидхарма пришел в Китай?

Это спросили и у самого Бодхидхармы: зачем патриарх проделывал такой долгий путь? Такое утомительное путешествие — три года потребовались ему, чтобы достичь Китая; просветленный человек... зачем ему так утруждать себя, идти в Китай? И то, что он сказал, стало потрясающе важным выражением таковости.

«Приход Патриарха с Запада означает лишь то, что зимой холодно, а летом жарко, что ночью темно, а днем светло». Примите вещи такими, как они есть. Очень простое выражение, но огромного значения: ...зимой холодно, а летом жарко; ночью темно, а днем светло. Чтобы учить этому, Бодхидхарма должен был прийти в Китай.

Ты понапрасну вносишь смысл туда, где нет смысла, создаешь заботу там, где нет заботы, навязываешь «внутри» и «снаружи» там, где нет внутри или снаружи, и говоришь бесконечно о том и о сем там, где ничего не существует.

Теперь Да Хуэй разговаривает языком мастера: вещи явлены такими, как они есть.

Коль скоро это простое изречение понято, вы перестаете желать, вы перестаете хотеть, чтобы вещи были другими. Все, из чего состоят ваши молитвы, это — чтобы зимой не было холодно, чтобы летом не было жарко; все ваши молитвы требуют, чтобы природа не была тем, чем она есть. Ваши молитвы — это ваши жалобы, ваши недовольства, ваши расстройства. Человек, который понял, что таковы и есть вещи — что цветок розы есть цветок розы, а шип есть шип, и ничего не поделаешь с этим...

Понимание этого приносит вам огромное расслабление — когда вы уже не вносите понапрасну смысл туда, где нет смысла, не создаете заботу там, где нет заботы, не навязываете «внутри» и «снаружи» там, где есть только одно существование, где нет внутри, где нет снаружи, — и не говорите бесконечно о том и о сем там, где ничто не существует.

«Никакая речь не есть истинная речь, и никакое слушание не есть истинное слушание». Таким образом, я являюсь тобой, а ты являешься мною. Мы не двое — ты и я, — поскольку не существует дуальности, нет различения и нет разделения.

В этой недуальности, в этом бессмысленном великолепии существования, в этом состоянии незаинтересованности — ничего не ожидая, ничего не желая, — вы становитесь так невинны, так открыты и так уязвимы, что величайшее переживание просто возникает в вас. Вы подготовили почву.

Просветление — не цель; это ваша внутренняя потенциальная возможность.

Когда вы раскованны, лотос просветления открывает свои лепестки. И не только вы, но все сущее радуется в этом потрясающем переживании.

В нем нет смысла, но есть огромное великолепие.

В нем нет смысла, но есть огромная значительность.

В нем нет смысла, но есть огромная удовлетворенность, и осуществление, и ощущение, что вы пришли домой.

 

— Хорошо, Маниша?

— Да, Мастер.

НИКАКОЙ ВИНЫ

 

Возлюбленный Мастер,

Созерцание «Нет»

Монах спросил Чжао Чжоу: «Обладает собака природой будды или нет?» Чжао Чжоу сказал: «Нет». Это единственное слово «Нет» является ножом для отделения сомневающегося ума от рождения и смерти. Рукоять этого ножа — только в твоей руке; никто другой не может владеть ею вместо тебя: чтобы добиться успеха, ты должен ухватиться за нее сам. Ты соглашаешься ухватиться за нее сам, только если ты можешь отказаться от своей жизни. Если ты не можешь отказаться от своей жизни, держись пока там, где твое сомнение остается ненарушенным; внезапно ты согласишься отказаться от своей жизни, и тогда с тобой свершится. Лишь тогда ты поверишь, что тишина — это то же самое, что и шум, что шум — это то же самое, что и тишина, что разговор — это то же самое, что и молчание, и что молчание — это то же самое, что и разговор. Тебе не придется спрашивать ни у кого больше, и естественно, ты не станешь воспринимать путаную речь фальшивых учителей.

В своей ежедневной деятельности, двадцать четыре часа в сутки, тебе не следует держаться за рождение, смерть и путь будды как за существующие, не следует тебе и отрицать их как несуществующие. Лишь созерцай это: Монах спросил Чжао Чжоу: «Обладает собака природой будды или нет?» Чжао Чжоу сказал: «Нет».

Это, видимо, недоразумение со стороны Да Хуэя. Быть может, это как-то связано с его бессознательным, поскольку он высказывался в саркастической манере против Гаутамы Будды. Теперь маятник отклонился в другую крайность — потому что ответом Чжао Чжоу было не «Нет», а «Да».

Такое бывает, когда вы неосознанно пытаетесь избавиться от вины, и тогда вы способны читать то, чего нет, или пропускать то, что есть. Ваш ум никогда не читает того, что есть на самом деле; он беспрерывно интерпретирует согласно своим собственным предубеждениям. Одно не вызывает сомнения — что Да Хуэй чувствует вину за дурное поведение. Он был непочтителен к человеку, который не причинил ему никакого вреда.

Но для непочтительности была причина: Да Хуэй был интеллектуалом, он был человеком умным. А все люди, ограниченные своими умами, обязательно обижаются на таких людей, как Гаутама Будда, непоколебимость которых заключается в том, что ум ошибается, а не-ум прав.

Все интеллектуалы обязательно осудят такую позицию, ведь им нужно защищать себя. Они не знают ничего о не-уме; они знают только, что такое ум. Но они добились почестей, уважения, престижа и власти благодаря уму, и если кто-то говорит, что ум — не власть, а зависимость, что ум — не престиж, а полнейшая глупость, что ум — вовсе не ваша честь, а всего-навсего признак того, что вы относитесь к низшим человеческим существам...

Реальная власть принадлежит человеку не-ума; поэтому интеллектуалы всегда чувствовали обиду на мистиков.

Да Хуэй начал свое путешествие как интеллектуал.

Несмотря на то, что он был частью традиции, созданной в Китае Бодхидхармой от имени Гаутамы Будды, где-то в его бессознательном была мстительность, которая вырывалась снова и снова в саркастических замечаниях, вроде «старый бледнолицый», «варвар».

Назвать Гаутаму Будду варваром — это просто нелепость, и со временем он, очевидно, понял, что он наделал. Теперь он хочет расставить все по местам, но он так торопится все сделать правильно, что начинает неправильно читать тексты — со всеми добрыми намерениями. Помня об этом, вы должны понимать, что он говорит:

Монах спросил Чжао Чжоу: «Обладает собака природой будды или нет?»

Это древняя стратегия. Чжао Чжоу был не единственным, кого спрашивали; тысячам других мастеров после Гаутамы Будды задавали тот же самый вопрос, и ученики получали тот же самый ответ. Ответ всегда был: «Да» — потому что Гаутама Будда уже ответил: «Да».

Тот же вопрос был задан и ему: «Обладает собака природой будды или нет?» — поскольку он учил, что все существа обладают природой будды. Очень естественно спросить: «Все существа?.. Ты имеешь в виду собак, ослов, буйволов? Ты действительно подразумеваешь все существа?»

Если бы он указал все человеческие существа, то и тогда это было бы сомнительным. Как же насчет Адольфа Гитлера? Как же насчет Рональда Рейгана? Но он говорит — все живые существа; и тогда естественно возникает вопрос, и не только о собаках, но и о более низких категориях животных. А как может Гаутама Будда сказать «Нет»? Это будет противоречить всей его фундаментальной позиции относительно жизни, это будет противоречить его благоговению перед жизнью.

Существует жизнь в форме собаки или в форме Гаутамы Будды — не в этом дело. Это жизнь. Просто форма постоянно изменяется; жизнь внутри, абсолютная и вечная, точно такая же, как и в Гаутаме Будде. Его «Да» согласуется с его благоговением перед жизнью. Для него нет Бога, кроме жизни.

Поэтому когда вы задаете вопрос: «Обладает собака природой будды или нет?» — то, даже не спрашивая Гаутаму Будду, я могу ответить за него: Да! Собака обладает природой будды. Такова самая сущность его философии. И этот мастер Чжао Чжоу — просветленный мастер; он не может сказать «Нет».

Но, кажется, Да Хуэй не может сказать «Да» — потому что это опять напомнит ему: «Я делаю то же самое снова. Я называл его «бледнолицым», я называл его «варваром», а теперь я делаю еще хуже. Я приравниваю его к собаке!»

Именно из-за своих прошлых высказываний он прочитывает «Нет» там, где стоит «Да». Это должно быть великим уроком для вас: вы способны прочесть то, чего нет. Только из-за того, что вы хотите прочитать что-то, вы можете прочитать это. Вы можете постоянно упускать то, что есть, если не желаете этого видеть. Ваш ум не только вместилище, не только средство приема информации, это к тому же еще и непрерывный цензор.

Научная работа об уме почти немыслима; говорят, он не позволяет войти девяноста восьми процентам информации, удерживая ее снаружи, и допускает внутрь только два процента, которые ему подходят. Девяносто восемь процентов...

Если ум не слышит или слушает одним ухом и дает выходить из другого уха — это ум мужчины. Что касается женщины, то она слушает в оба уха, и позволяет услышанному выйти через рот. В этом и все различие — но оно существует. Ум удерживает только два процента, которые соответствуют его ожиданиям, его обусловленности, его предубеждениям.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 243; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.037 с.) Главная | Обратная связь