Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


Обвинения в авторитарном руководстве и профессиональном несоответствии занимаемой должности



 

Первым из российских мусульманских лидеров такие обвинения пришлось выслушать председателю ДУМ Северного Кавказа муфтию Махмуду Геккиеву. В вину ему ставилось, помимо всего прочего, нежелание и неумение способствовать возрождению ислама в Дагестане, в частности, решить вопрос со строительством в Махачкале большой соборной мечети. Как уже неоднократно упоминалось выше, Геккиев не имел возможности оправдаться, поэтому прокомментировать достоверность этих обвинений не представляется возможным.

Поскольку акция по смещению Геккиева увенчалась успехом, все инкриминировавшиеся ему проступки были востребованы при позднейших расколах. В январе 1992 года в авторитарном руководстве был обвинен уже председатель ДУМ Дагестана Багаутдин Исаев. Ему также инкриминировалась попытка создать отдельное ДУМ для тюркских народов, что могло квалифицироваться как злоупотребление служебным положением. В августе 1992 года на учредительных съездах ДУМ РБ и ДУМ РТ ряд выступающих отметили, что глава ДУМЕС верховный муфтий Талгат Таджуддин «не любил прислушиваться к мнению других, не избирались его заместители, поссорился со многими казыями, работа в ДУМЕС не шла» и «всегда пленумы и съезды проходили под его нажимом, формально», упомянули о «бесконечных оскорблениях и побоях со стороны Таджуддина». Судя по частоте упоминания об авторитарных методах управления Талгата Таджуддина, можно сделать вывод, что эти обвинения сыграли не последнюю роль в мотивации раскола ДУМЕС.

«Дезорганизацию деятельности управления» приписывали Таджуддину и осенью 1994 года во время переворота «инициативной группы» ответственного секретаря ЦДУМ Замира Хайруллина. После 1994 года оппоненты акцентировали внимание на авторитарных методах руководства и профессиональном несоответствии занимаемой должности только двух муфтиев – председателя Ульяновского муфтията ЦДУМ Аюба Дебердиева и председателя Регионального ДУМ Пермской области Мухаммадгали Хузина.

Противники Совета муфтиев России, в свою очередь, указывали на низкий профессиональный уровень муфтиев Равиля Гайнутдина, Умара Идрисова, Мукаддаса Бибарсова, а также Гейдара Джемаля, Валерии Пороховой и ВячеславаАли Полосина.

В отношении председателя Совета муфтиев России распускались самые невероятные слухи, среди которых можно отметить историю о защите кандидатской диссертации Гайнутдина. Якобы в данной работе содержалась ссылка не несуществующий коранический айят, а также множество других грубых ошибок. Со своей стороны автор может заметить, что, хотя данная диссертация действительно подвергалась резкой критике ученых, вряд ли в ней содержались настолько серьезные ошибки. Очень живучими оказались слухи о том, что Равиль Гайнутдин плохо владеет арабским языком, а также не имеет привычки предварительно читать подписываемые бумаги и озвучиваемые речи. Этим обстоятельством, в частности, объяснялись его крайне противоречивые заявления в отношении ваххабизма, численности мусульманских общин и межрелигиозного диалога. «Вчера журналистов познакомили со своей позицией изгнанные Гайнутдиновым имамы соборной мечети Рамиль Аляутдин и Хасан Фахретдинов, а также глава Исламского культурного центра Абдель-Вахед Ниязов. Они пожаловались на нанесенные им обиды и на «рознь, которую сеет имам Гайнутдинов». Г-н Аляутдин убежден, что конфликт приобретает особенную важность в преддверии выборов и на фоне конфликтов в Чечне и Таджикистане. В «обвинении», предъявленном Гайнутдинову, важное место занимает использование им в борьбе с конкурентами связей в высших эшелонах власти России. В частности, прозвучали фамилии Андрея Козырева и Виктора Черномырдина.

По словам г-на Ниязова, имам московской мечети заваливает правоохранительные органы кляузами на исламские организации, обвиняя их в поддержке фундаментализма. За последнее время, заявил г-н Ниязов, «по наводке» имама было проведено более тридцати проверок МВД и ФСБ. Равиль Гайнутдинов оказался повинен и в грехе властолюбия: им создано Духовное управление мусульман Центральноевропейского региона России (ДУМЦЕР), создавшее конкуренцию «общепризнанному» Духовному управлению во главе с Талгатом Таджуддином. Последний, кстати, в результате конфликта оказался, по сути, не у дел, поскольку главные бои ведут ДУМЦЕР и Исламский центр г-на Ниязова», – писал журналист газеты «Сегодня» Роман Вершилло. Аналогичные обвинения выдвигались и в адрес лидера мусульман Нижегородской области Умара Идрисова. С июня 2005-го он сделал немало противоречивых заявлений, эффект от которых усугубили еще более противоречивые пояснения. Так, однажды он заявил, что геев нужно бить камнями, через неделю уточнил, что геев нужно бить палками, а камнями необходимо побивать исказивших его слова журналистов, а еще через полгода стал утверждать, что ни про геев, ни про камни с палками никогда не говорил. Кроме того, до сих пор не ясна позиция Нижегородского муфтията по вопросу празднования Дня народного единства. На официальном сайте Умара Идрисова резко критические материалы в отношении 4 ноября мирно соседствуют с восторженными отзывами об этом празднике. По мнению сторонних аналитиков, такая странная ситуация объяснялась просто – молодой заместитель Умара Идрисова решил скомпрометировать шефа, поссорив его с властями, Нижегородской епархией и даже Советом муфтиев России путем размещения на сайте откровенно провокационных материалов. Чтобы самому впоследствии занять его место. Это объяснение выглядит вполне правдоподобно, однако не снимает ответственности с самого нижегородского муфтия, который обязан контролировать все вверенные ему СМИ.

В свою очередь, Мукаддас Бибарсов обвинялся в неумении управлять ДУМ Поволжья (впоследствии – ДУМ Саратовской области). Действительно, за прошедшие с его основания 15 лет это управление потеряло две трети общин, превратившись из межрегионального в областное. Заметный урон авторитету Бибарсова нанесла также история с общиной города Энгельса, вознамерившейся перейти в ДУМ «Ассоциация мечетей России». Исчерпав все возможности удержать эту мечеть с помощью внутренних ресурсов, Бибарсов запросил поддержку административного ресурса, то есть втянул власти во внутримусульманский конфликт.

В начале 2006 года Союз православных граждан уличил Бибарсова в незнании основ арабского языка на том основании, что «имам Поволжья» написал хвалебное предисловие к труду Вячеслава-Али Полосина «Евангелие глазами мусульманина: два взгляда на одну историю» – а среди прочего в данной книге утверждалось, что в арабском языке нет гласных букв. В том же заявлении упоминались сложные отношения Мукаддаса Бибарсова с его отцом и приводилось оскорбительное, но популярное прозвище саратовского имама – «Павлик Морозов».

Гейдар Джемаль вместе с идеологами «русских мусульман» – Вячеславом-Али Полосиным и Валерией Пороховой обвинялся в незнание арабского языка и базовых основ исламского вероучения. Действительно, из них троих арабским владела только Порохова, однако свой перевод Корана она все-таки сделала с английского.

На региональном уровне авторитарное руководство и рукоприкладство стало одной из причин раскола мусульманского сообщества Челябинской области. Имам одного из приходов города Троицк Наиль Усманов с некоторого времени стал вести себя крайне экстравагантно, узурпировав всю полноту власти в общине и физически воздействуя на недовольных. После жалоб прихожан Усманов был отстранен от занимаемой должности муфтием Челябинской области Габдуллой Шакаевым, что, впрочем, не остановило его деятельности. В начавшемся конфликте Усманова поддержали лидеры новообразованного Челябинского казыята ДУМАЧР, в знак благодарности которым он сменил юрисдикцию, спровоцировав тем самым раскол троицкой общины. В конце 2005 года аналогичная история случилась в Томске, где местный казый ДУМАЧР Низамутдин Жумаев был обвинен в узурпации власти, малограмотности, слабом владении русским языком и полном незнании татарского. «Нам нужны имамы с широким кругозором, идущие в ногу с прогрессом, – говорится в обращении. – До 1917 года наш город входил в десятку центров мусульманской культуры России. Томск – город науки, современных технологий, не зря его называют Сибирскими Афинами». При Жумаеве, по мнению авторов обращения, «мечеть перестала выполнять функции духовного и просветительского учреждения», а «ислам потерял привлекательность в этом регионе, перестал быть центром притяжения», говорилось в обращении оппонентов Жумаева.

 

 






Читайте также:

  1. Борьба за власть в партийном руководстве в послевоенный период
  2. Борьба за власть в руководстве страны в 20-х гг.: основные этапы, итоги.
  3. Ведомство должности губернатора.
  4. Глава 14. Привлечение в качестве обвиняемого и предъявление обвинения
  5. Исполнение наказаний в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.
  6. Использование символов и ритуалов в руководстве коллективом
  7. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью
  8. О порядке проведения конкурса на замещение должности главы администрации Некоузского муниципального района и о порядке назначения на должность главы администрации Некоузского муниципального района
  9. Обвинения в психических расстройствах
  10. Обвинения в связях с криминальными структурами и в криминальном прошлом
  11. Обвинения в связях с террористами


Последнее изменение этой страницы: 2016-03-17; Просмотров: 34; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! (0.091 с.) Главная | Обратная связь