Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


ДОБАВЛЕНИЕ К ПИСЬМУ ОТ 24 ДЕКАБРЯ 1922 г.



Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назна­чить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более веж­лив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т. д. Это обстоятельство может показаться ничтожной мелочью. Но я думаю, что с точки зрения предохранения от раскола и с точки зрения написанного мною выше о взаимоотношении Сталина и Троцкого, это не мелочь, или это такая мелочь, которая может получить решающее значение.

Ленин

Записано Л. Ф. 4 января 1923 г.

III

Продолжение записок. 26 декабря 1922 г.

Увеличение числа членов Τ TTC до количества 50 или даже 100 человек должно слу­жить, по-моему, двоякой или даже троякой цели: чем больше будет членов ЦК, тем больше будет обучение цекистской работе и тем


ПИСЬМО К СЪЕЗДУ______________________________ 342

меньше будет опасности раскола от какой-нибудь неосторожности. Привлечение мно­гих рабочих в Τ TTC будет помогать рабочим улучшить наш аппарат, который из рук вон плох. Он у нас, в сущности, унаследован от старого режима, ибо переделать его в такой короткий срок, особенно при войне, при голоде и т. п., было совершенно невозможно. Поэтому тем «критикам», которые с усмешечкой или со злобой преподносят нам указа­ния на дефекты нашего аппарата, можно спокойно ответить, что эти люди совершенно не понимают условий современной революции. За пятилетие достаточно переделать аппарат вообще невозможно, в особенности при тех условиях, при которых происходи­ла революция у нас. Достаточно, если мы за пять лет создали новый тип государства, в котором рабочие идут впереди крестьян против буржуазии, и это при условии враж­дебной международной обстановки представляет из себя дело гигантское. Но сознание этого никоим образом не должно закрывать от нас того, что мы аппарат, в сущности, взяли старый от царя и от буржуазии и что теперь с наступлением мира и обеспечением минимальной потребности от голода вся работа должна быть направлена на улучшение аппарата.

Я представляю себе дело таким образом, что несколько десятков рабочих, входя в состав Τ TTC могут лучше, чем кто бы то ни было другой, заняться проверкой, улучшени­ем и пересозданием нашего аппарата. РКП, которой принадлежала эта функция внача­ле, оказалась не в состоянии справиться с нею и может быть употреблена лишь как «придаток» или как помощница, при известных условиях, к этим членам ЦК. Рабочие, входящие в ЦК, должны быть, по моему мнению, преимущественно не из тех рабочих, которые прошли длинную советскую службу (к рабочим в этой части своего письма я отношу всюду и крестьян), потому что в этих рабочих уже создались известные тради­ции и известные предубеждения, с которыми именно желательно бороться.

В число рабочих членов Τ TTC должны войти преимущественно рабочие, стоящие ниже того слоя, который


348__________________________ В. И. ЛЕНИН

выдвинулся у нас за пять лет в число советских служащих, и принадлежащие ближе к числу рядовых рабочих и крестьян, которые, однако, не попадают в разряд прямо или косвенно эксплуататоров. Я думаю, что такие рабочие, присутствуя на всех заседаниях ЦК, на всех заседаниях Политбюро, читая все документы ЦК, могут составить кадр преданных сторонников советского строя, способных, во-первых, придать устойчи­вость самому Τ TTC во-вторых, способных действительно работать над обновлением и улучшением аппарата.

Ленин

Записано Л. Ф. 26. XII. 22 г.

Впервые напечатано в 1956 г. Печатается по записи секретаря

в журнале «Коммунист» № 9 (машинописный экземпляр)


IV

Продолжение записок. 27 декабря 1922 г.

О ПРИДАНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ ГОСПЛАНУ209

Эта мысль выдвигалась тов. Троцким, кажется, уже давно. Я выступил противником ее, потому что находил, что в таком случае будет основная невязка в системе наших законодательных учреждений. Но по внимательном рассмотрении дела я нахожу, что, в сущности, тут есть здоровая мысль, именно: Госплан стоит несколько в стороне от на­ших законодательных учреждений, несмотря на то, что он, как совокупность сведущих людей, экспертов, представителей науки и техники, обладает, в сущности, наибольши­ми данными для правильного суждения о делах.

Однако мы исходили до сих пор из той точки зрения, что Госплан должен достав­лять государству материал критически разобранный, а государственные учреждения должны решать государственные дела. Я думаю, что при теперешнем положении, когда государственные дела необыкновенно усложнились, когда приходится сплошь и рядом решать вперемежку вопросы, в которых требуется экспертиза членов Госплана, с во­просами, в которых таковая не требуется, и даже более того, решать дела, в которых некоторые пункты требуют экспертизы Госплана, вперемежку с такими пунктами, ко­торые таковой не требуют, я думаю, что в настоящее время следует сделать шаг в сто­рону увеличения компетенции Госплана.

Я мыслю себе этот шаг таким образом, чтобы решения Госплана не могли быть оп­рокинуты обычным


350__________________________ В. И. ЛЕНИН

советским порядком, а требовали бы для своего перерешения особого порядка, напри­мер, внесения вопроса в сессию ВЦИКа, подготовки вопроса для перерешения по осо­бой инструкции, с составлением, на основании особых правил, докладных записок для взвешивания того, подлежит ли это решение Госплана отмене, наконец, назначения особых сроков для перерешения вопроса Госплана и т. п.

В этом отношении, я думаю, можно и должно пойти навстречу тов. Троцкому, но не в отношении председательства в Госплане либо особого лица из наших политических вождей, либо председателя Высшего совета народного хозяйства и т. п. Мне кажется, что здесь с вопросом принципиальным слишком тесно переплетается в настоящее вре­мя вопрос личный. Я думаю, что те нападки, которые слышатся сейчас на председателя Госплана, тов. Кржижановского, и на его заместителя, тов. Пятакова, и которые на­правляются обоюдно так, что, с одной стороны, мы слышим обвинения в чрезмерной мягкости, несамостоятельности, в бесхарактерности, а с другой стороны, слышим об­винения в чрезмерной аляповатости, фельдфебельстве, недостаточно солидной научной подготовке и т. п., — я думаю, что эти нападки выражают две стороны вопроса, пре­увеличивая их до крайности, и что на самом деле нам нужно в Госплане умелое соеди­нение двух типов характера, из которых образцом одного может быть Пятаков, а друго­го — Кржижановский.

Я думаю, что во главе Госплана должен стоять человек, с одной стороны, научно об­разованный, именно, по технической, либо агрономической линии, с большим, многи­ми десятилетиями измеряемым, опытом практической работы в области либо техники, либо агрономии. Я думаю, что такой человек должен обладать не столько администра­торскими качествами, сколько широким опытом и способностью привлекать к себе лю­дей.

Ленин

27. XII. 22 г. Записано М. В.


О ПРИДАНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ ГОСПЛАНУ______________ 351

Продолжение письма

о законодательном характере

решений Госплана.

28. XII. 22 г.

Я замечал у некоторых из наших товарищей, способных влиять на направление го­сударственных дел решающим образом, преувеличение администраторской стороны, которая, конечно, необходима в своем месте и в своем времени, но которую не надо смешивать со стороной научной, с охватыванием широкой действительности, способ­ностью привлекать людей и т. д.

Во всяком государственном учреждении, особенно в Госплане, необходимо соеди­нение этих двух качеств, и когда тов. Кржижановский сказал мне, что он привлек к Госплану Пятакова и договорился с ним о работе, я, давая свое согласие на это, с одной стороны, держал про себя известные сомнения, с другой, иногда надеялся, что мы здесь получим сочетание обоих типов государственных деятелей. Исполнилась ли эта надеж­да, это надо теперь выждать и посмотреть на опыте несколько дольше, но в принципе, я думаю, не может подлежать сомнению, что такое соединение характеров и типов (лю­дей, качеств) безусловно необходимо для правильного функционирования государст­венных учреждений. Я думаю, что здесь одинаково вредно преувеличение «админист­раторства», как и всякое преувеличение вообще. Руководитель государственного учре­ждения должен обладать в высшей степени способностью привлекать к себе людей и в достаточной степени солидными научными и техническими знаниями для проверки их работы. Это — как основное. Без него работа не может быть правильной. С другой сто­роны, очень важно, чтобы он умел администрировать и имел достойного помощника или помощников в этом деле. Соединение этих двух качеств в одном лице вряд ли бу­дет встречаться и вряд ли будет необходимо.

Ленин

Записано Л. Ф. 28. XII. 22 г.


352_______________________________ В. И. ЛЕНИН

VI

Продолжение записок о Госплане. 29 декабря 1922 г.

Госплан, по-видимому, развивается у нас всесторонне в комиссию экспертов. Во главе такого учреждения не может не стоять лицо с большим опытом и всесторонним научным образованием по части техники. Администрирующая сила тут по сути дела должна быть подсобной. Известная независимость и самостоятельность Госплана обя­зательна с точки зрения авторитета этого научного учреждения и обусловлена одним, именно добросовестностью ее работников и добросовестным стремлением их провести в жизнь наш план экономического и социального строительства.

Это последнее качество, конечно, сейчас может встречаться лишь как исключение, ибо подавляющее большинство ученых, из которых, естественно, составляется Гос­план, по неизбежности заражено буржуазными взглядами и буржуазными предрассуд­ками. Проверка их с этой стороны должна составлять задачу нескольких лиц, которые могут образовывать президиум Госплана, которые должны состоять из коммунистов и следить изо дня в день во всем ходе работы за степенью преданности буржуазных уче­ных и за их отказом от буржуазных предрассудков, а также за их постепенным перехо­дом на точку зрения социализма. Эта обоюдная работа такой научной проверки вместе с работой по чистому администрированию должна бы составить идеал руководителей Госплана в нашей Республике.

Ленин

Записано М. В. 29 декабря 22 г.

Рационально ли разделять на отдельные поручения ту работу, которую ведет Гос­план, и, напротив, не следует ли стремиться к тому, чтобы выработать круг постоянных специалистов, которые проверялись бы


_______________ О ПРИДАНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ ГОСПЛАНУ______________ 353

систематически президиумом Госплана и могли разрешать всю совокупность вопросов, входящих в его ведение? Я думаю, что рациональнее последнее и что следует стре­миться к уменьшению числа временных и срочных отдельных заданий.

Ленин

29 декабря 22 г. Записано М. В.

Впервые напечатано в 1956 г. Печатается по записи секретаря

в журнале «Коммунист» № 9 (машинописный экземпляр)


VII

Продолжение записок. 29 декабря 1922 г.

(К ОТДЕЛУ ОБ УВЕЛИЧЕНИИ ЧИСЛА ЧЛЕНОВ ЦК)

При увеличении числа членов Τ TTC должно, по моему мнению, заняться также и, по­жалуй, главным образом проверкой и улучшением нашего аппарата, который никуда не годится. Для этой цели мы должны пользоваться услугами высококвалифицированных специалистов, и задача поставки этих специалистов должна быть задачей РКИ.

Как сочетать этих специалистов по проверке, имеющих достаточные знания, и этих новых членов ЦК — эта задача должна быть решена практически.

Мне кажется, что РКИ (в результате своего развития и в результате наших недоуме­ний по поводу его развития) дал в итоге то, что мы сейчас наблюдаем, а именно — пе­реходное состояние от особого наркомата к особой функции членов Τ TTC; от учрежде­ния, ревизующего все и вся, к совокупности численно небольших, но первоклассных ревизоров, которые должны быть хорошо оплачены (это особо необходимо в наш век платности и при тех условиях, когда ревизоры прямо состоят на службе тех учрежде­ний, которые их лучше оплачивают).

Если число членов ЦК будет надлежащим образом увеличено и они будут год от го­ду проходить курс государственного управления при помощи таких высококвалифици­рованных специалистов и высокоавторитетных во всех отраслях членов Рабоче-крестьянской


(К ОТДЕЛУ ОБ УВЕЛИЧЕНИИ ЧИСЛА ЧЛЕНОВ ЦК)_________________ 355

инспекции, — тогда, я думаю, мы решим удачно эту задачу, которая столько времени нам не удавалась.

Значит, в итоге — до 100 членов ЦК и не больше чем 400—500 их помощников, ре­визующих по их указанию, — членов РКИ.

Ленин

29 декабря 22 г. Записано М. В.

Впервые напечатано в 1956 г. Печатается по записи секретаря

в журнале «Коммунист» № 9 (машинописный экземпляр)


Продолжение записок. 30 декабря 1922 г.

К ВОПРОСУ О НАЦИОНАЛЬНОСТЯХ ИЛИ ОБ «АВТОНОМИЗАЦИИ»210

Я, кажется, сильно виноват перед рабочими России за то, что не вмешался достаточ­но энергично и достаточно резко в пресловутый вопрос об автономизации, официально называемый, кажется, вопросом о союзе советских социалистических республик.

Летом, когда этот вопрос возникал, я был болен, а затем, осенью, я возложил чрез­мерные надежды на свое выздоровление и на то, что октябрьский и декабрьский пле­нумы дадут мне возможность вмешаться в этот вопрос. Но, между тем, ни на октябрь­ском пленуме (по этому вопросу), ни на декабрьском мне не удалось быть, и таким об­разом вопрос миновал меня почти совершенно.

Я успел только побеседовать с тов. Дзержинским, который приехал с Кавказа и рас­сказал мне о том, как стоит этот вопрос в Грузии. Я успел также обменяться парой слов с тов. Зиновьевым и выразить ему свои опасения по поводу этого вопроса. Из того, что сообщил тов. Дзержинский, стоявший во главе комиссии, посланной Центральным Ко­митетом для «расследования» грузинского инцидента, я мог вынести только самые большие опасения. Если дело дошло до того, что Орджоникидзе мог зарваться до при­менения физического насилия, о чем мне сообщил тов. Дзержинский, то можно себе представить, в какое болото мы слетели. Видимо, вся эта затея «автономизации» в кор­не была неверна и несвоевременна.


___________ К ВОПРОСУ О НАЦИОНАЛЬНОСТЯХ ИЛИ ОБ «АВТОНОМИЗАЦИИ»___________ 357

Говорят, что требовалось единство аппарата. Но откуда исходили эти уверения? Не от того ли самого российского аппарата, который, как я указал уже в одном из преды­дущих номеров своего дневника, заимствован нами от царизма и только чуть-чуть под­мазан советским миром.

Несомненно, что следовало бы подождать с этой мерой до тех пор, пока мы могли бы сказать, что ручаемся за свой аппарат, как за свой. А сейчас мы должны по совести сказать обратное, что мы называем своим аппарат, который на самом деле насквозь еще чужд нам и представляет из себя буржуазную и царскую мешанину, переделать кото­рую в пять лет при отсутствии помощи от других стран и при преобладании «занятий» военных и борьбы с голодом не было никакой возможности.

При таких условиях очень естественно, что «свобода выхода из союза», которой мы оправдываем себя, окажется пустою бумажкой, неспособной защитить российских инородцев от нашествия того истинно русского человека, великоросса-шовиниста, в сущности, подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ. Нет со­мнения, что ничтожный процент советских и советизированных рабочих будет тонуть в этом море шовинистической великорусской швали, как муха в молоке.

Говорят в защиту этой меры, что выделили наркоматы, касающиеся непосредствен­но национальной психологии, национального просвещения. Но тут является вопрос, можно ли выделить эти наркоматы полностью, и второй вопрос, приняли ли мы с дос­таточной заботливостью меры, чтобы действительно защитить инородцев от истинно русского держиморды? Я думаю, что мы этих мер не приняли, хотя могли и должны были принять.

Я думаю, что тут сыграли роковую роль торопливость и администраторское увлече­ние Сталина, а также его озлобление против пресловутого «социал-национализма». Оз­лобление вообще играет в политике обычно самую худую роль.

См. настоящий том, стр. 349—353. Ред.


358__________________________ В. И. ЛЕНИН

Я боюсь также, что тов. Дзержинский, который ездил на Кавказ расследовать дело о «преступлениях» этих «социал-националов», отличился тут тоже только своим истинно русским настроением (известно, что обрусевшие инородцы всегда пересаливают по части истинно русского настроения) и что беспристрастие всей его комиссии достаточ­но характеризуется «рукоприкладством» Орджоникидзе. Я думаю, что никакой прово­кацией, никаким даже оскорблением нельзя оправдать этого русского рукоприкладства и что тов. Дзержинский непоправимо виноват в том, что отнесся к этому рукоприклад­ству легкомысленно.

Орджоникидзе был властью по отношению ко всем остальным гражданам на Кавка­зе. Орджоникидзе не имел права на ту раздражаемость, на которую он и Дзержинский ссылались. Орджоникидзе, напротив, обязан был вести себя с той выдержкой, с какой не обязан вести себя ни один обыкновенный гражданин, а тем более обвиняемый в «политическом» преступлении. А ведь в сущности говоря, социал-националы это были граждане, обвиняемые в политическом преступлении, и вся обстановка этого обвине­ния только так и могла его квалифицировать.

Тут встает уже важный принципиальный вопрос: как понимать интернационализм?

Ленин

30. XII. 22 г. Записано М. В.

Продолжение записок. 31 декабря 1922 г.


Поделиться:



Популярное:

Последнее изменение этой страницы: 2016-04-09; Просмотров: 698; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2024 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.039 с.)
Главная | Случайная страница | Обратная связь