Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ




Глава 17

ГЕОПОЛИТИКА

Ж. БОДЕН

Метод легкого изучения истории

[...] Так как тело и дух наделены противоположными свойствами, то, чем сильнее первое, тем слабее второй. И тот, кто сильнее духом, будет менее крепок телом. [...] Таким образом, очевидно, что дух настолько же владеет южанами, насколько тело владеет скифами. [...] Но суще­ствует третья раса людей, обладающих благороднейшей способностью, умением подчиняться и приказывать, людей, обладающих достаточной силой, чтобы не поддаться хитрости южан, и надлежащей мудростью, чтобы справиться с грубой силой скифов. [...] 0б этом в конце концов выносит свой приговор история, показывая, как готы, гунны, герулы, вандалы сумели быть достаточно храбрыми, чтобы завладеть Европой, Азией и Африкой, но не обладали мудростью, необходимой, чтобы удер­жать завоеванное. Напротив, те, которые знали, как обзавестись рас­судительными людьми, встретившись с народами, способными к поли­тической жизни, умели в течение очень длительного времени сохранить в величайшем расцвете свои империи. [...] Именно потому, что скифы почти всегда ненавидели письменность (litteris), а южане — оружие, ни те, ни другие никогда не могли основать великие империи. Напротив, римляне умели упражняться и в том и в другом с величайшим успехом, всегда заботясь о том, чтобы, как советовал Платон, соединять гимнас­тику и музыку. Они получили от греков, как палладиум, право и лите­ратуру, т.е. секрет гражданской жизни; от карфагенян и сицилийцев они унаследовали науку кораблевождения, а сами римляне в непрерыв­ных войнах овладели наукой военного дела.

 


722 Раздел VII. МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ



 

[...] Людей севера стремительно влечет к жестокости. [...] Что каса­ется южан, они скупы или, скорее, бережливы и скаредны, в то время как скифы расточительны и склонны к грабежам.

Народы юга благодаря длительной привычке к созерцанию (которая подобает черной желчи) оказались творцами и основателями самых до­стопримечательных наук. Они открыли. тайны природы, установили принципы математики, наконец, они первые сумели постичь значение и сущность религии и небесных тел. Скифы, которые были менее спо­собны к созерцанию (по причине обилия крови и жидкости, коими их ум был настолько подавлен, что мог обнаруживаться лишь с трудом), самопроизвольно устремлялись ко всему, что очевидно, а следователь­но, к ремесленной технике. У северян зародилась всевозможная меха­ника, пушки, плавка [металлов], книгопечатание и все, что касается ме­таллургии. [...]

Что касается жителей средней зоны, то если они не имеют ни при­звания к сокровенным наукам, присущего южанам, ни вкуса к ремеслу, как люди севера, то они не в меньшей мере одарены всевозможными способностями. Ибо, если подвергнуть рассмотрению совокупность ис­торических памятников, станет ясно, что от этой расы людей происхо­дят установления, законы, обычаи, административное право, торговля, хозяйство, красноречие, диалектика и, наконец, политика. [...] Дейст­вительно, история свидетельствует, что Азия, Греция, Ассирия, Ита­лия, Франция и Верхняя Германия — все это страны, расположенные между полюсом и экватором, от сорокового до пятидесятого граду­са, — всегда были районами, где наблюдался расцвет величайших им­перий; что эти районы дали величайших полководцев, лучших законо­дателей, справедливейших судей, проницательных юристов, прослав­ленных ораторов, способных купцов, знаменитейших актеров и писа­телей. Напротив, Африка (и еще менее того Скифия) не произвела ни юриста, ни оратора, еще меньше — историков и ничтожное по сравне­нию с Италией, Грецией, Францией, Азией количество великих купцов.

Но природа проявила большую заботу о том, чтобы скифы, столь же богатые физической силой, сколь бедные разумом, сделали военную доблесть первой из всех добродетелей, в то время как южане ценят прежде всего благочестие и религию, а люди средней зоны почитают скорее благоразумие. И хотя все они употребляют все средства для за­щиты своего государства, одни чаще всего прибегали к силе, другие — к страху божьему, а последние — к законам и справедливости.



Глава 17. ГЕОПОЛИТИКА 723

 


 

Существует закон противоположностей, согласно которому, если южанин черен, северянин бел, если последний рослый, первый мало­рослый, если этот силен, тот немощен; если один полон жара и жидкос­тей, второй холоден и сух; если один волосат, другой без волос; если у одного голос хриплый, у другого звонкий; если один боится жары, дру­гой боится холода; если этот весел, тот грустен; если этот общителен, тот склонен к уединению; если этот храбр, тот боязлив; если этот — великий пьяница, тот — сама трезвость; если этот неряшлив и по от­ношению к себе, и по отношению к другим, тот осмотрителен и цере­монен; если первый — мот, второй бережлив; если у первого холодный темперамент, второй — сама похотливость; если один скареден, дру­гой — щеголь; если один хитер, другой прост; если один — солдат или ремесленник, другой — священник или философ; там, где один поль­зуется своими руками, другой употребляет свой разум, этот будет ис­кать счастья на небе, в то время как другой — на земле. [...] И так как особенность пророков состоит в том, что они свойственны крайностям, из этого следует заключить, что упрямству южанина соответствует лег­комыслие скифа, в то время как уделом жителей среднего района яв­ляется твердость. [...] А так как все эти недостатки, так сказать, укоре­нены в каждом народе природой, необходимо судить об истории всякого народа в соответствии с его привычками и наклонностями прежде, чем дурно о нем говорить. В сущности воздержанность южан так же не за­служивать похвалы, как не заслуживает осуждения пьянство, в котором упрекают скифов. [...]



Печатается по: Антология мировой философии: В 4т. М., 1970. Т. 2. С. 142—144.

Дж. МАККИНДЕР

ГЕОГРАФИЧЕСКАЯ ОСЬ ИСТОРИИ

[...] В настоящее десятилетие мы впервые находимся в ситуации, когда можно попытаться установить, с известной долей завершенности, связь между широкими географическими и историческими обобщения­ми. Впервые мы можем ощутить некоторые реальные пропорции в со­отношении событий, происходящих на мировой арене, и выявить фор­мулу, которая так или иначе выразит определенные аспекты географи­ческой причинности мировой истории. Если нам посчастливится, то эта формула обретет и практическую ценность — с ее помощью можно



724 Раздел VII. МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ



будет вычислить перспективу развития некоторых конкурирующих сил нынешней международной политической жизни. Известная фраза о том, что империя движется на запад, является всего лишь эмпирической и фрагментарной попыткой подобного рода. Так что сегодня я хотел бы описать те характерные физические черты мира, которые, по-моему, очень тесно связаны с человеческой деятельностью, и представить не­которые основные фазы истории, что были органически связаны с этими чертами, причем даже тогда, когда последние были еще неизвестны гео­графии. Я вовсе не ставлю себе целью обсуждать влияние того или иного фактора или заниматься региональной географией, но скорее хочу показать историю человечества как часть жизни мирового организма. Я отдаю себе отчет в том, что могу здесь дознаться лишь до некоторого аспекта истины, и вовсе не склонен впадать в чрезмерный материализм. Инициативу проявляет человек, не природа, но именно природа в боль­шей мере осуществляет регулирование. Мой интерес лежит скорее в об­ласти изучения всеобщего физического регулирования, нежели в сфере изучения причин всеобщей истории. Совершенно ясно, что здесь можно надеяться только на первое приближение к истине, а потому я со сми­рением восприму все замечания моих критиков. [...]

[...] Как вызывающая неприятие персона выполняет важную обще­ственную функцию, объединяя своих врагов, точно так же благодаря давлению внешних варваров Европа сумела создать свою цивилиза­цию. Вот почему я прошу вас взглянуть на Европу и европейскую ис­торию как на явления, зависимые по отношению к Азии и ее истории, ибо европейская цивилизация является в значительной степени резуль­татом вековой борьбы против азиатских вторжений.

Наиболее важный контраст, заметный на политической карте со­временной Европы, — это контраст между огромными пространствами России, занимающей половину этого континента, с одной стороны, и группой более мелких территорий, занимаемых западноевропейскими странами — с другой. С физической точки зрения здесь, конечно, на­лицо еще подобный же контраст между нераспаханными равнинами востока и богатствами гор и долин, островов и полуостровов, состав­ляющих в совокупности остальную часть этого района земного шара. При первом взгляде может показаться, что в этих знакомых фактах предстает столь очевидная связь между природной средой и политичес­кой организацией, что едва ли стоит об этом говорить, особенно если мы упомянем, что на Русской равнине холодной зиме противостоит жаркое лето и условия человеческого существования привносят, таким



Глава 17. ГЕОПОЛИТИКА 725



образом, в жизнь людей дополнительное единообразие. И тем не менее несколько исторических карт, содержащихся, например, в Оксфорд­ском атласе, покажут нам, что приблизительное совпадение европей­ской части России с Восточно-европейской равниной не случайно и возникло не за последние сто лет, а имело место и в более ранние вре­мена, когда здесь существовала совершенно иная тенденция в полити­ческом объединении. Две группы государств обычно разделяли эту страну на северную и южную политические системы. Дело в том, что орографические карты не выражают того особого физического своеоб­разия, которое до самого последнего времени регулировало передви­жение и расселение человека на территории России. Когда снежный по­кров постепенно отступает на север от этих обширных равнин, его сме­няют дожди, на побережье Черного моря особенно сильные в мае и июне, однако в районе Балтики и Белого моря чаще льющие в июле и августе. На юге царит долгое засушливое лето. Следствием подобного климатического режима является то, что северные и северо-западные районы покрыты лесами, чьи чащи изредка перемежаются озерами и болотами, в то время как юг и юго-восток представляют из себя бес­крайние травянистые степи, где деревья можно увидеть лишь по бере­гам рек. Линия, разделяющая эти два региона, идет по диагонали на се­веро-восток, начинаясь у северной оконечности Карпат и заканчиваясь скорее у южных склонов Урала, нежели в его северной части. Москва лежит севернее этой линии, находясь, иными словами, на лесистой сто­роне. За пределами России граница этих огромных лесов тянется на запад, проходя почти посередине европейского перешейка, ширина ко­торого (т.е. расстояние между Балтийским и Черным морями) равняет­ся 800 милям. За ним, на остальной европейской территории леса по­крывают бастион у Карпат и простираются до Дуная, там, где теперь колышутся румынские нивы, и вплоть до Железных ворот. Отдельный степной район, известный среди местных жителей под названием «пушта» и ныне активно обрабатываемый, занял Венгерскую равнину: его окаймляет цепь лесистых Карпатских и Альпийских гор. На Западе же России, за исключением крайнего Севера, расчистка леса, осуше­ние болот и подъем неосвоенных земель сравнительно недавно опреде­лили характер ландшафта, в большей степени сглаживая то различие, которое раньше было так заметно.

Россия и Польша возникли на лесных прогалинах. Вместе с тем сюда начиная с V по XVI столетие через степи из отдаленных и неведомых уголков Азии направлялась в створ, образуемый Уральскими горами и



726 Раздел VII. МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ



 

Каспийским морем, беспрерывная череда номадов-туранцев: гунны, авары, болгары, мадьяры, хазары, печенеги, куманы, монголы, калмы­ки. Во время правления Аттилы гунны утвердились в центре пушты, на самых отдаленных «придунайских» островках степи, и оттуда наносили удары на север, запад и юг по оседлому населению Европы. Большая часть современной истории может быть написана как комментарий к изменениям, прямо или косвенно представлявшим собой последствия тех набегов. Вполне возможно, что именно тогда англы и саксы были принуждены пересечь море и основать на Британских островах Англию. Впервые франки, готы и жители римских провинций оказались вынуж­дены встать плечом к плечу на поле битвы у Шалона, имея перед собой общую цель борьбы с азиатами; таким образом они непроизвольно со­ставили современную Францию. В результате разрушения Аквилеи и Падуи была основана Венеция; и даже папство обязано своим огром­ным престижем успешному посредничеству папы Льва на встрече с Аттилой в Милане. Таков был результат, произведенный ордой безжа­лостных и ни над чем таким не задумывавшихся всадников, заполонив­ших неконтролируемые равнины, — это был удар, беспрепятственно нанесенный азиатским молотом по незанятому пространству. За гунна­ми последовали авары. Именно в борьбе с ними была основана Ав­стрия, а в результате походов Карла Великого была укреплена Вена. Затем пришли мадьяры и своими непрекращающимися набегами из степных лагерей, расположенных на территории Венгрии, еще больше увеличили значение австрийского аванпоста, перенося таким образом фокус происходящего с Германии на восток, к границе этого королев­ства. Болгары стали правящей кастой на землях к югу от Дуная, оставив свое имя на карте мира, хотя язык их растворился в языке их славянских подданных. Вероятно, самым долговременным и эффективным в рус­ских степях было расселение хазар — современников великого движе­ния сарацин: арабские географы знали Каспий, или Хазарское море. Но в конце концов из Монголии прибыли новые орды, и на протяжении двухсот лет русские земли, расположенные в лесах к северу от указан­ных территорий, платили дань монгольским ханам, или «Степи», и, таким образом, развитие России было задержано и деформировано именно в то время, когда остальная Европа быстро шагала вперед.

Следует также заметить, что реки, выбегающие из этих лесов и те­кущие к Черному и Каспийскому морям, пересекают весь степной путь кочевников и что время от времени вдоль течения этих рек происходили случайные встречные по отношению к перемещениям этих всадников



Глава 17. ГЕОПОЛИТИКА 727



 

движения. Так, миссионеры греческой церкви поднялись по Днепру до Киева, как незадолго до того спустились по той же самой реке на своем пути в Константинополь северяне-варяги. Еще раньше германское племя готов появилось на короткое время на берегах Днестра, пройдя через Европу от берегов Балтики в том же юго-восточном направлении. Но все это — проходные эпизоды, которые отнюдь не сводят на нет более широкие обобщения. На протяжении десяти веков несколько волн всадников-кочевников выходило из Азии через широкий проход между Уралом и Каспийским морем, пересекая открытые пространства юга России и, оседая в Венгрии, попадали в самое сердце Европы, внося таким образом в историю соседних народов момент непременно­го противостояния: так было в отношении русских, германцев, францу­зов, итальянцев и византийских греков. То, что они стимулировали здо­ровую и мощную реакцию вместо разрушительного противодействия в условиях широко распространенного деспотизма, стало возможным благодаря тому, что мобильность их державы была обусловлена самой степью и неизбежно исчезала в окружении гор и лесов.

Подобная мобильность державы была свойственна и мореплавате­лям-викингам. Прибывая из Скандинавии и высаживаясь на южном и северном побережьях Европы, они просачивались вглубь ее террито­рии, пользуясь для этого речными путями. Однако масштаб их действий был ограничен, поскольку, по справедливости говоря, их власть рас­пространялась лишь на территории, непосредственно примыкавшие к воде. Таким образом, оседлое население Европы оказалось зажатым в тисках между азиатскими кочевниками с востока и наседавшими с трех сторон участниками набегов с моря. По природе своей ни одна из сторон не могла превозмочь другую, так что обе они оказывали взаимно сти­мулирующее воздействие. Следует заметить, что формирующее влия­ние скандинавов стояло на втором месте после аналогичного влияния кочевников, ибо именно благодаря им Англия и Франция начали долгий путь к собственному объединению, тогда как единая Италия пала под их ударами. Когда-то давно Рим мог мобилизовать свое население, ис­пользуя для этого дороги, однако теперь римские дороги пришли в упа­док и их не обновляли до восемнадцатого столетия.

Похоже, что даже нашествие гуннов было отнюдь не первым в этой «азиатской» серии. Скифы из рассказов Гомера и Геродота, питавшие­ся молоком кобылиц, скорее всего, вели такой же образ жизни, отно­сясь, вероятно, к той же самой расе, что и позднейшие обитатели степи. Кельтские элементы в названиях рек Дон, Донец, Днепр, Днестр и



728 Раздел VII. МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ



 

Дунай, возможно, и могли бы служить обозначением понятий у людей с похожими привычками, хотя и не одной и той же расы, однако не по­хоже, чтобы кельты пришли из северных лесов, подобно готам и варя­гам последующих времен. Тем не менее огромный клин населения, ко­торый антропологи называют брахицефалами, оттесненный на запад из брахицефальной Азии через Центральную Европу вплоть до Франции, вероятно, внедрился между северной, западной и южной группами долихоцефального населения и, вполне возможно, происходитиз Азии.

Между тем влияние Азии на Европу незаметно до того момента, когда мы начинаем говорить о монгольском вторжении XV в.; правда, прежде чем проанализировать факты, ко всему этому относящиеся, же­лательно сменить наш «европейский» угол зрения с тем, чтобы мы могли представить Старый Свет во всей его целостности. Поскольку количество осадков зависит от моря, середина величайших земных мас­сивов в климатическом отношении достаточно суха. Вот почему не стоит удивляться, что две трети мирового населения сосредоточены в относительно небольших районах, расположенных по краям великих континентов — в Европе около Атлантического океана, у Индийского и Тихого океанов в Индии и Китае. Через всю Северную Африку вплоть до Аравии тянется широкая полоса почти незаселенных в силу практи­ческого отсутствия дождей земель. Центральная и Южная Африка большую часть своей истории были точно так же отделены от Европы и Азии, как и Америка с Австралией. В действительности южной гра­ницей Европы была и является скорее Сахара, нежели Средиземномо­рье, поскольку именно эта пустыня отделяет белых людей от черных. Огромные земли Евро-Азии, заключенные, таким образом, между океаном и пустыней, насчитывают 21 000 000 кв. миль, т.е. половину всех земель на земном шаре, если исключить из подсчета пустыни Сахары и Аравии. Существует много отдаленных пустынных районов раз­бросанных по всей территории Азии, от Сирии и Персии на северо-вос­ток по направлению к Маньчжурии, однако среди них нет таких пус­тынь, которые можно было бы сравнить с Сахарой. С другой стороны, Евро-Азия характеризуется весьма примечательным распределением рек. На большей части севера и центра эти реки были практически бес­полезны для целей человеческого общения с внешним миром. Волга, Оке, Яксарт1 текут в соленые озера; Обь, Енисей и Лена — в холодный Северный океан. В мире существует шесть великих рек. В этих же районах

 

 

______________________

1 Окс, Яксарт — древние названия Амударьи и Сырдарьи.



Глава 17. ГЕОПОЛИТИКА 729



 

есть много хотя и меньших, но также значительных рек, таких как Тарим и Хельмунд, которые опять-таки не впадают в Океан. Таким об­разом, центр Евразии, испещренный пятнышками пустыни, является в целом степной местностью, представляющей хотя зачастую и скуд­ные, но обширные пастбища, где не так уж мало питаемых речками оа­зисов. Вместе с тем необходимо еще раз подчеркнуть, что вся ее терри­тория все-таки не пронизана водными путями, ведущими от океана. Другими словами, в этом большом ареале мы имеем все условия для поддержания редкого, но в совокупности весьма значительного населе­ния — кочевников, передвигающихся на лошадях и верблюдах. На се­вере область их обитания ограничена широкой полосой субарктических лесов и болот, где климат, за исключением западной и восточной око­нечностей, слишком суров для развития сельскохозяйственных поселений. На востоке леса простираются на юг до тихоокеанского побережья вдоль Амура — к Маньчжурии. То же и на Западе: в доисторической Европе леса занимали основную территорию. Ограниченные таким образом на северо-востоке, севере и северо-западе степи тянутся, не прерываясь, на протяжении 4000 миль от венгерской пушты до Малой Гоби и Маньчжурии, и, за исключением самой западной оконечности, их не пересекают реки, текущие в доступный им океан, так что мы можем не принимать во внимание недавние усилия по развитию торговли в устье Оби и Енисея. В Европе, Западной Сибири и Западном Туркестане степь лежит низко, местами даже ниже уровня моря. Далее на востоке, в Монголии, они тянутся в виде плато; но переход с одного уровня на другой, над голыми, ровными и низкими районами засушли­вых центральных земель не представляет значительных трудностей.

Орды, которые в конце концов обрушились на Европу в середине XV в., собирали свои силы в 3000 миль оттуда, в степях Верхней Монголии. Опустошения, совершившиеся в течение нескольких лет в Польше, Силезии, Моравии, Венгрии, Хорватии и Сербии, были, тем не менее, лишь самыми отдаленными и одновременно скоротечными результатами ве­ликого движения кочевников востока, связываемого с именем Чингис­хана. В то время как Золотая орда заняла Кипчакскую степь от Араль­ского моря через проход между Уральским хребтом и Каспием до под­ножия Карпат, другая орда, спустившаяся на юго-запад между Каспий­ским морем и Гиндукушем в Персию, Месопотамию и даже Сирию, ос­новала державу Ильхана. Позднее третья орда ударила на Северный Китай, овладев Китаем. Индия и Манги, или Южный Китай, были до поры прикрыты великолепным барьером Тибетских гор, с чьей эффективностью



730 Раздел VII. МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ



 

ничто в мире, пожалуй, сравниться не может, если, конечно, не считать Сахару и полярные льды. Но в более позднее время, в дни Марко Поло — если говорить о Манги, и в дни Тамерлана — если иметь в виду Индию, это препятствие было обойдено. Произошло так, что в этом последнем известном и хорошо описанном случае все населенные края Старого Света раньше или позже ощутили на себе экспансивную мощь мобильной державы, зародившейся на степных просторах. Рос­сия, Персия, Индия и Китай либо платили дань, либо принимали монгольские династии. Даже зарождавшееся в Малой Азии государство турок терпело это иго на протяжение более полувека.

Подобно Европе, записи о более ранних вторжениях сохранились и на других пограничных землях Евро-Азии. Неоднократно подчинялись завоевателям с севера Китай, а завоевателям с северо-запада — Индия. По меньшей мере одно вторжение на территорию Персии сыг­рало особую роль в истории всей западной цивилизации. За триста или четыреста лет до прихода монголов, турки-сельджуки, появившиеся из района Малой Азии, растеклись здесь по огромным пространствам, ко­торые условно можно назвать регионом, расположенным между пятью морями — Каспийским, Черным, Средиземным, Красным и Персид­ским заливом. Они утвердились в Кермане, Хамадане, Малой Азии, свергли господство сарацин в Багдаде и Дамаске. Явилась необходи­мость покарать их за их обращение с паломниками, шедшими в Иеру­салим, — вот почему христианский мир и предпринял целую серию военных походов, известных под общим названием крестовых. И хотя европейцам не удалось достигнуть поставленных целей, эти события так взволновали и объединили Европу, что мы вполне можем считать их началом современной истории — это был пример продвижения Ев­ропы, стимулированного необходимостью ответной реакции на давле­ние, оказываемое на нее из самого центра Азии.

Понятие Евро-Азии, которое мы таким образом получаем, подразу­мевает протяженные земли, окаймленные льдами на севере, пронизан­ные повсюду реками и насчитывающие по площади 21 000 000 кв. миль, т.е. более чем в два раза превосходящие Северную Америку, чьи цент­ральные и северные районы насчитывают 9 000 000 кв. миль, и более чем в два раза территорию Европы. Однако у нее нет удовлетворитель­ных водных путей, ведущих в океан, хотя с другой стороны, за исклю­чением субарктических лесов, она в целом пригодна для передвижения всякого рода кочевников. На запад, юг и восток от этой зоны находятся пограничные регионы, образующие широкий полумесяц и доступные



Глава 17. ГЕОПОЛИТИКА 731



 

для мореплавания. В соответствии с физическим строением число этих районов равняется четырем, причем отнюдь не маловажно то, что в принципе они совпадают соответственно со сферами распространения четырех великих религий — буддизма, брахманизма, ислама и христи­анства. Первые две лежат в зоне муссонов, причем одна из них обра­щена к Тихому океану, другая к Индийскому. Четвертая, Европа, оро­шается дождями, идущими с запада, с Атлантики. Эти три региона, на­считывающие в совокупности менее семи миллионов кв. миль, населяет более миллиарда человек, иначе говоря, две трети населения земного шара. Третья сфера, совпадающая с зоной пяти морей или, как ее чаще называют, район Ближнего Востока, в еще большей степени страдает от недостатка влаги из-за своей близости к Африке и, за исключением оазисов, заселена, соответственно, не плотно. В некоторой степени она совмещает черты как пограничной зоны, так и центрального района Евро-Азии. Эта зона лишена лесов, поверхность ее испещрена пусты­нями, так что она вполне подходит для жизнедеятельности кочевников. Черты пограничного района прослеживаются в ней постольку, по­скольку морские заливы и впадающие в океан реки делают ее доступной для морских держав, позволяя, впрочем, и им самим осуществлять свое господство на море. Вот почему здесь периодически возникали импе­рии, относившиеся к «пограничному» разряду, основу которых состав­ляло сельскохозяйственное население великих оазисов Египта и Вави­лона. Кроме того, они были связаны водными путями с цивилизован­ным миром Средиземноморья и Индии. Но, как и следовало бы ожи­дать, эти империи попадали в зону череды невиданных дотоле миграций, одни из которых осуществлялись скифами, турками и монголами, шед­шими из Центральной Азии, другие же были результатом усилий наро­дов Средиземноморья, желавших захватить сухопутья, ведшие от за­падного к восточному океану. Это место — самое слабое звено для этих ранних цивилизаций, поскольку Суэцкий перешеек, разделивший мор­ские державы на западные и восточные, и засушливые пустыни Персии, простирающиеся из Центральной Азии вплоть до Персидского залива, предоставляли постоянную возможность объединениям кочевников до­бираться до берега океана, отделявшего, с одной стороны, Индию и Китай, а с другой — их самих от Средиземноморского мира. Всякий раз, когда оазисы Египта, Сирии и Вавилона приходили в упадок, жители степей получали возможность использовать плоские нагорья Ирана и Малой Азии в качестве форпостов, откуда они могли направлять свои удары через Пенджаб прямо на Индию, через Сирию на Египет, а через



732 Раздел VII. МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ



 

разгромленный мост Босфора и Дарданелл — на Венгрию. На маги­стральном пути во внутреннюю Европу стояла Вена, противостоявшая набегам кочевников, как тех, что приходили прямой дорогой из русских степей, так и проникавших извилистыми путями, пролегавшими к югу от Черного и Каспийского морей.

Итак, мы проиллюстрировали очевидную разницу между сарацин­ским и турецким контролем на Ближнем Востоке. Сарацины были вет­вью семитской расы, людьми, населявшими долины Нила и Евфрата и небольшие оазисы на юге Азии. Воспользовавшись двумя возможнос­тями, предоставленными им этой землей, — лошадьми и верблюдами, с одной стороны, и кораблями — с другой — они создали великую им­перию. В различные исторические периоды их флот контролировал Средиземное море вплоть до Испании, а также Индийский океан до Ма­лайских островов. С этой стратегически центральной позиции, нахо­дившейся между западным и восточным океанами, они пытались завое­вать все пограничные земли Старого Света, повторяя в чем-то Алек­сандра Македонского и предвосхищая Наполеона. Они смогли даже уг­рожать степи. Но сарацинскую цивилизацию разрушили турки, полнос­тью отделенные от Аравии, Европы, Индии и Китая, язычники-туранцы, обитавшие в самом сердце Азии.

Передвижение по глади океана явилось естественным конкурентом внутриконтинентального передвижения на верблюдах и лошадях. Именно на освоении океанических рек была основана потамическая (речная. — Ред.) стадия цивилизации: китайская на Янцзы, индийская на Ганге, вавилонская на Евфрате, египетская на Ниле. На освоении Средиземного моря основывалось то, что называют «морской» стадией цивилизации, — основывались цивилизации греков и римлян. Сараци­ны и викинги могли контролировать побережья океанов именно благо­даря своей возможности плавать.

Важнейший результат обнаружения пути в Индию вокруг мыса Доб­рой Надежды состоял в том, что он должен был связать западное и вос­точное каботажные судоходства Евро-Азии, пусть даже таким околь­ным путем, и таким образом в некоторой степени нейтрализовать стра­тегическое преимущество центрального положения, занимаемого степняками, подвергнув их давлению с тыла. Революция, начатая вели­кими мореплавателями поколения Колумба, наделила христианский мир необычайно широкой мобильностью, не достигшей, впрочем, за­ветного уровня. Единый и протяженный океан, окружающий разделен­ные и островные земли, является, безусловно, тем географическим условием,



Глава 17. ГЕОПОЛИТИКА 733



 

которое привело к высшей степени концентрации командова­ния на море и во всей территории современной военно-морской стра­тегии и политики, о чем подробно писали капитан Мэхэн и м-р Спенсер Уилкинсон. Политический результат всего этого заключался в измене­нии отношений между Европой и Азией. Не надо забывать, что в сред­ние века Европа была зажата между непроходимыми песками на юге, неизведанным океаном на западе, льдами или бескрайними лесами на севере и северо-востоке, а с востока и юго-востока ей угрожала необы­чайная подвижность кочевников. И вот теперь она поднялась над миром, дотянувшись до тридцати восьми морей либо других территорий и распространив свое влияние вокруг евроазиатских континентальных держав, до тех по угрожавших самому ее существованию. На свободных землях, которые были открыты среди водных пространств, создавались новые Европы, и тем, чем были ранее для европейцев Британия и Скан­динавия, теперь становятся Америка и Австралия и в некоторой степе­ни даже транссахарская Африка, примыкавшая теперь к Евро-Азии. Британия, Канада, Соединенные Штаты, Южная Африка, Австралия и Япония являют собой своеобразное кольцо, состоящее из островных баз, предназначенных для торговли и морских сил, недосягаемых для сухопутных держав Евро-Азии.

Тем не менее последние продолжают существовать, и известные со­бытия еще раз подчеркнули их значимость. Пока «морские» народы За­падной Европы заполняли поверхность океана своими судами, направ­лявшимися в отдаленные земли, и тем или иным образом облагали данью жителей океанического побережья Азии, Россия организовала казаков и, выйдя из своих северных лесов, взяла под контроль степь, выставив собственных кочевников против кочевников-татар. Эпоха Тюдоров, увидевшая экспансию Западной Европы на морских просто­рах, лицезрела и то, как Русское государство продвигалось от Москвы в сторону Сибири. Бросок всадников через всю Азию на восток был со­бытием, в той же самой мере чреватым политическими последствиями, как и преодоление мыса Доброй Надежды, хотя оба эти события долгое время не соотносили друг с другом.

Возможно, самое впечатляющее совпадение в истории заключалось в том, что как морская, так и сухопутная экспансия Европы явилась в известном смысле продолжением древнего противостояния греков и римлян. Несколько неудач в этой области имели куда более далеко иду­щие последствия, нежели неудачная попытка Рима латинизировать греков. Тевтонцы цивилизовались и приняли христианство от римлян,



734 Раздел VII. МИРОВАЯ ПОЛИТИКА И МЕЖДУНАРОДНЫЕ OTНОШЕНИЯ



славяне же — от греков. Именно романо-тевтонцы впоследствии плыли по морям; и именно греко-славяне скакали по степям, покоряя туранские народы. Так что современная сухопутная держава отличается от морской уже в источнике своих идеалов, а не в материальных усло­виях и мобильности1.

Вслед за казаками на сцене появилась Россия, спокойно расстав­шаяся со своим одиночеством, в котором она пребывала в лесах Севе­ра. Другим же изменением необычайного внутреннего значения, про­исшедшим в Европе в прошлом столетии, была миграция русских крес­тьян на юг, так что если раньше сельскохозяйственные поселения за­канчивались на границе с лесами, то теперь центр населения всей Ев­ропейской России лежит к югу от этой границы, посреди пшеничных полей, сменивших расположенные там и западнее степи. Именно так возник необычайно важный город Одесса, развивавшийся с чисто аме­риканской скоростью.

Еще поколение назад казалось, что пар и Суэцкий канал увеличили мобильность морских держав в сравнении с сухопутными. Железные дороги играли, главным образом, роль придатка океанской торговли. Но теперь трансконтинентальные железные дороги изменяют положе­ние сухопутных держав, и нигде они не работают с большей эффектив­ностью, чем в закрытых центральных районах Евро-Азии, где на об­ширных просторах не встретишь ни одного подходящего бревна или камня для их постройки. Железные дороги совершают в степи невидан­ные чудеса, потому что они непосредственно заменили лошадь и вер­блюда, так что необходимая стадия развития — дорожная — здесь была пропущена.

Относительно торговли не следует забывать, что при океаническом ее способе, хотя и относительно дешевом, обычно товар прогоняется через четыре этапа: фабрика-изготовитель, порт погрузки, порт вы­грузки и товарный склад в пункте продажи, в то время как континен­тальная железная дорога ведет прямо от фабрики-производителя на склад импортера. Таким образом, посредническая океаническая тор­говля ведет, при прочих равных условиях, к формированию вокруг континентов

___________________________

1 Это заявление подверглось критике в ходе дискуссии, последовавшей за прочтени­ем доклада. Пересматривая этот параграф, я все-таки думаю, что в основе своей оно справедливо. Даже византийский грек был бы другим, подчини Рим себе всю древнюю Грецию. Без сомнения, идеалы, о которых идет речь, были скорее византийскими, неже­ли эллинскими, но римскими они не были, это уж точно.



Глава 17. ГЕОПОЛИТИКА 735



зоны проникновения, чья внутренняя граница грубо обозна­чена линией, вдоль которой цена четырех операций, океанской пере­возки и железнодорожной перевозки с соседнего побережья равна цене двух операций и перевозке по континентальной железной дороге.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-10; Просмотров: 439; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2022 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.059 с.) Главная | Обратная связь