Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Великая книга Божия, понятная и для неграмотных




 

«Невидимое Его (Божие), вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы» (Рим. 1; 20).

Знать грамоту, уметь книги читать — дело весьма доброе и полезное; но не из одних этих книг учатся. Есть книга, — не писанная, а Самим Господом созданная, книга живая и великая, книга всегда и везде для всех открытая, — книга, которую всякий человек с разумом может читать и научиться добру. — Что это за книга? Это — весь свет Божий, который иначе называется великим миром, видимым миром, или природою. Мы видим небо, на небе — солнце, месяц, звезды, облака, тучи; видим землю, на земле — горы, долины, поля, луга, города и села, реки и озера, травы, деревья, птиц, зверей, скот и людей; слышим гром, бурю, шум дождя, стук града и т.д., — это все вместе есть и называется одним словом: мир. Сей-то мир святые Отцы и называют книгою. "Якоже сочинитель книг, — учит святой Тихон Воронежский, — из разума своего износит слова, и написует их на бумаге, и сим образом сочиняет книгу, и как бы из ничего нечто делает: тако Премудрый и Всемогущий Создатель, что в Божественном разуме Своем имел, и что восхотел, все сотворил, и как бы книгу из двух листов, т.е. неба и земли состоящую, сочинил, в которой книге видим Божие всемогущество, премудрость и благость" (Сокровище духовное, ч. 1. Мир). "Каждая вещь и все творения Божии, пишет святой Василий Великий, суть то же, что буквы, по которым мы читаем провидение и высочайшую премудрость Творца". — Итак, мир есть книга, а все вещи в мире суть как бы письмена, или буквы и целые слова, которые можно складывать и читать почти так же, как они читаются в писанных и печатных книгах. — Спросите: как читать? — Отвечаю: видением, слышанием, рассуждением. Видишь, например, небо, и на небе множество звезд; видишь землю, и на земле многое множество всяких вещей. Откуда все это взялось, и как стало быть? Ты мне скажешь просто: Бог знает — откуда и как. Вот ты уже и прочел самое главное и самое великое слово Бог; уже понял, что если есть небо и земля, то понятно — есть Бог. — Видишь одно небо, и одну землю, знаешь, что одно солнце на небе, один государь в государстве, один отец у своих детей, и один хозяин в доме. И только в том доме хорошо, в том месте чин, порядок и лад, где правит домом один; а где хозяев много, где муж начнет рядить по-своему, а жена по-своему, отец так, а дети иначе — там не бывать добру. Это всякий из вас знает: что же он отсюда может узнать? Какое слово прочесть о Господе Боге? Такое слово, что наш Господь Бог есть Бог — Един. —Пойдем далее: когда ты смотришь на поле, покрытое прекрасною, густою и зреющею пшеницею или рожью, ты говоришь: она не сама собою взялась; ее кто-то посеял, и хорошо обработал свое поле. Когда видишь богатый сад, превосходно устроенный, опять говоришь, кто же нибудь насадил его. Когда глядишь на дом, тоже помышляешь: дом не сам собою вырос, а строил его разумный строитель. Словом, на какую вещь ни посмотришь, везде найдешь, что она не сама от себя, а кто-нибудь другой сделал ее. Посмотри же опять на небо, на землю, на все то, что я прежде назвал миром. Какой дом, или сад, или поле может равняться с этим великим миром? Посмотри и спроси себя: откуда он взялся? Как дом не вырастает сам собою, а надобно, чтобы он кем-нибудь построен был, так и мир не сам собою стал и есть, а кем-нибудь построен, сделан, сотворен. Кем сотворен? Самое простое рассуждение скажет тебе, что он сотворен Богом. И вот ты еще прочел в великом мире Божием, как в книге, что Бог есть Творец мира, создатель неба и земли, видимым же всем и невидимым, т.е. Творец всего того, что ты видишь, и еще более всего того, что не видишь; ибо ты не все видишь, что есть на свете. — Продолжайте еще размышлять, други мои. Бросьте камень на воздух; он не будет держаться на воздухе, но упадет и будет лежать на земле. Мы, люди, стоим, ходим, лежим на земле, скотина и зверь — тоже; города, села, деревья, воды, — все держится землею и на земле. Птица хотя летает по воздуху, но не долго; полетает, полетает, — и сядет либо на дерево, либо на крышу, либо на землю. На чем же держится сама земля? Ни на чем; — «на ничесом же повесивый землю повелением Твоим», говорится в одной песне церковной. Как же такая непомерная тяжесть может держаться сама собою? Не может; вы легко догадываетесь, что ее держит некая сила великая. Чья сила? Ничьей иной силы вы тут не угадаете, кроме всемогущей силы Божией. Бог все держит, все движет, всем управляет. Таким образом вы еще прочли в книге мира одно великое слово о Боге, что он есть Вседержитель. — Но что говорить о земле? Смотрите на вещи малые разумно, — и они все будут говорить вам, как книга, о Господе Боге Вседержителе. Видишь, например, зеленую травку, хороший цветок, — подойди, полюбуйся, и спроси: кто его так убрал, нарядил, украсил? Он скажет тебе: Отец небесный. Видишь птиц, летающих по воздуху, ходящих по земле, они сами не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, однако же всегда бывают сыты и довольны. Спроси: кто их кормит, или питает? Отец небесный, — скажут они. Может быть, ты подумаешь: птицы — едят наш хлеб крестьянский. Но ваш хлеб откуда взялся, по чьей воле и повелению вырос? Когда ты бросаешь семена в землю, знаешь ли, что они непременно взойдут, вырастут и созреют? Не знаешь, а говоришь только, когда сеешь: уроди, Господи, Отец небесный. И Отец небесный уродит, когда ты просишь Его, как добрый и послушный сын, и когда будет на то Его святая воля, Его Божеская милость. Не видим ли теперь, что Бог есть не только Творец, Вседержитель, но и Отец? — Поистине, Он есть Отец премилосердый, всеблагий и всесильный. И во-первых — Он есть Отец Единородного Сына Своего, Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Во-вторых — Он есть Отец всего, что живет, растет и чувствует; потому что Он всему дает жизнь, все хранит, питает и одевает. В-третьих — Он есть Отец Благодетель всех людей, — не только добрых, но и худых, не только верных, но и неверных; потому что велит солнцу Своему сиять для добрых и злых, для праведных и неправедных. В-четвертых — Он есть особенно Отец для мира православного, для добрых и истинных христиан, которые в церковь Его святую ходят, заповеди Его святые исполняют, и во всем как Его Самого, так и Его Святую Церковь слушают. "Как дети, — учит святой Тихон Воронежский, — отца своего от любви называют: отче, или батюшка, тако Христиане Бога от любви называют Отцом, и вопиют к Нему: Авва Отче (Рим. 8; 15. Гал. 4; 6), — т.е. как бы так: батюшка Отец наш!" Теперь видите, любезные братия мои, что можно читать великую книгу Божию всякому человеку; видите, что хотя мы не много учились и читали, а между тем, сколько прочли и узнали слов и истин важных, великих и святых! В книге природы, или в книге мира Божия мы прочитали то же самое, что читается в обыкновенных книгах, состоящих из бумаги и чернил; т.е. прочитали начало, или первый член нашего святого Символа веры: «верую во единого Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым». Точно так же и в той же книге можно прочесть и первую заповедь Божию: «Аз есмь Господь Бог твой; да не будут тебе бози инии разве Мене». Учитесь же, Христиане, прилежно и усердно: не будьте неразумны, как малые дети; смотрите на всякую вещь, как на слово и поучение о Господе Боге вашем; читайте, говорю, великую книгу мира Божия, или книгу природы, начертанную Самим Богом о Себе же Самом; вы видите, что ее не трудно читать! Заключим беседу нашу молитвою к Святому Духу, на всякую истину наставляющему: «Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, Иже везде сый и вся исполняй, сокровище благих и жизни подателю! Прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша!»



(Из "Воскресного Чтения" 1847года)

 

Бога не обманешь

 

Болий есть Бог сердца нашего и весть вся (1 Ин. 3; 20). Его очи, тьмами тем крат светлейший солнца (Сир. 23; 27) на всяком месте смотряют злыя же и благия (Притч. 15; 3). Наг самый ад пред Ним, и несть покрывала пагубе (Иов. 26; 6). Казалось бы, кто не знает этого? И возможное ли дело, чтобы человек так забылся, что мог бы подумать — обмануть Господа Бога — Сердцеведца? А на деле выходит, что и до этого легко может дойти лукавая совесть грешника... На самых первых страницах Ветхого Завета в книге Бытия мы читаем: принесе Каин от плодов земли жертву Богу; и Авель принесе, и той от первородных овец своих, и от туков их; и призре Бог на Авеля и на дары его: на Каина же и на жертвы его не внят (Быт. 4; 3-5). — Спрашивают: почему Бог жертву Авелеву принял, а жертву Каина отверг? Потому, отвечают толкователи Священного Писания, что Авель закалал свою жертву с сокрушением сердечным и с верою в будущего Искупителя, а Каин готовил свои плоды небрежно, без благоговения; Авель приносил в жертву первородных, самых лучших овец своего стада, а Каин — что похуже из плодов земных, — чего не так было жаль другим отдать; а что получше, то приберегал для себя. Несчастный! Он думал обмануть Господа Бога, думал, как думают и многие подобные ему грешники: не узрит Господь, ниже уразумеет Бог (Пс. 93; 7), — но обманул только самого себя, и за дерзость свою отвержен был от Господа. — В Новом Завете, в первых главах книги Деяний Святых Апостолов рассказывается, что многие владельцы поместьев или домов продавали их и приносили цену проданного к ногам Апостолов, жертвуя в пользу неимущих братии. Понятно, что это делалось из одного усердия и никто не принуждал так поступать; но нашлись люди, которым не захотелось отстать от других и в этом святом деле, а в то же время жаль было отдать все, что было выручено от продажи имения. Некто Анания с женою своею Сапфирою, продавши имение, утаил часть цены его, с согласия своей жены, а остальное принес и положил к ногам Апостолов. Но Петр сказал Анании: "Для чего допустил ты сатане вложить в сердце твое мысль обмануть Духа Святого и утаить час из цены поместья? Когда оно еще не было продано, разве оно не твое было? Ты мог спокойно владеть своим имением, никто не принуждал тебя продавать его и лукавить пред Богом: как же это пришло тебе на мысль такое дело? Ты солгал не человеком, а Богу!" При этих словах Анания пал бездыханным. Все ужаснулись; юноши вынесли тело его и похоронили. Спустя часа три пришла его жена, не зная ничего, что случилось. Апостол Петр спросил ее: "Скажи мне: за столько ли продали вы поместье?" Она сказала: "Да, за столько". Тогда Петр сказал ей: "Что это вы согласились искусить Духа Господня? Вот входят в двери погребавшие мужа твоего и тебя вынесут". Вдруг она упала у ног его и испустила дух. Юноши вошли, нашли ее мертвою, и вынесши, похоронили подле мужа ее. "Великий страх объял всю Церковь, — заключает свое повествование Евангелист Лука, — и всех слышавших сие". Трепет объемлет душу и теперь, когда читаешь этот рассказ, друзья мои. Но тут же невольно спрашиваешь себя: Каин ли только, — одни ли Анания и Сапфира думали обмануть Господа Бога? Нет ли и среди нас чего-нибудь подобного? Вот, например, настает праздник Господний; колокол зовет православных в церковь Божию; зовет и тебя туда же совесть твоя; но тебе скучно там, — ты нарочно медлишь дома, чтобы придти в церковь к половине обедни, а то и еще позднее, лишь бы потом можно было сказать самому себе: "Я исполнил долг христианский, я был сегодня у обедни", — и тем успокоить совесть свою... Друг мой! Кого хочешь ты обмануть этим лицемерным богомолением? У кого крадешь ты минуты молитвенные? Бога ведь не обманешь; Он давно изрек праведный суд Свой о таких богомольцах ленивых: «приближаются Мнелюдие сии усты своими, и устнами чтут Мя; сердце лее их далече отстоит от Мене; всуе же чтут Мя» (Мф. 15; 8)! — Или: вот ты молишься молитвою, от Самого Господа нам данною: ты просишь себе прощения грехов, ты говоришь: «остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим...» Но оставляешь ли своим должникам? Правду ли говоришь? Бога ведь не обманешь: Он знает твое сердце лучше тебя самого, и если там, в этом сердце, таится какое-нибудь недоброе чувство к ближнему, — то не жди себе прощения от Господа, ибо непреложно слово Его: «аще отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный: аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших» (Мф. 6; 14-15)! — И сколько таких случаев можно указать в нашей жизни! Не проходит дня, когда бы мы не лукавили пред Господом Богом! А бывает, друзья мои, что человек всю жизнь свою направляет так, как будто хочет обмануть Господа Бога. Дело в том, что у каждого грешника есть свой идол, которому он служит всей душой. Этот идол есть его любимая страсть, любимый грех. Один всем сердцем прилепился любостяжанию, другой — плотоугодию, иной меры не знает своему честолюбию... Но у каждого есть совесть, этот судия неподкупный; совесть говорит грешнику: Бог строго накажет тебя за твою жадность, за плотские грехи, за безмерное честолюбие... Страшно становится грешной душе слушать эти укоры и обличения, а между тем ей не хочется и с любимыми греховными привычками расстаться... И вот человек начинает лукавить, чтобы как-нибудь успокоить свою мятущуюся совесть. Скупому жаль уделить лишний грош для бедняка; только из-за стыда перед другими он кладет свою медницу на свечу в церкви Божией; за то он думает угодить Господу Богу строгим постом и поклонами, продолжительными молитвами... Друг мой! Хорошее дело — и пост и молитва; но если ты в то же время безжалостно гонишь от себя бедного прочь, если для тебя тяжело подать медницу на украшение храма Божия, или на другое дело доброе, — то напрасно ты трудишься: Бога ведь не обманешь, таким постникам Он давно изрек: «вскую Мне поститеся, якоже днесь?.. Не сицеваго поста Аз избрах, ниже аще слячеши яко серп выю твою, и вретище и пепел постелеши, ниже тако наречете пост приятен» (Ис. 58; 4,5). Другой, напротив, ничего не жалеет для бедных, жертвует щедрою рукою на церкви, монастыри, богадельни; но сам несчастный — страждет страстью невоздержания, или всей душой предан плотским грехам, и не думает, не хочет расстаться с этими греховными удовольствиями... Друг мой, брат мой! Ужели ты думаешь купить себе милость Божию своими благотворениями так же, как покупают милость человеческую — богатыми подарками и приношениями? Спора нет, что милостыня очищает грехи, (Притч. 15; 27), но только тогда, когда грешник бросит, возненавидит эти грехи: «лучшая жертва Богу — дух сокрушен, сердце сокрушено и смиренно»; а ты предлагаешь Ему то, что для тебя удобнее, — подумай, кого ты этим обманываешь? Бога ведь не обманешь: еще древний мудрец сказал: «нерцы: на множество даров моих воззрит Бог, и приносящу ми Богу Вышнему пришлет» (Сир. 7; 9); да и Сам Он, Сердцеведец, глаголет: «что Ми множество жертв ваших?.. Ктому не стерплю грехов ваших!...» (Ис. 1; 11, 14). —Пожалей себя, отстань, брось, развяжись совсем с грехами своими, тогда жертва твоя будет благоугодна Богу как фимиам кадильный. — Говорить ли о тех благотворителях, которые творят добро из-за выгод земных, из-за славы людской, — кого хотят обмануть они? Не по духу Христову это их добро, оно — мирское, земное, и здесь, на земле сии благотворители восприемлют мзду свою! Но довольно о чужих грехах. Все мы грешники, и вех нас зовет Бог к покаянию, зовет каждый день и час, а мы все отвечаем: завтра покаемся, завтра начнем жить по Божьи... Кого мы думаем обмануть этим "завтра"? — Не крадем ли мы дни жизни нашей, как крали злато Анания и Сапфира? Ведь жизнь наша должна вся принадлежать Господу; а мы — юность тратим на греховные наслаждения, мужество проходит в суете житейской, а старость... но в нашей ли власти эта старость? Кто нам обещал ее? Да если бы и в нашей она власти была: то не грешно ли всю жизнь истратить на грехи одни, а Богу отделить болезненную старость? Ведь это значило бы принесть в жертву хромое, слепое, увечное! Не Каинова ли это будет жертва, братие моя? Бога ведь не обманешь, и что удивительного, если Он в гневе Своем не даст нам увидеть своей старости, и мы умрем во грехах наших!...

 

Без труда не спасешься

 

Не бойтесь креста самоотвержения и самораспинания; всю тяжесть креста Господь понес Сам, вам же остаются одни утешительные плоды его. Не жалейте трудов; смотрите, какой блаженный конец ожидает тружеников, и воодушевляйтеся; спешите, гоните, теките, да постигнете. Трудитесь. Без труда, и труда усиленного, ничего не получим. — Получить блаженство все готовы, а труды ради сего нести очень многие упираются; очень многие всякие позволяют себе льготы, а между тем все же чают благую улучить часть вместе с другими. Точно, Господь многомилостив и всякого готов облаженствовать. Но сами-то мы никак не можем изменять путей, Господом указанных, и по своему вкусу прописывать себе условия к получению блаженства, которое не в наших однако же руках. — Вот посморите, как Апостол Павел и себя и других воодушевляет на труды и остерегает от льгот. «Не весте ли, - говорит, - яко текущий в позорищи, вси убо текут?» (I Кор. 9; 24). С каким усилием на ристалищах все напрягают свои силы, чтоб перегнать других? И это чего ради? Чтоб тленный получить венец. Не тем ли с большим рвением надлежит тещи нам, чтоб получить венец нетленный? Смотрите же, — прибавляет, — «тецыте, и тако тецыте, да постигнете». — Как же это надо тещи, чтобы достигнуть? Надобно от всего воздерживаться. «Подвизайся же, т.е. текущий, как на ристалище от всех воздержится», — говорит тут же святой Апостол. От всех воздерживаться, или всестороннее иметь воздержание — думаю понятно, что означает. Означает пост, бдение, уединение, утруждение тела и всякое плоти умерщвление, или, как говорили наши Отцы-подвижники, суровое и жестокое иметь житие. Хочешь тещи так, чтоб получить нетленный венец? Проходи суровое и жестокое житие. Чтоб кто не вздумал как-нибудь увольнять себя от сего, Апостол и себя изображает также текущим. И я, говорит, так же теку, и я так же подвизаюсь. Как же это именно? «Умерщвляю тело мое и порабощаю». Апостол, сосуд благодати, умерщвляет тело свое и порабощает. Кому же после сего будет это не необходимо? И не думайте, что у него это есть плод избытка ревности. Нет. Без этого, говорит, мне нельзя быть, опасно: «да не како иным проповедуя, сам неключим буду». Апостол, устроитель царства Божия, руководитель всех ко спасению, боится оказаться неключимым, недостойным царствия Божия, если не будет тело свое порабощать и умерщвлять. Кто же после сего понадеется быть достойным без умерщвления и порабощения тела? — Я нарочно побольше остановился на сем Апостольском месте, чтоб внушить, что общий почти у нас недуг — жаление и поблажка плоти, совсем не к лицу ищущим и чающим царствия Божия. Хочешь царства? Не жалей плоти. Будешь жалеть плоть, — не получишь царства. Ах! Как нам не по вкусу это строгое и суровое житие, плоть умерщвляющее! И каких уверток не употребляем мы к тому, чтоб уволить себя от него! — Вот настает пост, а кто постится как следует? Иной совсем ни во что ставит пост; иной так его ведет, что плоть от того никакой не ощущает жестокости. И чего не наговорят такие в оправдание свое? О тех уж нечего говорить, кои нерадят о спасении; те и живут только в плоть. А то и ревнители благочестия всяко склоняются на то, чтоб питать и греть плоть свою. Я, говорит, богомыслием займусь, я в церковь буду ходить, буду заниматься чтением спасительных книг, милостыню буду подавать, и другое что готов делать; а телу уж пусть дается всякий покой и довольство — в пище, сне, неутруждении и устранении всяких неудобств. И что еще говорят? Говорят, что это умерщвление плоти есть телесное делание, мы же духовны — духовными деланиями и будем достигать царства небесного — невещественного. — На все сии и подобные рассуждения скажу одно: Апостол-то Павел до какой меры был духовен? И кто сравнится с ним в ясном ведении того, как нужно нам действовать?! А видите, что прописал? Указал венец нетленный. И всем, кто захочет восхитить его, предписал умерщвлять и порабощать тело. Ничего другого не вставил и никакого другого посредства не поместил. Тут умерщвление и порабощение тела, а там венец нетленный. Хочешь последнего — возьмись за первое. Рассуждения же все в сторону. Если б и мне кто стал докучать: разъясни и то и другое в сем деле недоумение, я сказал бы: что рассуждать? Понятно, что значит нетленный венец? Конечно, понятно. Понятно, что значит умерщвление и порабощение плоти? И это верно понятно. Поди же, умерщвляй и порабощай плоть и получишь нетленный венец. А если иначе станешь действовать, не только не получишь венец, но окажешься неключимым, как опасается святой Апостол и за себя и за нас. О неключимом же знаешь, что сказано? Сказано, «неключимаго раба вверзите во тьму кромешнюю, ту будет плач и скрежет зубов...» Вот какой неутешительный конец покоя плоти! — И то прибавлю, что ведь мы не поставлены рассуждать и словопретися ни на какую же потребу: а зачем поставлены? Поставлены проповедывать слово. «Проповедуй слово», заповедует святой Апостол Павел Тимофею (2 Тим. 4; 3), а в лице его и всем нам. Какое слово? Вот я соберу это слово относительно того, о чем мы беседуем. — «Иже Христово суть, плоть распяша со страстми и похотми» (Гал. 5; 24). Слышите! Стало быть, кто не распинает плоти, тот не Христов, не христианин. «Сего ради ходите не по плоти, но по духу» (Рим. 8; 4). «И плоти угодия не творите в похоти» (13; 14). «Мы должны есмы не плоти, еже по плоти житии» (8; 12). «Аще бо по плоти живете, иматеумрети: аще ли духом деяния плотская умерщвляете, живи будете» (8; 13). «Сущий бо по плоти плотская мудроствуют» (8; 5) и «Богу угодити не могут» (8; 8): «ибо мудрование плотское смерть есть» (8; 6), «вражда на Бога есть» (8; 7). «Да упразднится убо тело греховное» (Рим. 6; 6), «да не царствует грех в мертвенным вашем теле» (6; 12). «Представите телеса ваша жертву живу, святу, благоугодну Богови» (Рим. 12; 1); «и умертвите уды ваша, яже на земли»(Кол. 3; 5). Ибо есть «ин закон во удех наших, противу воюющ закону ума нашего и пленяющ нас законом греховным, сущим во удех наших» (Рим. 7; 23). — Ограничусь этим. Видите ли как? И вот такого-то рода непощадение плоти проповедуется и заповедуется по всему пространству Божественного Писания! Стало быть, нечего рассуждать, нечего придумывать разные извороты к пощадению плоти. Кто хочет питать и греть плоть свою, тот не питомец Писания и чужд духа его. Чужд духа, чужд и обетовании. — Вот с сей-то стороны усмотрите всю матернюю попечительность о нас святой Церкви в учреждении святых постов. И вся жизнь у нас должна проходить в умерщвлении и порабощении плоти. Иначе тотчас попадешь в неключимые, а за то потом и участи их горькой подвергнешься. Чтоб самым делом не подпал кто из нас сей участи по забвению или какому увлечению делами, святая Церковь напоминает нам об умерщвлении плоти каждую неделю — средою и пятком, а в каждое время года продолжительными постами, особливо же великим постом святой Четыредесятницы, чтобы, когда придет пост, и против воли взялись мы за труд умерщвления и порабощения плоти и вступили на поприще, ведущее к получению нетленного венца. Так, если уж в другое время даем мы себе всякие льготы, хоть постом несколько поутрудим плоть свою. Если же в другое время будут у нас для плоти все празднества, и в пост всякие льготы, то не к нам ли будет относиться следующее укорительное слово Апостола: «мнози, - говорит он, - ходят, ихже многажды глаголах вам, ныне же плача глаголю, враги креста Христова: им же кончина погибель, имже бог чрево, и слава в студе их, иже земная мудрствуют» (Флп. 3; 18, 19). — Блаженны труды умерщвляющих плоть свою, и да воодушевляет их на продолжение уверенность в неизбежности сего пути. Но и те, кои лишали себя сего блага, имеют еще время сделаться участниками его. Поприще открыто; виден и светлый венец в конце его. Вступите бодренно в подвиг. Ревностью возревновав, перегнать еще успеете тех, кои так далеко ушли от вас. Что потеряно в длительности времени, то вознаградить можете напряжением сил в одушевлении и, таким образом, не мечтательным ожиданием, а несомненно и действительно вступите в сонм тех, кои, по Апостолу, тако текут, что наверно постигнут. Аминь.

(Из книги "О покаянии ", преосвященного епископа Феофана)

 

191. «Сделавши добро – не кайся!» Русская пословица

 

Каяться в грехах — дело понятное, ибо кто творит грех, тот исполняет волю сатаны; но как же это можно каяться в добром деле? Ведь кто творит добро, тот исполняет волю Божию; доброе дело и Богу любезно, и добрым людям приятно; значит, если Бог помог тебе сделать доброе дело, — радоваться надо, Бога благодарить надо, а не каяться... Так бы и должно быть; но вот, возлюбленные, в чем беда наша великая: грех нередко так овладевает сердцем человека, что заставляет его жалеть о том добром деле, какое он сделал: не правда ли, братия мои, какое грешное желание, какое богопротивное покаяние!.. Кажется, и поверить бы этому трудно; но к несчастию, друзья мои, это нередко бывает, и бывает, конечно, с великим вредом для души. — Во дни святителя Иоанна Милостивого, патриарха Александрийского, был один епископ, по имени Троил, человек скупой и расчетливый. Раз святитель Иоанн пригласил его с собою в больницу, навестить бедняков недугующих. Обходя болящих, святой Иоанн сказал Троилу: — "Вот тебе, отче, прекрасный случай утешить бедную братию и подать им милостыню". Троилу было стыдно отказаться от доброго дела, и он оделил больных по золотой монете, издержав на это тридцать златиц. Но когда он вернулся домой, ему до того стало жаль этих денег, что он заболел и слег в постель. — Между тем святитель Иоанн присылает к нему с приглашением к себе на обед; Троил отказывается, ссылаясь на нездоровье; тогда святой Иоанн понял, в чем дело: он берет 30 златиц, и идет к болящему епископу. — "Я принес тебе деньги, которые взял у тебя в заем для раздачи в больнице, — говорит он Троилу: — вот, возьми их; только потрудись написать своею рукою, чтобы Господь отдал мне ту награду, какая следовала за них тебе". Троил, увидев золото, с радостью поднялся с постели — и тут же написал такую расписку: "Боже Милосердый! Даждь воздаяние Господину моему Иоанну, за то золото, которое я, грешный Троил, раздал в больнице: ибо он мое возвратил мне". Отдав сию расписку святителю Иоанну, Троил забыл свою болезнь и пошел к Иоанну обедать. Скорбно было видеть угоднику Божию такое сребролюбие — и в ком же? — в пастыре Церкви Христовой! И вот, святой Иоанн всем сердцем стал молиться, чтобы Господь вразумил Троила; и Господь услышал его святую молитву. В следующую ночь Троил увидел во сне прекрасный дом, над дверями которого было написано золотыми буквами: "Обитель и покой вечный Троила епископа". И несказанно обрадовался он сему видению, как вдруг является некий грозный Муж, и говорит бывшим тут слугам: — "Господь всего мира повелел стереть здесь имя Троила и вместо его написать имя Иоанна, патриарха Александрийского, который купил себе сей дом за 30 златиц. Итак — перемените надпись!" — При этих словах Троил проснулся и исполнился страха и жалости. На утро он поспешил к святому Иоанну; весь в слезах, он рассказал первосвятителю свое видение, принес раскаяние в сребролюбии и — с той поры стал ко всем щедр и милостив. Так Господь вразумил скупого Троила, друзья мои; вразумил, но не попустил погибнуть душе его: видно в его прежней жизни и добро было, которое вот и помянул теперь Господь, по молитвам святителя Иоанна Милостивого: ведь у Господа Бога ни один вздох сердечный, ни одна капля слезная не останутся забытыми; Он, Милосердый, может поставить нам грешным в цену добрых дел и те скорби, какие терпим мы поневоле, за грехи наши, — лишь бы только не роптали мы в этих скорбях, и каялись в своих грехах. Так и Троил, верно, имел какое-нибудь дело доброе, за которое Господь и не оставил его. А вот другой рассказ, от которого невольно должно бы содрогнуться самое корыстолюбивое сердце. — Один житель Константинополя был тяжко болен; страшась смерти, он раздал нищим, как и Троил, тоже 30 золотых монет. Бог смиловался над ним, и за сию милостыню даровал ему здравие. Но неразумный стал жалеть потраченных денег, и поведал свое горе одному знакомому, богатому человеку. Тот уговаривал его — не жалеть денег: "Смотри, чтобы не прогневать тебе Господа, — говорил он, — ведь Бог за милостыню тебя почти из мертвых воскресил; как бы не умереть тебе за это без покаяния". Но он не переставал жалеть о деньгах. Тогда знакомец говорит ему: "Если уже не хочешь слушать меня, то пожалуй, пойдем в церковь; там только скажи: "Господи! Не я подавал милостыню, а вот этот человек". — и я тут же отдам тебе деньги". — Несчастный сребролюбец охотно на то согласился. И вот, только что он взял в руки деньги и сказал упомянутые слова, как тут же, в церкви, упал и умер... Церковнослужители предлагали его товарищу назад 30 златиц после умершего, но раб Божий отвечал: "Сохрани меня Бог взять то, что я уже отдал Господу Богу! Разве это можно? Бог поругаем не бывает!" — И деньги те были розданы нищим. (Пролог, девятнадцатое января). — Вот так, друзья мои, совершился грозный суд Божий над человеком, который не устыдился ради корысти отречься от того доброго дела, за которое сам уже получил великую милость Божию! — Оглянемся теперь, возлюбленные, на самих себя: нет ли и между нами таких, которые сделают доброе дело, а потом и жалеют, что сделали, и даже иногда укоряют тебя в том?.. А это бывает и с нами, грешными. Вот, например, человек опасно заболел: он просит молиться за него, он сам вопиет к Богу, как Езекия, дает обещания, и иногда раздает все, что имеет, только бы получить исцеление. И Милосердый Отец Небесный слышит вопль скорбящей души его, и болящий восстает от одра болезни. Блажен сей человек, если он не забудется, если он от всей души возблагодарит Бога за явленную ему милость, и не только не будет жалеть о том, что роздал нищим во дни болезни своей, но и сторицею умножит сию милостыню... Но, к несчастию, нередко бывает вовсе не так. Он начинает жалеть о том, что потратил на бедных, и если уж нельзя вернуть потраченного, то старается всеми силами, а иногда и всеми неправдами поскорее нажить то, что имел до болезни... И не дивно было бы, если бы он искал только необходимого; нет: ему нравится быть рабом своей страсти любимой, — ей служить он хочет по-прежнему, а о том, что обещал Господу в минуту жизни трудную, он и не думает... — Но этот несчастный жалеет по крайней мере только о деньгах; если бы было можно, он не прочь бы и добро оставить за собой, только бы деньги были целы. А бывает и еще хуже. Бывает, что человеку и денег не жаль, а жаль именно того, что он сделал доброе дело. Вот, например, ты оказал помощь человеку в нужде ради Господа; а человек этот, вместо благодарности, поносит и злословит тебя... Тебе горько терпеть от него это поношение, и ты начинаешь говорить в кругу близких тебе людей: "Глупо я сделал, что оказал милость этому негодяю"... Удержись, возлюбленный, ради Господа удержись от такого слова недоброго! Не в духе Христовом это слово, — его шепчет тебе враг твоего спасения, чтоб отнять цену у твоей добродетели! А Христос Спаситель — слышишь ли, говорит: «Аще любите любящия вы, кая вам благодать есть? ибо и грешницы любящие их любят. И аще благотворите благотворящим вам, кая вам благодать есть? ибо и грешницы тожде творят» (Лк. 6; 32, 33). «Аз же глаголю вам: любите враги ваша, благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть и изгонящия вы, яко да будете сынове Отца вашего, Иже есть на небесех» (Мф. 5; 44, 45)! Какие утешительные для тебя глаголы! То и знак, что ты Христов раб, если добро творишь своему врагу: то и добро Богу угодное, которое творится во имя Христово: если за него нет тебе награды здесь на земле, — зато велика награда твоя у Господа на небесах! Утешься же, друг мой, не жалей о добре своем, а возблагодари Господа, что скорбью очищает Он добро твое от примеси тщеславия, что сберегает Он всю награду за него всецело на небесах, что уподобляет Он тебя Самому Себе, ибо и Он, весь благость, весь любовь, много ли видел благодарности даже от тех, которым стыдно было бы забывать Его великие благодеяния? И Он, исцелив десять прокаженных, не спрашивал ли: «да девять где? како не обретошася возвращшеся дати славу Богу токмо иноплеменник сей?...» Итак, не скорби, не жалей, когда сделал добро, хотя бы и недругу своему: тогда жалей, тогда скорби, когда упустишь удобный случай сделать доброе дело!

 

Как стоять в Церкви Божией

 

«Дом Мой дом молитвы есть: вы же сотвористе его пещеру разбойником» (Лк. 19; 46).

Истинно сказал апостол Павел в своей проповеди Афинянам: «Бог сотворивый мир и вся, яже в нем, сей небесе и земли Господь сый, не в рукотворенных храмех живет» (Деян. 17; 24); однако же Сам Бог еще в ветхозаветные времена благоволил избрать Себе место, где люди могли бы приносить Ему жертвы и изливать перед Ним свои молитвы. Он Сам говорит Соломону о храме: «и ныне избрах и освятих дом сей, да будет имя Мое ту даже до века, и будут очи Мои и сердце Мое ту вся дни» (2 Пар. 7; 16). Но тогда в одном только народе Израильском Господь избрал Себе одно место, возлюбил один храм, а теперь, во всяком народе, во всякой стране, во всяком граде и веси Он благоволит иметь столько храмов и домов для молитвы, сколько бы ни построили их православные христиане. И в этом мы видим великую милость Всещедрого Бога, дабы мы по лености своей не удаляли себя от Него, ссылаясь на дальнее расстояние от храма, ибо удаляющий себя от Бога, по слову Пророка, погибнут. Молиться мы должны и на всяком месте владычества Господня, как поучает апостол Павел: «Хощу убо, да молитвы творят мужие на всяцем месте» (1 Тим. 2; 8); угодна Господу молитва и в пустыне, как молитва пророка Илии, Иоанна Предтечи, и всех тех, которые скитались в пустынях, горах, вертепах и пропастях земных; угодна была Господу и Петрова молитва в горнице, и Павлова на корабле, и Ионина в чреве кита, и Иовлева на гноище, и Езекиина на одре болезни, и множества мучеников в темницах, — никакое место не препятствует молитве; но особенно приятное Богу приношение бескровной жертвы требует особенного места, требует храма освященного. Да и молитва множества верующих, собравшихся воедино, имеет большее дерзновение ко Господу. Христос Господь Сам сказал: «паки аминь глаголю вам, яко аще два от вас совещаета на земли о всяцеп вещи, еяже аще просита, будет има от Отца Моего, Иже на небесех: идеже бо еста два или трие собрани во имя Мое, ту есмь посреди их» (Мф. 18; 19-20). Много может молитва и одного праведника ко умолению Владыки, но еще больше может молитва многих. И если один член Церкви имеет какой-либо недостаток, то другой член восполняет этот недостаток. Кроме того, молитва многих, возносимая в церкви, подкрепляется еще и молитвой святых Божиих, святые мощи которых во храмах почивают.

Когда святые апостолы ожидали пришествия Святаго Духа по обетованию Христову, то пребывали все вместе, в Сионской горнице, в единодушной молитве и молении. Хорошо делаете и вы, православные, собираясь, в подражание апостолам, в эту горницу духовную, во храм Господень; хорошо делаете, что здесь молитесь, и воистину снидет и на вас Дух Святый, терние грехов ваших как бы огнем попаляющий, а души ваши зарями благодати Своей просвещающий и освящающий, если только сами вы не положите препятствий Его пришествию в ваших душах. А препятствий таких бывает много.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 395; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.04 с.) Главная | Обратная связь