Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Проблема человека в философии: основные концепции и направления исследования. Проблема сущности и существования человека в современной философии.




Раздел философии, в котором объектом изучения является человек, называется философской антропологией. Нужно отметить, что философия, обращаясь к изучению человека, обозначает ряд существенных, только ей свойственных вопросов;

– вопрос о сущности человека, то есть обнаружении сущностных признаков человека, которые выделяют его как уникальный, неповторимый феномен в мире других предметов, объектов;

– вопрос о природе человека, имеющий два аспекта. Первый аспект предполагает заглянуть как бы внутрь человека, через описание тех типологических особенностей, которые составляют его своеобразие, как видового начала. Второй аспект предполагает заглянуть в историю человека и ответить на вопрос. Как он появился?

В современной философии и когнитивных науках выделяют следующие основные стратегии (концепции) интерпретации человека: натурализаторская, экзистенциалистская, рационалистическая и социологизаторская. Необходимо отметить, что данные стратегии в философии существуют лишь как тенденции, в то время как в творчестве отдельных мыслителей могут быть переплетены элементы различных подходов к проблеме. Это можно объяснить особой сложностью и универсализмом феномена человека.

1.Натурализаторская концепция. В ее традициях человек понимается как элемент природы, подчиненный единым с нею законам функционирования и не имеющий в своих характеристиках ничего сверх того, что невозможно было бы в других природных образованиях. Человек здесь рассматривается по аналогии с животными и сам является не более, чем животным. К примеру, Ламетри писал, что «люди, сколько бы они не претендовали на то, чтобы быть выше животных, в сущности являются животными и ползающими в вертикальном положении машинами». Наиболее популярной среди них на сегодняшний день является социобиология, создатель которой, американский энтомолог Э.Уилсон, предпринял попытку объяснить законы социума и культуры посредством проведения аналогий с организацией природных сообществ. Человек при этом выступает лишь как наиболее полная компиляция природных стратегий поведения, где такие человеческие качества, как альтруизм, корпоративность, забота о близких и т.п., являются реализацией общеприродных, генетически обусловленных программ жизни.

Вместе с тем оценка положения человека в природе в рамках натурализаторского подхода может значительно варьироваться. Если для его классических версий свойственно понимание человека как венца природы, ее наиболее совершенного и царственного начала, то, начиная с Фр. Ницше, природный статус человека радикально переосмысляется. В рамках «философии жизни», «философской антропологии», фрейдизма, человек – это несостоявшееся животное, «еще не определившееся животное», отнюдь не венец, но, напротив, тупик природного развития. Он не столько продолжает, сколько искажает и уродует здоровые естественные тенденции, а его сила укоренена в изначальной природной слабости и неполноценности.

2.Экзистенциалистская концепция. В ее традициях человек понимается как особое начало в мире, не сводимое к каким-либо внешним законам и качествам, но объяснимое лишь исходя из его индивидуального опыта и судьбы. Протестуя против возможности навязывания человеку общих стандартов и ценностей, вне зависимости от их природного или социального характера, теоретик экзистенциализма Ж.-П.Сартр писал, что «у человека нет природы». Его существование в мире – это всегда уникальный опыт свободы, посредством которой человек творит как внешний мир, так и самого себя. При этом, любые попытки подвести человека под единые сущностные характеристики чреваты тоталитарной практикой стандартизации и деиндивидуализации человеческого «Я», оправдывающей безликость и анонимность толпы, но не личности. Человеку же необходимо осознать себя в своей принципиальной инаковости, несовпадении с другими, что является основанием для обеспечения своего подлинного существования как индивидуальности и творца.

3.Рационалистическая концепция. Для рационалистической концепции сущностной особенностью человека становится наличие у него разума, сознания. В отличие от животных, человек способен постигать глубинные связи и законы внешней действительности, планировать в соответствии с полученными знаниями свои действия, ориентироваться не только на наличную ситуацию, но и на сферу должного. Разум – это то начало, посредством которого наиболее радикально преодолевается естественно-природное в человеке, и человек становится человеком в полном смысле этого слова.

4. Социологизаторская концепция. В этой концепции человек выступает продуктом не столько биологической, сколько социальной эволюции. Индивид становится человеком только в обществе, где в процессе социализации оформляются даже его генетически закрепленные природные качества (например, прямохождение).

Кредо социологизаторской модели наиболее емко выразил К.Маркс, сказав, что «сущность человека есть совокупность всех общественных отношений». При этом бесполезно говорить о раз и навсегда постигнутой природе человека. Человеческая природа формируется обществом и меняется вместе с изменением исторической ситуации.

Каждый из оговоренных подходов акцентируют лишь один возможный срез человеческого бытия, зачастую принося в жертву теоретической непротиворечивости многомерность личности. Реальная истина о человеке, судя по всему, должна реконструироваться исходя из необходимой дополнительности этих подходов, поскольку человек – это одновременно природное, социальное и индивидуально-творческое начало. Посредством своего тела он включен в естественные связи и подчинен общеприродным закономерностям, исследование которых осуществляется натурализмом. В своих духовных характеристиках он обусловлен обществом и культурой, к анализу которых обращаются рационалистическая и социологизаторская концепции. И, наконец, в уникальном опыте своей души и судьбы, акцентированном в экзистенциализме и персонализме, человек выступает не просто как пассивный продукт природных и социальных факторов, но как их творец и цель.

Спор о природе человекаидет уже два тысячелетия. Фактически он звучит так: какова человеческая натура? Есть ли это что-то врожденное либо человеческое в нас должно быть сформировано? Одни мыслители исходили из при­знания постоянной вечной природы человека, другие счи­тали, что каждый отдельный человек сам формирует свою природу. Согласно представителю философской антропологии Максу Шелеру можно выделить пять основных образов человека: 1) его тело, душа, разум и свободная воля дарованы Богом; 2) он от природы имеет врожденные идеи разума и морали; 3) он формируется в труде и обществе, имеет социальную сущность; 4) это деградирующее животное, не совершенство природы, а ее падение; 5) в нас вообще нет никакой заложенной извне изначальной сущности, наша сущность – в возможности стать человеком путем самореализации.

Проблема природы человека (какие мы?) прямо выводит нас к еще одной вечной философской проблеме – смыслу жизни (зачем мы?) Смысл - ответ на вопрос: для чего живет человек? для какой цели? Есть, пишет известный французский моралист и философ Альбер Камю в эссе «Миф о Сизифе», только один фундаментальный вопрос философии. Это вопрос о том, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить. Все остальное - имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями - второстепенно. Сама постановка этого вопроса свидетельствует о том, что он рождается из сомнения в существовании такого смысла. Сомнение же предполагает, что сама действительность, возможно, разорвана, непоследовательна и абсурдна. Тогда проблема, как ее сформулировал Камю, состоит в том, «существует ли логика, приемлемая вплоть до самой смерти?» Среди многих подходов к решению этой сложной проблемы можно выделить три главных: смысл жизни изначально присущ жизни в ее глубинных основаниях; смысл жизни за пределами жизни; смысл жизни созидается самим субъектом.

Для первого подхода наиболее характерно религиозное истолкование жизни. Единственное, что делает осмысленной жизнь и потому имеет для человека абсолютный смысл, есть не что иное, как действенное соучастие в Богочеловеческой жизни. Не переделка мира на началах добра, но взращивание в себе субстанционального добра, усилия жизни с Христом и во Христе. Бог сотворил человека по своему образу и подобию. И мы своей жизнью должны проявить его.

В основе второго подхода лежит секуляризованная религиозная идея. Человек способен переустроить мир на началах добра и справедливости. Движение к этому светлому будущему есть прогресс. Прогресс, таким образом, предполагает цель, а цель придает смысл человеческой жизни. Критики давно заметили, что в рамках этого подхода будущее обоготворяется за счет настоящего и прошлого. Прогресс превращает каждое человеческое поколение, каждого человека, каждую эпоху в средство и орудие для окончательной цели - совершенства, могущества и блаженства грядущего человечества, в котором никто из нас «не будет иметь удела» (Бердяев).

В соответствии с третьим подходом жизнь не имеет смысла, проистекающего из прошлого или будущего, тем более из потустороннего мира. В жизни самой по себе вообще нет никакого раз и навсегда заданного, однажды определенного смысла. Только мы сами сознательно или стихийно, намеренно или невольно самими способами нашего бытия придаем ей смысл и тем самым выбираем и созидаем свою человеческую сущность. Уязвимая пята этого подхода - релятивизм и субъективизм. С другой стороны, он действительно универсален, так как подходит каждому: «сделай себя сам, реализуй мечту о самом себе». Но ведь это может быть и мечта маньяка. Не следует забывать Сократа, считавшего, что цель философии – учить людей добру. Поэтому, если выбрать третье понимание смысла жизни, то с какими-то нравственными ограничителями («насколько это возможно без нарушения свободы и прав других, реализуй мечту о себе как совершенном человеческом существе»).

Проблема антропосоциогенеза.

Проблема антропогенеза (от греческих слов антропос – человек и генезис – происхождение) выступает как одна из традиционных тем философского и культурного дискурса.

Наиболее древние версии возникновения человека связаны с различными мифологическими сюжетами его чудесного рождения из земли, воды, дерева или космоса. Чаще всего человек здесь является случайным продуктом соединения природного и божественного начал. К примеру, в славянской мифологии люди появились из дерева после того, как на него упала капля божественного пота; в древнегреческой – они проросли из пепла поверженных титанов и т. п.

Креационистская концепция. Креационизм (от лат. сreatio – творение, создание) рассматривает человека как продукт специального божественного творчества, высшее и наиболее совершенное создание Бога на земле, его «образ и подобие». Согласно библейскому сюжету человек отличается от природных тварей тем, что он единственный обладает бессмертной душой и свободной волей, он выступает носителем божественных знаний и заповедей, где одной из первейших является необходимость трудиться. Фактически в Библии можно найти основные типологические характеристики человека, акцентированные сегодня в различных современных сценариях антропогенеза (труд, способность к стыду, язык и мышление и т.п.).

Вместе с тем креационизм нельзя рассматривать только как историко-культурный феномен, значение которого связано с отдаленным прошлым, но не с настоящим. Креационизм имеет своих сторонников и в современной философии и науке. Его последователи дают религиозную интерпретацию феномена Большого Взрыва, указывают на то, что шесть дней Творения, описанные в Библии, в целом соответствуют научным представлениям об эволюции Земли и жизни. При этом скачкообразный характер смены основных геологических эр, с их точки зрения, подтверждает в большей степени библейскую историю об отдельных днях творения, чем научную версию последовательной эволюции жизни. Говоря об антропогенезе, современные креационисты отмечают, что собственно человек возникает лишь раз, на последней ступени лестницы живых существ. Известные палеонтологические находки его гоминидных предков могут с известной долей допущения характеризовать биологическую эволюцию человеческого тела, однако своеобразие человека связано не столько с телом, сколько с душой. Человек как носитель разума, воли и нравственности не может быть обусловлен природными факторами. Эти его свойства возникают вопреки природе и могут быть объяснены лишь предположением об их в неприродном источнике, Боге.

Уфологические концепции антропогенеза (от англ., UFO – НЛО), связанные с попыткой объяснить возникновение человека участием внеземного разума. Различные памятники архаической культуры и мифологические сюжеты получают неожиданную космическую интерпретацию. Реальные успехи в освоении космоса, наряду с упорным стремлением увидеть в числе своих предков что-то более достойное, чем банальную обезьяну, сделали уфологическую тему весьма популярной в массовом сознании и СМИ.

Эволюционная концепция. Для оформления эволюционной концепции антропогенеза особое значение имел выход в свет таких книг, как «Происхождение человека и половой отбор» Ч. Дарвина (1871). Основоположник Ч. Дарвин попытался обосновать наличие общего животного предка у человека и обезьян, и то, что, следовательно, человек произошёл от обезьяны. Однако ряд последующих разработчиков этой концепции в лице Гексли и Фохта сформулировали в 1863 году один из её парадоксов, назвав его «проблемой недостающего звена», то есть морфологически переходной формы между нашими обезьяноподобными предками и современным человеком. До сих пор это переходное звено так и не найдено.

Трудовая концепция. Ее основные идеи были изложены в работе Ф. Энгельса «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» (1876, опубл. в 1896). Ф. Энгельс впервые указал на особый статус труда в антропогенезе, его значение для формирования человека и общества. Исходные идеи этой концепции в целом представляют интерес и для современного философского и естественнонаучного познания.

Возникновение первых гоминидных существ, ставших промежуточным эволюционным звеном между обезьяной и человеком, относится к периоду 5–8 млн. лет назад. Биологически они уже отличались от остального животного мира рядом признаков, получивших в естествознании название «гоминидной триады». Генетически закрепленными морфологическими признаками нового вида стали прямохождение, изменение руки и увеличение объема головного мозга. В последующей эволюции именно эти признаки получили преимущественное развитие, что определило биологические факторы антропогенеза.

Вместе с тем закрепление и развитие этих признаков обуславливалось возникновением у человека особой формы адаптации – трудовой деятельности. Если животное приспосабливается к природе за счет изменения своих биологических характеристик, то человек приспосабливается, изменяя не себя, а внешнюю природу. Тем самым труд, как целенаправленная деятельность человека по преобразованию природной действительности с использованием орудий труда, становится сущностной характеристикой человека.

Вопрос о том, почему наши гоминидные предки стали трудиться, до сих пор не имеет однозначного ответа в науке и философии. Ф. Энгельс полагал, что причиной этого стало глобальное изменение климата и похолодание, в результате чего гоминиды вынуждены были спуститься с деревьев и искать новые возможности выживания. На учете внешних причин (изменение климата, ландшафта, мутациях и т.п.) строит также свою концепцию антропогенеза современное естествознание. В философских моделях мы можем найти ряд несколько иных оригинальных версий решения этого вопроса. Например, по мнению представителя «философской антропологии» А. Гелена человек изначально был обречен на труд в силу своей природной слабости и неспециализированности. Если остальные животные приспособлены к определенной среде обитания, еде, хищникам и т.п., подтверждением чему служит наличие у них специальных органов или окраски, то человек от природы слишком плохо «оснащен». Он не слишком силен, быстр, незаметен и т.п. Именно эта неспециализированность и обусловила, с точки зрения А. Гелена, необходимость труда как специфически человеческого средства выживания.

Труд не только определил особую форму адаптации человека в природе, но стал источником человеческой социальности и культуры. Развитие орудий труда, переход от присваивающей экономики к производящей были связаны, как показал Ф. Энгельс в работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства», с последовательным изменением кровнородственной семьи, переходом от первобытного стада к обществу. Доминирующими тенденциями здесь выступили укрепление экономического и социального статуса мужчины, переход от групповых к парным и моногамным формам супружества вместе с появлением возможностей хозяйственного обособления от коллектива, постепенное табуирование сферы сексуальных отношений. Отношения труда и собственности, тем самым, лежали в основании первых норм человеческой нравственности, первых моделей права и закона, новых неприродных форм солидарности.

Труд может быть рассмотрен и как фактор, лежащий в основании человеческой культуры. Фактически передача от человека к человеку, от одного поколения к другому орудий труда стала первым опытом внебиологической трансляции знания и информации, т.е. первым вариантом культурной традиции. Изготовленное орудие труда начинает фигурировать в человеческом сообществе уже не как чисто природный материал, но как вещь, обладающая особыми функциями и информацией. Орудие труда – это уже своего рода знак, абстракция, нечто вырванное из системы естественных связей, обработанное с целью выделения его значимых свойств и подчиненное законам и требованиям человеческого сообщества. Орудия труда, тем самым, функционируют как первоэлементы специфически человеческого языка, в то время как программы трудовой деятельности определяют его первую грамматику. Усложнение трудового и коммуникативного взаимодействия, потребности обмена информацией обусловили появление языка и речи, где развитие речевого общения было одним из важных факторов антропогенеза.

В системе современного философского и научного знания трудовая теория происхождения человека на сегодняшний день выступает как наиболее авторитетная. Труд действительно выступает как специфический механизм адаптации в природе за счет создания особой социальной среды, образование которой около 40 тыс. лет назад фактически знаменовало возникновение нового биологического вида Homo sapiens, человека разумного. Являясь центральной осью человеческой системы хозяйствования, труд одновременно составляет основание для возникновения и развития феноменов духовной культуры: традиций, законов, языка.

Игровая модель. Ее автором считается нидерландский мыслитель Йохан Хёйзинга, который в своей известной книге «Человек играющий» (1938) предпринял попытку реконструкции архаической культуры и таких известных форм культурного творчества, как религия, право, искусство, философия и т. п., исходя из принципа игры. Игра при этом выступает как форма свободной творческой активности, избыточной по отношению к материальным интересам и необходимости выживания. Однако особая притягательность и значимость игры обуславливаются тем, что именно здесь человек может реализовать свою свободу, позволить себе на время отвлечься от череды бесконечных «надо», выдвигаемых жизнью. Вместе с тем ощущение свободы, даруемое игрой, достаточно условно. Игра, освобождая от гнета повседневных забот, одновременно подчиняет человека своей стихии, где обязательными признаками игры являются наличие у нее своего временного ритма, закрепленного в особых правилах, и пространства, в пределах которого эти правила действуют с непреложностью закона.

Анализ известных архаичных форм культурного творчества позволяет Й. Хейзинге сделать вывод, что они организуются и функционируют по правилам игры. Игрой-представлением являются религиозные культы с их условной символикой ритуальных масок и танцев. Из игры-состязания вырастает война с ее непременными парадами и единоборствами. Право, искусство, философия или наука, – все они в равной мере обязаны своим происхождением не труду, но игре, порождая в своей совокупности органично-условный континуум духовной культуры. Homo ludens, человек играющий, с этой позиции оказывается более предпочтителен, чем homo faber, человек умелый. Подобно тому, как в индивидуальном развитии ребенок приобщается к миру взрослых через игру, а не труд, подобно этому, играя, человечество вступило в свою историю. При этом взрослые (люди и культуры) занимаясь бизнесом, политикой, образованием и т. п., фактически продолжают те же детские игры, подчас забывая о том, что это игра, придавая ей статус важной работы и переворачивая первоначальную оппозицию «серьезности» игры и «несерьезности» дела.

Психоаналитическая концепция. Согласно З. Фрейду, возникновение культуры и человека обусловлено появлением культа, краеугольные основания которого составляют тотем и табу. Возникновение их стало следствием разыгравшейся в первобытной орде «эдиповой» драмы, связанной с восстанием сыновей против отца. Разрыв органичной целостности общины, вызванный убийством ее предводителя, стал предпосылкой для обожествления предка в форме тотема как прародителя и защитника рода. Одновременно происходит табуирование сферы сексуальных отношений, явившихся видимой причиной сыновнего бунта. Тем самым религия и мораль, укорененные в разрушительности страха и стыда, начинают определять направленность последующего развития человека и культуры. Будучи изначально порождены ущербной психикой и комплексом неполноценности, они враждебны по отношению к здоровым естественным началам человеческого опыта, формируя тип невротической личности и культуры. Антропогенез, разорвавший естественную связь человека с природой, ознаменовал собой начало не столько исторического прогресса, сколько деградации человечества как природного вида.

Сделаем выводы. Очевидно, что многообразие философских и научных версий антропогенеза обуславливается как реальной неоднозначностью феномена человека в современной ситуации, так и сложностью реконструкции отдаленного прошлого человеческой истории. Наиболее ранние периоды эволюции общества не сохранились в культурной памяти, подобно тому, как отдельный человек не имеет воспоминаний о первых годах жизни. Однако, если продолжить аналогию, именно детство формирует будущий характер личности, предопределяя во многом ее последующую жизнь, и именно в детстве человечества можно усмотреть определяющие тенденции его последующей истории.

Деятельность как сущностная характеристика природы человека, основные направления деятельности. Социализация, образование, коммуникация и их роль в становлении и развитии личности.

Основные функциональные мо­дусы (способы) человеческого бытия в обществе и культуре - это деятельность и коммуникация. Они вбирают в себя такие важнейшие формы бытия человека, как труд, творчество, общение, игру, любовь. В неклассической философии особое внимание уделялось таким экзистенциальным переживаниям как страх, страдание, забота, одиночество. Под деятельностью принято понимать способность человека к активному, целенаправленному преобразованию объек­тивной действительности и самого себя. Коммуникация - это про­цесс обмена информацией, предполагающий активную взаимосвязь двух или более субъектов. Жесткое разведение этих сторон человеческого существования не представляется возможным, поскольку коммуникация может быть рассмотрена как особый вид деятельности, а деятельность, в свою очередь, немыслима без соответствующих коммуникативных процессов.

Ядро деятельностного отношения к действительности составляет труд. Структура трудовой деятельности, описанная К. Марксом, включает следующие компоненты: субъект и объект деятельности, ее цель, средства, предмет и продукт. Непосредственной причиной дея­тельности является необходимость удовлетворения потребностей, которые и составляют реальные цели деятельности. Постановка цели предполагает определение со­ответствующих путей ее достижения, что отражается в понятии средств деятельности. В обязательной связи с целью находят­ся также продукты и предметы деятельности, где продукт - это «опредмеченная цель», а предмет обязательно вносит коррективы не только в окончательный продукт, но и в средства деятельности и сам механизм целеполагания.

Говоря о феномене деятельности, следует различать сферу труда как основание жизнедеятельности обще­ства, и формы творчества. Творчество - это вид деятельности, связанный с созданием принципиально новых куль­турных явлений и ценностей. В отличие от стандартных механизмов трудовой деятельности творческий акт всегда индивидуален и конкретен. В шедеврах творчества воплощается уникальный авторский опыт и мастерство, что позволяет говорить о творчестве как основном механизме проявления и разви­тия человеческого «Я». Творчество, с одной стороны, носит массовый характер, но в своих высших достижениях оно характеризует элитарную культуру. Именно здесь ше­девры гениев получают свою первую социальную оцен­ку, занимают свое место в традиции и начинают оказывать обратное воздействие на феномены массового сознания и культуры.

Если деятельность описывает способ отношения человека к объективированной действительности, то общение характеризует сферу межличностных, субъект-субъектных отношений. Следует разли­чать категории «общение» и «коммуникация». Коммуникация высту­пает как более широкое понятие, обозначающее процесс обмена ин­формацией. В структуре коммуникативного акта выделяют наличие двух как минимум субъектов взаимодействия, обсуждаемую ситуацию как своего рода тему или предмет коммуникации, ее цели, сообщения-тексты и средства их трансляции.

Игра – вид деятельности, в котором удовлетворение приносит не столько результат, сколько сам процесс. В ней соединяются реальное и воображаемое. Корни культов, религии, мифов, различных видов художественного творчества уходят в игру. Игра стала формой свободного самовыражения человека, не связанного с достижением какой-либо утилитарной цели, доставляющей наслаждение. По теории К. Гросса, игра представляет собой непреднамеренное самообучение организма, особенно необходимое человеку в раннем возрасте. Современная наука отметила широкое распространение обучающих игр и у животных. Голландец Иохан Хейзинга игру сопоставляет с ритуалом, карнавалом, праздником, спортом и противопоставляет игровое начало авторитарному внешнему принуждению. В концепции «играющего человека» он видел осуществление идеи свободы выбора, «самовозможности».

Одним из фундаментальных свойств человеческого существа является любовь. Древнегреческая философия считала любовь космической силой, противостоящей силе вражды. В человеческой любви они выделяли такие ее разновидности, как эрос (животную страсть), филия (любовь-дружба), сторге (тихая семейная привязанность, привычка), каритатис (возвышенная любовь). Формирование и существование общества, подчеркивал Ф. Вольтер, невозможно без любви человека к себе и любви к другим. На основе любви возникают страсти - «пружины» и «шестерни» социальных механизмов, которые объединяют людей и извлекают из земных недр все искусства и удовольствия. Для Н. Гартмана любовь есть придание смысла бытию личности.

Любовь стоит у самых истоков существования человека, обеспечивает его психическую защищенность и уравновешенность. В межличностных отношениях любовь выражается через обнаружение индивидуальности другого человека, переживание его неповторимости, неисчерпаемой глубины. Любовь - устремленность к глубокому внутреннему союзу с любимым, к взаимослиянию, при котором, однако, каждая сторона сохраняет свою индивидуальность. В любовном отношении развиваются такие черты личности, как забота, ответственность, уважение. Любовь, по мнению В. С. Соловьева, это феномен, в котором наиболее полно проявляется богочеловеческая сущ­ность личности. Такая любовь выступает как синтез любви природной и духов­ной, в ней достигается чувство всечеловечности, всеобщности.

3. Фрейд полагал, что вся человеческая жизнь опреде­ляется двумя инстинктами - любви и смерти. Половая энергия, доставшаяся человеку в наследство от животного состояния, определяет все развитие. Человек не удовлетворен культурой, которая обуздывает его свободу, в том числе и сексуальную, не дает ему возможности полного удовлетворения своих сексуальных порывов. Но именно эта неспособность полового влечения вызвать полное удовлетворение становится, по Фрейду, источником величайших культурных достижений, ибо половая энергия сублимируется, т.е. переходит в культурную деятельность, воплощается в творчество, политику, науку и т. д. Любовь, считал Фрейд, в основе своей осталась живот­ной, какой она была испокон веков. Любовные влечения с трудом поддаются воспитанию. В такой позиции 3. Фрейда обнаруживается недооценка социальной составляющей любви. Секс как культурный феномен взаимоотношений полов в исходном биологическом своем измерении (инстинкт продолжения рода) предполагает социальное - коммуникацию, общение и т. д. В сексе сочетаются биологичность и социальность. Культура не только ущемляет любовную жизнь, но и усложняет ее, делает более красивой, изысканной, тонкой, духовной. Социализация превраща­ет животную страсть в человеческую любовь.

Жизньпонимается в философии двояко: как космическое, природное явление, и как специфически человеческое. Во втором случае подчеркивается ее уникальность, особая ценность, свобода и наполненность по сравнению с запрограммированной инстинктами однообразной жизнью животных. В то же время жизнь человека – воплощенное противоречие, в ней соединяются свобода и необходимость, счастье и страдание.

Коренной философской проблемой всегда был и остается вопрос о соотношении человеческой жизни и смерти. В античности не было преувеличенно-трагического отношения к смерти (ведь мы – часть природы), был даже обряд самоубийственных 50-летних юбилеев, чтобы избежать болезненной старости. Философия периода эллинизма считала главной целью научить людей спокойно относиться к смерти. Трагическое переживание смерти, связанное со страхом, распространяется с христианством, когда не был ясен посмертный удел (рай либо вечные муки). Особое внимание к проблеме смерти проявил экзистенциализм. М. Хайдеггер трактовал жизнь человека как «существование для смерти», считал, что смерть выражает коренные, сущностные силы бытия человека. Экзистенциалисты полагали, что если бы не было смерти, то мы бы никогда не нуждались в созда­нии чего-либо в своей жизни и впустую растрачивали время.

Проблема смертности является, конечно, важной, но лишь в ее взаимосвязи с жизнью. Жизнь и смерть отрицают друг друга, но не аб­солютно, ибо смерть является необходимым моментом и закономерным результатом жизнедеятельности организма. «Отрицание жизни, - писал Энгельс, - по существу содержится в самой жизни, так что жизнь всегда мыслится в соотношение со своим необходимым результатом, заклю­чающимся в ней постоянно в зародыше,- смертью». Сознание неиз­бежности смерти, убеждение в том, что человек живет только один раз, требует от него активности, побуждает не растрачивать попусту свои силы, а участвовать в создании материальных и духовных ценностей, бороться за осуществление идеалов. Определенные границы жизни че­ловека заставляют его действовать, принимать решения уже сейчас, а не откладывать свои решения и действия до бесконечности.

Поэтому «забота о смерти» должна быть, однако, не такой, как ее понимает Хайдеггер, а такой, когда стремятся к полноте жиз­ни, связанной с деятельным, творческим, общественно полезным тру­дом. Человек действует не потому, что предвидит неизбежную смерть. Человек смертен, но это не значит, что, как утверждают экзистенциали­сты, только смерть придает жизни смысл и значение. Такая точка зрения могла возникнуть только в условиях общества, построенного на принципах крайнего индивидуализма. Исто­рия развития человечества опровергает экзистенциалистскую точку зре­ния. Ведь мудрость человека не в том, чтобы быть во власти мыслей о смерти, а в размышлениях о жизни. Еще великий древнегреческий фи­лософ Эпикур утверждал, что смерть для человека - ничто, «так как, ко­гда мы существуем, смерть еще не присутствует, а, когда смерть при­сутствует, тогда мы не существуем».

Если человек сознает необходимость и ценность своего общест­венного труда, то проблема личной смерти для него как бы отодвигается на задний план и отнюдь не исчерпывается фактом физической смерти. Такой человек осознает свою жизнь как часть развивающегося, устрем­ленного в будущее общества, человечества. Смерть индивида как определенного представителя челове­ческого рода еще не означает смерти личности. Это происходит в случае смерти индивида, социально не­развитого и лишь потребляющего. Личность же социально значи­мая и творческая, объективирующая себя в материальных и духовных ценностях, продолжает существование в делах и памяти людей.

Смерть молодого, не успевшего себя реализовать человека или творческого гения – трагедия. Но она освобождает стариков от страданий, приходит к тем, кто устал жить либо потерял к ней интерес. Она справедлива в том смысле, что всех уравнивает и в конце концов наказывает любого преступника.

Человек знает о смерти и в этом его отличие от животного. Люди понимают, что смерть — это завершающая стадия индивидуального существования каждого человеческого организма. Неизбежность смерти вытекает из сущности самой жизни. Одно существо питается другим и освобождает место для потомства. Мы потребляем воду и пищу, дышим, одеваемся, вообще движемся, иначе умрем. С самого рождения жизнь – это постоянное убегание от смерти.

Смерть является логическим и практическим завершением жизни: что не имеет смерти, не имеет и рождения, а что не имеет рождения, то безжизнен­но. Жизнь без смерти невозможна, жить - значит, «частично умирать», ибо к человеческом организме постоянно идет процесс нарождения новых элемен­тов и гибель старых (изменения в составе крови, костной структуре, систе­ме нейронов и т.п.). На завершающем этапе жизни «частичная смерть» пе­реходит в полную и окончательную смерть, при которой возврат к жизни не­возможен. Казалось бы, все достаточно ясно, однако проблема понимания того, что такое смерть не решена до сих пор. В современной философской ан­тропологии и частных науках она остается одной из наиболее обсуждаемых.





Рекомендуемые страницы:


Последнее изменение этой страницы: 2017-04-12; Просмотров: 1722; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2019 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.021 с.) Главная | Обратная связь