Из интервью А. Коржакова. «Парламентская газета», № 61.
Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Из интервью А. Коржакова. «Парламентская газета», № 61.





 

Президент умирал. Даже скорее не умирал, а угасал. Угасал неотвратимо, медленно и мучительно. Но муки, которые он испытывал не были ни физическими, ни нравственными. Здесь было нечто другое. Он достиг вершин власти. Он создал мощную финансовую империю по примеру итальянских семейных кланов. У него были огромные счета и недвижимость за границей.

Изобретенный им финансовый и властный инструмент, о кото­ром никто, кроме него, не знал и которого до него не имел в своем распоряжении ни один правитель, был особым предметом его гордо­сти, его высшим достижением. Он позволял президенту властвовать до самой смерти, невзирая на отношение к нему народа и прочие анахронизмы типа Конституции, предоставлял возможность бес­кровно и быстро расправиться с любым противником. И вот, когда необъятная власть у него в руках, смерть дышит ему в затылок.

Каждый день он чувствовал, как угасают физические силы и как одновременно растет страстное желание жить и властвовать. Каждое утро, когда он просыпался с ощущением неимоверной уста­лости, только жажда сохранить власть заставляла его размыкать ве­ки. Сейчас он сидел в объемном мягком кресле. Пушистый клетча­тый плед укутывал ноги, несмотря на то, что комнатная температура стабильно держалась на уровне 25 градусов. В руках президент дер­жал пульт и периодически переключал телевизионные программы. В последнее время он все больше времени проводил в этом кресле у телевизора, максимально сократив свои встречи с высшими чинов­никами государства, которые, впрочем, не очень-то и стремились получить «доступ к телу». Ну-ну. Он хохотнул, представив их лица, когда они получат очередной выкрутас. Думают, он ничего не знает. А этот журналистик, вытащенный из дерьма и до сих пор не привык­ший к белой сорочке и галстуку? В джинсах родился, в джинсах и по­мрет. Заигрывает со всеми потенциальными преемниками. Надеется выцыганить собственную безопасность. Кто его привел в конце восьмидесятых? Память совсем ни к черту стала. Только Рыжий пре­данность изображает. А преданность-то за океан тянется.

 

Губернатор Санкт-Петербурга Владимир Яковлев обратился к го­родским депутатам с предложением принять специальный закон о материальной поддержке бывшего члена Политбюро ЦК КПСС, бывшего Первого секретаря Московского горкома КПСС и бывше­го Первого секретаря Ленинградского обкома КПСС Льва Зайко-ва. Ему 76 лет. Он живет в обычной квартире на Петроградск°и стороне северной столицы и получает пенсию 700 рублей.

«Новая газета», 5 марта 1999 г.

 

Сейчас, спустя десять лет с того момента, как он вступил на этот президент вдруг попытался вспомнить, как все это произошло. Чёрт его знает. Один он вряд ли ступил бы на путь борьбы за власть. Но и соратников-то было не так уж много. И были они (вплоть до са­го его избрания Председателем Верховного Совета РСФСР) какие-то размытые. Вроде бы есть, и в то же время нет. Да, много соратников прошло через Кремль за минувшие годы. Саша-дурачок. Не понял, для чего его служба была создана. Понял бы, не обижался бы на ее ликвидацию и свою отставку. Поставленную задачу он вы­полнил с блеском. Информация об уголовных преступлениях и сче­тах всех соратников и противников лежит в сейфе в Швейцарии. Правда, у него, у Саши, тоже кое-что осталось. Ну да ладно, Бог с ним. Тем более что все это ему может очень пригодиться.

Президент на мгновение представил, какая каша заварилась бы, если бы Сашины документы в западной прессе выплыли. Вот рожи бы у соратников вытянулись. Огурцами бы стали. Ей-ей. Он представил вышеозначенные рожи и беззвучно захихикал. «Наш дом - Россия»... Ваш-то он ваш, да только каждый в нем свой угол знать должен. И в чужой не лезть. Предлагают гарантии безопасно­сти после отставки? Знаем мы их гарантии. Проходили на уроках истории в школе. Сашины документы - вот настоящие гарантии. Гарантии и безопасности, и власти.

Он поднял пульт и слабеющей рукой нажал кнопку. По шесто­му каналу шла новая политическая передача. Известный всей стра­не скандальный журналист Сергей Пидоренко вел беседу с незна­комым человеком, одетым в красный пиджак и синюю рубашку. Красный галстук был победно завязан крупным узлом. Время от времени на экране, в самом низу, появлялись титры:

«Алексей Иванов. Автор книги «Бездна».

- Ну а возможен ли приход диктатора, наподобие того, что изображен в вашей книге, Алексей Иванович? - спросил ведущий.

Автор «Бездны» на минутку задумался. Затем в его глазах по­явилась снисходительная усмешка.

- Вопрос сложный, - наконец сказал он, растягивая звуки. - Давайте немножко порассуждаем. Ретроспективно. - Он сложил руки крышей, совсем как лидер избирательного блока «Наш дом - Россия» на предвыборном плакате. - Может быть, вы помните, как в конце 98-го года лидер «Яблока» сделал заявление о коррумпированности правительства? И что? Открыл Америку! Как будто этого никто не знал. И тем не менее последовала мгновенная реак­ция Генпрокурора и министра внутренних дел. А средства массовой информации начали обсасывать это заявление со всех сторон. Все! И радио, и телевидение, и газеты.

Затем лидер коммунистов заявил, что президент является разложившейся от пьянства личностью, неспособной принимать решения. Экое открытие! Да об этом вся страна говорила. И опять мгновенная реакция министра юстиции и опять муссирование этого заявления средствами массовой информации. (Президент даже крякнул при упоминании столь неприятного факта.) Но, - Иванов поднял указательный палец и, выждав паузу, продолжил, - за несколько дней до этого Геннадий Андреевич сделал гораздо более сенсационное заявление. И говорил он о таких вещах, о ко­торых никто не знал. Если вы забыли, я напомню. Он заявил, что у него имеются документы, свидетельствующие о том, что прези­дент занял свой пост незаконно, что он является узурпатором и что бывшему председателю ЦИК (который сразу же после выбо­ров 96-го года был отправлен послом в одну из европейских стран) придется прервать свой заграничный вояж, вернуться и дать объ­яснения суду.

И что? Со стороны официальных лиц никакой реакции, со стороны СМИ гробовое молчание. Как будто и не было никако­го заявления. И господин Зюганов больше этот вопрос не подни­мал. Судя по всему, его вульгарно «купили». Да-да. Коммунисты покупаются так же легко, как и жариновцы.

 

В думских коридорах рассказывают анекдот о том, как после не­удачного выдвижения Черномырдина в премьеры в сентябре про­шлого года обозленный Виктор Степанович орал на Зюганова: «Я тебе столько денег дал! Ты чего мне обещал? Ты обманщик, коммунист проклятый!!!»

«Новое время», № 36, 1999 г.

 

- Алексей Иванович, - заерзал на своем месте Пидоренко, - а как вы считаете...

- Минуточку, - засмеялся Иванов каким-то зловещим сме­хом, - я продолжаю отвечать на ваш вопрос, если только вы не лишаете меня эфира. Итак! - Он слегка повернул голову и теперь смотрел не на ведущего, а прямо в камеру. - Никакой реакции ни стороны правоохранительных органов, ни со стороны СМИ не следовало. А теперь мысленно перенесемся в 1996 год. В стране Лет война. Телевидение показывает, как российская авиация срав­нивает с землей дома мирных жителей Грозного. Везде плачущие старухи и искалеченные дети. Показывают трупы русских солдат, которых не могут опознать из-за отсутствия средств. Если помните, их загружали в рефрижераторы, в то время как матери обивали пороги военных ведомств, пытаясь получить то, что осталось от их детей.

Рейтинг нынешнего президента накануне выборов составлял пять процентов. А затем? Примитивный трюк «Голосуй, или проиг­раешь!», И он выходит во второй тур, а затем становится президен­том на второй срок. Скажите, - повернулся Иванов к ведущему, - не будучи полным идиотом, можно поверить в то, что он действи­тельно победил на выборах?

Президент раздраженно переключил программу. Что за Ива­нов? Что за «Бездна»? Сейчас его уже абсолютно не волновал тот факт, что фальсификация выборов 96-го станет достоянием публи­ки. Плевать. Это быдло все слопает. Интересно другое. Тогда, в 96-м с коммунистами удалось договориться. Точнее, запугать и купить. Кто же сейчас все это вытаскивает наружу?

Он сделал пометку в блокноте. Какая-то незримая сила заста­вила его вновь переключиться на TV-6.

- Таким образом, - прозвучал голос Иванова, - нынешний режим позаботился о том, чтобы его невозможно было ликвидиро­вать демократическим путем. Старая добрая система, созданная предшественниками. Тоталитарное государство с демократической вывеской, управляемое кучкой лишенных какой бы то ни было морали людей. Поэтому возможны только три сценария прихода дик­татора, который ликвидирует этот режим.

Первый, наименее желательный. Это стихийное всенародное восстание. Второй - вульгарный переворот, взятие под контроль избирательной системы и проведение реальных выборов. Третий - самый долгий, чреватый физическим исчезновением двух третей населения России. Это создание условий, при которых режим (в лице конкретных лиц) уйдет сам, после того как воровать уже будет нечего. Но это долгий процесс. Представьте, сколько времени понадобится на то, чтобы перекачать за рубеж всю нефть и весь газ, вырубить леса, добыть и переправить за границу все золото и алмазы!

Снова заговорил ведущий. Он уже оправился от удара, полученного в результате незапланированного поворота темы, и теперь пробовал лавировать.

- Алексей Иванович, - обратился он к автору «Бездны» - я не уверен, что то, о чем вы говорите, действительно имеет место. Но, даже если это и так, то аналогичная ситуация была на Филип­пинах при правлении президента Маркоса.

- Совершенно верно, - кивнул Иванов, - там события раз­вивались по первому сценарию. Маркое сфальсифицировал выбо­ры, но массы под руководством его главного соперника, госпожи Карасон Акино, не признали результатов выборов и вышли на ули­цы. В результате стихийного восстания Маркосу пришлось бежать из страны. Но у нас ситуация несколько иная. Впрочем, - он немного поколебался, - есть один сценарий, точнее, способ, который может дать шанс провести реальные выборы.

Ведущий изобразил на лице высшую заинтересованность, а Иванов продолжал:

- Как нам всем известно, выборные кампании кандидатов в пре­зиденты финансируются различными частными структурами и лица­ми. Спрашивается, чьи интересы будет защищать избранный таким образом президент? Будет ли он пресекать растаскивание федерально­го бюджета этими структурами и лицами? Для того чтобы президент выражал интересы народа, его выборную кампанию должен финанси­ровать сам народ. Технически это можно сделать следующим образом. Иванов опять повернулся лицом к камере. - Регистрируется фонд поддержки народного президента, в который граждане вносят пожерт­вования. Не обязательно большие. Здесь важен сам факт взноса.

Пусть он будет символическим, но если в фонд внесут взносы, скажем, двадцать-тридцать миллионов избирателей, то ЦИКу будет значительно сложнее выполнять волю режима и фальсифи­цировать будущие выборы, поскольку фактически в краткие сроки будет создана партия всенародного президента, и наличие двадцати-тридцати миллионов ее членов будет свидетельствовать о таком же количестве голосов в его пользу на выборах.

Ведущий изобразил саркастическую улыбку:

- Алексей Иванович, мы были свидетелями формирования и работы десятков фондов. Результаты известны. Как будут расходоваться средства, аккумулированные на счетах этого фонда, его пайщики не смогут проследить.

Улыбка, появившаяся на лице Иванова, была не менее сарка­стична.

- Расходы фонда будут лимитированы его уставом. Ну в проверках различных государственных органов, поверьте мне, недостатка не будет.

- Скажите, Алексей Иванович, какие основные задачи, по ва­шему мнению, должны стоять перед будущим президентом?

Улыбка сошла с лица автора «Бездны», и взгляд его стал серь­езным:

- Задача номер один - исключить проникновение во власть марионеток Международного валютного фонда, которые привели страну к запланированному краху. Задача номер два - создать про­зрачную систему борьбы с коррупцией и ликвидировать касту не­прикасаемых. Задача номер три - устранить все искусственно со­зданные нынешним режимом препятствия приходу иностранных инвесторов. Задача номер четыре - использовать недостатки на­шей правовой системы не в интересах криминала, а для его ликви­дации. Все это создаст базу для формирования новой системы уп­равления, отвечающей потребностям современной обстановки.

- И последний вопрос. Что бы вы пожелали нынешнему пре­зиденту?

Иванов, четко выговаривая слова, произнес:

- Чтобы имя его было проклято потомками!

Это было уже слишком. Президент посмотрел на часы и вклю­чил первый канал. Программа «Время» уже началась, но посмот­реть ее не удалось. Дверь отворилась, и в комнату вошла средних лет женщина в просторном платье. На вопросительный взгляд пре­зидента она лаконично пояснила:

- Они пришли.

- Пусть заходят, - благодушно сказал глава государства и клана.

Женщина вышла и через несколько секунд вернулась в сопро­вождении двух мужчин, чьи физиономии были ненавистны всей стране. «Плешивый и рыжий, - неприязненно подумал президент. - оба на черта похожи. Только рожки приделай».

- Ну, что скажете? - спросил он тоном отца, прощающего блудных сыновей.

- Господин президент, - залопотал плешивый, - обстановка в стране не позволяет вам сейчас уходить.

- Я же объявлял неоднократно, что не буду выставлять свою кандидатуру на третий срок, - недовольно сказал президент, пре­красно понимая, о чем идет речь, а про себя злорадно подумал: «Бо­итесь, черти».

- Господин президент, - вступил в разговор рыжий, - суще­ствуют ситуации, когда необходимо жертвовать принципами. Даже демократическими. Кроме того, вам совсем необязательно выстав­лять свою кандидатуру. Есть интересный план.

А в это время в маленьком кафе на Арбате за столиком у окна сидели и, потягивая пиво, беседовали трое мужчин интеллигентной наружности. За соседним столиком, также прихлебывая из пивных бокалов, расположился Сидоренко с двумя офицерами из группы «Алмаз». Еще два «алмазовца» неторопливо прогуливались снару­жи, время от времени заглядывая внутрь через окно.

- Господин Романов, - заговорил мужчина средних лет в темно-синем костюме, синей рубашке и с шейным платком вме­сто галстука, - я очень плохо говорю на русском языке, а Поль, - он кивнул на высокого брюнета с внимательными глазами шоко­ладного цвета, - на русском не говорит вообще, хотя и понимает отдельные фразы. В то же время, нам не хотелось бы беседовать че­рез переводчика.

- Уважаемый господин Ферран, - улыбнулся Романов, - мы можем говорить на английском, если господин Эстанж владеет этим языком.

- Good, - Ферран продолжил по-английски: - Я представ­ляю политический клуб «Европа». Организация мы молодая, но ак­тивная. Клуб состоит из четырех секций: французской, итальян­ской, германской и швейцарской.

Он отхлебнул из бокала и сделал паузу, чем немедленно вос­пользовался Романов:

- Меня несколько удивляет отсутствие английской секции, - сказал он, понимающе улыбаясь.

- Наш клуб - международная организация, но в нее могут входить только европейские страны. Англия, как вам известно, фактически является пятьдесят первым штатом. Она не имеет сво­ей внешней политики, но следует в фарватере США. Итак, я перехожу к сути вопроса. Наш клуб объединяет политиков и высокопоставленных чиновников, придерживающихся идеи паневропейской солидарности.

- Что означает термин «паневропейская солидарность»? - сил Романов. Его обычно насмешливый взгляд стал серьез­ным.

- Паневропейская солидарность - это создание европейской конфедерации с единой финансовой системой, способной противостоять долларовой экспансии, и единым внешнеполитическим курсом, отвечающим интересам Европы и отвергающим американ­ский диктат.

 

На днях стало известно, что администрация президента США Бил­ла Клинтона намерена в скором времени опубликовать план под­держки американской металлургии, который предусматривает меры по сокращению производства стали во многих странах. Ад­министрация Клинтона намерена обратиться к конгрессу США с просьбой изучить факты поддержки производителей стали во всем мире и оказать давление на мировые финансовые организа­ции, включая Всемирный банк, чтобы те отказались от финанси­рования программ, которые могут привести к увеличению произ­водства стали в той или иной стране.

«Новая газета», 11 августа 1999 г

- После краха Советского Союза европейские лидеры, нахо­дясь в состоянии эйфории, не поняли или не захотели понять, ка­кую опасность для наших стран стали представлять США. Некото­рые наивно полагали, что эпоха сверхдержав закончилась, но прак­тика показала обратное. И в настоящее время мы оказались перед лицом новой, не менее серьезной, чем почивший СССР, опасности.

Осуществляя долларовую экспансию, Соединенные Штаты загнали себя в ловушку. И теперь они встали перед дилеммой: либо невиданный крах, либо сохранение любыми способами ныне суще­ствующей мировой финансовой системы, основу которой пред­ставляет их национальная валюта, и своего статуса единственного экспортера доллара. Но в этом случае крах может постичь нас точ-так же, как это произошло с рядом азиатских и латиноамерикан­ских стран.

Кроме того, у нас впереди серьезные проблемы, связанные с сырьем. Вы, может быть, знаете, что, по оценке специалистов, основной кладовой сырья в двадцать первом веке станет Африка. Ужесейчас отчетливо просматривается американское экономическое вторжение на этот континент и вытеснение французских компа­ний. Как вы полагаете, почему Россия вступила в Парижский клуб?

- Честно говоря, я слабо владею этим вопросом, - признал­ся Романов.

- Объясняю. Для того чтобы добывать сырье в странах тради­ционного присутствия СССР, туда необходимо завезти технику, оборотный капитал и так далее. Все это называется инвестициями. По правилам Международного валютного фонда, осуществлять инвестиции в страны с неурегулированным внешним долгом не реко­мендуется. Поэтому в первую очередь необходимо урегулировать долги этих стран России, которая стала преемницей СССР. Но ка­ким образом? Очень просто. Россию затянули в Парижский клуб и теперь ее заставят, в соответствии с условиями Парижского клуба, списать девяносто процентов африканских долгов. А по осталь­ным дать должникам отсрочку на двадцать лет. Долг урегулирован. Можно начинать экспансию.

- Ловко, - покачал головой Романов. - Не очень хорошо, но здорово.

Француз не обратил внимания на реплику и продолжал:

- Как вы знаете, процесс выхода Европы из-под американ­ского диктата уже идет. В этой связи, согласно расчетам наших ана­литиков, Россия может оказаться решающим фактором в противо­стоянии евро - доллар. И в возможном политическом противосто­янии. Как вы полагаете, мистер Романов, возможна смычка России с Европой в этом противостоянии?

- При нынешнем режиме нет, - твердо сказал Петр Алексеевич.

- И мы так считаем, - кивнул француз. - А какова ваша точ­ка зрения на этот вопрос?

Романов задумался. Профессор Ферран вышел на него месяц назад, позвонив по телефону и предложив встретиться. Не было никаких сомнений, что всю информацию о Романове и его под­польной партии он получил от Сюртэ Женераль, которая участво­вала в переговорах между представителями Партии, с одной сторо­ны, и ЦРУ и спецслужбами четырех европейских стран (в том числе и Англии) - с другой. Романов прекрасно понимал, что в сложившейся после развала СССР обстановке противостояние Европа - Америка неизбежно. Однако игра, которую он и его соратники вели с Западом, и в особенности с США, требовала мак­симальной осторожности. В дальнейшем, после захвата власти, само собой разумелось, что новый режим, установленный Партией, будет проводить политику исключительно в интересах России. Но на кого делать ставку в уже фактически начавшемся противо­стоянии, было не совсем ясно. В любом случае лавировать удастся недолго.

По информации, полученной о Ферране по каналам Сидорен­ко, было известно, что профессор экономики Жан Ферран являет­ся специалистом по России и Восточной Европе, а также консуль­тантом премьера и, как удалось узнать Сидоренко, французской разведки. Романов перед встречей прочитал статьи Феррана, напи­санные еще в 1992 году. Профессор бил тревогу по поводу наступ­ления эры гегемонии США и призывал правительства стран Евро­пы осознать, какую опасность стали представлять Старому Свету Соединенные Штаты после развала Советского Союза. Затем уси­лиями Феррана был создан европейский политический клуб, ос­новным направлением деятельности которого стала борьба за инте­грацию Европы и выход европейских стран из-под влияния США. Именно этот клуб сыграл значительную роль в создании европей­ской валюты. И введение системы евро профессор Ферран рассма­тривал как «начало войны Европы за независимость». Он утверж­дал, что, начав финансовое противостояние, избежать противосто­яния политического невозможно.

Все это молнией пронеслось в мозгу председателя Партии. Ему было ясно, что провокатором Ферран не является, однако та­кой важный шаг, как выступление на стороне Европы против США, требовал согласия всех членов Совета.

 

Опытный финансист, президент Мирового банка Джеймс Вулфен-сон доверительно посоветовал нашим руководителям: «Вам надо говорить не с Мишелем Камдессю, а со Стэнли Фишером и со мной. Вам надо идти в Белый Дом и Госдеп и договариваться с Альбертом Гором, Мадлен Олбрайт и, наконец, с самим Клинтоном».

«Парламентская газета», 20 февраля 1999 г.

 

Видите ли, - уклончиво начал он, - лично я придержива­ть такой же точки зрения. Совершенно ясно даже школьнику, что США, став экспортером своей национальной валюты, в настоящее время не обеспеченной ни золотом, ни товарами, и преследуя цель подчинить весь мир своему диктату, загнали себя в ловушку. Но он загнали в ловушку и нас. В Россию уже ввезено более двухсот миллиардов долларов. Их владельцы не понимают, что эта бумага отличается от рубля только тем, что население нашей страны считает ее деньгами. Все контракты заключаются нашими структурами в рублевом эквиваленте доллара. А при расчете наличностью рубль вооб­ще не используется. Именно доллар стал оружием массового пора­жения, поставившим Россию на колени.

Я 6уду откровенен, господа. Все это мы прекрасно понимаем, но… - он сделал паузу и отпил из бокала, - именно США в лице ЦРУ вышли на нас и предложили нам содействие в приходе к вла­сти. Правда, мы не получили пока финансовой помощи, но инфор­мацию от американцев о положении в нашей стране, точнее, в ее верхних эшелонах власти мы получаем регулярно.

- А может быть, дезинформацию? - тонко улыбнувшись, вступил в разговор молчавший до этого момента Эстанж. - Скажи­те господин Романов, Мишель Мерсье - это ваша работа?

- Честнo говоря, я впервые слышу это имя, - не моргнув гла­зом соврал Петр Алексеевич. - А кто это?

- Неважно, - сказал Ферран. - Если вам это имя ничего не говорит, то не стоит и обсуждать его. Скажу только, что в шумихе, поднявшейся вокруг этого имени и его статей, мы сыграли не ма­ленькую роль.

- Господин Романов, - вдруг на чистейшем русском языке спросил Эстанж, - у вас были с ЦРУ контакты без участия евро­пейских структур. Вы можете хотя бы в общих чертах сообщить нам о ваших договоренностях?

Это был явный ультиматум, который загонял Романова в угол. Отказаться отвечать было равнозначно отказу от ориентации на Ев­ропу. Проинформировать же Сюртэ Женераль (а в том, что Эстанж представляет французскую разведку, Романов больше не сомневал­ся) о конфиденциальных договоренностях с американцами означа­ло бы определение позиции. И Петр Алексеевич решился. Бесстрастно глядя в глаза француза, он сказал:

- Американцы предложили нам все виды поддержки для при­хода к власти. В принципе их предложения на двусторонних встре­чах не отличались от тех, что делались в присутствии представителей европейских спецслужб

Было видно, что французы и сами догадывались об этом. Казалось, ничего страшного не произошло, но, как только Романов перевел дух, Эстанж нанес последний и сокрушительный удар.

- А условия? - вкрадчивым голосом спросил он.

Романов понял, что пытаться лавировать дальше бессмысленно.

- Проамериканская политика после прихода к власти. Об этом вы если и не знаете, то можете догадываться, зная амери­канскую геополитику. «Сомоса, конечно, мерзавец, но это наш мерзавец». Другими словами, работавшие открыто на американцев «демократы» разрушили Россию и поставили ее на колени перед США, а задачей сменившего их диктатора станет сохранение до­стижений «демократии». Демократическими методами это будет сделать трудно, и американцы это прекрасно понимают. Естествен­но, диктатор должен будет создать условия, при которых русский криминал потечет в Европу, а не в Америку. И все удары русских криминальных капиталов должны в будущем прийтись на евро, а не на доллар.

Французы переглянулись. Затем Эстанж чуть заметно кивнул.

- Господин Романов, - продолжил на английском языке бесе­ду Ферран, - откровенность за откровенность. В Америке существу­ют два мнения относительно будущего России. Первое - сохране­ние вашей страны в полумертвом, но целостном состоянии. Второе - продолжение прежней политики, конечной целью которой явля­ется разделение России на несколько десятков государств, с последу­ющим выкупом у них ядерного оружия по низким ценам. При пер­вом варианте предусматривалось приведение к власти проамерикан­ского диктатора. При втором - сохранение прежнего режима. Как вы уже, видимо, догадались, на момент ваших переговоров с пред­ставителями ЦРУ в конгрессе США господствовала первая точка зрения. В настоящее время победили представители второй.

Французы внимательно следили за реакцией Романова на столь неприятные новости, но лицо его сохраняло выражение пол­ой невозмутимости. Он уже понял, что альтернативы плану Америка - Европа больше не существует, и сделал выбор.

- Как вы понимаете, нас мало удовлетворяет первый вариант, второй не удовлетворяет и вовсе, - сказал Эстанж.

Что это означает для моей организации? - спросил Петр Алексеевич. - Значит ли это, что американцы прервут с нами контакты или выдадут нас ФСБ?

- Ни то, ни другое. Они прекрасно информированы о ваших возможностях и ваших связях с патриотически настроенными представителями руководства ФСБ. Кроме того, им известно, что Марсель Мерсье - это ваш человек, а значит, у вас имеется, во-первых, компромат с доказательствами на многих руководителей, который вы храните за границей, а во-вторых, возможность выва­лить в ответ на действия ФСБ против вас весь этот компромат в ев­ропейскую печать и раздуть шумиху.

- Тогда что?

- Вас вывели в запасные игроки. Американцы будут поддер­живать с вами связь и оказывать помощь ровно в таких размерах, чтобы вы не смогли прийти к власти. А параллельно они уже при­няли меры к тому, чтобы у власти остался нынешний президент.

Вот этого варианта Романов предусмотреть не мог. На его ли­це появилось выражение скепсиса вперемежку с удивлением:

- Каким образом это можно сделать? - спросил он. - Во-первых, нынешний президент не имеет права выставлять свою кан­дидатуру на будущих выборах. Во-вторых, даже если он и найдет лазейку в законе и Конституционный Суд признает ее правомоч­ной, ему не набрать и пяти процентов голосов. А при такой расста­новке сфальсифицировать результаты почти невозможно.

- А кто вам сказал, что выборы состоятся? - улыбнулся Ферран.

- Отмена выборов чревата серьезными последствиями и вну­три государства, и в международном плане. Даже в СССР выборы проходили строго по графику.

- А их не отменят. Просто за полгода до выборов президента будет созвано Конституционное собрание, которое внесет в соот­ветствии с давними требованиями Думы поправки в Конституцию. И среди них будет продление президентских полномочий до семи лет. Следовательно, нынешний президент останется в Кремле еще на три года, а за три года можно реализовать американский план расчленения России.

- Но на это не пойдет ни одна фракция. В первую очередь коммунисты, а их в парламенте большинство.

- Если бы вы знали, какие на это отпущены деньги, - усмех­нулся Ферран, - вы бы не сомневались в успехе этого плана. КПСС была куплена на корню. Почему вы думаете, что нельзя ку­пить КПРФ? Это вопрос цены. А здесь американцы торговаться не будут.

- Как вам кажется, уйдет президент со своего поста на пен­сию добровольно или нет? И как это будет происходить?

 

- Добровольный уход исключен. Если проанализировать прес­су, то идет обсуждение разных вариантов продления президент­ской жизни Ельцина. Какой вариант будет выбран, предсказать не берусь. Допустим, союз Белоруссии, России и Югославии, президент и два вице-президента или еще что-нибудь. Ключ от своего кремлевского кабинета, как и ядерный чемоданчик, Ельцин никому не отдаст и будет в Кремле до конца своих дней. Я в этом уверен.







Читайте также:

Последнее изменение этой страницы: 2016-04-09; Просмотров: 117; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2018 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.019 с.) Главная | Обратная связь