Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Профессиональная деформация адвоката.




Специфика адвокатской профессии наряду с особым социальным назначением, вместе с тем содержит в себе элементы негативного влияния на личность, которое при отсутствии у адвоката нравственно-правовой культуры и определенной психологической устойчивости зачастую приводит к проявлению отрицательной стороны профессионализма так называемой профессиональной деформации.

Анализ дисциплинарной адвокатской практики свидетельствует о том, что проявление признаков профессионально-нравственной деформации явление далеко не новое для института адвокатуры в России. Особый интерес для настоящего исследования представляет обращение к правилам адвокатской профессии российской присяжной и советской адвокатуры, ибо, как справедливо указывает А.С. Барабаш, «чтобы понять явление, мы должны изучить его историю, выяснить, что на нее влияло, т.е. нельзя ограничиваться изучением того, что перед нами представлено, - для понимания сущности необходимо проникнуть внутрь, в историю его развития. Только такой подход позволит правильно объяснить настоящее»2.

Изучение содержания «Правил адвокатской профессии в России», которые представляют собой систематизированный свод постановлений Советов присяжных поверенных по вопросам профессиональной этики, составленный в 1913 году членом Совета присяжных поверенных округа Московской судебной палаты А.Н. Марковым, обобщение дисциплинарной практики Московской городской и областной коллегий адвокатов 1971 г., а также дисциплинарной практики адвокатских палат субъектов Российской Федерации позволило выделить определенные факторы, способствующие профессиональной деформации адвоката, обусловленные в первую очередь морально-психологическими особенностями личности.

К основным формам проявления деформации в данном случае следует отнести так называемый оправдательный уклон, когда фактически защита обвиняемого превращается в оправдание преступления. Адвокат в данном случае руководствуется неверно интерпретированными чувством профессионального долга и интересами правосудия.

Весьма распространено в адвокатской практике невыполнение обязательств перед доверителем либо уклонение от исполнения принятого поручения. Это может быть выражено, в частности, в таких нарушениях как неявка без уважительных причин для производства следственных и судебных действий (фрагменты 367-368 решений Советов присяжных поверенных Российской империи; п.16 дисциплинарной практики Московской городской и областной коллегий адвокатов 1971 г.), подписание процессуальных документов, отражающих ход и результаты производства следственных действий, в проведении которых адвокат не принимал фактического участие1, необжалование приговора суда в случаях, предусмотренных законом. В частности, как свидетельствует обобщение дисциплинарной адвокатской практики 1971 года, «адвокат обязан подать жалобу на приговор, если суд допустил какие-либо неправильности, ошибки, влияющие на существо вынесенного приговора. Невыполнение этой обязанности, равно как и неподача кассационной жалобы по делу, по которому этим адвокатом ставился вопрос об оправдании его подзащитного, влечет дисциплинарное взыскание»2. Это обусловлено в первую очередь необходимостью соблюдения одного из основополагающих начал адвокатской профессии – принципа доверия. Как предусматривал Свод фундаментальных принципов и основных норм поведения адвоката, извлеченных из «Правил адвокатской профессии в России», «деятельность адвоката основана на оказываемом ему доверии. Оберегать доверие к достоинству своего звания есть главная обязанность адвоката. Ни при каких обстоятельствах адвокат не имеет права нарушить оказанное ему доверие. Всякое действие адвоката, направленное к подрыву доверия, является профессиональным проступком. Злоупотребление доверием несовместимо со званием адвоката»1. В одном из решений Харьковского Совета присяжных поверенных дословно указано следующее: "деятельность поверенного основывается на оказываемом ему доверии, и без этого доверия она немыслима; доверие же это надо заслуживать и не терять; это доверие должно быть оказываемо всякому члену сословия, как таковому, и потому тот, кто своими поступками это доверие подрывает, виновен не только перед доверителем, но и перед самим собою и всем сословием»2.



Соответствующие положения основополагающих начал профессии нашли свое отражение и в современном Кодексе профессиональной этики адвоката (ст.5, п.1 ст.6)3. Вместе с тем, как показывает обобщение дисциплинарной практики, зачастую отдельные представители адвокатского сообщества не придают им должного значения. Так, за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей перед доверителем в 2009 году был прекращен статус в отношении 81 адвоката (в 2008г. - 95; в 2007г. - 66; в 2006г. -106).

К факторам исключительно психологического характера следует отнести конфликтность, фамильярный стиль общения и неуважительное отношение к участникам процесса, в том числе и коллегам, которое обуславливает зачастую низкая оценка профессиональной пригодности адвоката.

Профессиональной деформации способствует также недооценка адвокатом при оказании юридической помощи значимости и важности правовых норм и этических предписаний. В данном случае возможны следующие формы ее проявления:

- несоблюдение принципов гонорарной практики, выражающееся в нарушении финансовой дисциплины, а именно: несоответствии назначенного гонорара качеству оказанной юридической помощи по делу и достигнутому благодаря усилиям адвоката результату; введение доверителя в заблуждение относительно объема выполненной работы; намеренном затягивании дела с целью получения от клиента большего вознаграждения.

 

Подобные действия имели место и в практике присяжной адвокатуры. Так, в одном из решений Сената 1878г. обращалось внимание на то, что «поверенный еще во время заключения договора задается целью получать вознаграждение и в том случае, когда он вовсе не будет трудиться, т.е. когда дело окончится миром до суда, а такая цель вряд ли соответствует справедливости; тогда как по силе 1528 ст.X т.ч.1 цель договора (во всем его содержании) должна быть, между прочим, не противна благочинию, т.е. понятиям о нравственности»1;

- гарантирование доверителю определенного, желаемого результата по делу в нарушение п.2 ст.10 КПЭА. Соответствующий запрет был сформулирован еще в Своде фундаментальных принципов и основных норм поведения адвоката…,согласно которому «адвокат не вправе давать в какой-либо форме обещания относительно исхода дела»;

- правовой нигилизм, выражающийся в принятии адвокатом поручения, исполнение которого не может быть осуществлено законными средствами, равно как и использование при оказании юридической помощи незаконных методов. Адвокатское сообщество расценивает подобное поведение как нарушающее соответствующие нормы КПЭА (п.1 ст.8, под.1 п.1 ст.9, п.1 ст.10), основанные на принципах Свода фундаментальных принципов и основных норм поведения адвоката…, предусматривающих, что «закон, долг и совесть в профессии адвоката выше воли доверителя. Никакие пожелания, просьбы или указания доверителя, направленные к несоблюдению закона или нарушению долга, не могут быть исполнены адвокатом...Адвокат не должен советовать или использовать нечестные способы и приемы борьбы…В избрании средств и способов защиты адвокат должен руководствоваться законом, указаниями науки, практики и своей совести, не допуская никакого влияния, в том числе со стороны доверителя»;

- низкий уровень профессиональной подготовки адвоката, который изначально следует расценивать как непрофессионализм и в дальнейшем при отсутствии надлежащего повышения своей квалификации проявлением деформации личности.

Безусловно, рассмотренные нами факторы не исчерпывают возможные формы проявления деформации при оказании юридической помощи. В любом случае в предупреждении данного негативного явления в адвокатской практике первостепенное значение имеет активность самой личности адвоката по преодолению проявившихся признаков с тем, чтобы адвокатская деятельность из благороднейшей юридической профессии не превратилась в стряпчество, когда «влекомый личным интересом, стряпчий вступает в услужение к своему клиенту, подчиняет свою волю его воле. Он не защищает права, он обслуживает только желания "клиента", его хотение, он становится слепым, по большей части опасным его орудием, и часто становится поборником несправедливости, врагом права, тем более опасным, что он действует именем другого и потому отклоняет от себя всякую нравственную и законную ответственность за свои действия»1.

Препятствием на пути достижения адвокатом высокого уровня квалификации может стать профессиональная деформация личности. Она представляет собой деструктивные изменения качеств личности, которые происходят под влиянием профессиональной деятельности, негативно влияют на ее продуктивность и создают проблемы в личностном общении.

Профессия часто влияет на личность. Особенно это касается специальностей, связанных с общением (учителя, врачи, следователи, адвокаты, психологи и т.д.). Причем в наибольшей степени профессиональная деформация выражена у представителей тех профессий, чья работа связана с людьми, имеющими отклонения от нормы (физической, интеллектуальной, поведенческой).

Профессиональные деформации появляются под влиянием стереотипов профессиональной деятельности, механизмов психологической защиты, возрастных изменений личности. Она может носить эпизодический или устойчивый характер, быть поверхностной или глубокой, проявляться в профессиональной деятельности или при личном общении. Профессиональная деформация может возникнуть на ранней стадии формирования профессионала, еще в процессе обучения, или позднее, в профессиональной деятельности. Она проявляется в манере поведения и речи, неадекватности восприятия людей и ситуаций, даже в физическом облике. Иногда говорят о профессиональном типе личности. Профессиональная деформация личности препятствует развитию и самосовершенствованию профессионала.

В литературе встречаются разные подходы к этой проблеме <1>. Наиболее перспективным и научно обоснованным видится тот, который определяет профессиональную деформацию как изменения личности, происшедшие под влиянием профессии и влияющие не только на профессиональное общение, но и на повседневную жизнь, личностное общение. Например, представим себе учителя, проработавшего много лет в своей профессии, личность которого подверглась профессиональной деформации. Такой учитель будет продолжать всех "учить" не только на работе, но и в семье и дружеской компании. Это отрицательно влияет на профессиональную деятельность и затрудняет повседневное, дружеское общение, создает проблемы личного характера.

Адвокатская деятельность придает профессионалу определенные психологические качества. Изменения личности могут быть положительными и отрицательными.

Возможности положительного влияния профессии адвоката на личность очевидны. Как правило, с годами благодаря профессии у адвокатов повышается коммуникативная компетентность: умение разбираться в людях, устанавливать психологический контакт, оказывать влияние на людей в процессе общения, эффективно разрешать конфликты, контролировать свои эмоции и т.д. В процессе выполнения профессиональных обязанностей развиваются познавательные процессы: мышление, память, внимание, совершенствуются ораторские умения, расширяется кругозор. По мере профессионального роста адвокатов происходит развитие таких качеств личности, как педантичность, дисциплинированность, самостоятельность, ответственность, умение решать конкретные задачи. Но этим влияние профессии адвоката на личность не исчерпывается. К сожалению, можно наблюдать примеры и отрицательного воздействия этой профессии на личность.

Условно профессиональная деформация адвоката может выражаться в тех проявлениях, которые являются общими для юридических профессий, и в тех, которые являются специфическими и обнаруживаются именно у представителей адвокатской деятельности.

К первой группе можно отнести следующие.

Правовой нигилизм. Нигилизм - это отрицание общепринятых ценностей: идеалов, моральных норм, культуры, форм общественной жизни. Правовой нигилизм адвокатов проявляется в неуважительном отношении к праву и подталкивает решать проблемы доверителя не на правовом уровне. Правовой нигилизм встречается и у представителей других юридических специальностей, например у следователей, оперативных работников и т.п.

Эмоциональная холодность, цинизм, доходящий до безразличия к судьбе доверителя. Часто человек, вынужденный прибегнуть к помощи юристов (следователей, адвокатов и т.п.), находится в сложной жизненной ситуации и негативном эмоциональном состоянии. Он испытывает тревогу, страх, переживает депрессию, может быть перевозбужденным или, наоборот, заторможенным. Нередко обстоятельства, в которых находится доверитель, вызывают у него слезы. Сталкиваясь с человеческим горем, некоторые адвокаты остаются черствыми, не способными проявить простое человеческое сочувствие. В профессиональном общении это приводит к обезличиванию клиента, когда он воспринимается как объект воздействия, а его проблемы - как поломка, которую нужно устранить. В повседневном общении это может проявляться как эмоциональная холодность, снижение эмпатии в отношении к близким людям, родственникам.

Снижение уровня культуры общения. Подобные проявления наблюдаются у адвокатов, специализирующихся на защите по уголовным делам и имеющих дело с определенной категорией клиентов. В процессе бесед, переходя на язык, понятный клиенту, эти адвокаты усваивают уголовный жаргон и начинают использовать его в повседневном общении. С такими проявлениями деформации можно столкнуться и при общении со следователями, оперативниками, сотрудниками ИТУ. Это может сказаться и в общении с друзьями, родственниками.

Формализм, стереотипный подход к решению профессиональных задач. Нередко работа по делам одних и тех же категорий (хулиганство, кражи, ДТП и т.д.) способствует тому, что у адвоката вырабатываются однотипные приемы и методы защиты, блокирующие способность творчески реагировать на появление новых обстоятельств, пропадает индивидуальный подход в работе с доверителями. В личностном общении это может выразиться в стремлении подвести любую жизненную ситуацию под некий стандарт и использовать формальный подход к семейным проблемам.

К специфическим деформациям, присущим именно представителям адвокатской профессии, относятся следующие.

Установка "всех жалко, всех обижают, всем надо помочь". Как врач, бывает, только взглянув на попутчика в поезде, уже ставит ему диагноз и советует, как надо лечиться, профессионально деформированный адвокат видит правовые проблемы всех, кто его окружает в повседневной жизни, и разъясняет права даже тем, кто в этом не нуждается. Благодаря профессиональным знаниям адвокат понимает, как можно помочь человеку решить его проблему, или видит необходимость предпринять меры, чтобы предупредить возможные проблемы в будущем, чувствует свою ответственность за соблюдение прав этого человека. И если все-таки остается безучастным к его судьбе, то начинает обвинять себя, что мог бы своевременно помочь, но не сделал этого. Навязчивое консультирование, принимающее формы поучения, раздача советов окружающим может осложнять повседневное личностное общение.

Завышенная самооценка, позиция "всегда прав". В силу особенностей профессии адвокат должен преуспевать в умении всегда выглядеть в лучшем свете. Без навыков самопрезентации трудно быть успешным в этой профессии, но порой это может принимать гипертрофированные формы: излишняя самоуверенность, изворотливость, неумение признавать свои ошибки. Все это не красит адвоката. Прибавим к перечисленному овладение профессиональным понятийным аппаратом, законами формальной логики, предоставляющие широкие возможности для конструирования оправданий на все случаи жизни. Неприятно, когда это распространяется и на сферу личного общения адвоката и любые свои поступки он может объяснить разумными основаниями.

Противопоставление себя доверителям, позиция "клиент - мой враг". Неумение при заключении соглашения с доверителем четко обозначить круг профессиональных обязанностей адвоката, отсутствие навыка установления доверительных, но деловых отношений с клиентом, неумение провести четкую грань между профессиональным и личностным общением, стремление позднее ограничить круг решаемых правовых проблем клиента, с тем чтобы он "не садился на голову", приводит к формированию установки "быть всегда настороже с клиентом", "держать ухо востро". Излишняя осторожность, подозрительность, стремление держать дистанцию не способствуют развитию и личных контактов.

Влияние профессии на личность неизбежно, но профессиональная деформация возникает не у каждого адвоката. Многое зависит от личностных качеств человека (внутренних факторов): возраста, пола, семейного положения, характера трудовой мотивации, ценностных ориентаций, установок, стрессоустойчивости, характерологических свойств, уровня эмпатии, стиля взаимоотношений в коллективе, уровня развития интеллекта, способностей, свойств нервной системы, неспособности к релаксации и т.д. Повлияют на возникновение профессиональной деформации и объективные причины (внешние факторы): условия обучения в вузе, стаж работы, отношения с наставниками, психологический климат коллектива, в котором он трудится, перегрузки на работе, дефицит времени, протекание кризисов профессионального становления и т.п.

Говоря о профессиональной деформации личности адвоката, необходимо коснуться и проблемы эмоционального выгорания. Понятие "эмоциональное выгорание" является близким по смыслу, но не тождественным понятию "профессиональная деформация". Термин "эмоциональное выгорание" был впервые предложен американским психиатром Фрейденбергом в 1974 г. Иногда используют как синонимические близкие по смыслу выражения "эмоциональное сгорание" или "профессиональное выгорание".

Чаще синдром эмоционального выгорания встречается у профессионалов, которые вынуждены в процессе выполнения своих обязанностей тесно общаться с людьми. Эмоциональное выгорание происходит в условиях сильных психических нагрузок и выражается в безразличии, эмоциональном истощении, изнеможении, развитии негативного отношения к своим коллегам и клиентам, в снижении самооценки. Адвокат с синдромом эмоционального выгорания не может отдаваться работе так, как это было прежде, испытывает ощущение тщетности своих профессиональных усилий, работа перестает приносить удовлетворение.

Эмоциональное выгорание возникает в результате накопления отрицательных эмоций без соответствующей разрядки. Оно ведет к истощению эмоциональных, энергетических и личностных ресурсов человека. С точки зрения концепции стресса (Г. Селье) эмоциональное выгорание - это дистресс, или третья стадия общего адаптационного синдрома - стадия истощения.

Выделяют три стадии эмоционального выгорания.

Первая стадия характеризуется снижением положительных эмоций, связанных с работой, возникновением чувства неудовлетворенности, тревожности, пустоты.

Вторая стадия проявляется в неприязни, пренебрежительном отношении к клиентам, которые проявляются сначала в разговорах с коллегами, а затем постепенно и в присутствии клиентов.

На третьей стадии эмоционального выгорания профессионал становится равнодушным, теряет интерес не только к своей работе, но и к себе и близким людям.

Эмоциональному выгоранию может быть подвержен любой адвокат. М. Пирс и Д. Моллой доказали, что скорость "сгорания" не связана ни с образованием, ни с уровнем интеллекта, ни даже с оплатой труда. Главной причиной, способствующей эмоциональному выгоранию, является перегрузка. Те адвокаты, у кого мало работы, могут жаловаться на скуку, но им эмоциональное выгорание не грозит.

На подверженность эмоциональному выгоранию влияет отношение профессионала к делу: риск выгореть выше у тех, кто считает, что всегда должен быть сдержан и не имеет права на ошибку. Высокая персональная ответственность адвокатов, эмоциональная насыщенность профессионального общения являются дополнительным фактором, способствующим эмоциональному выгоранию.

Не менее опасна ситуация, в которой специалист постоянно ощущает, что его недооценивают, что его усилия не ведут к достижению намеченной цели и он никак не может изменить положение дел. Неудовлетворенность результатами профессиональной деятельности, недостаток самостоятельности способствуют развитию эмоционального выгорания. Чувство собственной значимости, напротив, способствует устойчивости по отношению к эмоциональному выгоранию.

Профессиональная деятельность адвокатов проходит в особых условиях нестабильности. Адвокаты самостоятельно ищут себе клиентов и поэтому начинающие могут испытывать дефицит работы. Нестабильность рабочей нагрузки, публичность профессии, необходимость быть в курсе постоянно изменяющегося законодательства - все эти стрессогенные факторы способствуют эмоциональному выгоранию.

Особенно быстро выгорают специалисты с интровертированным темпераментом, индивидуально-психологические особенности которых не соответствуют требованиям коммуникативных профессий. Они характеризуются замкнутостью, застенчивостью, концентрацией на профессиональных задачах. Вынужденные вступать в коммуникативные контакты по роду своей профессиональной деятельности, они прилагают для этого дополнительные усилия. Не имея избытка жизненной энергии, такие адвокаты накапливают эмоциональный дискомфорт и быстрее других истощаются.

Наличие внутриличностных конфликтов в связи с работой является дополнительным фактором, способствующим эмоциональному выгоранию. Внутриличностный конфликт - это столкновение противоположно направленных мотивов, потребностей, интересов, ценностей, целей. Потребность оказать помощь другим людям, вступая в противоречие с потребностью в безопасности, создает почву для внутриличностного конфликта адвоката и повышает тем самым риск эмоционального выгорания. Женщины-адвокаты, переживающие нередко противоречие между работой и семьей, находятся в еще более сложной ситуации.

Некоторые авторы рассматривают эмоциональное сгорание как разновидность профессиональной деформации. Это не совсем правильно. Представляется более обоснованной точка зрения Д.Г. Трунова. Он считает: различие заключается в том, что о синдроме выгорания нужно говорить в контексте профессиональной деятельности, а профессиональная деформация относится в основном к жизни вне работы <3>. То есть синдром выгорания наблюдается тогда, когда в процесс выполнения профессиональных обязанностей проникает слишком много личного, происходит потеря контролирующей роли "профессионального" и внедрение "человеческого" в область профессиональной компетенции. А о профессиональной деформации есть смысл говорить тогда, когда в личную жизнь проникает слишком много профессионального и, придя домой, человек продолжает нести на себе "деформирующий отпечаток" своей профессии и вести себя как специалист.

В связи с проблемами профессиональной деформации личности адвоката, отрицательно влияющими на качество профессиональной деятельности и его личную жизнь, способными привести к потере квалификации, появляется необходимость разработать эффективные методы профилактики профессиональной деформации и реабилитации эмоционального выгорания.

Представляются возможными следующие пути профилактики и профессиональной реабилитации:

- психологическое просвещение адвокатов. "Предупрежден - значит вооружен". Зная признаки профессиональной деформации, адвокат на ранних стадиях может их заметить и суметь приостановить их дальнейшее развитие;

- психологическая диагностика и индивидуальное консультирование адвокатов. Консультация специалиста поможет установить стадию эмоционального выгорания, выработать индивидуальную стратегию его преодоления, учитывающую особенности конкретной ситуации;

- тренинги профессионального и личностного роста адвокатов. Новые возможности для разрешения самых разных психологических проблем предоставляют сегодня различные виды психологических тренингов. Занятия в группах помогают участникам не только справиться с временными трудностями, осознать внутренние ресурсы для решения своих проблем, но и повышают общую психологическую компетентность участников.

Некоторые авторы (например, Н.Б. Москвина <4>) рассматривают профессиональную деформацию как возможную компенсацию более опасных нарушений, в частности нарушений физического и психического здоровья. Профессиональная деформация в виде эмоциональной холодности, нечувствительности к чужому горю может возникнуть у адвоката как раз по такому механизму, как своеобразная защита от излишних переживаний особо чувствительных профессионалов, работающих с людьми. Такая деформация, возможно, предохраняет адвоката от более опасных нарушений психического, а возможно, и физического благополучия, от нервного, психического истощения. Вследствие этого профессиональную деформацию нельзя преодолевать, пока неизвестно, от каких более серьезных проблем она может защитить адвоката.

 





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-03-17; Просмотров: 2998; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.023 с.) Главная | Обратная связь