Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Вопрос 1. Психология преступного поведения.




Введение

Криминальная психологияизучает психологические особенности личности преступника, мотивацию преступного поведения, психологию преступных групп, разрабатывает психологические рекомендации по предупреждению индивидуальной и группой преступной деятельности.

Таким образом, центральное внимание криминальная психология уделяет двум серьезным и сложным проблемам: изучению личности преступника и групповой (в том числе организованной) преступной деятельности.

Проблема личности преступника сложна и многогранна, разрабатывается различными дисциплинами (уголовное право, уголовный процесс, криминалистика, криминология, юридическая психология). Именно личность преступника стоит между причинами преступности и преступлениями. В ней как в фокусе просматривается связь причин с преступлениями, ибо именно личность делает выбор в достижении целей своих действий, используя правомерный или противоправный способ их достижения и, соответственно, - правомерный или противоправный вариант собственного поведения.

Любая преступная группа как одна из разновидностей малых социальных групп людей не является механическим соединением некоего числа индивидов, совместно совершающих преступления. Каждая такая группа, с точки зрения социальной психологии "ма­лых групп", объединяя на основе совместной преступной деятель­ности несколько человек, практически превращается в единый субъ­ект криминальной активности. В такой групповой общности появ­ляются новые, не свойственные отдельному преступнику свойства, цели, возможности и т. д.

Вопрос 1. Психология преступного поведения.

1.1. Личность преступника, ее структура и содержание.

Исследование в рамках юридической психологии личности лица (субъекта), совершившего преступление, помогает юристу:

- более точно действовать при принятии решения о квалификации противоправных действий, избрании меры пресечения обвиняемому, определении меры наказания подсудимому; определять меры воспитательного воздействия на личность;

- выбирать оптимальные тактические решения и комбинации, приемы воздействия на подозреваемого, обвиняемого в различных ситуациях;

- изучать причины совершенных преступлений; устанавливать обстоятельства, подлежащие доказыванию (в том числе мотивы преступления), обстоятельства, характеризующие личность подсудимого (обвиняемого), потерпевшего.

Понятие «личность преступника» многогранно, оно используется как в юридической психологии, так и в уголовном праве и процессе, криминологии и криминалистике. Из-за междисциплинарного характера в него включают комплекс социально-демографических, социально-ролевых, социально-психических признаков, связанных как с преступным деянием, так и характеризующих его общественную опасность, объясняющих причины его совершения. Утвердившийся в юридической науке подход[1] заставил ученых, занимающихся проблемами юридической психологии, дополнить понятие личности рядом признаков, дополняющих взгляды общей психологии.

В науке получил распространение подход к изучению личности преступника, предполагающий наличие социально-демографической и социально-психо­ло­гической подсистем[2].

Социально-демографическая подсистема личности преступника включает: пол, возраст, семейное положение, образование, профессиональную принадлежность, род занятий, социальное, материальное положение, наличие судимости (свя­зей с криминальной средой). К ним относятся также признаки, характеризующие человека с точки зрения выполнения им определенных функционально-ролевых обязанностей.

Криминологами установлено, что среди преступников значительно больше мужчин, чем женщин. Наибольшей криминогенной активностью отличаются лица в возрасте от 25 до 29 лет, затем группа 18-24 - летних, 14-17 - летних и затем – 35-45 - летних[3]. Криминогенная активность этих возрастных групп объясняется не только большей активностью молодежи, но во многом и низким уровнем культуры и образованности, отношений и поведения, примитивностью интересов, социальной незрелостью их личности, не завершившимся процессом социализации, отсутствием устойчивых жизненных планов.



Социально-психологическая подсистема личности преступника включает следующие подструктуры: направленности (мировоззрение, ценностные ориентации, социальные установки, ведущие мотивы деятельности); жизненного опыта (знания, навыки, привычки, проявляющиеся в выборе ведущих форм деятельности); психических форм отражения; психолого-биологических свойств; характера и способностей.

Современная наука отвергает наличие у человека каких-то особенных генетически запрограммированных и передаваемых по наследству наклонностей к правонарушениям. Считается, что основное отличие личности преступника от личности законопослушного гражданина состоит в негативном содержании ценностно-нормативной системы, сочетания некоторых устойчивых психологических особенностей, имеющих криминологическое значение.

Отдельными индивидуально-психологическими особенностями, типичными для некоторых категорий преступников, являются психические аномалии. Среди различных аномалий психики, предрасполагающих к дезадаптивным (часто – противоправным) формам поведения, внимание привлекают психопатии, различные психопатоподобные состояния, некоторые крайне выраженные виды акцентуаций характера. Согласно принятой Международной классификации психопатий выделяют три группы лиц, проявляющих психопатические расстройства: по возбудимому, интероидному и тормозному (астенические, аутические) типу. Аномалии препятствуют усвоению социальных норм, регулирующих поведение людей, затрудняют выполнение отдельных социальных ролей, получение высокого образования и квалификации. К аномалиям относят и расстройства психики, связанные с алкоголизмом, наркоманией, сниженным уровнем интеллектуального развития. Ю.М. Антонян и В.В. Гульдан предположили, что психические аномалии предполагают более обостренные формы реагирования человека на конфликтные ситуации; создают препятствия развитию социально-полезных черт личности; усложняют процессы адаптации к внешней среде; ослабляют механизм внутреннего контроля; сужают варианты при выборе решений; облегчают импульсивные, непродуманные действия. Хотя, как отмечают авторы, это вовсе не предполагает неизбежности совершения преступления[4].

Защитная мотивация.

Установлено, что значительное число убийств имеет субъективный (часто неосознаваемый) смысл защиты от внешней угрозы, которой в действительности может и не быть. Страх перед вероятной агрессией обычно стимули­рует совершение упреждающих действий агрессивного характера.

В истории криминалистики известны периоды, когда защитной мотивацией вызывается изнасилование и последующее убийство жертвы. Это имеет место в тех случаях, ко­гда наказанием за данное деяние была смертная казнь, и когда поведение женщины (реальное или мнимое) воспринимается преступником как унижающее его мужское достоинство или угро­жающее его самовосприятию и оценке себя в мужской роли. Ю.М. Антонян приводит следующий пример. Женщина, вступая в сексуальную игру с мужчиной, отводит ему в ней пассивную роль. Она ведет (готова вести) до определенного предела, а мужчина об этом не предупрежден. Женщина, достигнув нужного ей предел любовной игры, становит­­ся жестокой и неумолимой, вызывая таким своим неожиданно препятствующим поведением у мужчины состояние фрустрации. Катего­рический отказ женщины от сексуального сближения воспринимается мужчиной как унижение достоинства, удар по его самооцен­ке, самолюбию, и вызывает у него взрыв ярости.

Мотивы замещения. Нередки случаи совершения преступлений по механизму замещающих действий, так как благодаря «замещающим» действиям происходит раз­рядка (снятие) нервно-психического напряжения в состоянии фрустрации. Психологически это объясняется тем, что если первоначальная цель становится по каким-либо при­чинам недостижимой, то лицо стремится заменить ее другой - доступной.

«Замещение» действий, т.е. смещение в объекте нападения, может происходить разными путями. Это и «генерали­зация» или «растекание» поведения, когда насильственные побуж­дения направлены не только против лиц, являющихся источником фрустрации, но и против их родственников, знакомых. Так, поссорившись с одним человеком, преступник адресует свою аг­рессию близким или друзьям этого человека. Второй путь - эмоциональный перенос. В этом случае подросток, ненавидящий сво­его отчима, портит его вещи (физических сил справиться с самим отчимом у него нет). В-третьих, агрессия при «замещаю­щих» действиях направляется против неодушевленных предметов или посторонних лиц, подвернувшихся под руку. Это так называе­мая респондентная агрессия, наиболее опасная, поскольку ее объ­ектом часто выступают беззащитные люди. Еще одной разно­видностью «замещающих» действий является «автоагрессия». Свою агрессивность, враждебность человек «выплес­нуть» вовне не имеет возможности и поэтому начинает распекать себя, нередко причиняя себе различные повреждения.

Игровые мотивы.

К представителям «преступников-игроков» принадлежат лица, совершающие преступления не столько ради материальной выгоды, сколько ради игры, доставляющей острые ощущения.

У Артура Хейли в романе «Колеса» есть Эрика, мелкая воровка, которая материально обеспечена, психически нормаль­на. Зайдя в парфюмерный магазин, она, увидев на при­лавке оставленную продавщицей коробку духов, решила ее украсть. Хейли описывает ее мгновенные колебания, внутреннний голос, скомандовавший: «Действуй!», момент воровства и ожидание крика: «Держи воровку!». В машине, все еще дрожа и чувствуя, как громко стучит сердце, Эрика спрашивала себя: «Зачем? Для чего она это сделала? Ведь у нее в сумочке полно денег, есть чековая книжка...». Ответить на вопрос: «Что все-таки толкнуло ее на этот шаг?» - она не смогла, но на нее внезапно нахлынуло радостное возбуждение, ей давно уже не было так хорошо[12]. Нечто похожее показали авторы в фильме «9½ недель».

В преступных действиях воров-карманников и лиц, совершающих кражи из квар­тир, магазинов и других помещений, часто встречаются игровые мотивы. Они ярко про­являются и в мошенничестве, где происходит состязание в ловкости, сообразительности (интеллектуальное противоборство), умении максимально использовать благоприятные обстоятельства и быст­ро принимать решения. Примером служат «каталы» (карточные шулера), ведущие двойную игру - и по правилам, и обманывая, получая тем самым макси­мальные переживания от риска.

Исследователи, изучая «преступников-игроков», выделили среди них два типа личности и соответственно два типа подобной мотивации: игровой активный и игровой демонстратив­ный. Первые испытывают постоян­ное влечение к острым ощущениям, толкающее их на поиск возбу­ждающих рискованных ситуаций. Они - типичные экстраверты, ну­ждающиеся во внешней стимуляции, чрезвычайно общительные, кон­тактные, отличающиеся способностью к дли­тельной активности и импульсивностью. В самых отчаянных авантюрах они не испытывают страха перед возможным разоблачением и не думают о последст­виях. Эти преступники, «играя» с законом и соучастниками, рискуют свободой и угрозой расправы со стороны сообщников, поскольку основным мо­тивом их поведения является получение острых ощущений. Вторые характеризуются стремлением произвести сильное впечатление на окружающих, занять лидирующее поло­жение в преступной группе; они обладают артистическими способностя­ми, пластичным поведением, легко приспосабливаются к изме­няющейся ситуации. Это помогает им совершать преступления.

Мотивы самооправдания. Мотив самооправдания является одним из универсальных мотивов преступного поведения. Преступник отрицает свою вину и, как следствие, у него отсутствует раскаяние за содеянное. Искреннее осуждение своих действий встречается до­вольно редко, но и при этом вслед за признанием вины обычно следуют рассуждения, направленные на то, чтобы свести ее к минимуму.

Здесь дей­ствуют механизмы психологической самозащиты, которые снижа­ют, нейтрализуют или совсем снимают барьеры нравственно-пра­вового контроля при нарушении уголовно-правовых запретов. На этой основе происходит самооправдание и внутреннее высвобождение от ответственности за совершаемое и совершенное пре­ступление.

К защитным механизмам относятся: перцептивная защита, отрица­ние, вытес­не­­ние, рационализация, проекция и др. Обобщенно мотивы самооправдания преступного поведения проявляются в[13]:

1) искаженном представлении о криминальной ситуации, в которой избирательно преувеличивается значение одних элемен­тов и преуменьшается роль других, в результате чего возникает иллюзия необязательности применения уголовного наказания;

2) исключении ответственности за возникновение криминаль­ной ситуации, которая понимается как роковое стечение обстоя­тельств;

3) изображении себя жертвой принуждения, вероломства, ко­варства и обмана других лиц либо собственных ошибок и заблуж­дений, которые и привели к противоправным действиям;

4) убеждении в формальности нарушаемых норм, обыденности подобных действий, в силу чего они расцениваются как допусти­мые;

5) отрицании жертвы преступления и предмета преступного посягательства и тем самым игнорировании вредных последствий и общественной опасности деяния;

6) умалении и приукрашивании своей роли в совершенном преступлении;

7) облагораживании истинных мотивов своих действий, в ре­зультате чего они представляются извинительными и даже право­верными (защита справедливости и т. д.);

8) рассмотрении себя в качестве жертвы ненормальных усло­вий жизни, среды, которые как бы неизбежно толкнули на совер­шение преступления;

9) гипертрофии собственных личностных качеств в утвержде­нии своей исключительности, ставящей лицо, по его мнению, выше закона.

 

Типология преступных групп.

Любая преступная группа как одна из разновидностей малых социальных групп людей не является механическим соединением некоего числа индивидов, совместно совершающих преступления. Каждая такая группа, с точки зрения социальной психологии "ма­лых групп", объединяя на основе совместной преступной деятель­ности несколько человек, практически превращается в единый субъ­ект криминальной активности. В такой групповой общности появ­ляются новые, не свойственные отдельному преступнику свойства, цели, возможности и т. д.

В совместном преступном действии происходит объединение индивидуальных способностей, знаний, умений, профессиональных навыков (особенно криминальных) и др. Со временем происходит разделение преступного труда.

В современной криминологии под традиционной преступной группой понимают малую неформальную группу, являющуюся еди­ным объектом криминальной деятельности, объединяющей на ос­нове совместной противоправной деятельности людей, стремящих­ся к достижению общей преступной цели.

Существует следующая типология традиционных преступных групп: простая организованная группа; структурная (сложная) ор­ганизованная группа; организованная преступная группировка; бан­дитское формирование; преступная организация (сообщество); ма­фия, кооперация профессиональных преступных лидеров ("воров в законе").

Простая организованная группа— относительно примитив­ная форма объединения преступников в группы численностью в среднем 2—4 человека. У них обычно есть длительная общая пре­ступная цель. Хотя такие группы и являются организованными, устойчивыми и сплоченными и их действия носят предумышлен­ный, спланированный характер, в то же время у них нет сложной структуры, строгой соподчиненности, четко выраженного лидера. Способы совершения преступления, как правило, одни и те же, они четко отработаны. Решения принимаются коллективно, а преступ­ление совершается сообща. В простые организованные группы объ­единяются расхитители, мошенники, квартирные воры, уличные грабители, несовершеннолетние. Максимальная длительность функ­ционирования таких групп — не более 3-х лет, в ней происходит смена участников преступной деятельности.

Структурная (сложная) организованная группа— по сравне­нию с предыдущей группой отличается большей устойчивостью, иерархичностью, соблюдением принципа единоначалия. Численный состав таких групп — 5—10 и более человек. Преступная деятель­ность носит постоянный характер, чаще всего это совершение иму­щественных преступлений либо корыстно-насильственных. Значи­тельный численный состав, четко выраженная цель (занятия пре­ступным промыслом) требуют жесткого единоначалия. Лидер (гла­варь) группы определяет основные направления действий группы, планирует и готовит преступления, распределяет роли между уча­стниками.

Роли членов группы более сложны и реализуются не только в момент совершения преступления, но и на стадии подготовки к преступлению, а также в последующих действиях — сборе необхо­димой информации, техническом обеспечении, реализации похи­щенного, сокрытии и уничтожении следов преступлений и т. д.

В своей преступной деятельности члены сложной организо­ванной группы руководствуются ярко выраженной сугубо крими­нальной идеей и чаще всего опираются на традиционные уголовно-профессиональные навыки, взгляды, убеждения и специфические общекриминальные способы и методы достижения преступной цели. Отмеченное обычно исключает наличие у таких групп коррумпи­рованных связей, взаимодействия с органами и представителями власти.

Для обеспечения своей деятельности такая группа вынуждена взаимодействовать с другими преступными элементами — лицами, подделывающими документы, техническими работниками, скупщи­ками краденого. С указанной целью лидеры вступают в контакт с руководителями других групп и группировок. Указанные группы не занимаются контролем определенной территории, доходных то­чек, для чего необходимы более многочисленные формирования.

Указанные группы занимаются совершением профессиональ­ных краж (квартирных, автомобильных), грабежей, разбоев, вымо­гательством (рэкетом), мошенничеством, контрабандой.

Организованная преступная группировка— это уже много­численное преступное образование, объединяющее в своих рядах десятки и даже сотни лиц, активно занимающихся преступной дея­тельностью. Например, такие известные в Москве и Подмосковье группировки, как солнцевская, люберецкая, долгопрудненская, на­считывают в своих рядах, по разным оценкам, от 300 до 500 актив­ных участников.

Существует ряд разновидностей группировок, различающих­ся по связям, преступной субкультуре, иерархии, способам дея­тельности, национальным особенностям и т. д. Наиболее ярко среди них выделяются два вида:

1) "Команда"("бригада") — своеобразная форма функциони­рования организованных преступных образований, в основе которой лежит объединение по территориальному признаку (по месту жительства) выросших вместе ребят, знающих друг друга с детства. По мере разрастания "команды" в нее попадают взрослеющие подростки, а также ранее судимые лица. К началу эпохи кооперативизации страны эти "команды", до того занимавшиеся хулиган­ством, кражами, уличными грабежами, уже были в достаточной степени организованными и смогли обложить данью новоявленных коммерсантов. Постепенно разрастаясь, приобретая криминальный опыт, накапливая капитал и устанавливая связи, в том числе и с профессиональными преступниками, они усиливали свое влияние, расширяли контролируемые территории, подавляя конкурентов.

2) "Община"— преступное образование, состоящее в своей основе из неместных жителей, в первую очередь выходцев из Закавказья (азербайджанская, чеченская, грузинская, дагестанская "общины"), а также из компактно проживающих иностранцев (вьетнамцев, корейцев, китайцев). В структурных взаимосвязях "общин" в качестве цементирующего звена выступает национальный родовой признак, основанный на вековых традициях безоговорочного признания авторитета старшего (сходный со структурой сицилий­ской преступности, также сформировавшейся на базе патриархаль­ной семьи). "Общины", промышлявшие до развития частного предпринимательства в Москве рыночной торговлей (в том числе тор­говлей наркотиками и оружием), составили серьезную конкурен­цию местным группировкам, завладели значительной территорией, играя серьезную роль в криминальной среде города.

Руководящее звено в организованной преступной группировке формируется из лиц, посвятивших себя исключительно криминаль­ной деятельности, и составляет примерно 10% от общего числа чле­нов, включая нескольких (3—8) ярко выраженных лидеров, опре­деляющих направление деятельности группировки. За ними стоит основная масса исполнителей ("боевиков") — молодых ребят с ярко выраженной криминальной направленностью. Группировка не яв­ляется монолитным образованием и состоит из нескольких групп различного уровня организованности численностью 10—15 человек.

Группировки занимаются не только совершением конкретных преступлений, но и осуществляют постоянный контроль опреде­ленного района (вымогательство и сбор дани за обеспечение "охра­ны" с точек общепита, коммерческих ларьков, кооперативов, част­ных предприятий, проституток, преступников-одиночек).

Нередко лидеры, сколотив достаточный капитал, вступают в сферы легального бизнеса, "отмывая" тем самым преступно добы­тые средства. Они могут становиться генеральными и коммерче­скими директорами коммерческих структур, банков, вступать в непосредственные контакты с представителями законодательной и исполнительной власти, с работниками правоохранительных орга­нов, опутывая их сетью коррумпированных связей.

Бандитское формирование (образование)— такая форма ор­ганизованной преступности, которая предполагает создание воору­женной группы с целью нападения на государственные, обществен­ные предприятия, на отдельных граждан. От группировки оно от­личается обязательным наличием оружия и преступной направ­ленностью — открытым нападением, вследствие чего бандформи­рования характеризуются повышенной опасностью.

Численный состав банды не превышает, как правило, 10 чело­век. Среди всех преступных образований банды отличаются самым высоким уровнем организованности, строжайшей соподчиненностью и конспирацией, беспрекословным подчинением главарю, исключи­тельной жестокостью по отношению к жертве.

Банды функционируют самостоятельно, объектом их преступ­ной деятельности чаще всего являются деньги, валюта, оружие, золото, драгоценные камни, антиквариат.

Банды, совершающие корыстно-насильственные действия в зоне своего влияния, нередко отличаются исключительным цинизмом, жестоким, дерзким и наглым характером преступных действий. Такие преступные акции обычно совершаются совместно, что дела­ет их более жестокими и мучительными для жертв и более резуль­тативными для преступников. Жестокость у таких лиц становится самоцелью и весьма почитается. Например, в Воронеже была обез­врежена организованная банда преступников-садистов, действовав­шая несколько лет. Она похищала в основном преуспевающих ком­мерсантов, помещала их в тайники, превращенные в подпольные тюрьмы, и в течение нескольких недель с целью "выколачивания" у них денег, долговых расписок, доверенностей на получение кре­дитов, "дарственных" на дома и квартиры применяла к ним инкви­зиторские средства воздействия: прижигание кожи раскаленным железом, пиление костей ножовкой и т. д.

В последнее время банды все чаще привлекаются преступны­ми группировками и синдикатами к их деятельности, выполняя различные криминальные заказы (завладение оружием, ликвида­ция неугодных лиц, участие в разборках и т. д.).

По степени преступной направленности выделяют три катего­рии банд: "классическая банда", "специализированная банда" и "заказники".

Традиционные для классической банды(шайки в дореволю­ционной России) преступления — нападения на банки, сберкассы, инкассаторов, а также на прииски, музеи, квартиры — совершают­ся путем открытого вооруженного нападения с целью завладения деньгами и другими ценностями и зачастую сопровождаются убий­ствами и нанесением потерпевшим телесных повреждений. К классическим бандам можно отнести, например, действовавшую в 20-х годах в Ленинграде банду Л. Пантелеева, банду Монгола (60-е годы, Москва), банду братьев Ведерниковых (80-е годы).

Специализированная банда.Особенностью данного вида банд является то, что они практикуются на совершении одного, макси­мум, двух видов преступлений, чаще всего это нападения на банки, инкассаторов, магазины.

"Заказники".Банды, совершающие преступления по "зака­зу", существовали, по-видимому, всегда, однако особенное распро­странение они получили в последнее время в связи с развитием рыночных, а значит и конкурентных отношений среди криминаль­ной части предпринимателей. Возникла потребность в оказании силового давления на конкурентов, причинении им имущественно­го и иного вреда, вплоть до физического уничтожения. В преступ­ном мире повысился спрос на наемных убийц ("киллеров") и раз­бойников, которых находили среди ранее судимых, бывших спорт­сменов, "афганцев" и др.

Группы "заказников" весьма малочисленны, имеют прекрас­ную физическую подготовку, вооружены, активны, отличаются тщательной конспирацией. Профессиональные "заказники" обычно не входят в преступные группировки, хотя и могут иметь связи с их лидерами ("заказчиками"). Преступления совершаются за де­нежное вознаграждение.

Преступная организация (сообщество)— устойчивое, слож­ное, иерархическое криминальное образование. Преступные орга­низации имеют пять основных признаков, совокупность которых позволяет отграничить их от прочих организованных формирова­ний. К ним относятся:

1) наличие материальной базы — общих денежных фондов для взаимопомощи и подкупа должностных лиц;

2) коллегиальная форма руководства, при которой управление организацией осуществляется группой лиц, имеющих равное поло­жение;

3) устав в виде неформальных норм поведения, традиций и законов, санкций за их нарушение;

4) функционально-иерархическая система — разделение ор­ганизации на составные группы, при наличии межрегиональных связей, распределение функций между членами (руководящее ядро, телохранители, держатели касс, связники, "контролеры" и т. д.);

5) информационная база — сбор различного рода сведений, разведка и контрразведка.

Изучение организованного преступного сообщества показало, что в последние годы наметилась тенденция к интеграции преступ­ного бизнеса. Лидеры сообществ в целях организации противостоя­ния конкурентам, расширения сфер и территорий влияния объединяют легальный и нелегальный капитал, либо выдвигая общего лидера из своей среды, либо постепенно подчиняясь влиянию одно­го из лидеров наиболее авторитетного сообщества (типа Малышевского в Санкт-Петербурге).

Малышевское сообщество в Санкт-Петербурге — наиболее крупное в преступной среде в городе на Неве. Оно образовалось в конце 80-х годов в результате объединения таких группировок го­рода, как "тамбовская", "красносельская", "колесниковская", "воркутинская" и ряда других, сосредоточив в своих рядах около 2060 боевиков и других активных членов группировок.

Формирование подобных мощных преступных сообществ (объ­единений), ведущих согласованную уголовную и экономическую политику, отмечается также в Москве, Казани, Екатеринбурге и в ряде других крупных городов России.

"Участники организованных преступных сообществ, их выс­шие эшелоны утверждают сегодня новый тип "деятельности", от­личающийся безнаказанностью, антисоциальной надобщественной психологией и профессионализмом. Образуется бюрократия пре­ступного сообщества"[14].

В основе объединения групп в сообщество в большинстве слу­чаев лежит общность преступных интересов, а также этнические признаки (например, чеченская, азербайджанская группировки) или принцип "землячества" (люберецкая, тамбовская группировки).

Руководящее звено каждого сообщества состоит из лидеров, их телохранителей и наиболее приближенных к лидерам лиц, вы­полняющих функции советников по правовым, криминальным, эко­номическим и др. вопросам. В их непосредственном подчинении имеются боевики ("солдаты", "быки"), которые используются для охраны руководящего звена, поддержания внутренней дисципли­ны, силового давления, надзора за деятельностью принадлежащих сообществу структур и предприятий, а также для "разборок" с кон­курентами.

Руководство сообщества осуществляет общий контроль за дис­циплиной, распределением доходов и сфер влияния внутри струк­туры, решает спорные вопросы между входящими в него преступ­ными группами, организует "выбивание" долгов, кредитов от руко­водителей коммерческих структур, предприятий, осуществляет свя­зи с другими сообществами, регионами, а нередко и за границей, организует контрразведку, а также расправу с конкурентами.

Изучение организованных преступных сообществ позволяет сделать вывод о том, что в условном едином организованно-крими­нальном пространстве действуют по крайней мере пять видов уча­стников преступных формирований (организаций)[15]:

"лжепредприниматели",которые появились в 1988 году со вре­мени развития кооператорства. Они специализируются на финан­совых аферах (получение незаконных кредитов и их присвоение путем лжебанкротства, подкупа сотрудников банковской системы; трансфертные операции по конвертации рубля; использование фаль­шивых авизо, чеков "Россия" и других банковских документов; "пе­рекачка" государственных средств на счета коммерческих струк­тур с последующим их присвоением; незаконная приватизация го­сударственного и общественного имущества с дальнейшей спеку­ляцией недвижимостью; перепродажа стратегического сырья, по­лученного по лицензиям и квотам от коррумпированных чиновни­ков);

"гангстеры",основная направленность деятельности которых — рэкет (квалифицированное вымогательство) и сопряженные с ним бандитизм, разбой, грабежи, кражи. Главный объект рэкета — "лже­предприниматели", которые в начальный период обычно подверга­ются силовому давлению, а затем вынуждены заключать с "ганг­стерами" соглашения с целью охраны и слияния преступно добы­тых капиталов. Кроме того, "гангстеры" контролируют традицион­ные "классические" сферы противоправной деятельности: нарко­бизнес, игорный бизнес, проституцию;

"расхитители"("госворы") — организованные группы преступ­ников, сформировавшиеся еще в "застойный" период, прежде все­го в сфере госторговли, а в годы реформ сосредоточившие свою противоправную деятельность в сферах приватизации госимуще­ства, продажи сырья, цветных и редкоземельных металлов, леса, "перекачки" рублевых и валютных средств на счета коммерческих структур "лжепредпринимателей".

Ввиду этой противоправной деятельности и обладания значи­тельным преступно добытым капиталом "расхитители" также ста­ли объектом силового давления "гангстеров";

"коррупционеры"— группы госчиновников, в органах власти, управления, предатели в правоохранительных органах, которые в результате подкупа предоставляют "лжепредпринимателям" и "гос­ворам" незаконные льготы, участвуют с ними в распределении сверх­прибылей, обеспечивают их "прикрытие" в случае угрозы уголов­ного преследования;

"координаторы"— элита преступного мира, как правило, "воры в законе" либо "авторитеты", поддерживающие стабильность сис­темы организованной преступности путем взаимодействия с каж­дым из названных выше участников:

— "лжепредпринимателям" они обеспечивают защиту от "ган­гстеров";

— "гангстерам" помогают осуществить раздел сфер влияния, подыскивают новые объекты для преступлений;

— "госворам" обеспечивают механизмы хищений, контрабанд­ных сделок, "защиту" от "гангстеров";

— всем "лжепредпринимателям", "гангстерам", "госворам" — обеспечивают "прикрытие" со стороны "коррупционеров";

— "коррупционерам" поставляют новых "клиентов" для "при­крытия", "сдают" ослушавшихся "гангстеров" и "лжепредприни­мателей" для создания видимости борьбы с организованной пре­ступностью ("мафией").

Криминологи считают, что там, где отмечается активная дея­тельность "координаторов", можно говорить о наличии мафии,или преступного синдиката.

Мафиюможно определить как тайную преступную организа­цию, включенную в систему организованной преступности, имею­щую коррумпированные связи и ролевой статус в преступной сре­де или теневой экономике"[16].

Классическая мафия (сицилийская) представляет собой свое­образную модель "семьи", обязанностью каждого члена которой является ее почитание; именно с нее он обязан брать пример. В состав семьи входят ее члены — мафиози. Они как "братья" равны между собой и должны беспрекословно подчиняться "отцу" — капо. Последний следит за тем, чтобы соблюдались "пять заповедей крови":

1) Каждый мафиози должен помогать своему брату и выру­чать его из беды, даже ценой собственной жизни.

2) Каждый мафиози должен вступаться за своего брата, ос­корбленного, униженного или поруганного "чужаком". Любое ос­корбление или обиду он должен воспринимать как оскорбление мафии и обязан как можно скорее отомстить.

3) Каждый мафиози не смеет прекословить и обязан незамед­лительно исполнять любой приказ капо. К любому поручению он должен относиться как к проявлению особого доверия, своего рода привилегии или отличию.

4) Мафиози никогда не должен обращаться в полицию или органы правосудия, даже если возникает ссора или во избежание личных неприятностей.

5) Каждый мафиози должен вопреки очевидности отрицать существование мафии, никому не говорить о своих действиях и обязанностях внутри мафии, не признавать принадлежности к ма­фии кого-либо из своих братьев.

Как тайная организациямафия основывается на конспира­ции, жесточайшей дисциплине, определенной иерархии, законах "омерты" (обет молчания) и "вендетты" (кровная месть). Как пре­ступная организацияона может быть универсальной (заниматься всем — от вымогательства, перевозки наркотиков до крупных хищений, террористических актов и диверсий) и профессиональной (заниматься, например, только наркобизнесом или только похище­нием и перепродажей автомобилей). Как организация, имеющая кор­румпированные связи, мафия стремится, во-первых, уменьшить риск уголовного разоблачения; во-вторых, подкупая представителей вла­сти, спецслужб и банков, заставить их не просто оказывать те или иные услуги, а служить себе, способствовать увеличению своих прибылей.

Во второй половине XX века мафия выходит за рамки одной страны и становится транснациональным явлением. Неуязвимость ее вытекает из ряда ее особенностей, которые считаются сущест­венными свойствами этого феномена.

1. Сложная структурированность преступной организации. Она позволяет:





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-03-17; Просмотров: 1006; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.041 с.) Главная | Обратная связь