Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Виражи политики вокруг Каспия и ее последствия передела морской акватории и сфер влияния в Каспийском регионе




 

Пожалуй, ничто так наглядно не демонстрирует последствия развала СССР, «приватизационного» подхода к его наследию, как нескончаемые споры между бывшими союзными республиками вокруг Каспия. Вопросы пользования Каспия, его ресурсами и морскими пространствами изначально стали острой проблемой во взаимоотношениях новообразованных государств. Проблема эта многогранна, многолика и многослойна. Она включает такие непростые и взаимосвязанные вопросы, как международный статус моря-озера, водные границы прилегающих государств, судоходство и использование недр водоема, рыболовство, военную и иные виды деятельности в пределах его акватории и на прилегающих территориях, наконец, изучение и сохранение уникального Каспийского бассейна, сбережение его естественных богатств, флоры и фауны.

Прежде Каспий омывал берега двух государств — СССР и Ирана. Теперь Каспий — объект притязаний и источник надежд на благосостояние уже пяти государств — России, Азербайджана, Туркмении, Казахстана и Ирана. Стало быть, и достижение каких-либо согласованных решений по любой из существующих вокруг Каспия проблем многократно усложняется, наталкиваясь нередко на взаимоисключающие интересы и позиции по одному и тому же вопросу. Это не значит, что сближения не происходит. Но происходит крайне медленно, в ущерб удовлетворению экономических интересов самих же прикаспийских стран. Обстановка вокруг Каспия еще больше осложняется тем, что заботы о его судьбе и экономические интересы прикаспийских государств тесно переплетаются с интересами политическими, порой имеющими мало общего с проблемами Каспийского моря. В этой конкурентной борьбе участвуют не только «пятерка» прикаспийских государств, но и удаленные от этого региона страны и межгосударственные объединения, которых в меньшей степени волнуют экономическое и социальное развитие прикаспийских государств. К ним относятся, прежде всего, Соединенные Штаты, проявляющие чрезвычайную заинтересованность в каспийских делах, экономические структуры которых энергично вторгаются в страны региона, ведущие страны Западной Европы и Япония, страны Персидского залива, на востоке — Индия, Пакистан, Китай.

Внушителен и перечень межгосударственных объединений и союзов, в той или иной мере принимающих достаточно близкое участие в каспийских проблемах. Это — ООН, Евросоюз, вездесущий Североатлантический альянс, ОБСЕ, Организация экономического сотрудничества (ОЭС),1 Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК), ГУУАМ, Шанхайская организация сотрудничества (ШОС)2 и, конечно, СНГ и межгосударственные объединения, в которые входят государства — члены Содружества, — ДКБ, Евразийское экономическое сообщество, Центральноазиатское экономическое сообщество (ЦАЭС)3.

 

 

## 1 ОЭС — правопреемница существовавшей в 1964—1979 г. Организации регионального сотрудничества стран Азии. После революции в Иране эта организация распалась и была возрождена в 1985 г., когда Иран, Пакистан и Турция объединились в ОЭС. В ноябре 1992 г. к ОЭС присоединились Афганистан и шесть стран бывшего СССР — Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения и Узбекистан. Генеральный секретарь ОЭС — Абдулрахим Гавахи (Иран) избран осенью 2000 г. Главный орган ОЭС — Совет министров государств-участников ОЭС.

 

## 2 «Шанхайская организация сотрудничества» (ШОС) сформировалась в июне 2001 г. на базе «Шанхайского форума», или «Шанхайской пятерки» (образована в 1996 г.; с 2000 г., после присоединения к ней Узбекистана, — »Шанхайская шестерка»). В ШОС входят Китай, РФ, Казахстан, Киргизия, Узбекистан и Таджикистан.

 

##330 апреля 1994 г. Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан подписали Договор о создании Единого экономического пространства. Впоследствии эта организация стала Центрально-Азиатским экономическим сообществом (ЦАЭС ) и пополнилась новым членом — Республикой Таджикистан.

 

Нельзя не отметить и неформальное сотрудничество государств, связанных с Каспийским регионом. В частности, эксперт Фаррух Демирмен (еще недавно работавший консультантом в известной нефтяной корпорации Royal/Dutch Shell, активно осваивающей Каспий) не без основания считает, что существует ось Турция — Азербайджан — Израиль — Грузия, хотя она и не оформлена официально1. Ключевую роль здесь играет Турция, имеющая двусторонние договоры со всеми тремя странами. Израиль также заинтересован в нефти и газе Каспия.



 

 

## 1 Зеркало. 2001. 31 авг.

 

События осени 2001 года, толчком для которых послужили не имеющие аналогов в мировой истории террористические акты в Нью-Йорке и Вашингтоне, еще в большей степени повысили геополитическую, военную (прежде всего в плане антитеррористической деятельности) и иную значимость этого и прилегающих к нему регионов Центральной Азии и Кавказа, даже отодвинув на второй план такие их особенности, как запасы минеральных ресурсов, транзитный потенциал и иные геоэкономические факторы.

Основные причины, вызвавшие обостренный интерес к этому региону, на наш взгляд состоят в следующем:

1) Курс новых независимых государств на укрепление независимости и интеграцию в мировое сообщество и освобождение от российского влияния, взятый новыми независимыми прикаспийскими государствами. Брошенные по существу на произвол судьбы после подписания в конце 1991 г. Россией, Украиной и Белоруссией т. н. Беловежского соглашения и оказавшиеся в исключительно сложном экономическом положении, в условиях чрезвычайно обострившейся социальной напряженности и острых межэтнических конфликтов, они были вынуждены искать помощи и поддержки на Западе, а также у богатых стран мусульманского мира, которые к тому же были заинтересованы в укреплении своего влияния в этом богатом природными ресурсами регионе.

Свою роль в прозападной ориентации прикаспийских стран сыграли и их национальные партийно-политические элиты, увидевшие в этой ситуации шанс выйти из-под жесткой опеки Москвы и стать во главе новых независимых государств. Не случайно президентами почти всех этих государств стали бывшие первые секретари центральных комитетов их компартий, сразу же показавшие себя ярыми поборниками национального и религиозного возрождения.

Запад, Восток, и Юга сразу проявили интерес к этим странам и к региону в целом как к важному связующему звену, «перекрестку» мировых энергетических и товарных коммуникаций ЕвропаАзия и СеверЮг. А новые страны региона не без оснований стали рассматривать нефть и газ Прикаспия как эффективное орудие создания долгосрочных гарантий их независимости и будущего процветания. Подобное убеждение активно подписывается Западом.

2) Политическое, экономическое и военное ослабление России, ее фактический исход из региона. Реально привело не только к окончательному освобождению от единых для всех республик бывшего СССР идеологических догм и не оправдавшей себя политической системы, но и, самое главное, к разрыву экономических связей, разрушению единого народно-хозяйственного комплекса, подрыву целостной общесоюзной социальной сферы, общего оборонного пространства и ликвидации военного присутствия России в регионе. Во всех этих сферах — политической, экономической, военной и др. — образовался своего рода вакуум. За наполнение этого вакуума и усиление своего влияния в регионе началась конкурентная борьба между заинтересованными государствами.

Свою негативную роль в этом сыграло и руководство России во главе с президентом Б. Ельциным, которое не только не сумело организовать сотрудничество образовавшихся на пространстве бывшего СССР независимых стран, но, по сути, никогда этим всерьез и по-настоящему не занималось, полностью удовлетворившись скроенным на скорую руку и малоэффективным Содружеством независимых государств, которое, скорее, послужило лишь успокоительным средством для разделенной росчерком пера еще недавно единой страны.

3) Экономическая привлекательность региона и, прежде всего, его энергетическая ценность как источника энергоресурсов мирового уровня. Речь, прежде всего, идет об обнаруженных в этом регионе запасах нефти и газа. По самым последним российским данным, суммарные ресурсы всей акватории Каспийского моря составляют около 16 млрд. т нефтяного эквивалента (н. э.) — эти оценки сделаны ОАО «ЛУКОЙЛ», или 20 млрд. т н. э. — по оценкам аналитиков Минэнерго и Минприродресурсов (И. Глумов, Я. Маловицкий, Б. Сенин). Годовой уровень добычи на шельфе Каспия может составить не менее 200 млн. т нефти и 100—150 млрд. куб. метров газа1. Но помимо углеводородного сырья Каспийский регион богат запасами цветных, редких и драгоценных металлов. В частности, в Казахстане находятся месторождения урана, серебра, хромовой руды, а также залежи фосфоритов мирового уровня (по запасам этих минеральных ресурсов республика занимает 2-е место в мире). Здесь же имеются значительные месторождения меди, свинца, никеля, вольфрама, бывшие в свое время важнейшим (а по ряду элементов единственным) источником для промышленной базы СССР. Запасы калийных солей мирового уровня, а также многих других полезных ископаемых имеет Туркменистан.

 

 

## 1 Нефтегазовая вертикаль. 2001. № 8.

 

Между тем в наиболее развитых странах Западной Европы минерально-сырьевая база в значительной мере истощена. Лишены ее Япония, быстро развивающиеся страны Юго-Восточной Азии. Крайне неравномерное размещение месторождений полезных ископаемых по странам, резко различающимся по уровню потребления сырья и энергии, научно-техническому и социально-экономическому развитию, уже сейчас оказывает, а в будущем еще в большей степени будет оказывать влияние на мировую политическую и экономическую обстановку. Именно с этим связано стремление иностранных компаний (в частности, американских), четко проявившееся сразу же после распада СССР, утвердить свое влияние в области минерально-сырьевой политики в Каспийском регионе, во всех бывших союзных республиках. И эта экономическая экспансия национальных и транснациональных компаний активно поддерживается политическим руководством западных стран.

Показателен и такой пример. Если в 1996 году в каспийских нефтегазовых проектах участвовала примерно половина из 23 нефтяных компаний, входящих в список 500 крупнейших компаний мира (а некоторые из них входили в первую десятку), то в 2001 году уже все эти значимые компании принимали участие в каспийских проектах1. Наиболее крупные из них: Роял датч/Шелл (Нидерланды—Великобритания), Бритиш Петролеум (Великобритания), Эксон, Мобил, Шеврон, Амоко, Тексако, Атлант Ричфилд (все — США), ЭНИ (Италия), Эльф Акитен (Франция).

 

 

## 1 Тогрул Джуварлы. Азербайджанская нефть: поиски равнодействующей // Азербайджан и Россия: общества и государства: Сборник публикаций Музея и общественного центра имени Андрея Сахарова. Вып. 4. 2001. С. 412.

 

Значительную роль в экономической привлекательности Каспийского региона играют и биоресурсы. В Каспийском море находится до 90% мировых запасов осетровых рыб, а возможные доходы от их реализации, по оценкам экспертов, могли бы быть сопоставимы с «нефтяными» доходами.

4) Открыто объявленный США после распада СССР курс на мировое лидерство.

З. Бжезинский в своей книге «Великая шахматная доска» утверждает, что в истории человечества «никогда ни одна держава не господствовала над планетой так, как сейчас США. В их руках экономическая, военная, технологическая и культурная власть над миром». А для сохранения и укрепления своего господства Соединенным Штатам надо уделять особое внимание ряду ключевых районов мира. Среди них З. Бжезинский называет Центральную Азию и Кавказ (то есть Каспийский регион с прилегающими к нему областями). По его мнению, ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Иран или Турция, а тем более Россия занимали здесь лидирующее положение.

В полном соответствии со стратегией американского лидерства Каспийский регион был объявлен зоной жизненно важных интересов США и взят под их патронаж. Особое внимание уделяется ключевым странам региона, играющим основную роль в нефтедобыче и транспортировке сырья и занимающим важное геополитическое положение в Прикаспии и Южном Кавказе, — Грузии и Азербайджану, которые объявлены стратегическими партнерами США в регионе, а также Казахстану, интерес к которому особенно вырос после открытия в республике и на прилегающем шельфе Каспийского моря новых значительных запасов углеводородного сырья.

Бывший специальный советник государственного секретаря США по новым независимым государствам С. Сестанович (работающий ныне в Совете по международным отношениям) откровенно признавал: «Наша кавказская политика характеризуется следующим образом. Мы будем настойчиво добиваться в этом регионе нормализации политико-экономической жизни, обеспечения выхода стран региона на мировой рынок, а также защиты демократических принципов... Стратегия, связанная с энергоресурсами Каспийского региона, позволяет правительству США более серьезно и заинтересованно относиться к своей кавказской политике».

Повышенный интерес США к Каспийскому региону объясняется не только необходимостью защиты интересов американских нефтяных и других компаний, участвующих в разработке углеводородных ресурсов Каспия и их транспортировке. Более веским основанием является установление контроля над природными ресурсами региона, его коммуникациями, имеющими глобальное значение. Кроме того, США, укрепившись здесь в политическом, экономическом и военном отношении, смогут оказывать сильное воздействие на страны этого геополитически важного региона и даже диктовать свои условия «неудобным», стремящимся проводить независимую политику государствам — Ирану, Ираку и в первую очередь — России. Вашингтон не без основания рассматривает Каспийский регион и Кавказ как одну из основных «опорных точек», с помощью которых Россия может вновь возродиться как великая держава. А это противоречит долгосрочным интересам США, и Вашингтон принимает все меры, чтобы ослабить влияние и подорвать экономические позиции России в регионе, направить Баку и другие прикаспийские столицы на проамериканский и прозападный внешнеполитический курс и в конечном счете оторвать страны региона от России «всерьез и надолго».

Показателен в этом отношении проведенный в Вашингтоне в 1995 году симпозиум о целесообразном курсе США по отношению к странам Каспийского региона с участием видных американских политологов. Так, один из ведущих американских политологов Д. Файн заявил, что «нельзя исключать ситуации, в которой США будут вынуждены распространить на Каспийское море те же самые гарантии безопасности, что и в Персидском заливе». Н. Любин призвала сделать Прикаспийский регион приоритетным во внешней политике США и «не смотреть на него российскими глазами».

Было бы наивным думать (особенно если учесть сырьевую перспективность района, его важное геостратегическое положение и общую направленность политики Вашингтона и других западных столиц в отношении Каспийского региона), что подобные идеи обсуждаются только среди американских ученых. Так, посол США в Азербайджане Р. Уилсон, выступая в конце июня 2000 г. на слушаниях в американском сенате, среди основных факторов значимости Азербайджана для США назвал азербайджанскую нефть, но при этом признал, что интересы Вашингтона имеют в большей степени политическую, чем экономическую мотивацию. Другим важным фактором он назвал геополитическое положение Азербайджана как транзитного государства для стран, «ищущих опасные вооружения и технологии».

Очевидно, не стоит обманываться и тем, что Вашингтон постоянно на официальном уровне подчеркивает, что при решении любых вопросов по Каспию и Каспийскому региону необходимо учитывать мнение и интересы России. Просто Вашингтон, как и другие столицы Запада, продолжает придерживаться вполне оправдавшей себя тактики «одобрительного похлопывания по плечу» высших руководителей России, постоянных заверений в понимании российских интересов и «особой роли» России на пространстве бывшего СССР. Это не мешает ему в любой внешнеполитической ситуации (будь то боснийский или косовский кризисы, расширение НАТО в восточном направлении, антитеррористическая операция в Афганистане или правовой статус Каспия) избирать и твердо отстаивать наиболее выгодный для себя и своих союзников путь.

Нет оснований думать, что и новая администрация США, пришедшая на смену восьмилетнему правлению администрации Клинтона, откажется от планов утвердить политическую и экономическую гегемонию США в Прикаспии. С победой на выборах президента США осенью 2000 года Дж. Буша-младшего и приходом к власти в США республиканской администрации возрос интерес Вашингтона к процессам, происходящим в Каспийском регионе. Причем не только в экономической сфере, но и в политической, военной, информационной и других. Уже первые шаги администрации Дж. Буша-младшего, выступления ее представителей показали, что США не только не намерены отказываться от роли ведущей державы в Прикаспии, но и собираются усилить здесь свое влияние. России предлагается в этом раскладе роль в лучшем случае второстепенного сотрудника, ничем не выделяющегося среди других государств региона. Но при этом делается совершенно ясный намек, что в случае проявления Россией «строптивости» вполне можно обойтись и без ее участия.

Сразу же после вступления президента Дж. Буша в должность новая американская администрация не замедлила подтвердить общую преемственность политики США в Каспийском регионе. Специальный советник президента Дж. Буша и госсекретаря США Колина Пауэлла по каспийской энергетической политике Элизабет Джонс (бывший посол США в Казахстане, назначенная в ноябре 2000 года на пост советника Биллом Клинтоном, сохранила его при новом президенте1, подчеркнула, в частности, что цели каспийской политики США остаются неизменными и при республиканцах: содействовать укреплению суверенитета и независимости прикаспийских государств, способствовать их экономическому развитию, участвовать в создании многовариантной системы трубопроводов для доставки каспийских нефти и газа на мировые рынки, способствовать обеспечению безопасности судоходства в Черноморских проливах (имеется в виду прежде всего Босфор). И, конечно же, один из главных приоритетов этой политики — всяческая поддержка экономической экспансии и деятельности американских компаний в районе Каспия.

 

 

## 1 31 марта 2001 г. президент США Дж. Буш назначил Э. Джонс помощником госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии. Ее место занял старший советник госсекретаря США по вопросам Каспия посол Стивен Манн.

 

Тем более, что все последние годы условия для реализации таких планов США в Каспийском регионе были исключительно благоприятными. По признанию некоторых американских политических деятелей и аналитиков, Соединенным Штатам представился редкий стратегический шанс — без войны, без серьезных политических усилий, без обременительных финансовых затрат и даже без особого противодействия со стороны кремлевского руководства вытеснить Россию из этого важнейшего геополитического региона, взять под свой контроль его богатые природные ресурсы и коммуникации трансконтинентального масштаба.

Не последнюю роль играет и то, что многие высокопоставленные чины администрации Дж. Буша-младшего — известные деятели в среде воротил нефтяного бизнеса. Вице-президент Чейни в течение нескольких лет возглавлял нефтяную компанию Haliburton, которая действовала на территории Азербайджана и ныне является одним из возможных подрядчиков строительства нефтепровода Баку — Джейхан. Советник президента по национальной безопасности Кондолиза Райс с 1991 г. по январь 2001 года являлась членом совета директоров компании Chevron, один из танкеров этой компании носит ее имя. Адвокатская контора Джеймса Бейкера, семейного советника Бушей, представляет интересы нескольких американских фирм, действующих в Азербайджане. Брент Скоукрофт, в прошлом советник по национальной безопасности в администрации Буша-старшего — член совета директоров нефтяной компании Pennzoil-Quaker. Заместитель госсекретаря Ричард Эрмитэйдж был сопредседателем американо-азербайджанской торговой палаты. «Нам не следует стесняться заниматься этим регионом. Мы должны уделять Закавказью по крайней мере столько же внимания, сколько Ближнему Востоку», — утверждал вице-президент американской торговой палаты Уильярд Уоркмен1.

 

 

## 1 Известия. 2001. 11 апр.

 

Разумеется, представители США не отрицают в открытую наличия интересов России в этом регионе и даже выражают готовность считаться с ними. Так, по мнению Строута Тэлботта, бывшего заместителя госсекретаря США в администрации Клинтона (которое он высказал, в частности, в интервью бакинскому информационному агентству «Туран» в начале июня 2001 года), США и Россия могли бы сотрудничать в Каспийском регионе. «Hовое мышление подталкивает США и Россию, заинтересованных в стабильности и процветании Южного Кавказа и Центральной Азии, работать вместе. В число других таких стран входят Турция и Китай и, определенно, Иран, если внешняя политика этой страны будет более конструктивна», — считает Тэлботт. В сущности, интересы России в этом районе подтвердил и посол США в Азербайджане Росс Уилсон в интервью корреспонденту «Независимой газеты» А. Гаджизаде1.

 

 

## 1 Южный Кавказ — зона интересов США // Независимая газета. 2001. 26 июня.

 

 

Можно с достаточной уверенностью утверждать, что в каспийской политике США главенствующую роль играют политические имперские интересы, а экономика часто выступает как инструмент для достижения политических целей. Это особенно наглядно проявилось при выборе маршрута Основного экспортного трубопровода (ОЭТ). Из всех возможных вариантов под давлением США был выбран, пожалуй, самый неэффективный и в экономическом, и в техническом отношении — из Баку в турецкий порт Джейхан на побережье Средиземного моря.

Проведение Соединенными Штатами и их союзниками антитеррористической операции, в Афганистане с октября 2001 года, еще более укрепило интерес США к этому региону — уже как к одному из выгодных во многих отношениях опорных пунктов борьбы с международными террористическими организациями, в том числе учитывая неплохо развитую еще в советские времена аэродромную сеть и военную оперативную инфраструктуру.

5) Усиливая активность региональных государств, их соперничество за лидерство в странах Каспийского региона — бывших советских республиках Кавказа и Средней Азии, направлены на завоевание лидирующих позиций, получив при этом значительные политические и экономические дивиденды.

К таким странам относятся прежде всего Турция, Иран, Пакистан. Именно эти три страны явились инициаторами создания в 1992 году Организации экономического сотрудничества (ОЭС), в которую сегодня входят десять стран, в том числе Азербайджан и все центральноазиатские республики бывшего СССР. ОЭС, довольно аморфная и неинституциализированная структура, в последнее время все заметнее трансформируется, причем ядром этой организации становится «треугольник» — между Турцией, Ираном и Пакистаном. Отношения между ними не простые. С одной стороны, не снижается рост напряженности между Турцией и Ираном. Турция, в частности, не намерена отказываться от обвинений в адрес Ирана, которому инкриминируется организация антитурецких террористических актов. Во многом напряженность в их отношениях поддерживается и направляется политикой США и НАТО. И все же Турция, несмотря на внешнее давление и корпоративные обязанности члена НАТО, отнюдь не намерена окончательно портить отношения с Ираном. Правда, президент Ахмет Сезер под давлением радикальных кругов под благовидным предлогом уклонился от саммита ОЭС в Тегеране, прошедшего 10 июня 2001 года (Турцию на этой встрече представлял госминистр Мехмет Кечечилер), но все же Турцией были поддержаны все основные решения этого саммита.

Важное значение имеют и отношения между Турцией и Пакистаном. Ведущую роль в их поддержании и развитии играют Соединенные Штаты, для которых выгодна ось Анкара — Исламабад для усиления своего влияния в этом регионе.

Пакистан, со своей стороны, стремится установить более тесные отношения с Ираном. Так, глава внешнеполитического ведомства Пакистана Абдул Саттар призвал даже к установлению тесной ассоциации между этими двумя странами, что, по его мнению, приведет к усилению их роли и влияния во всем регионе, а также будет содействовать трансформации ОЭС в реальный геополитический и геоэкономический фактор. «Иран является колыбелью нашей цивилизации, и у Пакистана имеются фундаментальные интересы развития сотрудничества с ним», — заявил он. Он также выступил против любых форм противостояния внутри треугольника Пакистан — Иран — Турция1.

 

 

## 1 Иран — новая орегиональная держава? // Независимая газета. 2000. 9 июня.

 

Конечно, вряд ли можно говорить о скором установлении равнопрочных связей, тесного сотрудничества и полного взаимопонимания внутри этого треугольника — слишком много сложностей в их отношениях, слишком велики амбиции и стремление к единоличному лидерству на пространстве ОЭС, слишком высока конкуренция, да и выгода «победителю» в этом соревновании приоритетов светит немалая, имея в виду Прикаспий и всю Центральную Азию с их запасами полезных ископаемых и геополитически выгодным расположением. Тем не менее, можно утверждать, что каспийская проблематика занимает весьма важное место в ОЭС, а влияние этой организации в Каспийском регионе возрастает, что приходится учитывать и другим игрокам.

Турция, провозгласившая лозунг создания «тюркского мира от Балкан до Китая», основные усилия по его реализации сосредоточила именно на странах Каспийского региона — бывших республиках СССР. Турция за последние годы стала здесь одним из влиятельных региональных лидеров. Однако в последнее время темпы роста ее влияния в регионе заметно затормозились. Главной цели — полностью заполнить геополитический вакуум, образовавшийся в регионе после распада СССР, Турция не сумела достичь. Отчасти не позволили ее ограниченные экономические возможности, что вызвало разочарование среди стран Центральной Азии и Южного Кавказа, ожидавших от турок существенной экономической и финансовой помощи.

Сильную конкуренцию со стороны других государств встречает и другой амбициозный стратегический проект Турции — стать главным «энергетическим мостом» между Европой и Азией, даже несмотря на значительную поддержку ее планов со стороны главного стратегического союзника — Соединенных Штатов.

В последнее время Турция, не сумев подавить конкурентов в экономической сфере, усилила деятельность в сфере обеспечения региональной безопасности, где она также намеревается занять лидирующее положение. Среди таких инициатив можно назвать «Пакт стабильности для Кавказского региона», тройственный военно-политический союз Турция — Азербайджан — Грузия. Турция также активно развивает двусторонние связи со странами бывшими республиками СССР Каспийского региона. К тому же нельзя забывать, что Турция — страна на южном фланге НАТО, которой отведено «кураторство» над странами этого региона в сфере безопасности. В первую очередь это Азербайджан и Грузия.

2001 год складывался для Турции неудачно. В результате политических разборок между президентом и правительством, особенно резко проявившихся во время диспута между ними 19 февраля 2001 г., в стране разгорелся банковский кризис, затронувший затем всю экономику. 13 апреля в Анкаре состоялась мощная антиправительственная демонстрация, вызванная антисоциальными мерами, предпринятыми правительством для выхода из финансового кризиса. Турецкая лира к середине апреля 2001 г. потеряла половину своей стоимости. Руководство турецких вооруженных сил объявило о том, что откладывает на неопределенное время реализацию 32 программ общей стоимостью 19,5 млрд. долл1. Финансовые, экономические, социальные трудности сильно ограничивают возможности Турции по реализации своих политических, экономических и идеологических планов в странах региона и, естественно, дают дополнительный шанс ее региональным конкурентам, прежде всего Ирану.

 

 

## 1 Время по Гринвичу. 2001. 17 апр.

 

Тем не менее, ряд турецких деятелей, в том числе высокопоставленных, продолжают свою линию, направленную на то, чтобы сплотить центральноазиатские республики и Азербайджан в так называемое «тюркское содружество» и тем самым окончательно вывести их из сферы влияния Москвы и включить в свою сферу влияния.

Иран — нефтяная страна и основу его дипломатии составляет нефтяная стратегия. Политические круги Ирана хорошо представляют экономическую значимость новых нефтяных линий, терминалов, в том числе магистрали Баку — Джейхан. Английский политический обозреватель Роберт Корзени отметил: «Пусть Баку не забывает, что Иран всегда с выгодой использовал свое геополитическое положение и будет использовать его впредь. Это его принципиальная позиция в регионе». Президент Ирана Хатами неоднократно подчеркивал в своих выступлениях: «Какими бы сложными общественно-политическими событиями ни характеризовался международный климат, Иран не отступит от своих принципов и действий, чтобы существенно повлиять на эти события. Наша самостоятельная и оперативная политика является одним из сильных направлений нашей дипломатии».

Следуя этой стратегической линии, Иран заметно активизировал свою политику как в Каспийском регионе, так и в нефтегазовой сфере в целом. Он, например, в последнее время активно инициирует создание некоего газового содружества по типу объединения стран-экспортеров нефти ОПЕК1, в который могли бы войти и страны Центральной Азии, что дало бы Ирану возможность усилить реальную защиту собственных интересов, повлиять на уровень мировых цен на газ и в целом укрепить свои позиции на мировом энергетическом рынке. В частности, с такой инициативой иранцы выступили на конференции Организации экономического сотрудничества.

 

 

## 1 Иран собирается создать газовый ОПЕК? // Независимая газета. 2000. 6 июня.

 

Эта активность дает основание некоторым аналитикам говорить о «многовекторном плане регионального наступления», который реализуется Тегераном и имеет целью защиту собственных геополитических и экономических интересов, прежде всего в Каспийском регионе. При этом главным, хотя и не единственным, своим конкурентом Иран рассматривает Турцию, которая стремится утвердиться в качестве основного регионального центра силы.

Что касается давнего неприятеля Тегерана — Соединенных Штатов, то после победы реформаторов на парламентских выборах в Иране наметились определенные сдвиги в смягчении взаимоотношений, в чем заинтересованы обе стороны.

В этом отношении показательно заявление МИД Ирана, в котором говорится, что Тегеран в принципе не возражает против участия внерегиональных сил (имеются в виду прежде всего США и Евросоюз) в различных проектах, реализуемых в Каспийском регионе1 (в первую очередь проектов, касающихся обеспечения мира и безопасности). Со своей стороны, американские эксперты, близкие к Госдепартаменту, утверждают, что администрация США готова поддержать региональные усилия Ирана, рассчитывая, что они будут способствовать решению как главной стратегической задачи США — не допустить усиления здесь влияния России, так и побочной — созданию противовеса усиливающемуся турецкому влиянию.

 

 

## 1 Иран — новая региональная держава? // Независимая газета. 2000. 09 июня.

 

Иран также предпринимает усилия и по восстановлению политических и деловых отношений и со странами Западной Европы. Одним из важных шагов в этом направлении явился визит президента Ирана М. Хатами в Германию в июле 2000 года.

Важной вехой в развитии отношений с Россией, в том числе в каспийской политике двух стран, явился визит президента ИРИ М. Хатами 12-15 марта 2001 г. в Россию. Этот визит носил многоплановый характер. Стороны договорились о расширении двустороннего сотрудничества в политической, научно-технической, культурной сферах. Особое беспокойство Соединенных Штатов и их союзников по НАТО вызвало решение президентов Российской Федерации и Ирана о расширении сотрудничества в военно-технической сфере, а также в атомной энергетике, хотя в Совместном российско-иранском коммюнике по итогам визита, а затем и в ряде интервью руководителей обоих государств особо подчеркивалось, что двустороннее сотрудничество в военно-технической сфере никоим образом не направлено против третьих стран, щно преследует лишь цели укрепления безопасности и стабильности в регионе. Между тем когда летом 2001 г., возникла напряженность между Тегераном и Баку из-за некоторых ряда нефтяных месторождений на шельфе южной части Каспия, западная пропаганда не преминула увязать этот спор с российско-иранским соглашением по военно-техническому сотрудничеству.

В ходе визита М. Хатами, особое внимание было уделено региональной проблематике, в частности перспективам двустороннего и многостороннего сотрудничества в Каспийском регионе и непосредственно на Каспии. И Россия, и Иран исходят из того, что в данном регионе все проблемы должны решаться только расположенными здесь государствами на основе консенсуса, без вмешательства извне, то есть было недвусмысленно заявлено, что ни Россия, ни Иран не хотели бы вмешательства в политику и споры прибрежных государств ни США, ни стран Евросоюза, ни каких бы то ни было еще посредников или арбитров.

Не была обойдена и наиболее злободневная для Ирана проблема отмены санкций. Как было подчеркнуто в Совместном коммюнике по итогам визита, «наиболее оптимальным вариантом разблокирования ситуации вокруг Ирана является пакетный подход, предусматривающий четкие перспективы приостановки, а затем и отмены санкций в увязке с развертыванием в этой стране международного разоруженческого мониторинга»1.

## 1 Совместное российско-иранское коммюнике // Дипломатический вестник. 2001. 24 апр.

Пакистан является, прежде всего, своего рода конкурентом Турции в сфере идеологического влияния на страны Каспийского региона. Однако этим его влияние не исчерпывается. Во-первых, Пакистан заинтересован в том, чтобы по крайней мере часть энергоресурсов Каспия транспортировалась через его территорию. Для достижения этой цели он активно поддерживает те маршруты нефте- и газопроводов, которые могли бы принести ему экономическую выгоду. Кроме того, Пакистан был причастен к зарождению движения талибов в Афганистане, поддерживал это движение и оказывал талибам различную помощь, включая военную. И в силу этого до последнего времени оказывал влияние на руководство талибов. И, несмотря на то, что одной из целей проведенной США осенью 2001 г. антитеррористической операции в Афганистане явился подрыв власти талибов и свержение этого режима, идущее ему на смену новое политическое руководство Афганистана также наверняка будет связано тесными узами с пакистанскими властями. В этом отношении Пакистан способен влиять на политическую и военную стабильность в регионе, примыкающем к Каспию, прежде всего, в Центральной Азии.

Более того, влияние Пакистана проявляется уже и на российской территории, в частности на Северном Кавказе. Не секрет, например, что с территории Пакистана оказывалась помощь чеченским сепаратистам. Речь, конечно, не идет об официальной позиции пакистанских властей.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:

  1. I. ОСНОВЫ ОБЩЕСТВЕННОГО СТРОЯ И ПОЛИТИКИ СССР.
  2. II. ПРИНЦИПЫ АНТИМОНОПОЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ
  3. IЭкономические последствия безработицы
  4. Активные компоненты подобраны таким образом, чтобы максимально тщательно воздействовать на проблемные зоны вокруг глаз и ликвидировать темные круги, припухлости и отечность.
  5. Активные компоненты: морской коллаген, экстракт черной икры.
  6. Актуальные проблемы кадровой политики юридической компании
  7. Анализ влияния налогового бремени на деятельность туристского предприятия. Пути повышения эффективности работы туристского предприятия в условиях действующей налоговой системы
  8. Анализ влияния структуры и структурных сдвигов
  9. Анализ обстановки с пожарами и последствия от них на территории РФ за 2014 год
  10. Анализ социальной политики ГКУ «Центр занятости населения города Лениногорск»
  11. Аномалии развития в связи с недостаточностью двигательной сферы.
  12. Антропогенные процессы в литосфере




Последнее изменение этой страницы: 2016-04-11; Просмотров: 753; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2022 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.041 с.) Главная | Обратная связь