Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Когда вы добираетесь до этой сферы, там нет места даже слову «будда».




Но это не делает будду иллюзорным, это только делает слово неприменимым. В таком опыте никакое слово не применимо. Все слова используются лишь для ориентировки. Когда человек становится пробужденным, он не может сказать ничего о своем опыте пробуждения. Это верно: там нет даже места для слова «будда».

Если даже слово «будда» не применимо, то где же тогда истинная таковость, природа будды, просветление или нирвана? А он вел речь об «этом деле» в начале сутр, где оно простиралось через все пространство. Вы не могли схватить его, потому что оно было слишком обширно, и вы не могли потерять его, потому что как вы потеряете его? Куда бы вы ни шли, вы найдете его. Вы в нем, вы есть оно.

Те утверждения были совершенно верными. Но теперь он говорит: Если даже слово «будда» не применимо, то где же тогда истинная таковость? Где же теперь великая идея истинной таковости, или природы будды, или просветления, или нирваны? Теперь все отрицается.

В этих небольших сутрах он проделал немалую работу! То, что он говорит в начале, и говорит очень ясно, он отрицает в конце. Это просто интеллектуальная гимнастика. Это верно, слово «будда» произвольно — не потому, что существование того, ради чего мы пользуемся словом «будда», иллюзорно, а потому, что переживание так велико, что даже слово «будда» не может вместить его.

Неверно, что опыт таковости иллюзорен; на самом деле это одна из величайших дисциплин осознания, создававшаяся в течение тысячелетий.

Если человек может высказывать, чувствовать и переживать природу таковости, татхаты, его не затронет страдание, его не затронет удовольствие, его не затронет неудача, его не затронет успех. Он просто скажет: «Таково положение дел. Так происходит в природе. Я — только свидетель. Вот успех проходит передо мной, подобно облаку. Скоро последует неудача, совсем как ночь следует за днем. Этот момент — удовольствие, скоро он принесет страдание, но я совершенно в стороне — они даже не касаются меня. Я за пределами их хватки».

Это один из величайших подходов к реальности, доступных пониманию человека: идея «таковости». А Да Хуэй называет это иллюзорным! — и тогда выходит, что и просветление иллюзорно, и природа будды иллюзорна, и нирвана иллюзорна. Нужно спросить Да Хуэя: как же ты можешь называть что-то иллюзорным, если в сущем нет хоть чего-нибудь реального; с чем же тогда сравнивать?

Вы можете назвать что-то иллюзорным только благодаря тому, что что-то другое реально. Но если нет ничего реального, тогда нет и ничего иллюзорного тоже. Они должны существовать вместе. Он не говорит о том, что реально; фактически, все великое и реальное он называет иллюзорным. Что же теперь реально? Если же он говорит, что не бывает ничего реального, тогда он не имеет права называть что-нибудь иллюзорным.

Так великий Фу сказал: «Опасаясь, что люди воспримут все как аннигиляцию, мы временно устанавливаем пустые наименования».

Он продолжает цитирование просветленных людей без контекста. То, что сказал великий мастер Фу, не означает того, что желает этим сказать Да Хуэй. Он вкладывает это в контекст: он называет все иллюзорным — просветление, буддовость, таковость, нирвану, — а потом цитирует мастера Фу: опасаясь, что люди воспримут все как аннигиляцию, если им сказать, что все иллюзорно...

Вот почему будды не говорили такого. Они для того и говорили о просветлении, таковости, природе будды и нирване, чтобы люди не восприняли это как тотальный негативизм, абсолютную пустоту, аннигиляцию.

Мы временно устанавливаем пустые наименования.

Все эти наименования пусты, но подразумевает Фу совершенно другое. Того, что Да Хуэй желает приписать ему, он не подразумевает.

Он говорит: «Мы даем временные, пустые названия — но эти пустые названия даются реалиям, а не иллюзиям. Они условные и пустые, потому что не могут вместить безбрежной реальности нирваны, просветления, таковости, природы будды. И лишь для того, чтобы дать небольшую подсказку, мы используем условные, пустые названия».



Но когда человек приходит к переживанию сам, он становится способным увидеть, что все названия были только временными.

Сказать им с самого начала, что все иллюзорно... Они уже и так в страдании, в глубоком мучении, а он говорит им, что нет возможности выбраться из этого, потому что все, что могло бы вывести их за пределы, — иллюзорно! Но самое странное то, что он не называет иллюзорным человеческое страдание: ведь их печаль иллюзорна, их эго иллюзорно, их интеллект иллюзорен, их ум иллюзорен — а он не упоминает об этом.

А если все поистине иллюзорно, тогда чего бояться? Если иллюзорные люди боятся, что в этом плохого? Люди не существуют — так пускай они боятся! Несуществующие люди опасаются аннигиляции; их же и так уже нет — какая еще аннигиляция может случиться с ними?

Нет, люди таки реальны, хотя их представление о самих себе не реально. Они должны найти свою подлинную реальность, и эта подлинная реальность так огромна, что нам приходится давать ей временные наименования — временные, потому что, когда вы достигли ее, вы видите, что эти наименования были просто утилитарными. Они не определяют и не ограничивают переживание. Вот что подразумевал мастер Фу, когда сказал: Мы временно устанавливаем пустые наименования.

Но если нет никого, если мастер Фу иллюзорен, а люди, о которых он заботится — и которые, возможно, опасаются аннигиляции, — не существуют, тогда в чем проблема? Все решено: не нужно никакой проповеди, не нужно никаких писаний, не нужно никакой медитации, не нужно выходить за пределы своего мучения, тревоги, страдания. Вас самих не существует; как же вы можете быть несчастными? Неужели вы слыхали, чтобы кто-то, кого не существует, очень сильно беспокоился, что кто-то другой, кого никогда не существовало, страдает от мигрени? Сама эта идея очень глупа.

Весь метод Да Хуэя состоит в том, чтобы собрать все великие утверждения от разных мастеров, скомпилировать их и создать обманчивое впечатление у людей, что он сам просветленный. Но до просветления здесь далеко.

Он живет в очень ложном состоянии. Он обманывает других, но это не так уж важно; он обманывает себя. И так обстоит дело не только с Да Хуэем; все то же самое можно сказать о девяноста девяти процентах так называемых религиозных писаний.

Я говорю обо всем этом вздоре, чтобы дать вам осознать: когда вам опять повстречается такого же рода вздор, где бы то ни было еще — остерегайтесь! Не попадитесь на него. Просветленных людей так почитали, что интеллектуалы испытывали огромную зависть и пытались всеми способами имитировать изречения просветленных людей. Есть тысячи трактатов, созданных интеллектуальными людьми, — и они достаточно талантливы. У них есть проницательность, логика, здравомыслие... они могут обмануть миллионы людей без малейшего усилия.

Да Хуэй обманул даже китайского императора, который удостоил его титулом: «Великий дзэнский мастер». Фактически само слово «Да Хуэй» означает «Великий дзэнский мастер». Если он смог обмануть императора, то что говорить об обычных людях?

Я рассказываю о Да Хуэе, просто чтобы дать вам осознать.

Не попадитесь. Будьте очень внимательны.

Когда вы читаете что-то или слушаете что-то, будьте бдительны и смотрите, исходят ли те слова из пространства реализации... или же это просто игры ума? И всякий раз, когда вы обнаружите любого рода игры ума, отбрасывайте их прочь.

Как раз недавно я рассматривал изображение одного дзэнского мастера, который прославился в Японии своими поступками. На этом изображении он разрывает писания и отшвыривает их; писания летают везде по воздуху, а он продолжает рвать их. И он прославился этой выходкой!

Вглядываясь в изображение, я все пытался выяснить, не написаны ли там сутры Да Хуэя...

— Хорошо, Маниша?

— Да, Мастер.

ПРИВЯЗАННОСТЬ

Возлюбленный Мастер,

Чтение по просьбе Вэй Чана

Не приходилось ли вам слышать, как умудренный человек говорит: «Даже если бы и было что-то, превосходящее нирвану, то я сказал бы, что оно тоже подобно сну, иллюзии».

Если посреди сноподобной иллюзии вам удается видеть ее как она есть, понимать ее как она есть, работать с ней как она есть и воздействовать на нее как она есть, тогда вы способны использовать метод «согласования с реальностью», чтобы покорить себя, и, возбуждая в себе огромное сострадание, применять всевозможные искусные приемы, посредством которых вы можете также покорять все разумные существа.

Поведение в ситуациях

Старый желтоликий (Будда) говорил: «Когда ум не хватается тщетно за прошедшее, не стремится ни к чему в будущем и не останавливается ни на чем в настоящем, тогда вы постигаете сполна, что все три времени пусты и недвижимы». Вы не должны думать о прошлых событиях — хороши они или плохи; если же вы думаете, это преграждает путь. Вы не должны рассматривать будущие события; рассматривать их — это несусветная путаница. Настоящие события прямо перед вами: приятны они или неприятны, не фиксируйте на них свой ум. Если вы фиксируете свой ум на них, это будет беспокоить ваше сердце. Принимайте все в свое время, отвечая по обстоятельствам, и вы окажетесь в естественном согласии с этим принципом.

Неприятными ситуациями управлять легко; приятными ситуациями управлять трудно. Для того, что происходит против желания, все сводится к одному слову: терпение. Успокойтесь и поразмышляйте минутку — и скоро это пройдет. А вот приятные ситуации, поистине, не оставляют вам пути к бегству: подобно магниту и железу, бессознательно, то и это собираются в одном месте.

Да Хуэй стоит перед чем-то очень фундаментальным, когда речь идет об интеллекте и разуме человека. Это чрезвычайно важно: иметь ясное представление о том, что интеллект не есть разум. Интеллект от ума: он зависит от памяти, он функционирует посредством заимствованных знаний. Все системы образования в мире построены на интеллектуальном развитии; поэтому все они зависят от памяти. Экзаменуют в наших школах, колледжах и университетах не разум — они лишь тестируют, насколько хороша у вас память. Но память — не показатель разума. Память механистична. Компьютер располагает лучшей памятью, чем гениальный человек, но у компьютера нет разума.

Ум человека есть не что иное, как биокомпьютер, развивавшийся в течение очень длительного периода времени. А разум — это когда память умолкает и интеллект не функционирует, когда весь ум успокаивается.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 344; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.007 с.) Главная | Обратная связь