Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Лишь одно остается с вами: это ваше свидетельствование, это ваше наблюдение. Такое наблюдение и есть медитация.




Ум цепок — он цепляется, он откладывает впрок, он владеет. Под знаменем памяти он собирает все прошлое. Под знаменем планирования будущего он цепляется за надежды, желания, амбиции — и страдает. Ум постоянно напряжен, постоянно мучается — он всегда в суматохе.

Будда говорит: Если вы можете просто оставаться тихим и свидетельствовать, любое страдание, любое волнение, любое напряжение исчезнет. И будут тишина и ясность, о которой вы даже не помышляли. Эта ясность принесет вам пробуждение; свидетельствование таково, что когда оно созревает, то, в конце концов, становится пробуждением.

Свидетельствование можно назвать зерном, а просветление можно назвать цветами. Но начинайте со свидетельствования, и тогда оно станет расти. Продолжайте питать его, продолжайте заботиться о нем, продолжайте поливать его, усиливать его всеми возможными способами — и однажды оно расцветет. Тот день будет величайшим днем вашей жизни.

Вы не должны думать о прошлых событиях — хороши они или плохи. Это комментарий Да Хуэя на изречение Будды — и вы можете видеть разницу. Вы не должны думать о прошлых событиях... Будда не говорит ничего относительно думания; он попросту говорит, не привязывайтесь! ...хороши они или плохи — Будда не говорит ничего о хорошем или плохом.

Если же вы думаете, это преграждает путь. Будда не рассказывает ни о какой преграде на пути. Его утверждение очень простое. Он говорит, что, если вы не цепляетесь за прошлое, настоящее и будущее, тогда все пусто и неподвижно. Тут нечего больше сказать. Добавлять, что бы то ни было еще — излишне.

Вы не должны рассматривать будущие события. Не думает ли Да Хуэй, что он обогащает утверждение Будды? Рассматривать их — это несусветная путаница. Он сам в несусветной путанице. Утверждение Будды было совершенным — безупречно совершенным. К нему нечего добавить.

Настоящие события прямо перед вами: приятны они или неприятны... Он попросту привносит свой собственный ум, вместе с хорошим и плохим, с приятным и неприятным. ...Не фиксируйте на них свой ум. Если вы фиксируете свой ум на них, это будет беспокоить ваше сердце. Теперь он действительно в несусветной путанице!

Свидетель — не ум и не сердце.

Ум — это та часть, которая думает, а сердце — это другая часть того же самого ума, она чувствует. Чувствование и Думание, мысли и эмоции... но свидетельствование изолировано от тех и других. Думаете ли вы — наблюдатель наблюдает... Мысль проходит — или вы раздражены — наблюдатель по-прежнему наблюдает. Эмоция проходит, совсем, как проходят тучи, и вы видите их.

Вы ни хороши, ни плохи.

Вы ни приятны, ни неприятны.

Вы ни мышление, ни эмоции.

Вы ни ум, ни сердце.

Но Да Хуэй говорит: Если вы фиксируете свой ум на них, это будет беспокоить ваше сердце. Принимайте все в свое время, отвечая по обстоятельствам, и вы окажетесь в естественном согласии с этим принципом. Каким принципом? О каком принципе он говорит? Будда не давал никакого принципа. Он просто-напросто объяснил простую вещь: если вы привязываетесь, вы страдаете; если вы не привязываетесь, вы обретаете спокойствие и тишину.

Будда не моралист и не пуританин. Он не интересуется, что хорошо и что плохо. Весь его интерес очень прост — вот он: вы не должны быть спящим. Духовно вы должны бодрствовать, и тогда все остальное устроится. Вам не нужно делать больше ничего.

Неприятными ситуациями управлять легко. Теперь этот ненормальный продолжает... Неприятными ситуациями управлять легко; приятными ситуациями управлять трудно. Для того, что происходит против желания, все сводится к одному слову: терпение. Успокойтесь и поразмышляйте минутку — и скоро это пройдет. А вот приятные ситуации, поистине, не оставляют вам пути к бегству: подобно магниту и железу, бессознательно, то и это собираются в одном месте.

Полезно размышлять над изречениями тех, кто прибыл домой, но ваши размышления должны хоть как-то обогатить их. Если же вы стягиваете то, что они говорили, на более низкий уровень, то вы совершаете преступление. Лучше не высказывать ничего, если вы не знаете. Но такова беда с интеллектуалами: они должны сказать хоть что-нибудь. Все, что говорит Да Хуэй, так обычно, так бессмысленно, что это никоим образом не поможет вам войти в пространство просветления. Наоборот, он привносит то, что, безусловно, будет сбивать вас с пути.



Следует очень четко понимать, что нравственность не есть религия, хотя религия и нравственна. Нравственному человеку не требуется быть религиозным, но религиозный человек неизбежно нравствен; он не может быть иным. Нравственный человек может даже не иметь никакого отношения к религии: он может быть атеистом, он может быть агностиком — и все же оставаться нравственным. Но у религиозного человека нет возможности быть безнравственным. Самого его сознания достаточно, чтобы дать ему верное направление. Он не полагается на указания великих религиозных основателей или религиозных писаний; его руководство — в его собственном осознании. А поскольку он живет согласно своему собственному свету, в его жизни есть радость. Его нравственность — не бремя. Его нравственность — не что-то навязанное ему. Его нравственность — это нечто вроде переполняющей радости, безграничного ликования. Он любит, потому что у него столько любви. Он не может ненавидеть, потому что ненависть исчезла из его существа.

Мне вспоминается одна великая женщина — Рабийя ал-Адабийя, женщина-суфий. Великий суфийский мистик, Хасан, гостил у Рабийи. Утром ему понадобился святой Коран. Он не захватил своего, полагая, что у Рабийи должен быть святой Коран и этого довольно.

Рабийя дала ему свой. Он раскрыл его и был шокирован, потому что Рабийя сделала много исправлений в святом Коране! Для любого фанатичного религиозного человека, любого фундаменталиста, не может быть ничего более святотатственного.

Мусульманин не представляет, как это можно исправлять Божье единственное послание, последнее послание. Бог ведь не собирается посылать еще одно улучшенное издание своего святого письма. Последнее, что он прислал, был святой Коран. Мусульмане говорят, что есть только один Бог, только один пророк — Мухаммед — и одно святое писание — Коран. А эта старая женщина, Рабийя, делает исправления — она убрала несколько строк полностью!

Хасан сказал: «Рабийя, кажется, кто-то испортил твою книгу».

Рабийя ответила: «Никто не портил мою книгу. Я просто исправила ее».

Хасан сказал: «Не понимаю. Я всегда считал тебя великой религиозной женщиной. Не могу представить себе, что ты способна сделать подобную вещь».

Она ответила: «Мне пришлось сделать это. Взгляни на то, что я вычеркнула!» Вычеркнутое предложение в Коране было таким: «Когда видишь дьявола, возненавидь его». И она вычеркнула это.

Рабийя сказала: «С тех пор как я испытала свою сокровенную сущность, у меня не осталось никакой ненависти. Даже если дьявол встанет передо мной, мне нечего предложить ему, кроме любви. Я должна исправить Коран. Это же моя книга; она должна соответствовать моему опыту! Мухаммед не обладает монополией. Я не потерплю в своей книге ничего такого, что противоречит моему опыту».

Человек просветленный так полон любви, так полон радости, что делится этим. Он делится безо всякого усилия — это не усилие, это не деятельность. Вот почему такие люди, как Лао-цзы, говорят: «бездеятельное действие» и «безусильное усилие».

Но люди, подобные Да Хуэю, не могут понять этого. Для них «безусильное усилие» и «бездеятельное действие» выглядят алогичными, абсурдными утверждениями. Как может быть бездеятельное действие? Как может быть усилие без всякого усилия? Но я знаю, что, коль скоро вы пробуждены, вы не делаете ничего — все начинает происходить. Это просто спонтанное излияние, совсем как розы появляются на розовых кустах, без всякого усилия.

Любовь и сострадание, добро и красота, милость и благодать просто продолжают и продолжают приходить, от избытка. Совсем как дождевая туча изливается без всякого усилия, пробужденный человек изливается тоже без всякого усилия. А красота не-усилия — и, тем не менее, потрясающих событий — так величественна! Это предельное великолепие в сущем.

Гаутама Будда сказал... Сорок два года беспрерывно он говорил, а в конце сказал: «Я не вымолвил ни единого слова». И он прав, потому что не делал никакого усилия, чтобы говорить. Это была просто изливающаяся дождевая туча, это был розовый куст, приносящий розы без усилия, без действия. Будда должен был говорить, ведь он был так переполнен. Вся та поэзия, вся музыка, все, что исходило от него, было просто спонтанным.

Моралист предпринимает усилия; он старается делать хорошее, он избегает делать плохое. Вся его жизнь — это беспрерывное: «Делай это», «Не делай того». Он всегда расщеплен, он всегда обеспокоен — а правильно ли то, что он делает... действительно ли правильно? Или — кто знает... а вдруг не правильно? Моралист действует в смятении. Он полагается на других, которые, возможно, и сами пребывают в смятении.

Последние слова Гаутамы Будды на этой земле были: «Будь светом себе самому. Не беспокойся о том, что говорят другие, не беспокойся относительно традиций, ортодоксов, религий, нравов. Просто будь светом себе самому».

Всего лишь маленького света достаточно — и вы можете пройти с таким маленьким светом десять тысяч миль без всякого затруднения. Ваш свет может падать только на четыре фута впереди вас — продолжайте движение. По мере вашего движения будет двигаться и свет впереди, и если вы способны видеть на четыре фута вперед, этого довольно.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:

  1. C. межотраслевой баланс производства, распределения и использования продукции в народном хозяйстве
  2. D.S: по 1 таблетке 1 раз в день, однократно.
  3. I MAKE ANOTHER VOYAGE (я предпринимаю еще одно путешествие)
  4. I. Какие первичные факторы контролируют нервную активность, то есть количество импульсов, передаваемых эфферентными волокнами?
  5. III Международного детско-юношеского пленэра
  6. III. Половая связь – лишь как конечное завершение глубокой всесторонней симпатии и привязанности к объекту половой любви.
  7. IX Международного научно-спортивно-творческого фестиваля
  8. IX Международном фестивале-конкурсе «СОЧИ. АРТ. МИР» («SOCHI.ART.WORLD»)
  9. N.B. Не повторять одно и тоже мероприятие дважды при его неэффективности. Все манипуляции проводятся под адекватным обезболиванием.
  10. Newsweek стремился учесть целый ряд факторов, в том числе историческое и культурное значение книги,
  11. V Международного фестиваля-конкурса
  12. А - это звук «а» в слове «папа». О - это звук вздоха «Ох». К - это звук в слове «кухня». У - это звук в слове «грусть». Мир меня, Ихалиакала




Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 318; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.01 с.) Главная | Обратная связь