Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Химия между семантикой и прагматикой




В философии и науке широко распространен стереотип, что подлинная наука изучает не то, что должно быть, а то, что есть. На этот счет классиком считается шотландский просветитель из XVIII столетия Дэвид Юм, который отказывался признать научные права за этикой, ибо она концентрирована на том, что должно быть. «Гильотина» Юма приводит к отрицанию научного характе-ра всех гуманитарных, равно как и технических наук.

Философское обоснование рассматриваемого воззрения неодно-кратно пытались дать представители аналитической философии, например, Людвиг Витгенщтейн, и неопозитивизма, в частности, Отто Нейрат. Подлинная наука должна иметь дело исключительно с твердо устанавливаемыми фактами, а они имеют место исключи-тельно в естествознании. Так считал ранний Витгенштейн. Нейрат же является «отцом» физикализма, согласно которому все подлин-ные науки сводятся, в конечном счете, к физике. Таким образом, наука есть семантическое мероприятие по описанию того, что есть.

Семантика по определению имеет описательный, дескриптив-ный, а не нормативный, прагматический характер. Физикалисты часто занимали радикальные позиции, отказываясь признать науч-

132


ный характер всех тех концепций, которые имеют дело с ценно-стями и нормами1. Как правило, они направляли свои атаки против этики и эстетики, но никак не против химии, которая неизменно признавалась родной сестрой физики и, следовательно, подобно ей безупречной в научном отношении. Однако с позиций дескрипти-визма2 и химия должна вызывать известную обеспокоенность. Это особенно очевидно в свете успехов, достигнутых в области синте-тической химии. Синтез новых веществ, не фиксируемых в приро-де, а создаваемых впервые человеком, возможно, не вписывается в рамку дескриптивизма или семантизма. Ведь он явным образом совершает избирательные действия, то есть не удовлетворяется тем, что есть. Означает ли это, что химия не следует идеалам се-мантизма? Этот вопрос нуждается в специальном анализе, который необходим для уточнения статуса химии как науки.

Подозревая дескриптивизм в чрезмерных притязаниях, допустим, что наряду с семантическими науками существуют также прагмати-ческие (или аксиологические) дисциплины. Представителем первых является, например, физика, а вторых – экономика. Чем же семанти-ческие науки принципиально отличаются от прагматических дисци-плин? Выяснив это, мы, надо полагать, получим методологический ключ для определения статуса химии. Возможно, химия относится к классу не семантических, а прагматических наук?

Физика имеет дело с тем, что есть и с тем, что будет, но никак не с тем, что должно быть. Ученые предсказывают наступление солнечного затмения, но при этом они не утверждают, что оно должно наступить в соответствии с ценностями людей. Физика не избегает рассмотрения всех трех модусов времени, прошлого, на-

1 Избегая пространного экскурса в ценностную проблематику, отметим самое су-
щественное в ней. Под ценностями мы понимаем, в первую очередь, концепты
всех тех наук, предметом которых являются поступки людей, направленные на
достижение определенных целей. Нормами называются ценности, узаконенные в
качестве образцов тем или иным способом.

2 Под дескриптивизмом понимается подход, который ориентирован исключитель-
но на семантику, но никак не на прагматику. Что касается теории дескрипций Рас-
села, то она относится к дескриптивизму лишь в случае, если запрещается считать
предикаты ценностями. Таким образом, неправомерно ставить знак равенства
между дескриптивизмом и теорией дескрипций.

133


стоящего и будущего. Но она не приписывает физическим процес-сам феномен свободы воли, выражающейся в выборе вполне опре-деленной цели. Физическая природа не ставит перед собой никаких целей, ибо у нее нет ценностей. Но сам физик является целеуст-ремленным существом. Он добивается роста своих знаний о физи-ческой реальности. В данном случае «обеспечение роста знаний о физической реальности» выступает в качестве познавательной, эпистемологической ценности. Выходит, что даже физик не может обойтись без ценностей, которым вроде бы отнюдь не место в фи-зике. Впрочем, сторонник дескриптивизма может на это обстоя-тельство отреагировать вполне спокойно, указывая на отсутствие в законах физики признаков-ценностей. Физик ставит перед собой определенные цели, но лишь ради выяснения природы физических процессов. Постановка цели выступает всего лишь средством для достижения дескрипции. Предметом физики является соответст-вующий фрагмент природы, а не познавательная деятельность уче-ного. Она изучается в рамках не физики, а философии физики. Эпистемологические ценности относятся не к физике, а к филосо-фии физики. Таким образом, в полном соответствии с дескрипти-вистской установкой физика признается семантической дисципли-ной.

Экономика принципиально отличается от физики. Ее предметом изучения являются поступки людей, руководствующихся, напри-мер, такими ценностями, как прибыль, ставка процента, объем ин-вестиций, уровень безработицы. Все эти ценности придуманы людьми, в природе их нет. Люди, руководствуясь ценностями, рас-сматривают веер возможных целей и одни из них предпочитают другим. В уравнениях экономики фигурируют экономические цен-ности. Иногда они содержат физические параметры, измеряемые, например, в метрах и килограммах, но они рассматриваются как знаки ценностей. Экономист может с полным правом заявить, что он изучает, то, что есть, и то, что должно быть.

В данном случае то, что есть, является итогом деятельности людей, которые ставили перед собой определенные цели, а не по-лагались всего лишь на природные силы. Заметим, что экономиче-ские ценности нельзя вывести из природных закономерностей.

134


Уравнение Шрёдингера не является ключом, например, к закону спроса и предложения. Из принципа наименьшего действия не вы-текает принцип максимизации прибыли. Уточнив статус двух об-разцовых наук, одной семантической, другой прагматической, об-ратимся к химии.

Как и в физике, в химии отсутствуют ценности. Валентность, показатель кислотности, периоды колебаний молекул, диаметры орбиталей – это не ценности, а признаки, описываемые в химии. Синтезируя, например, органические парамагнетики, химик руко-водствуется концептуальным потенциалом квантовой химии, в ко-тором центральное место занимает уравнение Шрёдингера. Харак-терные для парамагнетиков признаки не являются ценностями. Это ясно постольку, поскольку они присущи химическим объектам, а не людям. Ценности характеризуют людей, которые в состоянии вменять их объектам. Но в таком случае признаки природных объ-ектов являются не более чем знаками ценностей людей. Ничего по-добного мы не обнаруживаем в мире химических явлений. Все признаки синтезированных химических субстанций являются их изначальными характеристиками, не будучи всего лишь знаками ценностей. Итак, применительно к химии мы пока не обнаружили такого фактора, который бы выводил за границы семантической науки. Но согласуется ли это с фактом создания химиками искусст-венного мира не существующих в естественных условиях веществ? Разве искусственное не является неприродным?

Безусловно, в некоторых случаях искусственно созданное выво-дит за пределы природного. Достаточно вспомнить в этой связи искусство и технику. Картины любого выдающегося художника не сводятся к холсту и краскам, они представляют некоторые искусст-воведческие ценности. Даже технические артефакты представляют собой нечто большее, чем всего лишь «железки». Так, комфорт-ность автомобиля невозможно выразить физической или химиче-ской формулой. Как же обстоят дела в синтетической химии? Име-ет ли химик дело с ценностями? Приведем на этот счет показатель-ный пример.

Рассматриваются химические аспекты создания термоэлектри-ческих материалов, мерой добротности которых служит безразмер-

135


ный коэффициент (ZT), который зависит от коэффициента Зеебока, или термоэдс (S), абсолютной температуры (T), электропроводно-сти материала (σ) и его теплопроводности (k):


«Для получения термоэлектрического материала необходимо вещество, обладающее высокой проводимостью полупроводнико-вого типа, высоким коэффициентом Зеебока и низкой, преимуще-ственно решеточной, теплопроводностью… Таким образом, основ-ная задача состоит в одновременной оптимизации трех указанных свойств, причем механизмы, определяющие понижение теплопро-водности и повышение фактора мощности, не должны компенси-ровать друг друга»1. Чем больше величина меры добротности тер-моэлектрического материала, тем успешнее деятельность химика. ZT зависит от определенных химических свойств и всецело опре-деляется ими.

Другой показательный момент состоит в целеполагающей дея-тельности человека. Это он, а не химическая реальность озабочен задачей повышения величины ZT. Химик, создавая новые вещест-ва, не удовлетворяется тем, что ему поставляет природа, а конст-руирует новые, его интересующие свойства. Но насколько далеко он заходит в этой своей деятельности? Вот в чем вопрос. Как нам представляется, на этот счет есть определенные возможности для прояснения ситуации. На наш взгляд, следует выделять, по крайней мере, четыре типа признаков.

Это, во-первых, признаки природных объектов как таковые (П1), например, валентность, теплопроводность, масса, которые не яв-ляются ценностями (Ц). Во-вторых, признаки объектов (П2) как знаки (З) ценностей других наук, которые являются результатом вовлечения П2 в другую концептуальную систему. В-третьих, при-знаки природных объектов (П3), которые сами по себе действи-тельно признаются ценностями (Ц3). В-четвертых, признаки при-родных объектов (П4), выступающие в роли знаков (З) социальных ценностей (Цс), содержание которых рассматривается в социаль-ных науках, например, в экономике или политологии. В символь-

1 Шевельков А.В. Химические аспекты создания термоэлектрических материалов // Успехи химии. 2008. Т. 77. № 1. С. 4–5.

136


ном виде четыре типа признаков могут быть представлены в сле-дующем виде.

П1Ц,                                           (1)

П2 = ЗЦ2,                                         (2)

П3 = Ц3,                                           (3)

П4 = ЗЦс.                                        (4)

Ситуация (1) характерна для традиционного понимания статуса физики и химии. Физические и химические признаки резко обособ-ляются от каких бы то ни было ценностей. Ситуация (4) характерна для социальных наук. Ситуация (3) характерна для, например, тех-нических наук. Что же касается ситуации (2), то как раз ее мы счи-таем характерной для синтетической химии. Особенность этой си-туации состоит в том, что начинает осваиваться ценностная про-блематика, но в довольно специфическом виде.

Химик остается химиком, он не становится, например, техником или экологом. Осторожные авторы рассуждают всего лишь о хи-мических аспектах, например, биологических, технических, сель-скохозяйственных, медицинских наук. В своем интересе к междис-циплинарным связям они не заходят за ту демаркационную линию, которая отделяет химию от других наук. Эта похвальная осторож-ность проявляется в соблюдении исследователем концептуальных границ химии. Именно по этому признаку мы распознаем в иссле-дователе химика, а не, например, электротехника или радиотехни-ка. И это несмотря на то, что многие синтезируемые химиками ве-щества, представляют огромный интерес для электротехника и ра-диотехника.

В выше рассматривавшемся примере относительно термоэлек-трических материалов ставится задача повышения меры их доб-ротности. Но действительно ли следует ее максимизировать? На этот вопрос отвечает не химия, а электронная теплотехника. Химик руководствуется выводами, сделанными в ее рамках, но в концеп-туальном отношении он не покидает границы химии. Для химика добротность термоэлектрических материалов есть химическая, а не техническая характеристика.

Вернемся к «гильотине» Юма, согласно которой подлинные науки изучают то, что есть, а не то, что должно быть. Руково-

137


дствуясь этим положением, мы применительно к химии попадаем в затруднительную ситуацию, ибо она вроде бы не ограничивается изучением всего лишь наличного. Неужели химия является разом как семантической, так и аксиологической наукой? Стремясь найти ответ на этот вопрос, следует подвергнуть критическому анализу саму эту «гильотину», не принимая ее за абсолютную истину. С этой целью разумно обратиться к статусу наук. Только в этом слу-чае мы в состоянии понять смысл выражения «что есть», а он, как мы видели в процессе анализа референции в качестве стадии внут-ринаучной трансдукции, далеко не очевиден. Существуют ведь не только признаки химических объектов, но и технические, эконо-мические, политические и многие другие ценности.

Итак, следует обратиться к самим наукам. И тогда обнаружива-ется, что в мире содержательных наук, то есть наук о природе и обществе, исключительно актуальное значение имеет различение семантических и прагматических (аксиологических) наук. А про-водится оно по линии наличия или отсутствия в той или иной науке ценностных концептов, без которых невозможно понять деятель-ность человека как существа, ставящего перед собой на основании тех или иных ценностей некоторые цели.

Те содержательные науки, в которых отсутствуют ценности, на-зываются семантическими. В отличие от прагматических наук в семантических науках фигурируют не концепты-ценности, а кон-цепты-дескрипции, в соответствии с которыми физические и хими-ческие субстанции не ставят перед собой никаких целей. Предме-том семантических наук является, строго говоря, не то, что есть, а мир, объекты которого не принимают решения и не ставят перед собой какие-либо цели. И физик, и химик ставят перед собой опре-деленные цели: они желают познать природу максимально исчер-пывающим образом. Но в саму природу они не вносят ценности. Химик ставит перед собой определенные цели, но молекулы на это не способны. Если бы химия была наукой не о химической реаль-ности, а о химиках, то неизбежно пришлось бы вводить представ-ление о тех ценностях, которыми они руководствуются в своей деятельности. Однако предметом химии являются не люди, а хи-мические явления. Человек может «пробиться» к химическим ре-

138


ферентам лишь постольку, поскольку он желает этого и, следова-тельно, ставит перед собой определенные цели. Но было бы крайне поспешно на этом основании приписывать черты человека химиче-ским явлениям. Френсис Бэкон, рассуждая об идолах рода, пра-вильно отмечал, что не следует уподоблять природу человеку. Та-ким образом, на наш взгляд, несмотря на целеустремленную дея-тельность химиков, сама химия должна быть отнесена к типу се-мантических наук. В качестве семантической науки она дает тща-тельно выверенный концептуальный образ не только того, что есть, но и того, что будет, что может быть, и даже того, что должно быть в соответствии с запросами прагматических наук.

Физика и химия относятся к классу семантических наук. Этому выводу никак не противоречит целеустремленная деятельность как физика, так и химика. Их деятельность является предметом не фи-зики и химии, а философии физики и философии химии. Исследо-ватели поставлены в такие условия, когда они не в состоянии кон-тактировать с каждым представителем универсума физической и химической реальности, а потому они вынуждены вести себя изби-рательным образом, а этого нельзя добиться без постановки целей. Изучая химические явления, химик функционирует не в качестве всего лишь химического объекта. Исследователь стремится обес-печить рост научного знания, химическим процессам, разумеется, нет до этого дела.





Рекомендуемые страницы:


Последнее изменение этой страницы: 2019-05-17; Просмотров: 25; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2020 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.008 с.) Главная | Обратная связь