Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


Перенаселение / отсутствие контроля за рождаемостью



 

Некоторые культуры ограничили свой рост населения. Западные культуры пришли к зависимости от добровольного индивидуального выбора. Восточные культуры, особенно известен этим Китай, выбрали использование обязательных (то есть недобровольных) средств в форме законодательных актов (например, закон «одна семья – один ребёнок»). В сравнении с этим наиболее быстрорастущие популяции мира имеют крайне незначительную местную культурную поддержку ограничения роста населения (United Nations Human Settlements, 2005, p. 23). По всей видимости, единственное наиболее эффективное действие, которое может предпринять культура для улучшения контроля за ростом населения, состоит в обеспечении женщин образованием. Проявляя большую смелость (а зачастую проходя через значительные испытания, как нам видно на примере таких стран, как Афганистан) в отходе от тысячелетних традиций, получившие образование женщины находят возможность выйти за пределы ценности семейных уз и связей и оторваться от власти иерархии с мужским доминированием. Несмотря на то, что это нередко даётся дорогой ценой, переопределение того, что есть семья, а также гендерных отношений как таковых, восстанавливает ценность женщины как личности. Как бы то ни было, их вклад как более образованных участниц общества естественным образом уменьшает биологическое/культурное стремление рожать детей в качестве способа личного выживания (Ehrlich & amp; Ehrlich, 1997).

 

Миграция в города без экорегиональной ответственности

 

Дисбаланс распределения мирового населения привязан к установкам нации и культуры по отношению к образованию и контролю за рождаемостью. Шестьдесят процентов мирового населения теперь живёт в городах. Миграция населения из сельской местности в города встречается повсеместно (United Nations Human Settlements, 2005, pp. 77–99). Она подчёркивает симптоматичность концентрации городом комплексных благ. Однако ею нельзя объяснить неспособность города признать ценность своих сельских ресурсов. Города не взяли на себя ответственность за поддержание экорегионов, которые традиционно поддерживали их, поскольку глобализация позволила городам расширить свой экологический след путём импорта ресурсов, требуемых для поддержания их жизни. Однако технология картирования экологического следа теперь позволяет человеческим системам понять, почему нам необходим эквивалент почти четырёх планет, если мы ожидаем, что все города станут похожи на города – пожиратели ресурсов развитого мира (Rees & amp; Wackernagel, 1994).

 

Незрелые мировоззрения

 

В большинстве своём города всё ещё преимущественно «дикая местность». В новых городах, которые выстраиваются на основании чертежей проектировщиков и дизайнеров, инфраструктура и структура конструируются без какого-либо значимого соотнесения с незримой паутиной взаимоотношений, позволяющих людям ежедневно выживать, формировать семейные связи, обретать личную силу и авторитет в гражданском обществе, а также стратегически преуспевать. По всей видимости, подобные проявления человеческого поведения найдут своё воплощение и будут «заполнять собой» структуры, которые были заранее построены, а не самоорганизованы человеческими системами, в них проживающими. Эти предположения, судя по всему, подтверждают наибольшие опасения, которые имела Джейн Джекобс касательно градостроительства: оно становится процессом, осуществляемым градостроителями для людей, но без их совместного участия. Дурные предчувствия возникают даже в том случае, если мы соблюдаем презумпцию невиновности в отношении градостроителей и девелоперов, которые проектируют новые города (в Китае, на Ближнем Востоке, в Японии, курортные города в пустынях, горах и на берегу моря), чтобы обеспечить бурно растущее население мира, опираясь на мировоззрение намерений сложносистемного потока (уровень 7). Непохоже, чтобы эти специалисты учитывали, что мировоззрение людей, которые будут жить в этих городах, всегда будет представлять всю спираль развития (ведь каждый из нас начинает с минимальных способностей, которые мы развиваем в течение всей жизни. До тех пор, пока у нас есть спектр возрастов, у нас будет и спектр уровней человеческого развития). Непохоже, чтобы они понимали необходимость формирования крепких взаимоотношений и самовыражения, и даже власть должна строиться через последовательность уникальных отношений. Инженерные подходы к созданию новых городов, похоже, отражает скорее оруэлловские ожидания в отношении контролируемого существования, нежели самоорганизующееся эмерджентное возникновение зрелых человеческих личностей и коллективов во всём их буйном многообразии.

 

Неподходящие местности

 

Создание новых городов в местностях, предпочитаемых системой ценностей модернистов, похоже, уделяет мало внимания способности городских экорегионов поддерживать подобные урбанистические центры. Практикуемые допущения, будто бы воду, пищу, топливо и стройматериалы можно просто импортировать откуда-то ещё, говорят о крайне близоруком отношении к тому правилу, что города несут ответственность за чистоту и благополучие планеты. Достаточно плохо уже то, что мы сталкиваемся с растущим числом дилемм в своих «дикорастущих» городах, однако преднамеренное расположение городов без учёта последствий для окружающей среды безответственно не только на местном уровне, но и на глобальном. Как будто инвесторы, планировщики и девелоперы неспособны понять последствия, создаваемые их градостроительными решениями, для пространства, времени и жизней тех, чьё существование простирается далеко за пределы непосредственного эко-следа города. Тогда как они концентрируют своё внимание на инвестициях капитала для создания новых городских инфраструктур и структур, похоже, они добровольно не осознают или даже намеренно игнорируют операциональные требования подобных городов: операции должны охватывать биопсихосоциокультурные реалии любого города, который ими строится. Интегральный эко-след означает, что нам нужно измерить все затраты и инвестировать средства в симуляционные модели, которые продемонстрируют нам долгосрочные последствия подобных инвестиций. Ибо именно долгосрочные инвестиции физического, интеллектуального, культурного и социального капитала покажут, сможет ли новый город выжить или умрёт.

В то же время такие структуры, как программа ООН по населённым пунктам (ООН-Хабитат), Всемирный банк и Всемирная организация здравоохранения, противостоят бесчисленным агониям уже существующих городов во многих частях развивающегося мира, чтобы они не то чтобы процветали, но хотя бы выжили. Хотя ООН и структурирована с целью аккумулировать голоса всех наций, она не создана для того, чтобы фокусироваться на городах мира. В результате все её усилия, осуществляемые через ЮНЕСКО и другие неправительственные организации, идеи, люди и ресурсы кружатся в неэффективной круговерти неформальных встреч собирающегося раз в два года Всемирного форума городов. Несмотря на все наши благие намерения, зрелость всемирного конгресса городов немногим превышает процесс уровня 2 (установления связей и отношений). Города регулярно собираются для проведения «племенных встреч» (в ходе которых жалобы затеняют собой праздненства), однако эта деятельность становится неэффективной из-за репрессивного урбанистического управления на национальном уровне (в том числе даже в отношении большинства развитых наций мира) и современных условий неэффективного глобального управления.

Таким образом, вопрос осваиваемой местности при постройке городов практически не обсуждается. Можно исследовать весь подход, принятый Соединёнными Штатами в отношении трагической судьбы Нового Орлеана после урагана «Катрина», в качестве широко освещавшегося примера безответственности, проявляемой развитым миром к городской жизни (Grunwald, 2007). Безуспешны наши поиски практически во всех других странах каких-либо примеров просвещённой политики или подходов к ответу на кризисные ситуации и восстановление после природных катастроф (всевозможного рода – от наводнений до голода), от которых страдают города.

Фактор местности в жизни и смерти городов практически не обсуждается, ибо представляет собой политическую бомбу замедленного действия. Это вопрос власти. Те, кто находится у власти в данный момент, боятся принимать решения, которые не будут соответствовать общепринятым (а точнее – бессознательным, неисследованным, неизученным, неосознанным) ожиданиям, что где бы города ни находились, они должны там и оставаться и поддерживаться в своём принципиально неподдерживаемом существовании.

До сих пор у планеты Земля было достаточно гибкости, чтобы простить эти человеческие прегрешения. Однако в условиях истощения ресурсов Земли проблемой перенаселения пришло время, чтобы мы взяли на себя ответственность за свои решения и внимательно отнеслись к намерению оптимизировать жизнь в городе в контексте его природных литосферных и геобиологических ресурсов.

Если Homo sapiens sapiens разовьёт стремление и способность к тому, чтобы так поступать, это приведёт к экспоненциальному переходу нашего вида в эпоху, когда ответственность за коллективные последствия будет превосходить и включать все системы гражданского управления, созданные на сегодня.

Несомненно, что на это уйдут столетия (а результатом такой продолжительности процесса будет то, что он будет параллелен непрерывной веренице катастроф, болезней и смертей уже существующих городов). Однако выбор в принятии решений может начаться с нашего осознания, что интегральный город сначала должен пробудиться к существованию своих витальных признаков.

Отслеживание витальных признаков будет предоставлять обратную связь индивидам и коллективам города и служить первым шагом городов по адаптации к своим жизненным условиям – адаптации ко всем секторам и на всех уровнях. Путём развития способностей сознания, горожан и городов можно натренировать способности к мешворкингу (см. главу 10). Таким образом, наиболее эффективные системы градоуправления будут обеспечивать адаптивность через деятельное обучение, в ходе которого начнут картировать не только системы управления водоснабжением и переработки отходов, лежащие под улицами города, но и информационные потоки и взаимосвязи, составляющие подлинный контейнер города и лежащие в основе настоящей интегральной идентичности города. Именно мощное соединение идентичности, взаимосвязей и информации приводит к феномену создания места.

 


Поделиться:



Популярное:

Последнее изменение этой страницы: 2016-03-25; Просмотров: 539; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2024 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.017 с.)
Главная | Случайная страница | Обратная связь