Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Гражданский пафос, жанрово-стилевые особенности, лирический герой поэзии декабристов. Анализ (по выбору) стихотворений Раевского, Глинки, Кюхельбекера, Бестужева, Одоевского, Рылеева.




 

Литературным центром декабристов было руководимое Ф.Н.Глинкой “Вольное общество любителей российской словесности”, в сфере влияния декабристских идей находилась “Зелёная лампа”, свою литературную политику декабристы (Н.Тургенев, М.Орлов, Н.Муравьёв) пытались проводить в “Арзамасе”, а когда эта попытка окончилась неудачей, Н.И.Тургенев создаёт “Журнальное общество”. Печатными органами, отражавшими декабристские идеи, были “Труды Вольного общества любителей российской словесности” (или “Соревнователь просвещения и благотворения”, 1818-1825), альманах А.А.Бестужева и К.Ф.Рылеева “Полярная звезда” (1823-1825), “Мнемозина” В.К.Кюхельбекера (1824), “Русская старина” А.О.Корниловича и В.Д.Сухорукова (1825).

 

 

А.Бестужев в статье “Взгляд на старую и новую словесность в России” (1823), взглянув на древнюю русскую литературу, обнаруживает там немногое: “Подивимся ли, что хладный климат России произвёл немногие цветы словесности!” (7). Затем, внимательно пересмотрев русских писателей XVIII и начала XIX в., Бестужев констатирует: в очень “бедном отношении находится число оригинальных писателей к числу пишущих, а число дельных произведений к числу оных” (8). Почему же в России мало хороших (т.е. оригинальных, русских) писателей? “Главнейшая причина есть изгнание родного языка из общества” (9). Итак, А.Бестужев представляет следующую эстетическую ситуацию: существование оригинальной русской литературы почти невозможно, так как образованные люди говорят не на родном языке. Однако Бестужев упоминает всё-таки некую “новую школу нашей поэзии”, которая началась с Жуковского, Батюшкова и, конечно, Пушкина, который “вместе с двумя предыдущими составляет наш поэтический триумвират” (10); кроме того “новую тропу в русском стихотворстве” пробил Рылеев, “сочинитель дум” (11). Бестужев не раскрыл своего понимания сути этой новой школы, а о Рылееве загадочно сказал: “долг скромности заставляет меня умолчать о достоинстве его произведений”.

В эстетических взглядах О.Сомова заметное место занимает категория “национального”. Он рассуждает не просто о романтической поэзии, а о немецкой, английской, итальянской, русской и т. д. Интерес к национальному началу позволил ему заметить разницу между понятиями “национальное” и “народное”. Да, романтическая поэзия — поэзия народная, “но сколько различных народов слилось под одно название русских <...>, сколько разных обликов, нравов и обычаев...” (19) После этого замечания Сомову пришлось бы сказать, что в России романтическая поэзия или невозможна вообще, или возможна очень необычная, или надо менять саму народную жизнь, но ничего этого Сомов не сказал и выразился весьма двусмысленно: “Оставляю самому читателю делать соображения”

Владимир Федосеевич Раевский (1795-1872) представляет своим творчеством раннюю декабристскую поэзию. При жизни Раевский-поэт не был известен, не публиковал свои произведения. Стихи его сохранились благодаря тому, что были найдены при аресте и приобщены к следственному делу как улика (поэтическое слово декабристов действительно равно реальному поступку и даже может стать уликой, причиной уголовного преследования). Излюбленный жанр Раевского — дружеское послание, развитое им в гражданскую проповедь; стихи его отличаются лаконичностью, подчёркнутой сдержанностью, “неукрашенностью”, суровостью. И в стихах и в жизни Раевский был, по определению Пушкина, спартанцем.

В лирике В.Ф.Раевского создан автобиографический образ героя в стиле “гражданского романтизма”:

 

 

Мой век, как тусклый метеор,

Сверкнул, в полуночи незримый,

И первый вопль — как приговор

Мне был судьбы непримиримой.

Я неги не любил душой,

Не знал любви, как страсти нежной,

Не знал друзей, и разум мой

Встревожен мыслию мятежной.

Забавы детства презирал,

И я летел к известной цели,

Мечты мечтами истреблял,

Не зная мира и веселий.

Под тучей чёрной, грозовой,

Под бурным вихрем истребленья,

Средь черни грубой, боевой,

Средь буйных капищ развращенья



Пожал я жизни первый плод,

И там с каким-то чёрным чувством

Привык смотреть на смертный род,

Обезображенный искусством.

Как истукан, немой народ

Под игом дремлет в тайном страхе.

<…>К моей отчизне устремил

Я, общим злом пресытясь, взоры,

С предчувством мрачным вопросил

Сибирь, подземные затворы,

И книгу Клии (25) открывал,

Дыша к земле родной любовью;

Но хладный пот меня объял —

Листы залиты были кровью! <…>

(“Певец в темнице”. <1822>) (26)

 

Поэзия Вильгельма Карловича Кюхельбекера (1799-1846) отличалась тяжеловесным, шероховатым, несколько архаичным языком — результат стремления придать национальной поэзии весомое, значительное содержание. По мнению В.К.Кюхельбекера поэзия не обязательно должна быть сладкозвучной, гладкой, текучей и плавной, но должна быть такой, где всё “парит, гремит, блещет, порабощает слух и душу читателя” (“О направлении нашей поэзии, особенно лирической, в последнее десятилетие”) (28). Основной темой, которой Кюхельбекер “порабощал” читателей, была тема поэта и поэзии. В его программном стихотворении “Поэты” (1820) есть такие стихи:

В священных, огненных стихах

Народы слышат прорицанья

Сокрытых для толпы судеб,

Открытых взору дарованья! (29)

Предназначение поэта, по Кюхельбекеру, не просто услаждать читателя, а напоминать ему об “отчизне” и направлять жизненный путь народа. Поэт обладает способностью убеждать людей и это делает его влиятельной общественной силой, вот почему появляется образ поэта-гражданина. Героическое и прекрасное сливаются в одно целое, понятие поэтического включает в себя и высокие идеалы политической борьбы, реальные поступки. Понимание поэта как пророка окрашивает некоторые стихи Кюхельбекера восточным — ветхозаветным — колоритом (“Пророчество”, 1823; “К богу”, 1824; “Жребий поэта”, 1823-1824), понимание необходимости для поэта участвовать в самых сложных коллизиях народной жизни приводит в поэзию Кюхельбекера образы поэтов с трагической судьбой — Дж.Мильтона, Т.Тассо, В.А.Озерова, а затем А.С.Грибоедова, А.А.Дельвига, А.С.Пушкина, Н.И.Гнедича, К.Ф.Рылеева, М.Ю.Лермонтова, А.И.Одоевского (30). Итогом размышлений Кюхельбекера над темой поэта и поэзии стало стихотворение “Участь русских поэтов” (1845):

Горька судьба поэтов всех племён;

Тяжеле всех судьба казнит Россию:

Для славы и Рылеев был рождён;

Но юноша в свободу был влюблён…

Стянула петля дерзостную выю.

Не он один; другие вслед ему,

Прекрасной обольщенные мечтою,

Пожалися годиной роковою…

Бог дал огонь их сердцу, свет уму.

Да! чувства в них восторженны и пылки:

Что ж? их бросают в чёрную тюрьму,

Морят морозом безнадежной ссылки...

 

Или болезнь наводит ночь и мглу

На очи прозорливцев вдохновенных;

Или рука презренников презренных

Шлёт пулю их священному челу <...> (31)

Но пессимистические выводы Кюхельбекера не так безнадёжны:

Забудут заблужденья человека,

Но воспомянут чистый глас певца,

И отзовутся на него сердца

И дев и юношей иного века.

(“Моей матери”, 1823) (32)

Александр Иванович Одоевский (1802-1839) осознал себя поэтом после декабрьского восстания и главный смысл своего поэтического дела видел в том, чтобы поддерживать мужество своих товарищей. Неслучайно поэтому стихи Одоевского рождались как импровизация, которую он читал, но не записывал (тексты поэзии Одоевского сохранились благодаря записям его друзей). Самое известное его стихотворение — ответ на послание А.С.Пушкина “В Сибирь” (“Во глубине сибирских руд...”):

Струн вещих пламенные звуки

До слуха нашего дошли,

К мечам рванулись наши руки,

И — лишь оковы обрели.

 

Но будь покоен, бард! — цепями,

Своей судьбой гордимся мы,

И за затворами тюрьмы

В душе смеёмся над царями.

 

Наш скорбный труд не пропадёт,

Из искры возгорится пламя, —

И просвещённый наш народ

Сберётся под святое знамя.

 

Мечи скуём мы из цепей

И пламя вновь зажжём свободы:

Она нагрянет на царей,

И радостно вздохнут народы.

<1827> (33)

Лирику А.И.Одоевского невозможно разделить на гражданскую и интимную — гражданская тема является глубоко прочувствованным психологическим переживанием.

Александр Александрович Бестужев-Марлинский (1797-1837) более известен как прозаик и литературный критик, но он был ещё и одарённым поэтом (см. цикл программных стихотворений “Подражание первой сатире Буало”, отрывок из комедии “Оптимист”, “К некоторым поэтам”, “Близ стана юноша прекрасный...”, “Михаил Тверской”). Своеобразие стиля Бестужева-поэта особенно заметно в стихотворении “Сон”, написанном в годы якутской ссылки:

<...> Очнулся я от страшной грезы,

Но всё душа тоски полна,

И мнилось, гнут меня железы

К веслу убого челна.

Вдаль отуманенным потоком,

Меж сокрушающихся льдин,

Заботно озираясь оком,

Плыву я, грустен и один.

На чуждом небе тьма ночная;

Как сон, бежит далёкий брег,

И, шуму жизни чуть внимая,

Стремлю туда невольный бег,

Где вечен лед, и вечны тучи,

И вечно сеемая мгла,

Где жизнь, зачахнув, умерла

Среди пустынь и тундр зыбучих,

Где небо, степь и лоно вод

В безрадостный слиянны свод,

Где в пустоте блуждают взоры

И даже нет в стопе опоры! <...>

 

Романтическая поэма в творчестве Рылеева. «Войнаровский» - композиция, принципы создания характера, специфика романтического конфликта, соотнесенность судеб героя и автора. Спор Истории и Поэзии в «Войнаровском».

Наиболее полно своеобразие декабристской поэзии проявилось в творчестве Кондратия Фёдоровича Рылеева (1795-1826). Он создал “поэзию действенную, поэзию высочайшего накала, героического пафоса” (39).

Среди лирических произведений Рылеева самым известным было и, пожалуй, до сих пор остаётся стихотворение “Гражданин” (1824), запрещённое в своё время, но нелегально распространявшееся, хорошо известное читателям. Это произведение — принципиальная удача Рылеева-поэта, может быть, даже вершина декабристской лирики вообще. В стихотворении создан образ нового лирического героя:

 

Кондратий Федорович Рылеев -- один из зачинателей и классиков русской революционной гражданской поэзии, вдохновляемой передовым общественным движением и враждебной самодержавию. Он полнее других выразил в поэзии декабристское мировоззрение и развил основные темы декабризма. В творчестве Рылеева нашли отражение важнейшие моменты истории декабристского движения в его самый существенный период -- между 1820--1825 годами.

Имя Рылеева в нашем сознании окружено ореолом мученичества и героизма. Обаяние его личности борца и революционера, погибшего за свои убеждения, так велико, что для многих оно как бы заслонило эстетическое своеобразие его творчества. Традиция сохранила тот образ Рылеева, который был создан его друзьями и последователями, сначала в воспоминаниях Н. Бестужева, затем в статьях Огарева и Герцена.

Поиски способов активного воздействия на общество привели Рылеева к жанру поэмы. Первой поэмой Рылеева стала поэма “Войнаровский” (1823-1824). У поэмы много общего с “Думами”, но есть и принципиальная новизна: в “Войнаровском” Рылеев стремится к достоверному историческому колориту, правдивости психологических характеристик. Рылеев создал нового героя: разочарованный, но не в житейских и светских утехах, не в любви или славе, рылеевский герой — жертва судьбы, не позволившей ему реализовать свой могучий жизненный потенциал. Обида на судьбу, на идеал героической жизни, которая не состоялась, отчуждает рылеевского героя от окружающих, превращая его в фигуру трагическую. Трагедия неполноты жизни, нереализованности её в реальных поступках и событиях станет важным открытием не только в декабристской поэзии, но и в русской литературе в целом.

“Войнаровский” — единственная завершенная поэма Рылеева, хотя кроме неё им были начаты ещё несколько: “Наливайко”, “Гайдамак”, “Палей”. “Так получилось, — пишут исследователи, — что поэмы Рылеева явились не только пропагандой декабризма в литературе, но и поэтической биографией самих декабристов, включая декабрьское поражение и годы каторги. Читая поэму о Войнаровском, декабристы невольно думали о себе <…> Поэма Рылеева воспринималась и как поэма героического дела, и как поэма трагических предчувствий. Судьба политического ссыльного, заброшенного в далёкую Сибирь, встреча с женой-гражданкой — всё это почти предсказание” (43). Особенно поразило читателей Рылеева его предсказание в “Исповеди Наливайки” из поэмы “Наливайко”:

<…>Известно мне: погибель ждёт

Того, кто первый восстает

На утеснителей народа, —

Судьба меня уж обрекла.

Но где, скажи, когда была

Без жертв искуплена свобода?

Погибну я за край родной, —

Я это чувствую, я знаю…

И радостно, отец святой,

Свой жребий я благославляю! <…> (44)

Сбывшиеся пророчества поэзии Рылеева ещё раз доказывают плодотворность романтического принципа “жизнь и поэзия — одно”.

 





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:

  1. Амортизационные группы (подгруппы). Особенности включения амортизируемого имущества в состав амортизационных групп (подгрупп)
  2. Аудиторский финансовый контроль: понятие, особенности, виды.
  3. В. В. Маяковский о роли поэта и поэзии.
  4. Взаимодействие аллельных генов (полное доминирование, неполное доминирование, сверхдоминирование и кодоминирование). Множественные аллели. Наследование групп крови человека по АВО системе антигенов.
  5. Виды парламентских республик: (по территориальному местоположению)
  6. Вопрос 3. Конституционно-правовые отношения: понятие, особенности, структура
  7. Вопрос № 27. Первичная и вторичная профилактика (по определению ВОЗ).
  8. ГЕРОЙ – ФИЛОСОФ (ПОФИГИСТ) – ПРОВОКАТОР
  9. Глава 1 Святой, Герой и Гений
  10. Государственные (политические) режимы.
  11. Гражданский кодекс России в ст.2 определяет следующие признаки предпринимательской деятельности.
  12. Гражданский кодекс РСФСР 1922г.: разработка, принятие, основные черты права.




Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 2337; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.018 с.) Главная | Обратная связь