Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Учение Слова Божия о царской власти




 

Царь царствующих и Господь господствующих с высочайшего Престола Своего указует на всех помазанных от Него властителей и заповедует всем подвластным: «не прикасайтеся помазанным Моим!» (Пс. 104; 15). Не прикасайтеся властям предержащим, глаголет Вседержитель, ибо они суть «Мои», не прикасайтеся, ибо они суть «помазанные» от Меня. «Касающийся» их «касается зеницы ока» Господня (Зах. 2; 8). Итак, царская власть есть неприкосновенная святыня; она имеет Божественное происхождение. «Нет власти не от Бога, - учит слово Божие, -существующие же власти от Бога установлены» (Рим. 13; 1). «Всевышний владычествует над царством человеческим, и дает его кому хочет» (Дан. 4; 22), «у Него могущество и премудрость, Он» — и только Он один «лишает перевязей царей, и поясом обвязывает чресла их» (Иов. 12; 16,18), то есть, «низлагает царей и поставляет царей» (Дан. 2; 31). «Мною, - вещает Он, - цари царствуют, и повелители узаконяют правду. Мною начальствуют начальники и вельможи, и все судьи земли» (Притч. 8; 15,16). «И так слушайте, цари, и разумейте! От Господа дана вам держава и сила от Вышняго» (Прем. 6; 13).

Священное Писание трогательными чертами изображает особенное попечение Божие о царях благочестивых. Силою Господа веселится благочестивый царь, ибо Господь «возлагает на главу его венец из чистого золота» (Пс. 20; 24). Господь «возносит избранного из народа, святым елеем Своим помазует его, Своею мышцею укрепляет его, сокрушает врагов его, поражает ненавидящих его» (Пс. 88; 20-22, 24). Сердце царя в руке Господа: куда захочет, Он направляет его (Притч. 21; 1). Господь дает царю, чего желает сердце его, не отвергает прошения уст его; Он возлагает на него честь и величие, полагает на него благословения навеки, веселит его радостию лица Своего. И царь уповает на Господа (Пс. 20; 3, 6-8), ибо знает, что Господь услышит его в день печали и защитит его, пошлет ему помощь из святилища и с Сиона подкрепит его; даст ему по сердцу его, и все намерения его исполнит. Царь знает, что Господь спасет помазанника Своего; отвечает ему с святых небес Своих могуществом спасающей десницы Своей (Пс. 19; 2, 3, 5, 7), что рука Божия найдет всех врагов его, десница Господня найдет всех ненавидящих его; во гневе Своем Господь погубит их, и пожрет их огонь. Господь истребит плод их с земли и семя их из среды сынов человеческих (Пс. 20; 9-11). Так Господь печется о Своих помазанниках — царях; а вот как изображает слово Божие попечение самих царей благочестивых о народах, вверенных им от Господа. Благочестивый царь — кормилец своего народа (Ис. 49; 23); в светлом взоре такого царя — жизнь, и благословение его — как облако с поздним дождем (Притч. 16; 15). Как солнце разгоняет тучи, так и добрый царь, сидящий на престоле суда, разгоняет очами своими — одним взглядом своим — все злое (Притч. 20; 8). Мудрый царь вывеет нечестивых (там же, 26), как плевелы; милость и истина охраняют царя, и милостью он поддерживает престол свой (там же, 28), правосудием утверждает землю свою (там же, 29; 4). Кто любит чистоту сердца, тому царь друг (там же, 29; 11), — словом сказать: такой царь — счастие своего народа (Прем. 6; 26), и сыны отечества радуются всегда о таком царе своем (Пс. 149, 2).

Не правда ли, как отрадно читать сии изречения Духа Божия, когда узнаешь в них дорогой русскому православному сердцу образ воистину благочестивейших и христолюбивейших царей наших! Не напрасно же русский народ зовет своего царя-батюшку кормильцем своим: так зовет царя благочестивого и слово Божие! Недаром еще со времени князя Владимира, первого благочестивого государя русского, мы привыкли звать царя красным солнышком, очи царские — очами светлыми; вот и в слове Божием есть такие же уподобления.

Но вот что особенно достойно примечания: слово Божие именует помазанниками Божиими даже и таких царей, которые никогда не были освящены видимым миропомазанием; так, Пророк Исаия о царе персидском говорил: «так говорит Господь помазаннику Своему Киру» (Ис. 45; 1). Кир был царь языческий, Кир не знал истинного Бога; однако же Кир был помазанник Божий, — так именует его Сам Бог! Вот как священно звание царя, по учению слова Божия! Вот как возвышает он царя даже такого, который не знает Бога, над прочими людьми! Как же не благоговеть нам пред своим царем, который есть воистину помазанник Божий, освященный от Бога даже видимым образом в Таинстве священного миропомазания?..



Послушаем теперь, как учит слово Божие почитать Царя.

«Отдавайте Кесарево Кесарю, и Божие Богу» (Мф. 22; 21). Это святейшая заповедь Самого Господа нашего Иисуса Христа. Не сказал Господь: «давайте», — рассуждает святой Иоанн Златоуст, — а сказал: «отдавайте», ибо платить подать не значит просто давать, но отдавать должное, платить долг. Так и Апостол Христов поучает: «отдавайте всякому должное: кому подать — подать, кому оброк — оброк» (Рим. 13; 7). «Всякая душа да будет покорна высшим властям: противляющийся власти противится Божию установлению». Всякий начальник, а тем паче царь есть Божий слуга, тебе же на добро. Он ограждает тебя от зла, он дает тебе простор делать всякое добро. «Он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести» (Рим. 13; 1, 2,4, 5). «Будьте покорны всякому человеческому начальству для Господа», — поучает святой Апостол Петр: — всякому начальству, а царю наипаче: «царю как верховной власти, а правителям, как от него посылаемым, ибо такова есть воля Божия. Бога бойтесь, царя чтите» (1 Петр. 2; 13-15,17). Кто был царь, который прежде других встретился с проповедью Апостола Петра? — Ирод. Какие же услуги оказал Ирод христианству? Не он ли поднял руки на церковь Божию? Не он ли убил Апостола Иакова мечом? Не он ли и самого Петра заключил в темницу? И после всего этого Петр проповедует: «царя чтите». Почему? Потому, конечно, что «такова есть воля Божия», так Бог хочет. Эту заповедь читаем и в Ветхом Завете: Бойся, сын мой, Господа и царя; с мятежниками не сообщайся (Притч. 24; 21). Кто раздражает царя, тот грешит против самого себя (там же, 20; 2). Слово царское храни (Еккл. 8; 2). Тайны царевой не нарушай (Тов. 12; 7). Не оправдывай себя пред Господом и не мудрствуй пред царем (Сир. 7; 5). Даже и в мыслях твоих не злословь царя: потому что птица небесная может перенести слово твое, и крылатая — пересказать речь твою (Еккл. 10; 20). Тебе ли судить судью твоего? Кто посмеет сказать царю: что ты делаешь? (Еккл. 8; 4). Тебе ли познать тайны сердца царева, которое в руках Божиих? Как небо в высоте и земля в глубине, так сердце царей — неисследимо (Притч. 25; 3). Наконец, самая важная обязанность верноподданного — молиться за царя. Святой Апостол Павел пишет своему ученику Тимофею: прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей, и за всех правительствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте, ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу (1 Тим. 2; 1-3). Слово Божие дает нам и образцы такой молитвы за царя: Господи! спаси царя и услыши ны (Пс. 19; 10)! Защитниче наш, виждь Боже, и призри на лице помазанника Твоего (Пс. 83; 10). Более, суд Твой цареви даждь, и правду Твою сыну цареву (Пс. 71; 1). Дни на дни царевы приложити: лета его до дне рода ирода (Пс. 60; 7). — Да живет царь! (1 Цар. 10; 24).

 

Мученик за Царя

 

«Болши сея любве никтоже иматъ, да кто душу свою положит за други своя» (Ин. 15; 13), — говорит Господь наш Иисус Христос. — «За други», стало быть за таких простых смертных, как и все мы; а что сказать о том счастливце, которому Бог приведет положить душу свою не за простого человека, а за избранника и помазанника Божия, за возлюбленного своего царя-батюшку, жизнь которого составляет счастье многих миллионов его подданных?.. О, блажен и преблажен такой человек! Имя его написано у Господа в книге жизни, и память его благословляется народом из рода в род.

В истории русского народа особенно достопамятно одно такое благословенное имя: — это имя костромского крестьянина Ивана Сусанина.

Трудно и представить себе то бедственное положение, какое судил Бог испытать нашей матушке-России в тяжкую годину междуцарствия. Сердце обливается кровью, когда читаешь страшную "Летопись о мятежах": уж пусть бы Русская земля терпела от своих исконных врагов, пусть бы разоряли ее одни поляки да литовцы, — нет: появилось многое множество своих "воров", как звали тогда лихих людей; русские изменники водили отряды польские, бились с ними против своих же русских; бояре спорили да ссорились между собою и переходили от одного вора-самозванца к другому; везде бродили шайки разбойничьи, не было от них нигде ни проходу, ни проезду; не надежно было убежище не только в селах, но и за городскими стенами. И горе было тем, кто попадал в руки злодеев! В глазах родителей они, для своей потехи, жгли детей, носили головы их на саблях и копьях, грудных младенцев вырывали из рук матерей и разбивали о камни... Ночи освещались заревом пожаров; храмы Божии разорялись и осквернялись; скот и псы жили в алтарях, злодеи пили из святых сосудов, играли в кости на святых иконах, священников и монахов палили огнем, допытываясь сокровищ, а схимников заставляли петь срамные песни и бесчеловечно убивали... Люди бежали из своих жилищ, укрываясь в лесах, но и в лесах не было спасения: злодеи с собаками охотились на людей, так что матери, укрываясь в чаще лесной, зажимали рот младенцам, чтобы они своим плачем не открыли их убежище, и, случалось, таким образом душили малюток до смерти... К довершению бед, Москва-матушка с ее Кремлем златоглавым, с ее заветными святынями находилась в руках поляков и эти нежеланные гости хозяйничали там как хотели... Ужасное то было время; царя не было на Русской земле; сиротела она бедная, некому было защищать ее, очистить от лихих людей, да порядок завести, — царя не было, а без царя может ли жить русская земля? царь — это отец ее, ее Ангел хранитель; царь — это душа, это сердце русского народа! Недаром ведь мудрость народная говорит: без царя земля вдова, без него — народ сирота; одно солнце на небе — один царь белый на Руси святой!

Наконец смиловался Господь над русской землей: Он воздвиг Кузьму Минина, благословил оружие князя Димитрия Пожарского; собралось вокруг них ополчение народное, и поляки были изгнаны из Москвы; собрался в Москве земский собор и общий голос народный, как голос Божий, избрал на царство пятнадцатилетнего боярина Михаила Феодоровича Романова. Это было в конце февраля 1613 года: быстро пронеслась радостная весть об избрании царя по русской земле; наконец-то свободно вздохнули русские люди, столь измученные невзгодами смутного времени. Только врагам России было не по сердцу это избрание: они хорошо понимали, что как только любимец народа Михаил Феодорович вступит на царский престол, так плохо придется и полякам, и своим ворам — разбойникам; и вот, еще послы соборные не прибыли в Костромские пределы, где тогда находился Михаил Феодорович, как злодейская шайка уже пробралась к самой вотчине Романовых, уже недалеко была от села Домнина, где они надеялись застать Михаила Феодоровича. Но Бог оградил Своего избранника любовью народною; и вот тогда-то кровь Сусанина спасла жизнь царя Михаила Феодоровича на радость и счастье родной земли.

Приведем прежде всего драгоценное свидетельство о святом подвиге этого достойного сына русской земли — свидетельство самого спасенного им государя царя Михаила Феодоровича. В своей жалованной грамоте, данной зятю Сусанина, крестьянину Богдану Сабинину, он говорит: "Как Мы, Великий Государь, были на Костроме (то есть в Костромских пределах), и в те поры приходили в Костромской уезд польские и литовские люди, и тестя его, Богданова, Ивана Сусанина, литовские люди изымали и его пытали великими немерными муками, а пытали у него, где в те поры Мы, Великий Государь, были, и он, Иван, ведая про нас, где мы в те поры были, терпя от тех польских и литовских людей немерные пытки, про нас, Великого Государя, тем польским и литовским людям не сказал, и польские и литовские люди замучили его до смерти". Так рассказывает подвиг Сусанина сам спасенный им государь. Короток этот рассказ; но народное предание сохранило о подвиге Сусанина и такие подробности, которые представляют нам живую картину страданий этого мученика за царя. Предание говорит, что схваченный поляками Сусанин спокойно объявил им, что он хорошо знает, где находится Михаил Феодорович, и взялся проводить их в село Домнино. Дело было в начале марта; весеннее солнце сделало свое дело, лесные болота стали непроходимы. Поляки были рады такому предложению и старик Сусанин пошел впереди воровской шайки. Он повел их лесною тропинкою, говоря, что тут будет ближе, и завел их в такое болото, из которого можно было выбраться только местному жителю, которому были знакомы каждый кустик, каждая кочечка. Долго водил он их там; стало уже темнеть, когда измученные злодеи вышли из терпения и окружили его толпою. "Ты обманул нас, старик!" — закричали они наконец. — "Вы сами себя обманули, — отвечал спокойно почтенный старец: — ужели же вы думали, что я выдам вам моего государя — батюшку Михаила Феодоровича? — Нет! В веки не бывать тому! Он спасен, а вы погибайте тут вот — в окнах болотных!"

Нужно ли говорить, какая отчаянная злоба закипела в злодейских сердцах? Самым бесчеловечным образом принялись они пытать старика, понуждая его вывести их из болота, но Сусанин молчал, и тогда изверги изрубили его в куски...

На другой день соседние крестьяне нашли трупы погибших поляков в топи болотной и между ними тело старца — мученика Ивана Сусанина. Его с честью похоронили под Домнинскою церковью и предание говорит, что сам молодой царь Михаил Феодорович складывал в гроб части изрубленного тела своего спасителя. Не забыл он и семьи Сусанина: из вышеупомянутой грамоты видно, что он освободил зятя его, Богдана Сабинина, от разных податей и пожаловал ему половину деревни Деревнищ, а впоследствии обменял ее на пустошь Коробово. — Так доказал любовь свою к своему царю-батюшке костромской крестьянин Иван Сусанин, и страшно подумать, что было бы с русской землей, если бы удался замысел вражеский... Михаил Феодорович был последний в роде Романовых, его заменить было некем; да и никого из бояр не любил так русский народ, как Романовых: ведь это родовое имя говорило их сердцу о доброй царице Анастасии Романовне, которой Михаил Феодорович приходился двоюродным внуком, а кто же из тогдашних русских людей не помнил о добродетельной Анастасии?.. И Сусанин своею грудью — один, без сподвижников, отстоял дорогую жизнь Михайлову, а с нею отстоял спасение всей Русской земли!

 

Русский Филарет Милостивый

Кто из любителей житий святых не знает умилительной истории праведного Филарета Милостивого? Бог восхотел показать на нем и показал, что Он и здесь, на земле, может возвеличить смиренную добродетель, и благословил Своего угодника таким счастьем, о каком праведному Филарету, конечно, и во сне не мечталось: много понес он скорбей и лишений ради своего нищелюбия, но зато нежданно-негаданно удостоился высокой чести быть дедом самого греческого императора, который женился на его внучке родной, и стал тогда Филарет именитым боярином в славной столице греческой...

Русскому православному человеку особенно пришлось по сердцу это древнее повествование; его твердо знают и рассказывают друг другу даже безграмотные простецы деревенские; но многие ли знают, что и у нас на Руси был свой родной Филарет Милостивый, что и его Господь благословил точно таким же счастьем за его добродетели, и он, бедный дворянин и земледелец, дивным промышлением Божиим, удостоился быть тестем прародителя царей наших, великого государя царя Михаила Феодоровича Романова?

Этот смиренный избранник Божий был Лукьян Степанович Стрешнев.

Когда скончалась царица Мария Владимировна, первая супруга царя Михаила Феодоровича, государь, по обычаю того времени, пожелал избрать себе невесту из древних княжеских и боярских родов. И вот, в покоях матери царя, мудрой старицы Марфы Иоанновны, было собрано до шестидесяти знатных боярышень; при каждой из них была еще подруга-сверстница. Вышел государь со своею матерью в назначенный час; долго смотрел он на именитых девиц, но ни одна из них ему не понравилась. Наконец остановил он внимание на одной бедной девушке, которая прислуживала одной знатной боярышне, и приказал узнать: кто она такая? Ему доносят, что это Евдокия, дочь бедного дворянина Лукьяна Степановича Стрешнева; что она осиротела еще в пеленах, лишившись матери своей, что отец ее, отправляясь на службу ратную в смутные времена самозванщины, отдал ее на воспитание одной дальней своей родственнице, знатной боярыне, с дочерью которой она теперь и прибыла в Москву. Государю сказали еще, что Евдокия —скромная и добродетельная девица, что она много горя несет от своей гордой родственницы, и что редкий день не обливается слезами сиротскими... Тронулось сердце государя Михаила Феодоровича, и на другой же день Евдокия Лукьяновна всенародно была объявлена невестою царскою, а патриарх Филарет, родитель государя, благословил обручение своего сына с избранною невестою его.

Вскоре были отправлены послы к отцу невесты Лукьяну Степановичу Стрешневу в Можайский уезд; они везли ему богатые дары царские вместе с известительною грамотою, что по благости Божией царь-государь избрал себе в супруги его дочь, Евдокию Лукьяновну Стрешневу. Послы прибыли в то село, где жил Стрешнев; они спрашивают: где дом его? И им показывают бедную хижину, покрытую соломой. У ворот работник вязал борону. "Кого вам надобно?" — спросил он царских послов. — "Нам нужно Лукьяна Степановича Стрешнева", — отвечали они. — "Его нет дома, — ответил слуга: — он в поле на работе. Подождите немного; вот я довяжу борону и провожу вас к нему; а без бороны мне нельзя барину показаться". Скоро он окончил свое дело и поехал с бороною в поле к господину, а за ним пошли и царские послы. Они приходят к ниве, которую пахал" почтенный старец; он был одет в кафтан домашнего сурового холста; белые, как пух, волосы и седая окладистая борода внушали к нему невольное уважение. "Вот — мой барин!" —сказал работник царским послам. Между тем Стрешнев, приближаясь к ним с сохою, отер пот с загоревшего лица, а поравнявшись, поклонился им и посмотрел на них не без удивления, не покидая работы своей. Послы подошли к нему с почтением и объявили, что его дочь наречена царскою невестою. Стрешнев не верит им и говорит: "Наверное, вы посланы к кому-нибудь другому, а не ко мне. Нет ли другого Стрешнева, а меня зовут Лукьяном Стрешневым". Послы представляют ему грамоту, на имя его писанную. Стрешнев говорит им: "Не смею прикоснуться, не будучи уверен в точной истине. Прошу пожаловать ко мне в дом и там меня подождать. Там мы разберем все дело, и вы изволите узнать, что я не тот, кого вам надобно. А теперь дозвольте мне допахать мою ниву, пока погода хороша, да и солнце уже на закате". Но послы убедили его принять грамоту; он взял, прочитал, призадумался; приказал работнику допахать ниву и заборонить ее, а сам повел послов царских в свою хижину. Здесь он положил грамоту под образ, положил три земных поклона, и, став на коленях со слезами сказал: "Боже Всесильный! Ты от бедности возводишь меня к изобилию! Подкрепи же меня десницею Твоею, да не развращуся среди почестей и богатств, которые Ты, быть может, во искушение мне посылаешь!" — После того старец угостил послов царских чем Бог послал, и уложил их спать на свежую солому.

На другой день Стрешнев встал рано, пошел в церковь, отслужил молебен, принял благословение от своего отца духовного, простился с своими добрыми соседями как с родными, и отправился из своей бедной деревни, из убогой хижины, в престольный град, в царские палаты.

Нужно ли рассказывать, с какою почестью его встретили здесь? Сам царь, его будущий зять, вышел ему навстречу на красное крыльцо, не допустил его поклониться до земли и повел его прямо в светлые терема, где его ожидала дочь, вместе с матерью царя... Дочь поклонилась ему в ноги и поцеловала ему руку. Можно ли словами передать эту трогательную встречу старика-отца с любимою дочерью — невестою царскою! Чрез месяц совершено было бракосочетание. Лукьяну Степановичу пожаловано боярство, поместье и дом в Москве. Он поднес молодой царице, своей дочери, в подарок ларец, в котором были положены: его суровый холстиный кафтан, в котором он пахал свою ниву, и полотенце, которым он утирался, когда работал в поте лица своего... "Не забывай, — говорил ей счастливый старец: — не забывай, чья ты дочь; чем чаще будешь ты видеть сии дары мои, тем скорее будешь матерью народа"... Из царских палат переселился он в пожалованный ему дом, и здесь убрал свою спальню по-своему: в головах своей постели поставил образа, в ногах повесил меч и копье, которыми разил врагов на ратном поле, а по стене развесил: серп, косу, заступ и сошник... Он начинал и оканчивал каждый день молитвою, и в старом кожаном молитвеннике, где его рукою были написаны утренние и вечерние молитвы, и по коему он всегда молился, приписал он на конце: "Лукьян! Помни, что ты был!" Простодушный слуга его, деревенский его сотрудник, служил ему, и никто кроме него из других слуг не был к нему так близок.

Лукьян Степанович всегда был у царя защитником всех бедных и беспомощных, верным слугою царю и отечеству. Он был равно благороден и в суровой бедности, и в боярстве. А знаменитая дочь его своим благочестием, благоразумием, и милосердием украсила венец супруга своего, и сама воспитывала сына своего, тишайшего и премудрого царя Алексея Михайловича.

Не правда ли, что история этого благочестивого боярина напоминает историю праведного Филарета Милостивого? И тем более дорога русскому сердцу эта история, что она повествует об одном из предков благословенного, Богом избранного царствующего дома Романовых, а стало быть и нашего возлюбленного царя-батюшки, государя императора.

(Древнее историческое предание)

 

 





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 300; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.01 с.) Главная | Обратная связь