Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Отеческий завет Православному русскому воину




 

Если тебе, сын мой, Бог приведет быть в солдатах, то и там живи по - Божии: храни себя так, чтоб и в малом чем Бога не прогневать. Прежде всего великому государю служи верой и правдой, в бою будь тверд, бесстрашен, стой мужественно противу врагов, сам отнюдь в руки не давайся: бейся храбро, пока на ногах стоишь. Паче всего бойся измены, чтоб не быть тебе под проклятием и не погибнуть навеки: лучше умереть, чем изменить. А если тебя сонного или раненого захватят в плен, то отнюдь не сказывай неприятелю, что наши терпят недостаток в продовольствии или припасах военных; говори: "Мы все довольны, нет у нас ни в чем скудости". И если бы тебя мучить стали, ни слова не говори о недостатках своего войска, лучше смерть прими, а недостаток не объявляй врагу: тогда ты ко святым мученикам будешь причтен. Если станут спрашивать: сколько у вас людей в строю, скажи: "Я знаю только, сколько нас у каши, а сколько всех нас в армии, того знать мне непочему, потому что я простой солдат". Про своих товарищей сказывай: "В бою они все храбрецы, все старые солдаты, опытные, а нашей братии — новичков — немного наберется". И если уйдешь от них в свои полки, то все, что видел у них исправного, объяви тайно своему начальнику, а своим товарищам не говори, что враги сильны и всем изобильны. Будь ты, сын мой, Богу и великому государю верный слуга, будь доволен своим жалованьем. А если определенного жалованья не достает тебе, то займись каким-нибудь рукоделием, чтобы добыть себе что-нибудь честным трудом, а в неправое дело ни в какое не мешайся, никого ни в чем не обижай, ни у кого ничего не отнимай, и неправильного приобретения бойся паче огня, дабы тебе Бога не прогневать и за неправду души своей не погубить. Если будешь у кого на квартире стоять, то не моги ты хозяина дома в чем притеснять: будь ему слуга, а не господин; хотя ты чином и службою царю и велик перед ним, однако же будь во всем кроток и послушен ему, ни в чем досады не причиняй, говори с ним всегда любовно и ласково: ведь он иной раз последнюю свою копейку на тебя издержит, а ты придешь, да начнешь его теснить, да из избы выживать, а он от горести сердца своего возопиет к Богу, и Бог, видя скорбь его, за это тебе пошлет еще большую скорбь. Господа ради будь кроток: ты не уронишь своей чести тем, что будешь обходиться мирно и любовно с хозяином твоей квартиры. Знай, сын мой: где любовь, тут и Бог пребывает, а где вражда и досада, там диавол бывает. Рассуди же сам: с Богом или с диаволом лучше жить? А если хочешь с Богом быть, будь кроток как овца. И если будешь постояльцем смирным и любовным, да если при этом и услугу хотя малую будешь оказывать, то всякому человеку будешь мил: и за такое твое доброе обхождение всякий будет тебе рад, как своему родному, и будет тебя покоить как своего кровного. Ничем солдаты так не досаждают народу, как обидами и наглостию и дерзкими поступками. И ты, сын мой, Господа ради не будь дерзок, но будь со всяким человеком обходителен. От того ты и на войне храбр не будешь, если своих же, христиан православных будешь обижать. Дома многие держат себя храбро, а на войне за других прячутся. Кто же у себя дома смирен, тот в бою бывает храбрец. Я хорошо знал одного солдата: он был такой смирный, что его все звали курицей, нельзя было и солдатом назвать; а под Чигирином он десятка два или три турок изрубил собственноручно. И если бы посмотреть на него, то никто не поверил бы: росту небольшого, лицом сухощавый, к тому же еще и сутуловатый, и летами уж немолод был; а по смирению и обходительности не скоро другого такого и подобрать можно. За эту-то вот кротость Бог ему и помощь Свою посылал, так что товарищи не могли надивиться его храбрости. Так и ты, сын мой, не смотри на злых озорников: между своими будь ласков и добр, а в бою против врага будь сердит и безстрашен; дома будь кроткою овечкой, а на поле бранном — львом, страшным для врага. Но и на войне с товарищами будь обходителен, и со всеми, как военными, так и с мастеровыми, и с торговыми людьми, будь любезен. Больше всего бойся, чтоб не обидеть кого, не солгать на кого. Святое Евангелие дает такие заповеди воинам: «ни когоже обидите, ни оклеветавайте, и доволни будите оброки вашими» (Лк. 3; 14), т.е. определенным вам жалованьем. И только за сии три добродетели или заповеди воинам обещано спасение, кольми паче, если приложить к ним пост и молитву, и от блуда воздержание, потому что в бою чистота паче щита медного, да и в гражданском быту чистота великое добро. Израильтяне были в бою народ непобедимый, поэтому враги их нарочно подсылали к ним жен своих и девиц, дабы те с ними грешили, чтобы за блуд Бог попускал им одолеть израильтян. Видишь, сын мой, исстари даже неверные знали, что чистота в бою дороже щита, а блуд — погибель. Об одном греческом воине повествуют, что когда он шел войною против болгар, то по пути случилось ему ночевать у одного человека; — ночью пришла к нему девица и стала на грех побуждать. А он удержался, и три раза прогонял ее от себя. Потом он заснул и видится ему поле: и на том поле видит он греков побитых; все поле покрыто было трупами, и между ними он увидел порожнее место, так, как можно лечь одному человеку; и было ему сказано: "Лежать бы тебе на этом месте; но за то, что три раза боролся со змием, ты не будешь убит". Вот как, сын мой, чистота телесная хранит человека в бою; а если будет воля Божия, и чистого человека убьют, то он к святым мученикам будет сопричтен. А кто живет блудно, и во всяких неправдах пребывает, тот хотя бы и за веру пострадал, однако же один Бог ведает, получит ли он награду за то. Бойся же, сын мой, блудного греха. И хотя бы не было войны, ты два раза в году исповедывайся и Святых Таин причащайся. А в военное время во все четыре поста говей и причащайся, и будь на всякий день готов умереть. Воину надо во сто раз больше, чем монаху, хранить себя от всякого греха, как бы кого не обидеть и жить в чистоте, потому что ему надобно всегда быть готовым к смерти. Если увидишь, что неприятель гонится за твоим офицером, или товарищем, или за другим кем, то хотя бы этот человек и зло тебе какое учинил, ты всячески постарайся избавить его от беды. И если тебе удастся спасти его, не моги ты хвалиться тем, что себя не пожалел и врага своего от смерти избавил: пусть знает это только Бог да совесть твоя, потому что дело великое — зла не помнить; Господь заповедует: «любите враги вашя... добро творите ненавидящим вас» (Мф. 5; 44). И кто так поступит, тот сыном Божиим наречется. — А если ты, сын мой, выручая недруга своего, будешь сам убит, то я и сказать не могу того, как Бог за сие возвеличит тебя во Царствии Своем и вечною славою прославит. Господь сказал: «болши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Ин. 15; 13), а кольми паче если положишь душу свою за врага!



В военном деле командирам своим, как старшим, так и младшим, будь во всем послушен; ружье имей в исправности, порох держи в сухом месте; зарядов попусту не расходуй, чтобы казна государева напрасно не пропадала, и учись стрелять в цель: ни одной недели не пропускай, чтобы хотя раз в цель не выстрелить. Тогда ты и один послужишь за десятерых. Да смотри, сын мой, не носи при себе никаких заговоров. Если будешь иметь их при себе, то Бога оскорбишь тем: ведь они вместо Бога будут у тебя, и если с ними убьют тебя, то и кровь твоя, и душа ни за что погибнут. А если скудость будешь терпеть, не моги ты ничего у других отнимать насильно: лучше Христовым именем питайся или у своей братии нанимайся, а силою ни у кого ничего не отнимай: избави тебя Бог от этого! Помни: солдатством души своей не погубишь, а злыми делами погубишь. Если и в духовном чину будешь, да со злыми делами не расстанешься, то погибнешь; и в солдатах будучи, если будешь жить по-Божии, спасешься, и жизнь вечную наследуешь.

(Из "Завещания " крестьянина Ивана Посошкова)

 

 

Что такое Церковь Христова?

 

Верую, что есть только одна Святая Соборная и Апостольская Церковь, которая утверждена Кровью и учением Господа Иисуса Христа, Его Апостолов, святых Отцов, и святых мучеников, которой никогда не одолеют врата адовы, которой крепко держится восточное православное исповедание (Часть I, стр. 41). Эта Церковь есть одна, потому что есть только один Бог, одна вера, одно крещение, одни Таинства и заповеди и одно учение Христа и Его Апостолов. Эта Церковь есть Святая, потому что верует во Святого Святых, имеет святейшие Таинства, переданные от Христа Бога, и нигде нельзя найти благодатного освящения, кроме Святой Церкви Православной. Она есть Соборная, ибо собрана от народов всей вселенной, а не состоит из одного какого-нибудь, как прежде состояла из еврейского. Она есть Церковь Апостольская, потому что ведет начало свое и получила власть священства от самих Апостолов (Ч. I, 57). Основание и глава сей Церкви — Сам Христос, ее стены — Закон Божий, ее столпы — Апостолы, Евангелисты и учители, ее покров — Сам Дух Божий (Ч. II, 116). Она есть град великий Царя Небесного, куда укрываются все, наветуемые от проклятого диавола. Господь утвердил Церковь Свою так, что врата ада, то есть вся сила демонская, все еретики и неверы, никогда не возмогут одолеть ее, потому что премудрейший Архитектор кругов небесных основал ее не на слабом песке, но на твердом камени, на истинном оном исповедании Апостола Петра: «Ты еси Христос, Сын Бога живаго» (Мф. 16; 16), — на исповедании, которое Сам Христос Господь называл камнем: «на сем камени созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей» (там же, 18). Эта истина тверда и непреложна, потому что она есть слово Самого Христа, Который также именуется у Апостола «камнем: камень же бе Христос» (1 Кор. 10; 4). Так непоколебимо основание Церкви! (Ч. III, 194). Она стоит как высокая скала, в которую и день и ночь со всех сторон бьют волны морские, — стоит невредимо, а ее хулители как волны о камень разбиваются и исчезают; она прославляется, а те постыжаются; она воцарится со Христом, а те низвержены будут в бездну огненную со своим началовождем диаволом; она будет вечно торжествовать на небе, а те вечно будут плакать и рыдать в подземных адских темницах... (Розыск. 531 стр.). Тот, Кто создал Адаму помощницу из ребра его, Он же, Жених Небесный, создал Себе, от Своего же прободенного ребра возлюбленную невесту, а нам любезную Матерь — Церковь Свою Святую, дабы она возродила множество чад водою и духом (Ч. 1,180). Церковь есть наша истинная Матерь, ее голос есть голос горлицы, нежно пекущейся о детях, ее уста источают миро Апостольских учений, от ее рук — каплет смирна благодеяний, совершаемых любовию и милосердием, ее два сосца — это два завета: Ветхий, Пророками возвещенный, и Новый, Апостолами проповеданный; св. крещением она рождает чад своих в жизнь бессмертную. Иди же к ней, о сын мой, питайся от сосцов этой истинной Матери! (Четий Минеи, Июль). Она со своими пастырями и учителями не укрывается, не под спудом светит, но открыто сияет для всей вселенной, как свеча на свещнике (Розыск. 125).

Господь со делал Свою Церковь непогрешимою, она есть «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3; 15). Она пребудет на земле до последнего дня судного, и «врата адова», по слову Господа, никогда «не одолеют ее». Непреложны слова Господа нашего, пречистыми устами Его изреченные: «Аз есмъ с вами во вся дни до скончания века» (Мф. 28; 20). «Верен Господь во всех словесех Своих» (Пс. 54; 13). «Небо и земля прейдут, а словеса Его не мимо идут» (Мф. 26; 35). Значит, никогда не отнимет Господь благодати Своей у Церкви, потому что где Христос, там и благодать Его (Розыск. 530-1). «Господь в Церкви Святей Своей» (Пс. 10; 10), в Церкви Святей Православной, Апостольской; хотя бы враги и озлобляли ее, притесняли и терзали, однако же она непреодолима: с нею Господь, и кто удаляется от нее, тот удаляется от Господа и от своего спасения (Ч. II, 117). Сию Церковь хранит Дух Божий, по слову Псалмопевца: «не воздремлет, ниже уснет храняй Израиля» (Пс. 120; 4) (стр. 172). Он сего Духа все дарования, в Церкви сияющие. Со времени сошествия Святого Духа на Апостолов Святая Церковь процвела, как маслина плодовитая, различными ветвями — ликами праведников (стр. 173). Пострадавший за нас на кресте Господь Иисус соделался Главою Церкви и Ее Начальником. После Него вождями Церкви были Апостолы, за ними учители, святители, священники, и таким образом дошел до нас сей жребий святительского и священнического служения, и после нас пребудет до скончания века (Роз. 120).

Как между пшеницею, пока она не сжата, нельзя не быть плевелам, так и во Святой Церкви, пока она пребывает, как пшеница на ниве, в сей юдоли плачевной, нельзя не найтись между добрыми — и грешным. Однако же ради грешных Господь не оставляет Церкви Своей, и не оставит до конца веков, как Сам обещал сие (Мф. 28; 20). (Роз. 528). В Христовой Церкви есть и добрые и злые, и праведные и грешные, есть овцы и козлища, но Церковь как нежная мать всех детей своих питает и согревает, добрых любя, а недобрых терпя и жалея (Ч. II, 117).

Кроме Церкви нельзя найти нигде благодатного освящения. (Ч. I, 57). Те добрые дела, которые делаются помимо Православной Церкви, хотя бы были и очень добрыми, однако же не могут заслужить человеку спасения, ибо Глава Церкви — Христос говорит: «иже несть со Мною, на Мя есть: и иже не собирает со Мною, расточает» (Лк. 11; 23). «Якоже розга не может плода сотворити о себе, аще не будет на лозе, тако и вы, аще во Мне не пребудете. Аз есмь лоза, выже рождие... Без Мене не можете творити ничесоже. Аще кто во Мне не пребудет, извержется вон, якоже розга, и изсышет: и собирают ю и во огнь влагают, и сгарает» (Ин. 15; 4-6). Кто присоединится к Церкви Христовой, тот присоединился Христу, Который неразлучен со Своею Церковью, как глава с телом. А кто чуждается Христовой Церкви, тот чуждается Самого Христа — Главы церковной; без Христа же все его добрые дела, которые он думает собирать во спасение, — он не собирает, а расточает, и спасения себе ими не заслужит. Член, отсеченный от тела, главою оживляемого и управляемого, может ли быть живым членом и действовать? Ветка, отрезанная от лозы виноградной или отломленная от яблони, может ли плоды приносить? Никогда. Вот так же и человек — христианин, хотя бы он и проходил жизнь добродетельную, как скоро отлучится от единения с Церковью Православною, — не может получить спасения. Послушайте, что говорит святейший Афанасий, патриарх Александрийский, в своем Символе: "Кто хочет спастись, тому надобно содержать веру Православную; и кто не сохранит ее в целости и чистоте, тот, без всякого сомнения, погибнет навеки". Из сих слов святителя очевидно, что никто не может спастись помимо Православной Церкви Кафолической, как во дни Ноя никто не спасся от потопа кроме тех, кои находились в ковчеге. Святой Киприан говорит: "Кому Церковь не мать, тому Бог не отец". И Сам Господь сказал: если кто не слушает «Церкви, буди тебе якоже язычник и мытарь» (Мф. 18; 17). Не смотри на его добрые дела, если он не слушает Церкви. Много и среди неверующих во Христа людей добродетельных, которые и правду любят, и милосердие показывают, и никого не обижают, и благодеяния делают не только своим, но и нам, Христианам: однако же эти добрые дела их не заслужат им спасение, потому что они чужды Христа и Его Церкви. Вот так же и те, которые носят имя Христиан, но Церкви Христовой чуждаются, погибнут и с добрыми своими делами, хотя бы и имели их. Пусть у них будут и посты, и чистота нравов, даже девство, пусть будет ревностная проповедь, — но если они отделили себя от Церкви, если еретичествуют, то никакие подвиги и труды не спасут их, а еще и муку их увеличат (Роз. 557).

(Выписки из сочинений святителя Димитрия, митрополита Ростовского)

 

Дом добродетелей

Страх Божий пробуждает душу к хранению заповедей и посредством заповедей созидается дом душевный. Кто хочет построить дом, тот должен отовсюду укрепить его и с четырех сторон возводить стену, а не об одной только стороне заботиться, другие же оставить в небрежении; потому что иначе он не получит никакой пользы, но понапрасну утратит все: намерение и издержки и труд. Так бывает и относительно души: ибо человек, желающий создать душевный дом, не должен не радеть ни об одной стороне своего здания, но ровно и согласно возводить оное. Сие-то значит сказанное Аввою Иоанном: "Я хочу, чтобы человек каждый день приобретал понемногу от всякой добродетели", а не так, как делают некоторые, кои, держась одной добродетели и пребывая в ней, только ее одну и исполняют, а о прочих не заботятся. Таковые подобны человеку, который строит одну только стену, и возводит ее сколь возможно выше и, взирая лишь на высоту этой стены, думает, что он совершил нечто великое, а не знает того, что если хотя однажды подует ветер, то он повалит ее, ибо она стоит одна и не имеет связи с другими стенами. Притом же никто не может себе устроить защиты из одной стены, потому что со всех других сторон она открыта. Сперва должно быть положено основание, то есть вера: «ибо без веры, - как говорит Апостол, - не возможно угодити Богу» (Евр. 11; 6), и потом на сем основании человек должен строить здание равномерно: случилось ли послушание, он должен положить один камень послушания; встретилось ли огорчение от брата, должен положить один камень долготерпения; представился ли случай к воздержанию, должен положить один камень воздержания. Так от всякой добродетели, для которой представляется случай, должно полагать в здание по одному камню, и таким образом возводить оные со всех сторон, полагая то камень сострадания, то камень отсечения своей воли, то камень кротости и так далее. И при всем том должно позаботиться о терпении и мужестве: ибо они суть краеугольные камни, ими связывается здание, и соединяется стена со стеною, почему они и не наклоняются, и не отделяются одна от другой. Без терпения и мужества никто не может совершить ни одной добродетели. Поэтому и сказано: «в терпении вашем стяжите души ваша» (Лк. 21; 19).

Строящий должен также на каждый камень класть известь, ибо если он положит камень на камень без извести, то камни выпадут и дом обрушится. Известь есть смирение, потому что она берется из земли и находится у всех под ногами. А всякая добродетель, совершаемая без смирения, не есть добродетель. О сем сказано и в Отечнике: "Как корабль нельзя построить без гвоздей, так и спастись нельзя без смиренномудрия". И так каждый должен все, что он ни делает доброго, делать со смирением, чтобы смирением сохранить сделанное. Дом должен иметь и так называемые связи, кои суть рассуждение: оно утверждает строение, соединяет камень с камнем и связывает стены, а вместе с тем придает дому и большую красоту. Кровля же есть любовь, которая составляет совершенство добродетелей, также как и кровля — верх дома. Потом, после кровли перила кругом ее. Что же значат перила кругом кровли? В Законе написано о сем: если построите дом и сделаете на нем кровлю, то сделайте около кровли перила, чтобы дети ваши не падали с кровли (Втор. 22; 8). Перила суть смирение, потому что оно ограждает и охраняет все добродетели; и как каждая добродетель должна быть соединена со смирением, подобно тому, как мы сказали, что над каждым камнем полагается известь, так и для совершенства добродетели нужно смирение; ибо и святые, преуспевая, естественно приходят в смирение, как я всегда говорю вам, что чем более кто приближается к Богу, тем более видит себя грешным. Что же суть дети, о которых сказал Закон, чтобы они не падали с кровли? Дети суть помышления, бывающие в душе, которые должно сохранить смирением же, чтобы они не упали с кровли здания.

Вот дом окончен, имеет связи, имеет кровлю, о которой мы сказали, что она есть любовь, — совершенство добродетелей, вот и окружающие ее перила, и одним словом: дом готов. Но не нужно ли ему еще что-нибудь? Да, мы не упомянули еще об одном. Что же это такое? Чтобы зодчий был искусен; ибо если он неискусен, то он покривит немного стену, и дом когда-нибудь обрушится. Искусен тот, кто разумно совершает добродетели; ибо случается, что иной строит и разрушает, и кладет один камень, и снимает его, иногда же полагает один и снимает два. Например, вот пришел один брат и сказал тебе слово, оскорбляющее или огорчающее тебя; если ты смолчишь и поклонишься ему, то ты положил один камень. Потом ты идешь и говоришь другому брату: "Такой-то мне досадил и сказал мне то-то и то-то, а я не только смолчал, но и поклонился ему". Вот ты один камень положил, и два камня снял. А кто разумно делает поклон, тот твердо уверен, что он согрешил, и вполне убежден, что он сам виноват: вот что значит разумно сделать поклон. Опять иной служит больному, но служит для того, чтобы иметь награду; это также неразумно. И потому, если с ним случится что-либо скорбное, то это легко удаляет его от сего доброго дела, и он не достигает конца его, потому что делает оное неразумно. А разумно служащий служит для того, чтобы приобрести милостивое сердце, чтобы приобрести чувство сострадания: ибо кто имеет такую цель, тот, что бы ни случилось с ним, скорбь ли извне, или сам больной помалодушествует против него, он без смущения переносит все это, взирая на свою цель и зная, что более больной благотворит ему, нежели он больному. Поверьте, что кто разумно служит больным, тот освобождается и от страстей и от браней. Я знаю брата,, который терпел брань от нечистых помыслов, и освободился от нее тем, что разумно служил больному, страдавшему водяною болезнью. Также, если кто постится или по тщеславию, или думая в себе, что он совершает добродетель, таковой постится неразумно, и потому начинает после укорять брата своего, почитая себя чем-то великим; и оказывается, что он не только положил один камень и снял два, но и находится в опасности разрушить всю стену чрез осуждение ближнего. А кто разумно постится, тот не думает, что он совершает добродетель, и не хочет, чтобы его хвалили, как постника, но думает, что чрез воздержание приобретает целомудрие, а посредством сего придет в смирение, как говорят Отцы: "Путь к смирению суть труды телесные, совершаемые разумно..." и проч. И, одним словом, каждую добродетель человек должен совершать так разумно, чтобы усвоить ее себе и обратить в навык, и таковой оказывается, как мы сказали, искусным художником, зодчим, могущим прочно строить свой дом. О сем и Евангелие говорит (Мф. 7; 24), что мудрый созидает храмину свою на камне, и никакое противодействие не может поколебать ее. Кто говорит, что добродетели велики, и он не может достигнуть их, точно или не уповает на Бога, или ленится делать добро. Назовите какую хотите добродетель: от нас зависит исполнить ее, если хотим. Так Писание говорит: «возлюбиши искренняго твоего яко сам себе» (Мф. 5; 43). Не говори: как я могу возлюбить ближнего как самого себя? — Положи только начало с верою в Бога, покажи Ему твое произволение и старание, и увидишь помощь Божию. Представь себе две лестницы: одна возводит на небо, другая низводит во ад, а ты стоишь на земле посреди обеих лестниц. Не думай же и не говори: как могу я возлегать от земли и очутиться вдруг на высоте неба, то есть на верху лестницы? Это невозможно, да и Бог не требует сего от тебя; но берегись по крайней мере, чтобы не сойти вниз. Не делай зла ближнему, не огорчай его, не клевещи, не злословь, не унижай, не укоряй, и таким образом начнешь мало-помалу и добро делать брату твоему, и так, поднимаясь со ступени на ступень, достигнешь с помощью Божиею и верха лестницы, то есть, дойдешь до того, что станешь желать и пользы его, как своей собственной. А сие-то и значит возлюбить ближнего как самого себя. Бог Человеколюбец да подаст нам слышать и исполнять то, что слышим, чтобы слова сии не послужили нам на осуждение в день суда. Ибо Ему подобает слава во веки. Аминь.

(Из поучений преподобного аввы Дорофея)

 





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 312; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.014 с.) Главная | Обратная связь