Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


III. ВСЕОБЩАЯ ФОРМА СТОИМОСТИ




1 сюртук =

10 фунтов чая =

40 фунтов кофе —

20 аршинам холста.

1 квартер пшеницы =

2 унции золота = Vî тонны железа = х товара А = и т. д. товара ==



К. МАРКС


§ 1. ИЗМЕНЕННЫЙ ВИД ОТНОСИТЕЛЬНОЙ ФОРМЫ СТОИМОСТИ

Относительная форма стоимости имеет теперь совершенно измененный вид. Все товары выражают свою стоимость, во-первых, просто, то есть в одном-единственном другом товар­ном теле, и, во-вторых, единообразно, то есть в одном и том же другом товарном теле. Их форма стоимости проста и обща им всем, то есть всеобща. Для всех разнородных товарных тел холст имеет теперь значение общего им всем и всеобщего воплощения стоимости. Форма стоимости какого-нибудь то­вара, то есть выражение стоимости этого товара в холсте, теперь не только отличает этот товар как стоимость от его бытия как предмета потребления, то есть от его собственной натуральной формы, но и ставит его как стоимость в отношении ко всем другим товарам, ко всем товарам как к равным ему. Поэтому в этой форме стоимости товар обладает всеобщей общественной формой.

Только благодаря своему всеобщему характеру форма стои­мости соответствует понятию стоимости. Форма стоимости должна была быть такой формой, в которой товары выступают по отношению друг к другу только как сгустки лишенного раз­личий, однородного человеческого труда, то есть как вещные выражения одной и той же субстанции труда. Это теперь до­стигнуто. Ибо все товары выражены как материализация одного и того же труда, а именно труда, содержащегося в холсте, или как одна и та же материализация труда, а именно — в виде холста. Таким образом, качественно они приравнены друг к другу.

В то же время они подвергнуты количественному сравне­нию, или представлены по отношению друг к другу как опре­деленные величины стоимости. Например, 10 фунтов чая = 20 аршинам холста и 40 фунтов кофе = 20 аршинам холста. Следовательно: 10 фунтов чая = 40 фунтам кофе. Или: в одном фунте кофе содержится только четвертая часть того количества субстанции стоимости, труда, которое содержится в 1 фунте чая.

§ 2. ИЗМЕНЕННЫЙ ВИД ЭКВИВАЛЕНТНОЙ ФОРМЫ

Особенная эквивалентная форма развилась теперь во всеоб­щую эквивалентную форму. Или товар, находящийся в экви­валентной форме, есть теперь всеобщий эквивалент.

Так как натуральная форма товарного тела холст получает значение воплощения стоимости всех других товаров, то она


ФОРМА СТОИМОСТИ



есть теперь форма его безразличия, или непосредственной обмениваемости на все элементы товарного мира. Поэтому натуральная форма холста есть в то же время его всеобщая общественная форма.

Для всех других товаров, хотя они суть продукты самых различных видов труда, холст имеет значение формы проявле­ния труда, содержащегося в них самих, следовательно — вопло­щения однородного, лишенного различий человеческого труда. Ткачество, этот особенный конкретный вид труда, играет теперь — в силу стоимостного отношения товарного мира к холсту — роль всеобщей и непосредственно исчерпывающей формы осуществления абстрактно-человеческого труда, то есть затраты человеческой рабочей силы вообще.

Именно поэтому содержащийся в холсте частный труд вы­ступает также и как такой труд, который находится непосред­ственно во всеобщей общественной форме, или в форме равен­ства со всеми другими видами труда.

Следовательно, если какой-нибудь товар обладает всеобщей эквивалентной формой, или функционирует как всеобщий эквивалент, то его натуральная, или телесная, форма играет роль видимого воплощения, всеобщей общественной оболочки всякого человеческого труда.

§ 3. РАВНОМЕРНОСТЬ РАЗВИТИЯ ОТНОСИТЕЛЬНОЙ ФОРМЫ СТОИМОСТИ И ЭКВИВАЛЕНТНОЙ ФОРМЫ

Степени развития относительной формы стоимости соответ­ствует степень развития эквивалентной формы. Однако — и это важно отметить — развитие эквивалентной формы есть только выражение и результат развития относительной формы стои­мости. Инициатива исходит от последней.

Простая относительная форма стоимости выражает стои­мость какого-нибудь товара только в одном-единственном дру­гом товаре, безразлично в каком. Товар получает здесь форму стоимости только в отличие от своей собственной формы потре­бительной стоимости, или натуральной формы. И эквивалент его получает тоже только единичную эквивалентную форму. Развернутая относительная форма стоимости выражает стои­мость какого-нибудь товара во всех других товарах. Поэтому последние получают форму многих особенных эквивалентов,, или особенную эквивалентную форму. В конце концов товар­ный мир обретает единую, всеобщую относительную форму стои­мости, выделяя из своей среды один-единственный товар, в ко­тором все другие товары выражают свою стоимость. Вследствие



К. МАРКС


этого выделенный товар становится всеобщим эквивалентом, или эквивалентная форма становится всеобщей эквивалентной формой.

§ 4. РАЗВИТИЕ ПОЛЯРНОСТИ МЕЖДУ

ОТНОСИТЕЛЬНОЙ ФОРМОЙ СТОИМОСТИ

И ЭКВИВАЛЕНТНОЙ ФОРМОЙ

Полярная противоположность, или нераздельная взаимная связь и столь же постоянное взаимное исключение относи­тельной формы стоимости и эквивалентной формы, — так что 1) какой-нибудь товар не может находиться в одной форме без того, чтобы другой товар не находился в противоположной форме, и 2) коль скоро какой-нибудь товар находится в од­ной форме, он не может в то же время внутри того же выра­жения стоимости находиться в другой форме, — эта поляр­ная противоположность обоих моментов выражения сто­имости развивается и закрепляется в той же самой мере, в какой развивается или совершенствуется форма стоимости вообще.

Уже в форме I обе формы исключают одна другую, но только формально. Смотря по тому, читаем ли мы уравнение слева направо или справа налево, каждый из двух товаров, — на­пример, холст и' сюртук, — одинаковым образом находится то в относительной форме стоимости, то в эквивалентной форме. Здесь еще довольно трудно уловить полярную противополож­ность.

В форме II какой-нибудь товар всякий раз может полностью развернуть свою относительную стоимость, или сам он обладает развернутой относительной формой стоимости, лишь потому и постольку, поскольку все другие товары противостоят ему в эк­вивалентной форме.

Наконец, в форме III товарный мир обладает всеобщей обще­ственной относительной формой стоимости лишь потому и по­стольку, поскольку все принадлежащие к нему товары исклю­чены из эквивалентной формы, или формы непосредственной обмениваемости. Наоборот, товар, находящийся во всеобщей эквивалентной форме, или фигурирующий в качестве всеоб­щего эквивалента, исключен из единой и потому всеобщей относительной формы стоимости товарного мира. Для того чтобы холст, — то есть какой-нибудь товар, находящийся во всеобщей эквивалентной форме, — участвовал в то же время также и во всеобщей относительной форме стоимости, он дол­жен был бы относиться к самому себе как к эквиваленту. В та-


ФОРМА СТОИМОСТИ



ком случае получилось бы: «20 аршин холста = 20 аршинам холста», то есть получилась бы тавтология, в которой не выра­жаются ни стоимость, ни величина стоимости. Чтобы выразить относительную стоимость всеобщего эквивалента, мы должны перевернуть форму III. Всеобщий эквивалент не обладает об­щей с другими товарами относительной формой стоимости, а его стоимость выражается относительно в бесконечном ряде всех других товарных тел. Таким образом, развернутая отно­сительная форма стоимости, или форма II, оказывается теперь специфической относительной формой стоимости того товара, который играет роль всеобщего эквивалента.

§ 5. ПЕРЕХОД ОТ ВСЕОБЩЕЙ ФОРМЫ СТОИМОСТИ К ДЕНЕЖНОЙ ФОРМЕ

Всеобщая эквивалентная форма есть форма стоимости вообще. Следовательно, она может принадлежать любому товару, но всегда только при том условии, что этот товар выталкивается из среды всех других товаров.

Однако уже одно только различие формы между формой II и формой III показывает нечто своеобразное, чего не было в формах I и II. А именно, в развернутой форме стоимости (форме II) один товар исключает все другие товары, чтобы в них выразить свою собственную стоимость. Это исключение может быть процессом чисто субъективным, например, процессом владельца холста, оценивающего стоимость своего собствен­ного товара во многих других товарах. Напротив, во всеобщей эквивалентной форме (форме III) какой-нибудь товар нахо­дится лишь потому и постольку, поскольку он сам как экви­валент исключается всеми другими товарами. Исключение есть здесь независимый от исключаемого товара объективный про­цесс. Поэтому в историческом развитии товарной формы все­общая эквивалентная форма может принадлежать попеременно то одному, то другому товару. Но тот или иной товар никогда не функционирует действительно в качестве всеобщего экви­валента, разве только, если его исключение, а следовательно, его эквивалентная форма, не есть результат объективного обще­ственного процесса.

Всеобщая форма стоимости есть развитая форма стоимости и потому — развитая товарная форма. Продукты труда, веще­ственно совершенно различные, не могут обладать законченной товарной формой и потому не могут функционировать в процессе обмена в качестве товаров, если они не представлены как вещ­ные выражения одного и того же одинакового человеческого



К. МАРКС


труда. Это значит: для того, чтобы получить законченную то­варную форму, они должны получить единую, всеобщую отно­сительную форму стоимости. Но эту единую относительную форму стоимости они могут приобрести только благодаря тому, что они выделяют из своей собственной среды какой-то опре­деленный товар в качестве всеобщего эквивалента. И лишь с того момента, когда это выделение окончательно ограничится одним специфическим товаром, единая относительная форма стои­мости приобретает объективную прочность и всеобщую общест­венную значимость.

Отныне специфический товарный вид, с натуральной фор­мой которого общественно срастается эквивалентная форма, становится денежным товаром, или функционирует в качестве денег. Исполнение в товарном мире роли всеобщего эквива­лента делается его специфической общественной функцией, а следовательно, его общественной монополией. Это привиле­гированное место среди товаров, которые в форме II фигури­ровали как особенные эквиваленты холста, а в форме IIIвсе выражали свою относительную стоимость в холсте, исторически завоевал себе определенный товар, а именно золото. Поэтому если мы в форме IIIна место товара холст поставим товар золото, то получится:

IV. ДЕНЕЖНАЯ ФОРМА

2унциям золота

20 аршин холста = 1 сюртук = 10 фунтов чая = 40 фунтов кофе = 1 квартер пшеницы = V2 тонны железа = х товара А = и т. д. товара =

§ 1.ОТЛИЧИЕ ПЕРЕХОДА ВСЕОБЩЕЙ ФОРМЫ СТОИМОСТИ К ДЕНЕЖНОЙ ФОРМЕ ОТ ПРЕЖНИХ ПЕРЕХОДОВ

При переходе от формы I к форме II и от формы II к форме IIIимеют место существенные изменения. Напротив, форма IV отличается от формы IIIтолько тем, что теперь вместо холста формой всеобщего эквивалента обладает золото. В форме IV золото остается тем же, чем холст был в форме III,— всеобщим эквивалентом. Прогресс состоит лишь в том, что форма непо­средственной всеобщей обмениваемое™, или всеобщая экви-


ФОРМА СТОИМОСТИ



валентная форма, теперь окончательно срослась в силу обще­ственной привычки со специфической натуральной формой товара золото.

Золото лишь потому противостоит другим товарам как деньги, что оно раньше уже противостояло им как товар. Подобно всем другим товарам, оно функционировало и как эквивалент — как единичный эквивалент в единичных актах обмена, и как особенный эквивалент наряду с другими товарами-эквивалентами. Мало-помалу оно' стало функционировать, в более или менее широких кругах, как всеобщий эквивалент. Как только оно завоевало себе монополию на это место в вы­ражении стоимостей товарного мира, оно сделалось денежным товаром, и лишь с того момента, когда оно уже стало таким денежным товаром, форма IV начинает отличаться от формы III, другими словами — всеобщая форма стоимости превращается в денежную форму.

§ 2. ПРЕВРАЩЕНИЕ ВСЕОБЩЕЙ ОТНОСИТЕЛЬНОЙ ФОРМЫ СТОИМОСТИ В ФОРМУ ЦЕНЫ

Простое относительное выражение стоимости товара, на­пример холста, в товаре, уже функционирующем как денеж­ный товар, например в золоте, есть форма цены. Следовательно, форма цены холста такова:

20 аршин холста = 2 унциям золота,

или, если 2 ф. ст. представляют собой монетное FiasBaHne двух унций золота:

20 аршин холста = 2 фунтам стерлингов.

§ 3. ПРОСТАЯ ТОВАРНАЯ ФОРМА ЕСТЬ ТАЙНА ДЕНЕЖНОЙ ФОРМЫ

Мы видим, что собственно денежная форма сама по себе не представляет никаких трудностей. После того* как постиг­нута всеобщая эквивалентная форма, уже совершенно не надо ломать голову, чтобы понять, что эта эквивалентная форма закрепляется за таким специфическим товаром, как золото; понять это тем легче, что всеобщая эквивалентная форма по самой своей природе обусловливает общественное выделение одного определенного товара всеми другими товарами. Дело теперь только в том, что это выделение приобретает объективно общественную консистенцию и всеобщую значимость; поэтому оно не оказывается попеременно уделом различных товаров



К. M A P К С


и имеет отнюдь не только местное значение и не только в ка­ких-то особенных сферах товарного мира.

Трудность, заключающаяся в понятии денежной формы, ограничивается трудностью понимания всеобщей эквивалент­ной формы, следовательно, всеобщей формы стоимости вообще, формы III. По форма III разрешается ретроспективно в форму II, а конституирующим элементом формы II является форма I: «20 аршин холста = 1 сюртуку», или «х товара А = у товара В». Если мы знаем, что такое потребительная стоимость и что такое меновая стоимость, то мы найдем, что эта форма I есть самый простой, самый неразвитый способ представить любой продукт труда, например холст, как товар, то есть как единство противоположностей потребительной стоимости и меновой стои­мости. Вместе с тем мы легко найдем тогда ряд тех метамор­фозов, через которые должна пройти простая товарная форма: «20 аршин холста = 1 сюртуку», для того чтобы приобрести свою законченную форму: «20 аршин холста == 2 фунтам стер­лингов», то есть чтобы приобрести денежную форму.


t 165

К. МАРКС

[ФРАГМЕНТЫ ИЗ АВТОРИЗОВАННОГО

ФРАНЦУЗСКОГО ИЗДАНИЯ

I ТОМА «КАПИТАЛА»]"

Перевод полностью переработан Печатается по тексту

К. Марксом первого издания

в сентябре 1872 — ноябре 1875 г. 1872—1875 гг.

Перевод с дЗранцузспого


[ 167

LE CAPITALPAR KARL MARX

Traduction de M. J. Roy, entièrement revisée par l'auteur. Paris. Editeurs Maurice Lachatre et Cie

(Карл Маркс. Капитал. Перевод г-на Ж. Руа, полностью пере­работанный автором. Париж. Издатели Морис Лашатр и К0).

СОДЕРЖАНИЕ

КНИГА ПЕРВАЯ РАЗВИТИЕ КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО ПРОИЗВОДСТВА

Первый отдел

ТОВАР И ДЕНЬГИ

Глава первая. Товар

I. Два фактора товара: потребительная стоимость и мено­вая стоимость, или стоимость в собственном смысле (субстанция стоимости, величина стоимости) II. Двойственный характер представленного товаром труда

III.Форма стоимости

IV. Фетишистский характер товара и его тайна Глава вторая. Обмен

Глава третья. Деньги, или обращение товаров I. Мера стоимостей II.Средство обращения

a) Метаморфоз товаров. Т Д. Первый метаморфоз то­вара, или продажа. Д Т. Второй, или конечный, метаморфоз — купля

b) Обращение денег

c)Монета. Знак стоимости



К. МАРКС


III. Деньги

a) Образование сокровищ

b) Средство платежа

c) Мировые деньги

Второй отдел ПРЕВРАЩЕНИЕ ДЕНЕГ В КАПИТАЛ Глава четвертая. Всеобщая формула капитала Глава пятая. Противоречия всеобщей формулы капитала Глава шестая. Купля и продажа рабочей силы

Третий отдел

ПРОИЗВОДСТВО АБСОЛЮТНОЙ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ

Глава седьмая. Производство потребительных стоимостей и про­изводство прибавочной стоимости

I. Производство потребительных стоимостей

II. Производство прибавочной стоимости

Глава восьмая. Постоянный капитал и переменный капитал Глава девятая. Норма прибавочной стоимости

I. Степень эксплуатации рабочей силы

II. Выражение стоимости продукта в соответствующих
долях самого продукта

III. «Последний час» Сениора

IV. Чистый продукт Глава десятая. Рабочий день

I. Пределы рабочего дня

II. Свойственная капиталу жажда прибавочного труда.
Боярин и фабрикант

III. Рабочий день в тех отраслях английской промышлен­ности, где эксплуатация не ограничена законом

IV. Дневной и ночной труд. Система смен

V. Принудительные законы об удлинении рабочего дня

с середины XIV до конца XVII столетия VI. Борьба за нормальный рабочий день. Принудительное ограничение рабочего времени в законодательном по­рядке. Английское фабричное законодательство с 1833 по 1864 год VII. Борьба за нормальный рабочий день. Влияние англий­ского законодательства па другие страны

Глава одиннадцатая. Норма и масса прибавочной стоимости


[фрагменты из французского издания I т. «капитала»! 169

Четвертый отдел

ПРОИЗВОДСТВО ОТНОСИТЕЛЬНОЙ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ

Глава двенадцатая. Относительная прибавочная стоимость Глава тринадцатая. Кооперация

Глава четырнадцатая. Разделение труда и мануфактура I. Двоякое происхождение мануфактуры П. Частичный рабочий и его орудие

III. Общий механизм мануфактуры. Ее две основные формы: гетерогенная мануфактура и серийная ману­фактура

IV. Разделение труда внутри мануфактуры и внутри обще­ства

V. Капиталистический характер мануфактуры

Глава пятнадцатая. Машины и крупная промышленность I. Развитие машин и машинного производства П. Стоимость, переносимая машиной на продукт

III. Ближайшие действия машинной промышленности на рабочего

IV. Фабрика

V. Борьба между рабочим и машиной

VI. Теория компенсации

VII. Отталкивание и притяжение рабочих фабрикой. Кри­зисы в хлопчатобумажной промышленности VIII. Революционизирование крупной промышленностью мануфактуры, ремесла и работы на дому IX. Фабричное законодательство X. Крупная промышленность и земледелие

Пятый отдел

ДАЛЬНЕЙШИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ О ПРОИЗВОДСТВЕ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ

Глава шестнадцатая. Абсолютная прибавочная стоимость и

относительная прибавочная стоимость Глава семнадцатая. Изменения в соотношении между величинами прибавочной стоимости и стоимости рабочей силы I. Дано: Продолжительность и интенсивность труда по­стоянны. Производительность переменна II. Дано: Продолжительность и производительность труда постоянны. Интенсивность переменна



К. МАРКС


III. Дано: Производительность и интенсивность труда по­стоянны. Продолжительность труда переменна

IV. Дано: Одновременные изменения продолжительности, производительности и интенсивности труда

Глава восемнадцатая. Различные формулы нормы прибавочной стоимости

Шестой отдел ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА

Глава девятнадцатая. Превращение стоимости или цены ра­бочей силы в заработную плату Глава двадцатая. Повременная заработная плата Глава двадцать первая. Сдельная заработная плата Глава двадцать вторая. Национальные различия в нормах заработной платы

Седьмой отдел НАКОПЛЕНИЕ КАПИТАЛА Введение

Глава двадцать третья. Простое воспроизводство Глава двадцать четвертая. Превращение прибавочной стои­мости в капитал I. Воспроизводство в расширенном масштабе. Как право собственности при товарном производстве становится правом капиталистического присвоения II. Ошибочное понимание производства в расширенном масштабе

III. Разделение прибавочной стоимости на капитал и доход. Теория воздержания

IV. Обстоятельства, определяющие размеры накопления независимо от той пропорции, в которой прибавочная стоимость делится на капитал и доход. Степень эксплуа­тации рабочей силы. Производительность труда. Уве­личение разницы между применяемым капиталом и потребляемым капиталом. Величина авансированного капитала

V. Так называемый рабочий фонд

Глава двадцать пятая. Всеобщий закон капиталистического накопления I. Когда строение капитала остается прежним, рост на­копления ведет к повышению нормы заработной платы


[фрагменты из французского пздания I т. «капитала»! 171

II. Последовательные изменения в строении капитала по мере роста накопления и относительное уменьшение той части капитала, которая обменивается на рабочую силу

III. Возрастающее производство относительного перенасе­ления, или промышленной резервной армии

IV. Формы существования относительного перенаселения. Всеобщий закон капиталистического накопления

V. Иллюстрация всеобщего закона капиталистического на­копления

Восьмой отдел ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ НАКОПЛЕНИЕ

Глава двадцать шестая. Тайна первоначального накопления Глава двадцать седьмая. Экспроприация сельского населенна Глава двадцать восьмая. Кровавое законодательство против экспроприированных с конца XV столетия. Законы о заработной плате Глава двадцать девятая. Генезис капиталистических фермеров Глава тридцатая. Обратное влияние земледельческой револю­ции на промышленность. Создание внутреннего рынка для промышленного капитала Глава тридцать первая. Генезис промышленного капиталиста Глава тридцать вторая. Историческая тенденция капиталисти­ческого накопления Глава тридцать третья. Современная теория колонизации


172 ]

ПЕРВЫЙ ОТДЕЛ ТОВАР И ДЕНЬГИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ ТОВАР

II. ДВОЙСТВЕННЫЙ ХАРАКТЕР ПРЕДСТАВЛЕННОГО ТОВАРОМ ТРУДА

...Более значительное количество потребительной стоимости образует явственным образом большее материальное богатство; двумя сюртуками можно одеть двух человек, одним — только одного и т. д. Однако возрастающей массе вещественного богат­ства может соответствовать одновременное понижение его стои­мости. Это противоречивое движение возникает из двойствен­ного характера труда. Эффективность полезного труда в пре­делах данного времени зависит от его производительной силы. Следовательно, полезный труд оказывается более или менее обильным источником продуктов в прямой зависимости от уве­личения или уменьшения его производительной силы. Напро­тив, изменение этой последней никогда не затрагивает прямо труда, представленного в стоимости. Так как производительная сила принадлежит конкретному и полезному труду, то она уже не затрагивает труда, как только оставляют в стороне полезную форму. Каковы бы ни были изменения производительной силы труда, один и тот же труд, функционируя в течение одного и того же времени, фиксируется всегда в одной и той же стоимости. Но он приносит за определенное время большую потребительную стоимость, если его производительная сила увеличивается, и меньшую, если она уменьшается. Всякое изменение производи­тельной силы, которое увеличивает плодотворность труда и, сле­довательно, массу доставляемых им потребительных стоимостей, уменьшает стоимость этой увеличенной массы, если сокращает­ся общее время, необходимое для ее производства. И наоборот.

Из предыдущего следует, что если в товаре и нет, собственно говоря, двух видов труда, то все-таки один и тот же труд в нем


[фрагменты из французского издания I т. «капитала»] 173

противопоставляется себе самому, смотря по тому, относят ли его к потребительной стоимости товара, как его продукту, или к стоимости этого товара, как чисто объективному его выраже­нию. Всякий труд есть, с одной стороны, расходование чело-| веческой силы в физиологическом смысле, и в этом качестве одинакового человеческого труда он образует стоимость товаров. , С другой стороны, всякий труд есть расходование человеческой силы в той или иной производительной форме, преследующей достижение какой-либо особой цели, и в этом качестве конкрет­ного и полезного труда он производит потребительные стои­мости, или полезности. Подобно тому, как товар должен быть прежде всего полезностью, чтобы быть стоимостью, так и труд должен быть прежде всего полезным, чтобы считаться расходо­ванием человеческой силы, человеческого труда в абстрактном смысле слова [стр. 181 52.

IV. ФЕТИШИСТСКИЙ ХАРАКТЕР ТОВАРА И ЕГО ТАЙНА

На первый взгляд товар кажется тривиальной и понятной вещью. Наш анализ, напротив, показывает, что это очень слож­ная вещь, полная метафизических тонкостей и теологических ухищрений. Как потребительная стоимость, он не заключает в себе ничего загадочного, будем ли мы рассматривать его с той точки зрения, что он своими свойствами удовлетворяет чело­веческие потребности или что эти свойства были приданы ему человеческим трудом. Очевидно, что человек своей деятельно­стью видоизменяет вещества, доставленные природой, таким образом, чтобы они были ему полезны. Форма дерева, напри­мер, изменяется, если делают из него стол. Тем не менее стол остается деревом, обыденной и чувственно воспринимаемой вещью. Но как только он начинает выступать как товар — тут уже совсем другое дело. В одно и то же время он чувственно воспринимаемый и чувственно невоспринимаемый; ему уже недостаточно стоять ногами на земле; он уже становится, так сказать, на свою деревянную башку перед лицом других това­ров и предается капризам более причудливым, чем если бы он пустился в пляс.

Мистический характер товара, следовательно, не проистекает из его потребительной стоимости. Он не проистекает также из свойств, которые определяют стоимость. Во-первых, на самом деле, как бы различны ни были отдельные виды полезного труда или производительной деятельности, это физиологическая ис­тина, что они являются прежде всего функциями человеческого

7 М. и Э., т. 49



К. МАРКС


организма и что всякая такая функция, каковы бы ни были ее содержание и ее форма, есть, в сущности, затрата человече­ского мозга, нервов, мускулов, органов чувств и т. д. Во-вто­рых, что касается того, что служит для определения количе­ства стоимости, то есть продолжительности этой затраты, или количества труда, то нельзя отрицать, что это количество труда совершенно отчетливо отличается от его качества. При всех общественных укладах человека должно было интересовать то время, которое необходимо для производства средств по­требления, хотя и не одинаково на различных ступенях циви­лизации х). Наконец, раз люди так или иначе работают друг на друга, их труд тем самым получает общественную форму.

Итак, откуда же возникает загадочный характер продукта труда, как только он приобретает форму товара? Очевидно, из самой этой формы.

Равенство различных видов человеческого труда приобре­тает форму качества — стоимости продуктов труда; измерение индивидуальных видов труда их продолжительностью приобре­тает форму величины стоимости продуктов труда; наконец, отношения производителей, в которых проявляется обществен­ный характер их труда, приобретают форму общественного от­ношения продуктов труда. Вот почему эти продукты превра­щаются в товары, то есть в такие вещи, которые восприни­маются и не воспринимаются нашими чувствами, то есть в общественные вещи. Так световое воздействие какого-нибудь предмета на глазной нерв представляется не как субъективное раздражение самого нерва, а как чувственно воспринимаемая форма какой-либо вещи, которая существует вне нашего глаза. Следует добавить, что в акте видения свет действительно отбра­сывается одним внешним предметом на другой предмет, на глаз; это физическое отношение между физическими вещами. Но форма стоимости и отношение стоимости продуктов труда абсолютно ничего общего не имеют с их физической природой. Это только определенное общественное отношение людей между собой, которое приобретает здесь фантастическую форму отношения вещей. Чтобы найти аналогию этому явлению, надо было бы забраться в туманные области религиозного мира. Там про­дукты человеческого мозга представляются самостоятельными предметами, одаренными собственной жизнью, имеющими связь с людьми и друг с другом. То же самое происходит в мире това-

•> У древних германцев арпан земли измеряется трудом одного дня; отсюда назва­ние арпана: Tagewerk,Mannewerk и т. д. (Juraale или jumelle, terra jurnalls илиdiurnalis). Между прочим,выражение «journal» земли существует все еще в некоторых частях Франции.


[фрагменты из французского издания I т. «капитала»] 175

ров с продуктами человеческих рук. Это можно назвать фети­шизмом, который присущ продуктам труда, коль скоро они выступают как товары, фетишизмом, который неотделим от этого способа производства.

Вообще предметы потребления становятся товарами только потому, что они суть продукты частных работ, выполняемых независимо одна от другой. Совокупность этих частных работ образует общественный труд. Так как производители вступают в общественный контакт лишь путем обмена своих продуктов, то и общественный характер их частных работ проявляется прежде всего только в рамках этого обмена. Другими словами, частные работы фактически выступают как звенья обществен­ного труда лишь благодаря тем отношениям, которые обмен устанавливает между продуктами труда и косвенно между производителями. Поэтому последними отношения их частных работ воспринимаются как они есть, то есть не как непосред­ственные общественные отношения лиц в самом их труде, а как общественные отношения между вещами.

Лишь в обмене продукты труда приобретают в качестве стоимостей идентичное и единообразное общественное сущест­вование, отличное от их вещественного и многообразного суще­ствования в качестве предметов потребления. Это расщепление продуктов труда на предмет потребления и предмет стоимости расширяется на практике с того момента, когда обмен приобре­тает распространение и значение, достаточное для того, чтобы предметы потребления производились ради обмена, чтобы стои­мостной характер этих предметов имелся в виду уже при самом их производстве. С этого момента частные работы производи­телей получают на деле двойной общественный характер. С од­ной стороны, они должны быть полезным трудом, удовлетво­ряющим общественные потребности и проявляющимся, следо­вательно, в качестве составных частей совокупного труда, звеньев общественного разделения труда, которое складывается стихийно; с другой стороны, они удовлетворяют разнообразные потребности самих производителей, и поэтому каждый вид полезного частного труда может быть обменен на все другие частные виды полезного труда, то есть он имеет репутацию равного с ними. Равенство работ, которые toto coelo * отли­чаются друг от друга, может состоять лишь в отвлечении от их реального неравенства, в сведении их к их общему характеру затраты человеческой силы, человеческого труда вообще. И только обмен осуществляет это сведение, ставя лицом

* — do всех отношениях. Ред.

7*



К. МАРКС


друг к другу на равных условиях самые различные продукты труда.

Двойственный общественный характер частных работ отра­жается в голове производителей только лишь в той форме, которую этим работам придает торговая практика, обмен про­дуктов. Когда производители вступают в контакт друг с другом и благодаря этому отношению продукты их труда становятся стоимостями, то это происходит не потому, что они видят в сто­имостях простую оболочку, под которой скрывается однород­ный человеческий труд. Как раз наоборот: приравнивая в обмене свои различные продукты друг к другу, они тем самым приравнивают друг к другу свои различные работы. Они это делают, не сознавая этого 1). Таким образом у стоимости не напи­сано на лбу, что она такое. Более того, она превращает каждый продукт труда в иероглиф. Только со временем человек начи­нает стремиться расшифровать смысл этого иероглифа, проник­нуть в тайну общественного творения, которое он сам создает. А превращение полезных предметов в стоимости есть продукт общества точно так же, как и язык.

Сделанное позже научное открытие, что продукты труда как стоимости представляют собой простое выражение человеческого труда, затраченного при их производстве, знаменует эпоху в истории развития человечества, но отнюдь не рассеивает фантасмагории, в силу которой общественный характер труда кажется характером вещей, самих продуктов. Лишь для данной особенной формы производства, для товарного производства, справедливо, что общественный характер самых различных работ состоит в их равенстве как человеческого труда и что этот специфический общественный характер приобретает объектив­ную форму, форму стоимости продуктов труда. Этот последний факт для людей, захваченных механизмом и отношениями товар­ного производства, представляется, как после, так и до откры­тия природы стоимости, столь же неизменным и естественным, как газообразная форма воздуха, которая остается все такой же как после, так и до открытия его химических элементов.

Практически лиц, обменивающихся продуктами, интересует прежде всего вопрос: сколько они получат при обмене своих продуктов, то есть пропорция, в которой продукты обмени­ваются между собой. Когда эта пропорция приобретает извест­ную прочность и становится привычной, тогда кажется, что

»i Поэтому, когдаГалиани говорит: стоимость есть отношение между двумя ли­цами,«La Ricchézzaè unaragione tra due persone» (Galiani. Delia Moneta.p. 221, том III, издания Кустоди: «ScrittoriClassici Italiani di Economia Politica». Parte Moderna, Milano, 1803),то он должен былбы добавить: отношение, прикрыто« вещной оболочкой,


[фрагменты из французского издания I т. «капитала»! 177

она проистекает из самой природы продуктов труда. Кажется, что в самих этих вещах заложено свойство обмениваться в заве­домо определенных пропорциях подобно тому, как в определен­ной пропорции происходит соединение химических элементов. Стоимостный характер продуктов труда выявляется на деле только тогда, когда они определятся как величины стоимости. Эти последние изменяются непрерывно, независимо от желания и предвидения производителей, в глазах которых их собствен­ное общественное движение принимает, следовательно, форму движения вещей, движения, которое управляет производителями вместо того, чтобы производители им управляли. Необходимо вполне развитое товарное производство для того, чтобы из само­го опыта возникла научная истина: частные работы, соверша­емые независимо друг от друга, но всесторонне связанные между собой как звенья общественной и естественно выросшей системы разделения труда, постоянно приводятся к своей общественной пропорциональной мере. А каким образом? В случайных и посто­янно меняющихся меновых отношениях общественно необходи­мое время труда для производства продуктов пробивает себе путь как естественный регулирующий закон подобно тому, как закон тяготения дает о себе знать, когда нам на голову обрушивается дом1'. Определение величины стоимости продол­жительностью труда есть поэтому тайна, скрывающаяся под оче­видным движением товарных стоимостей. Открытие этой тайны, показывающее, что величина стоимости не определяется слу­чайно, как это может казаться, не устраняет, однако, той формы, которая представляет эту величину как количественное отно­шение между самими вещами, между продуктами труда.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:

Последнее изменение этой страницы: 2017-03-08; Просмотров: 658; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2019 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.033 с.) Главная | Обратная связь