Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Концепция науки в критическом рационализме




Постпозитивистскую стадию в разработке проблем методологии научного познания наиболее ярко представляет критический рационализм. I К. Поппер (1902—1988), Т. Кун (род. 1922 г.). И. Лакатос (1922 — 1974), П. Фейерабенд (род. 1924 г.).Критический рационализм не просто пе­ресмотрел исходные принципы неопозитивизма в отношении методо­логии научного познания, но радикальным образом изменил сам предмет изучения. С точки зрения критического рационализма предметом изучения являются не высказывания, а наука как целостная, динамичная, развивающая система. Критические рационалисты считают, что научное значение является целостным по своей природе. Его нельзя разбить на отдельные высказывания или на независимые друг от друга уровни: уровень наблюдений (эмпирический) и уровень теории (теоретический). Любое эмпирическое высказывание обусловлено какой-то теорией. В научном знании философские концепции тесно переплетаются, взаимосвязаны с собственно научными. А это значит, что философия не только оказывает стимулирующее (негативное или позитивное) воздействие на науку, философские положения органичес­ки входят в «тело» науки. Наука, как целостное явление, требует к себе разносторонних подходов: историко-научного, методологического, науковедческого, психологического, логического и т. д.

Основоположник критического рационализма К. Поппер исхо­дил из предпосылки, что законы науки не выражаются аналитичес­кими суждениями и в то же время не сводимы к наблюдениям. А это означает, что эти законы не верифицируемы. Науке, по мнению К. Поппера, нужен другой принцип — не принцип верификации, а фальсификация, то есть не подтверждение на истинность, а опро­вержение неистинности.Фальсификация, по Попперу, это принци­пиальная опровержимость (фальсифицируемость) любого учрежде­ния, относящегося к науке.Принцип фальсификации используется К. Поппером как разграничительная линия в отделении научного знания от ненаучного.

Принцип фальсификации, в каком-то смысле, непосредст­венно направлен против принципа верификации. К. Поппер ут­верждал, что истинным можно считать такое высказывание, кото­рое не опровергнуто опытом. Если найдены условия, при которых хотя бы некоторые базисные «атомарные высказывания» (теории, гипотезы) ложны, то данная теория, гипотеза опровержима. Когда же опытное опровержение гипотезы отсутствует, то она может считаться истинной, или, по крайней мере, оправданной. Но истол­кование принципа фальсификации как антиверификации являет­ся неточным. У К. Поппера этот принцип имеет гораздо более широ­кое и принципиально иное значение. С точки зрения Поппера, науч­ное знание не сводимо к опытному, эмпирическому. Эмпирическое знание — это только один уровень научного знания. Наряду с ним, существует и другой — теоретический. Эмпирический и теорети­ческий уровни органически связаны между собой. Поэтому прин­цип фальсификации — это не способ эмпирической проверки, а оп­ределенная установка науки на критический анализ содержания научного знания, на постоянную необходимость критического пе­ресмотра всех его достижений. Таким образом, К. Поппер утверж­дает взгляд на науку как на постоянный динамический процесс, в котором непрерывно происходят какие-то изменения. Причем, развитие научного знания, по Попперу, не следует представлять как прогрессивный, «кумулятивный» процесс, т. е. процесс добав­ления, накопления новых истинных знаний. Научные теории неза­висимы друг от друга. Они в своем развитии не дополняют, а разви­вают друг друга. В науке постоянно проходит процесс перестроек теории.

Существенный вклад в разработку идей критического рацио­нализма внес профессор Принстонского университета США Т. Кун. Он считает, что не следует представлять науку как собрание истин­ных или ложных идей, высказываний, теорий, развивающихся по своим собственным законам — законам познания. В науке действует человек-ученый как субъект научной деятельности. При этом Кун подчеркивал, что научное познание осуществляется не учеными-одиночками, асообществом ученых-профессионалов, действующих по неписаным правилам, которые регулируютих взаимоотно­шения друг с другом и обществом, в целом. Например, таким правилом является запрет обращаться к властям или широким массам, чтобы они выступили в качестве арбитров для разрешения научных споров. Таким арбитром может быть только компетентная профес­сиональная группа.



Таким образом, Кун исходит из представления онауке как со­циальном институте, в котором действуют определенные социаль­ные группы и организации. Однако главным, объединяющим нача­лом сообщества ученых, с точки зрения Куна, являются не нормы профессиональной этики, а единый стиль мышления, признание данным сообществом определенных фундаментных теорий и мето­дов исследования. Эти положения, объединяющие сообщество уче­ных, Кун назвалпарадигмой. «Под парадигмой, — писал Т. Кун, — я подразумеваю признанные всеми научные достижения, которые в течение определенного времени дают научному сообществу модель постановки проблем и их решения» (Кун Т. Структура научных революций.— М„ 1971.— С. 11). Из этих моделей, по мнению Куна, возникают конкретные традиции того или иного направления в ис­следовании.

Парадигмы имеют как познавательную, так и нормативную функции. Они дают ученым основные принципы их познавательной деятельности и формы реализации этих принципов. Парадигмы, по словам Куна, являются источником методов, проблемных ситуаций, стандартов решения проблем, принятых в тех или иных сообществах ученых. Более низким уровнем организации научного знания, по сравнению с парадигмой, являетсянаучная теория. Каждая теория создается в рамках той или иной парадигмы. Теории, существующие в рамках различных парадигм, не сопоставимы. Поэтому одна и та же теория не может входить в разные парадигмы без предваритель­ного ее серьезного переосмысления. А это означает, что при смене парадигм невозможно осуществить преемственность теорий, то есть какие-то теории перенести из старых парадигм в новые. В контексте новых парадигм старые теории получают новое содержание, иную интерпретацию.

Позднее Кун называет парадигмыдисциплинарными матри­цами. Они дисциплинарны, потому что принуждают ученых к опре­деленному поведению, стилю мышления, а матрицы — потому что состоят из упорядоченных элементов различного рода, причем, каж­дый из них требует дальнейшей спецификации. Дисциплинарная матрица, по Куну, состоит из четырех основных элементов: 1) симво­лические обобщения или формализованные конструкции, использу­емые членами сообщества ученых без сомнений и разногласий; 2) «метафизические» общеметодологические представления, кон­цептуальные модели; 3) цементирующие данное научное сообщество ценности. Наиболее укоренившимися ценностями являются ценнос­ти, касающиеся предсказаний. Они должны быть точны, количест­венно обоснованы, просты, логичны, с высокой степенью вероятнос­ти; 4) «образцы» — признанные примеры.

Развитие науки представляется Куном какскачкообразный, революционный процесс, сущность которого выражается в смене па­радигм или дисциплинарных матриц. На каждом конкретном истори­ческом отрезке в рамках сообщества ученых складывается определен­ная парадигма. Развитие науки какой-то период идет в рамках данной парадигмы: происходит накапливание эмпирического материала, об­работка данных, совершенствуются методики исследований и т. д. Этот период развития знания Кун называет«нормальной наукой».

Однако спокойное развитие науки не может длиться вечно. Постепенно возникают причины для сомнения в ясности, очевиднос­ти и обоснованности общепринятых теоретических положений. Па­радигма как привычный стиль мышления расшатывается, и на ка­ком-то этапе наступает кризис основных исходных понятий в данной науке. Кун описывает этот кризис как с содержательной стороны развития науки (противоречия новых данных методик выводам и методикам устоявшейся парадигмы), так и с эмоционально-волевой (утрата доверия к исходным принципам действующей парадигмы со стороны какой-то значительной части научного сообщества). И в пе­реходе к новой парадигме действуют эти же факторы. Переход от старой к новой парадигме, отмечает он, не может основываться на чисто рациональных доводах, хотя этот элемент значителен. Здесь необходимы волевые факторы — убеждение и вера. «Требуется вы­бор между альтернативными способами научного исследования, причем, в таких обстоятельствах, когда решение должно опираться больше на перспективы будущего, чем на прошлые достижения. Тот, кто принимает парадигму на ранней стадии, должен часто решаться на такой шаг, пренебрегая доказательством, которое обеспечивается решением проблемы. Другими словами, он должен верить, что новая парадигма достигает успеха в решении большего круга проблем, с которыми она встретится, зная при этом, что старая парадигма по­терпела неудачу при решении некоторых из них. Принятие решения такого типа может быт основано только на вере» {Там. же..— С. 207).

Однако Кун — не сторонник иррациональных оснований сме­ны парадигм. Подчеркивая эмоционально-волевой характер приня­тия решения, он указывает, что это решение, эта вера опираются на определенные рациональные основания, которые заложены в логике научного исследования в тех требованиях, которые предъявляют к стилю и способу мышления новые научные данные. Постепенно эти рациональные основания углубляются, и новая парадигма завоевы­вает в сообществе все большее количество сторонников до тех пор, пока она не займет доминирующие позиции и не превратится в «нор­мальную» науку. Затем цикл снова повторяется. Итак, для Поппера наука — это перманентная революция, постоянный критический пересмотр знаний, для Куна — развитие науки — это смена парадигм, периодические скачкообразные изменения в стиле мышления, мето­дологии и методике научного исследования.

Близкую по смыслу, хотя и в ряде положений отличающуюся от концепции Куна, теорию развития науки представил профессор Лондонской экономической школы И. Лакатос. Основной структур­но-динамической единицей его модели науки являетсянаучно-ис­следовательская программа. По характеристике Лакатоса, исследовательские программы являются величайшими научными дости­жениями и их можно оценивать на основе прогрессивного или рег­рессивного сдвига проблем. Прогрессивный «сдвиг проблем» — озна­чает по Лакатосу, —научную революцию. Каков же критерий про­гресса исследовательских программ? Исследовательская програм­ма считается прогрессирующей тогда, когда ее теоретический рост предвосхищает ее эмпирический рост, т. е. когда она с некоторым успехом может предсказать новые факты. Регресс наступает тогда, когда она дает запоздалое объяснение научных открытий или фак­тов, предвосхищаемых и открываемых конкурирующей исследова­тельской программой. Если данная исследовательская программа объясняет больше, нежели конкурирующая, то она вытесняет по­следнюю из оборота сообщества ученых.

Каждая исследовательская программа, считает Лакатос, представляет собой сложную и структурированную систему, состоящую из ряда элементов: «жесткого ядра» — совокупности суждений, которые явно или неявно являются теоретической основой данного стиля мышления, «запретного пояса» — суждений, связывающих исследовательскую программу с эмпирическими данными, «негативной эвристики», указывающей, каких путей исследования следует избегать, и «пози­тивной эвристики», рекомендующей наиболее предпочтительные пути исследования. Утверждения, составляющие «жесткое ядро» в рамках данной программы, принимаются как неопровержимые. «Защитный пояс» предохраняет «жесткое ядро» от опровержения, но изменяется совершенствуется благодаря правилам «позитивной эвристики», а также с помощью процедур фальсификации и верификации.

История развития науки, по Лакатосу, — это история борьбы и смены конкурирующих исследовательских программ, которые со­ревнуются на основе их эвристической силы в объяснении эмпири­ческих фактов, предвидении путей развития науки и принятии контрмер против ослабления этой силы. По сути дела, здесь И. Лакатос воспроизводит в иных терминах, в более дифференцированном виде куновскую концепцию развития науки на основе парадигм. Од­нако при интерпретации движущих причин смены исследователь­ских программ, конкретных механизмов развития науки Лакатос не разделяет взгляды Куна. Он видит в науке внутреннюю и внешнюю историю.Внутренняя история науки базируется на движении идей, методологии, методик научного исследования, то, что, по словам Лакатоса, составляет собственное содержание науки.Внешняя исто­рия — это формы организации науки и личностные факторы научно­го исследования. Кун подчеркивал огромное значение этих «внеш­них факторов», Лакатос же отдает им второстепенное значение.

Наиболее радикальные позиции в критическом рационализме занимает американский философ П. Фейерабенд. Опираясь на разра­ботанное Поппером и Лакатосом положением о том, что при столкнове­нии научных теорий с некоторым фактом для их опровержения необ­ходима еще одна теория (придающая факту значение опровергающего свидетельства). Фейерабенд выдвинул методологическийпринцип пролиферации (размножения)теорий. Согласно этому принципу, уче­ные должны стремиться создавать теории, несовместимые с уже су­ществующими и признанными. Создание таких альтернативных тео­рий способствует их взаимной критике и ускоряет развитие науки. Познание в таком случае представляется океаном постоянно увеличи­вающихся альтернатив, каждая из которых принуждает другие уточ­нять свои исходные позиции, и все вместе они, благодаря процессу кон­куренции, развивают мощь человеческого мышления.

Принцип пролиферации в методологии Фейерабенда базиру­ется на критикепринципа инвариантности, от которого отталкива­ется неопозитивизм. Фейерабенд отвергает существование в науке теоретически нейтрального эмпирического языка, считая, что все на­учные термины «теоретически нагружены», их значение находится в зависимости от соответствующего теоретического контекста. Разные теории имеют разные наборы постулатов, и значения их терминов не только инвариантны, но и вообще несопоставимы друг с другом. От­сюда Фейерабенд приходит к выводу о несоизмеримости конкуриру­ющих и сменяющих друг друга альтернативных теорий. Их нельзя сравнивать как в отношении к общему эмпирическому базису, так и с точки зрения логико-методологических стандартов и норм, так как каждая теория устанавливает свои собственные нормы.

Соединение у Фейерабенда плюрализма теорий с тезисом об их несоизмеримости порождает анархизм. Каждый ученый, по Фей-ерабенду, может изобретать и разрабатывать свои собственные тео­рии, не обращая внимания на несообразности, противоречия и кри­тику. Деятельность ученого не подчиняется никаким рациональным нормам. Поэтому развитие науки, по Фейерабенду, иррационально:

новые теории побеждают и получают признание не вследствие раци­онально обоснованного выбора и не в силу того, что они ближе к исти­не или лучше соответствуют фактам, а благодаря пропагандистской деятельности их сторонников.

В этом смысле наука, считает Фейерабенд, ничем не отличает­ся от мифа и религии и представляет собой одну из форм идеологии. Поэтому следует освободить общество от «диктата науки», отделить науку от государства и представить науке, мифу, религии одинако­вые права в общественной жизни.

 





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-03-17; Просмотров: 1913; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.013 с.) Главная | Обратная связь