Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Часть первая. Новая форма войны




Глава I. Новые технические средства

Воздушный флот, открывая человеку новое поле действий — воз­душное пространство, неизбежно должен был привести человека к борьбе также и в воздухе, ибо где только могут встретиться два чело­века, там неизбежна борьба. И действительно, еще прежде, чем воздушный флот был каким-либо образом использован для гражданских целей, он нашел широ­кое применение для целей военных, чему особенно содействовало начало Мировой войны, разразившейся в тот период, когда воздуш­ный флот, находясь в состоянии младенчества, еще отыскивал свой путь.

То обстоятельство, что в распоряжении борющихся сторон оказа­лось, почти неожиданно, новое орудие войны, характер которого еще не вполне определился, а свойства совершенно иные, чем у всех дру­гих военных средств, неизбежно должно было, как и случилось на деле, провести к неуверенности в его применении.

В новом средстве увидели, главным образом, нечто, могущее ока­заться полезным для того, чтобы облегчить применение прочих, уже существовавших военных средств, и в течение сравнительно долгого времени отрицалась даже самая возможность борьбы в воздухе. <...>

Только к концу Мировой войны в некоторых из воюющих стран возникла мысль, что было бы возможно и выгодно поручить воздуш­ным силам самостоятельные боевые задачи. Но эта мысль не была с решительностью осуществлена никем — может быть и потому, что война закончилась раньше, чем были готовы надлежащие средства.

Сейчас эта мысль воскресает и, по-видимому, утверждается. Дей­ствительно, она отвечает логической концепции, вызываемой анало­гией. Человек живет в основном на суше и, конечно, начал сражаться на ней. Мы не знаем, рассматривал ли он, начиная плавать по морям, средства, предназначенные для мореплавания, как боевые средства, способные усилить и дополнить сухопутные военные средства; но мы знаем, однако, что с давних пор на море сражаются независимо от действий на суше, хотя и согласованно с последними. Воздушный океан имеет для поверхности суши большее значение, чем моря, а потому ничто не препятствует а prior думать, что воздушное про­странство может явиться столь же важным полем борьбы.

Сухопутная армия, хотя и сражается на суше, обладает плавучи­ми средствами и может употреблять их для облегчения и усиления своих операций, но это не исключает того, что морской флот может выполнять одними своими средствами боевые задачи, в которых ар­мия не может оказать ему содействия каким бы то ни было образом. Морской флот, хотя и сражается на море, обладает сухопутными средствами и может использовать их для облегчения и усиления сво­их операций, но это не исключает того, что сухопутная армия может выполнять одними своими средствами боевые задачи, в которых морской флот не может оказать ей содействия каким бы то ни было образом. Аналогично сухопутная армия и морской флот могут обла­дать воздушными средствами, способными облегчать и дополнять операции первой и второго, но это не может а prior исключить того, что возможно, если это выгодно или необходимо, создать воздушные силы, способные одними своими средствами выполнять боевые зада­чи, в которых ни сухопутная армия, ни морской флот не будут в со­стоянии оказать им содействие каким бы то ни было образом.

В таком случае логически эти воздушные силы должны быть по­ставлены по отношению к сухопутной армии и морскому флоту в та­кое же положение, в каком взаимно находятся армия и флот. <...>

Оборона государства должна быть подготовлена так, чтобы дать стране возможность перенести с минимальными трудностями воз­можное в будущем военное столкновение. Но для того, чтобы подго­товительные меры оказались действенными, необходимо, чтобы в результате их появились средства, приспособленные к характеру и форме грядущих столкновений. Следовательно, в основу подготов­ки, направленной на обеспечение государству действительно надеж­ной обороны, должны быть положены характер и формы, которые примут столкновения в будущем.



Современные общественные формы привели к войнам массового характера, т. е. к войнам, вовлекающим в схватку целые народы; и так как эволюция общественного устройства определенно сохраняет то же направление, то следует предвидеть — в тех пределах, которы­ми должно ограничиться человеческое предвидение, — что характер возможных грядущих столкновений останется безусловно массовым. Напротив, оставаясь в тех же узких пределах человеческого предви­дения, можно с полной уверенностью утверждать, что формы воз­можных в будущем столкновений коренным образом изменятся. <...>

Мы сами явились свидетелями того влияния, какое имели на фор­мы сухопутной войны введение ультраскорострельного малокали­берного оружия в соединении с применением проволочных заграж­дений, а в морской войне — применение подводных лодок. На наших глазах произошло и введение в обиход войны двух других совершен­но новых средств: воздушного оружия и химического (отравляюще­го) оружия. <...>

Воздушное оружие дает возможность перенести, помимо взрыв­чатых веществ, химический или бактериологический яд в любую точ­ку неприятельской территории, сея по всей вражеской стране смерть и разрушение. <...>

 

Глава II. Новые возможности

До тех пор, пока человек оставался неразрывно «прикованным» к земной поверхности, он был принужден все формы своей деятель­ности развивать на этой поверхности, приспособляясь к последней. Война, представляя собой вид деятельности, требующий для своего осуществления передвижения вооруженных сил, была тесно связана с земной поверхностью, которая предписывала ей свои условия и оп­ределяла ее основные свойства.

Поверхность суши, вследствие своей неровности, представляет препятствия всякого рода, более или менее затрудняющие передви­жение по ней, так что для облегчения этого передвижения человек вынужден был приспособиться .к движению преимущественно по на­правлениям наиболее легкой проходимости, прибегая к долгой и утомительной работе, чтобы облегчить проход через трудно прохо­димые области. Таким образом, поверхность суши постепенно по­крылась сетью легкопроходимых путей, различным образом пересе­кающихся и разделенных районами, в которых передвижение менее удобно, а иногда и невозможно.'

Морская поверхность, будучи повсюду одинаковой, представляет повсюду одинаковую проходимость, но, будучи ограничена берега­ми, она позволяет соединять лишь пункты, расположенные на по­следних, посредством путей, свободно намеченных, но весьма часто обязательно проходящих через определенные пункты или следую­щих на большом протяжении вдоль самих берегов.

Война синтетически определяется как действие двух простых и противоположных воль: с одной стороны — тот, кто намерен захва­тить известную часть земной поверхности, с другой — тот, кто наме­рен воспротивиться занятию этой зоны противником.

Нападающий продвигается со своими силами по наиболее удобопроходимым путям, ведущим к области, которую он намерен занять; обороняющийся пытается воспрепятствовать этому продвижению и с этой целью развертывает свои силы поперек путей продвижения неприятеля, чтобы противодействовать его наступлению. И для боль­шего облегчения своего противодействия противнику он стремится развернуться там, где этому благоприятствуют условия местности, т. е. на линиях наиболее труднопроходимых препятствий. Так как эти рубежи являются природными и зависящими от почти неизмен­ной формы земной поверхности (так же, как неизменны более бога­тые и более плодородные области, вызывающие этими свойствами большую зависть народов), то отсюда вытекает, что определенные районы как бы самой судьбой предназначены быть во все времена аренами людских столкновений.

Так как все должно было происходить на поверхности земли, то война могла состоять лишь из движений и столкновений линий, рас­положенных на самой этой поверхности. Чтобы победить, т. е. про­двинуться к желаемому району, необходимо было прорвать силой некую линию вооруженных сил и открыть себе проход через нее. По­степенно, по мере того как война стала поглощать все ресурсы бо­рющихся народов, воюющие страны стали бросать все свои силы на боевые линии, придавая последним все большее протяжение, пока, наконец, в последней войне протяжение этих линий не оказалось наибольшим из совместимых с земной поверхностью, приведя к за­крытию всех возможных проходов.

Позади этих линий, на некотором расстоянии от них — расстоя­нии, определявшемся максимальной дальнобойностью огнестрельного оружия, — война не была в состоянии дать непосредственно почувст­вовать свои удары. За пределы этого расстояния не мог достигнуть никакой удар неприятеля, и жизнь здесь могла поэтому протекать в полной безопасности и относительном спокойствии. Поле сражения было четко ограничено; сражающиеся составляли отдельную катего­рию граждан, специально организованных и дисциплинированных; существовало, наконец, юридическое различие между сражающими­ся (комбаттантами) и несражающимися. Таким образом, во время Мировой войны, хотя она глубоко захватила целые народы, положе­ние было таково, что пока меньшая часть граждан сражалась и уми­рала, большинство жило и работало, чтоб снабдить меньшинство средствами для военных действий. И все это могло иметь место по­тому, что невозможно было перейти боевые линии, не разбив их предварительно.

Теперь все это отпадает, потому что в настоящее время возможно проникнуть за линии, не разбив их предварительно.

Этой способностью обладает летательный аппарат. Он передвига­ется в атмосфере, обволакивающей всю поверхность земли и пред­ставляющей собой абсолютно однородную среду. Он является вслед­ствие этого независимым от земной поверхности и способным дви­гаться во всех направлениях с одинаковой легкостью. Неровности, представляемые земной поверхностью, и различные очертания бере­гов, ограничивающих поверхности морей, не имеют для него значения. Так же, как он может перемещаться между любыми двумя точками земли наиболее коротким путем — по прямой линии, он может перемещаться между ними и по бесчисленным произвольно выбранным путям. Все, что человек может сделать на поверхности, не затрагива­ет летательного аппарата, способного передвигаться в третьем изме­рении. <...>

Посредством них война может дать почувствовать свои непосред­ственные удары и за пределами наибольшей дальнобойности огне­стрельного оружия, применяемого на земной поверхности, на сотни километров вглубь, на всем пространстве неприятельской террито­рии и морей. Не могут более существовать районы, в которых жизнь могла бы протекать в полной безопасности и относительном спокой­ствии. Поле сражения не может более быть ограничено: оно будет очерчено лишь границами борющихся государств; все станут сражаю­щимися, так как все будут подвержены непосредственным нападени­ям противника; не может более сохраняться различие между сражаю­щимися и несражающимися.

Линии фронта, расположенные на поверхности земли, не могут более защищать то, что находится в их тылу; победа на земной поверх­ности не предохраняет народ, одержавший эту победу, от воздушных нападений со стороны противника до тех пор, пока победивший на земле не получит возможности, фактически заняв неприятельскую территорию, разрушить то, что дает жизнь неприятельским воздуш­ным силам.

Все это неизбежно должно вызвать глубокое изменение в формах войны, потому что ее основные свойства коренным образом меняют­ся и становится ясно, что последующее развитие воздушного ору­жия, как в области техники, так и в области применения, должно привести к постепенному обесценению вооруженных сил, приспо­собленных для борьбы на земной поверхности, поскольку эти силы будут находиться во все менее благоприятных условиях для выпол­нения одной из своих наиболее важных задач, а именно: охраны и обеспечения безопасности страны, которую им поручено защищать.

Глава III. Переворот

Мировая война была продолжительной и почти совершенно, ис­тощила наиболее глубоко вовлеченные в борьбу страны как победи­телей, так и побежденных. <...>

Наступательная доктрина повсюду окончательно торжествовала до такой степени, что доходили до превознесения преимуществ на­ступления, забывая, что для того, чтобы начать наступательные дей­ствия, прежде всего необходимо иметь потребные для его развития средства. Об оборонительном образе действий говорили только вскользь, как бы против воли. Это привело к мысли, будто бы воз­росшая мощь огнестрельного оружия содействует наступлению. И это положение провозглашалось во всеуслышание, но было заблуждени­ем, истиной являлось противоположное; простое размышление мог­ло помочь предвидеть это, и опыт войны наглядно это показал.

Истина такова: всякое усовершенствование огнестрельного ору­жия дает преимущество оборонительному образу действий.

Оборонительный образ действий позволяет дольше сохранять бое­способность своего оружия, ставя его в то же самое время в наилуч­шие условия для повышения его эффективности, следовательно, это образ действий, сохраняющий и усиливающий эффективность сво­его оружия. Поэтому легко понять, что с абсолютной точки зрения чем более могущественно, т. е. эффективно, то или иное оружие, тем большую ценность приобретают меры, содействующие сохранению его мощи и предоставлению ему возможности развернуть всю эту мощь.

Отсюда вытекло то обстоятельство, что оборонительные мероприя­тия никогда не имели более широкого и полного развития, чем в Ми­ровую войну, когда они приобрели огромную важность. <...>

Действительно, в минувшую войну громадная эффективность, до­стигнутая малокалиберным оружием, давала обороне возможность позволить наступлению подойти к ней на чрезвычайно малое рас­стояние, чтобы потом остановить и принудить его, — если оно наме­ревалось сделать еще те несколько шагов, которые отделяли его от цели, — действовать уже не против людей, а против местности, под­готовленной для обороны, посредством утомительного и расточитель­ного применения артиллерии всех калибров с целью совершенно разрушить оборонительные сооружения, вплоть до превращения их в развалины, погребающие под собой своих защитников. Таким об­разом, оказалось, что никогда наступление не было столь затруднен­ным, жестоким и дорогостоящим, как в Мировую войну.

Сказать, что увеличение мощи огнестрельного оружия дает пре­имущество обороне, не значит возражать против неоспоримого прин­ципа, что только наступление — положительное действие — может дать победу. Это означает только, что наступление, вследствие воз­росшей мощи огнестрельного оружия, требует значительного превос­ходства в силах.

В этом убедились лишь с большим запозданием. Поэтому слу­чилось, что в течение Мировой войны проводились наступательные операции, не обеспеченные надлежащими средствами, а потому не удававшиеся или удававшиеся наполовину. Это привело к истоще­нию сил и к затягиванию войны вследствие необходимости собирать каждый раз громадное количество средств и сил, необходимых для развития этих операций.

Несомненно, если бы войска были вооружены шомпольными ружьями и заряжающимися с дула орудиями, мы не увидели бы ни окопов из железобетона, ни проволочных заграждений, и исход Ми­ровой войны был бы решен в несколько месяцев.

В противоположность этому громадная мощь оружия ударилась и притупилась об еще более мощное сопротивление противопостав­ленной ему брони, и оказалось необходимым в течение долгого вре­мени вновь и вновь бить по этой броне, прежде чем удавалось раз­бить ее и обнажить сердце неприятеля.

Это обстоятельство спасло Антанту, так как оно дало ей возмож­ность принять нужные меры и даже создать целые армии «заново», но зато оно же привело к почти полному истощению и победителей, и побежденных. <...>

Как мы увидим ниже, новые орудия войны совершенно изменяют положение, потому что они в высшей степени увеличивают преиму­щества наступательного образа действий, значительно понижая, если не прямо уничтожая, преимущества оборонительного образа дейст­вий и отнимая у того, кто не окажется уже готовым, время и средства для принятия необходимых мер. Никакую бронь нельзя противопос­тавить этим новым орудиям, которые могут быстро и неожиданно поразить противника в самое сердце, нанося ему смертельный удар. Перед этим переворотом, облегчающим возможность втягивания в борьбу и потому увеличивающим вероятность войн, — так как они становятся более доступными для народов, стремящихся к господ­ству, — и не допускающим ни колебаний, ни раскаяния, необходимо остановиться в раздумье и задать себе с наибольшей ясностью и в то же время с наибольшей тревогой вопрос: по какому пути надо следо­вать, чтобы организовать государственную оборону действительно эффективным способом?





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-03-22; Просмотров: 546; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.023 с.) Главная | Обратная связь