Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


Скептическая школа в русской историографии. М.К. Каченовский.



"СКЕПТИЧЕСКАЯ ШКОЛА" установившееся в лит-ре назв. направления в рус. ист. науке 1-й пол. 19 в., выдвинувшего требование критич. отношения к ист. источникам. Основатель школы - М. Т. Каченовский. К "С. ш." принадлежали С. М. Строев, О. М. Бодянский, И. М. Сазонов и др. молодые ученые; к ним примыкали археографы Я. И. Бередников, П. М. Строев. Их взгляды формировались под воздействием Г. Гегеля и особенно Б. Нибура. "С. ш." выступила с требованием отнестись к истории как к науке, а не как нравоучительному повествованию; при использовании источника не ограничиваться установлением его подлинности, а подвергнуть проверке сообщаемые им сведения. "Скептики" широко пользовались сравнительно-ист. методом, рассматривая историю России как часть всемирной истории. Исходя при этом из представления о значит. отсталости России и о том, что каждый народ переживал "баснословный период" своей истории, "скептики" безосновательно подвергли сомнению достоверность многих известий "Повести временных лет" и Русской правды, происхождение к-рых они связывали исключительно с влиянием иноземной письменности и права. Не соглашаясь с норманистами, "С. ш." разделяла взгляды И. Эверса о хазарском происхождении Руси и считали варягов прибалт. славянами. Ошибочные выводы "С. ш." дали возможность ее противникам - представителям дворянской историографии (М. П. Погодин, П. Г. Бутков и др.), подвергнуть резкой критике построения "С. ш." в целом и отрицать ее значение в ист. науке.

Однако несмотря на бесспорную ошибочность многих суждений "скептиков" о Киевской Руси, "С. ш." сыграла важную роль в развитии рус. ист. науки. Она серьезно подорвала авторитет офиц.-монархич. историографии, прежде всего "Истории государства Российского" H. M. Карамзина, достоверность сведений к-рой о Др. Руси была подвергнута сомнению. Кроме того, "С. ш." выдвинула ряд позитивных суждений и новых мыслей относительно объективных предпосылок и характера нек-рых ист. явлений и процессов. Ученик Каченовского Н. В. Станкевич впервые связал вопрос о "возвышении Москвы" с ее географич. положением. С. М. Строев и Каченовский пришли к заключению о том, что в Др. Руси, наподобие Сев. Италии, Франции, Германии, балт. побережья, существовали вольные города, бывшие средоточием торговли и пром-сти и противостоявшие феод. системе, к-рую "скептики" считали "беспорядком и растлением". "С. ш." явилась одним из этапов формирования бурж. историографии в России. Ошибочность и слабость многих конкретных выводов "скептиков" относительно истории Др. Руси, а также господство политич. реакции в науке предопределили поражение "С. ш." в полемике с ее противниками. Однако идеи критич. отношения к источнику были развиты в дальнейшем, что имело большое значение для подъема ист. науки на более высокую ступень развития.

Сопоставляя два противоположных изображения, иностранных и (как думали скептики) русских источников, С. школа заключала, что русские источники недостоверны и, следовательно, подложны: и договоры с греками, и Русская Правда, и самая летопись могли быть составлены лишь тогда, когда действительно появилась на Руси городская культура, т. е., по мнению скептиков, не раньше XIII—XIV в., в Новгороде. Договоры подделаны здесь по образцу ганзейских, а летописи — по образцу немецких хроник, причем даже самая география и этнография древней летописи целиком взята из Гельмольда и Адама Бременского: поляне, напр., переделаны из полабов, древляне — из голцатов (от Holz), а в действительности таких племен вовсе и не было. И самый Новгород возник не ранее XII в., как колония балтийских славян, пришедших из Вагрии. Все эти выводы излагаются в ряде студенческих сочинений, написанных для Каченовского в духе его собственных исследований и напечатанных отчасти в его журнале — "Вестнике Европы". Таковы, напр., сочинения Скромненко (Строев младший) "О недостоверности древней русской истории и ложности мнения касательно древности русских летописей" ("Сын Отеч.", М., 1834); его же, "О пользе изучения росс. ист. в связи со всеобщею" ("Уч. записки Моск. унив.", 1833); его же, "Критический взгляд на статью (Сенковского) под заглавием "Скандинавские саги" (отдельно); его же, "О мнениях касательно происхождения Руси" ("Сын Отеч.", 1855); Перемышлевского, "О времени и причинах вероятного переселения славян на берега Волхова" ("Уч. зап.", 1833); Станкевича, "О причинах возвышения Москвы до смерти Иоанна III" ("Уч. зап.", 1834); Стрекалова, "Об исторических трудах и заслугах Болтина" ("Уч. зап.", 1835); Сазонова, "Об исторических трудах и заслугах Миллера" (там же); неизвестного автора, "О скудости и сомнительности происшествий первого века нашей древней истории от основания государства до смерти Игоря" ("Вестн. Евр.", 1830); "Кто писал ныне нам известные летописи" ("Сын Отеч.", 1835); "О первобытном виде и источниках ныне нам известных летописей" ("Сын Отеч.", 1834). Сюда же относится и статья самого Каченовского "О баснословном времени в русской истории". Подготовка студентов, писавших эти работы — и в большинстве ограничившихся ими, — была очень слабая, и действительным знатокам фактического материала, как Бутков и Погодин, нетрудно было опровергнуть все их построения. Тем не менее, самая мысль о необходимости сопоставить русский исторический процесс с западным была очень плодотворна; еще важнее было то, что понятия С. школы об исторических методах далеко оставили за собой идеи Шлецера и даже самого Каченовского (см.). Здесь впервые вошли в русскую историческую науку идеи европейского романтизма — о стихийной, бессознательной стороне исторического процесса; о том, что недостоверность источников может происходить не от одного лишь сознательного обмана или невежественных поправок позднейших переписчиков, но является неизбежным последствием самого склада мысли современного наблюдателя событий. Таким образом, критика факта не могла уже ограничиваться формальным исследованием подлинности и целости документа, в котором этот факт дошел до нас, а распространялась и на оценку факта по самому его содержанию, по степени его "внутренней достоверности", его "согласия с законами исторического развития жизни" (выражения Надеждина; см. его статью "Об исторической истине" в "Библ. для чтения", 1837). С этой точки зрения всего достовернее для скептиков был самый факт недостоверности древнейшего периода истории, как необходимое последствие характера древнейших источников — поэтических преданий. Эта новая тогда мысль — а также характер протеста против националистического возвеличения древнейшего периода русской истории — сообщили С. школе ее значение не только в истории науки, но также и в истории русской общественности.

Каченовский (Михаил Трофимович) - журналист и профессор, родился 1 ноября 1775 г. в Харькове. Отец его, Трофим Демьянович Качони, был грек, выселившийся из Балаклавы и приписавшийся к мещанскому обществу города Харькова. Рано лишившись отца, Каченовский, при помощи добрых людей, был пристроен в Харьковский коллегиум, 13 лет кончил курс в этом среднем учебном заведении и поступил урядником в Екатеринославское казачье ополчение. Пять лет спустя он перешел в Харьковский губернский магистрат канцеляристом, но через два года (1795) опять вернулся в военную службу. Получив (1798) должность квартирмейстера, Каченовский попал под суд по обвинению в недочете казенного пороха, но был оправдан. В 1799 и 1801 годы он выступил в журнале "Иппокрена" с несколькими оригинальными и переводными статьями, написанными в духе тогдашнего сентиментализма. Сидя под арестом во время следствия, Каченовский прочел сочинения Болтина , возбудившие в нем мысль о критической разработке источников русской истории. Вскоре по оставлении военной службы (1801) Каченовский сделался известен графу Алексею Кирилловичу Разумовскому и скоро поступил к нему библиотекарем. Получив место попечителя Московского университета, граф Разумовский привез с собой Каченовского в Москву и сделал его правителем своей личной канцелярии. С этих пор Каченовский начинает усиленно работать для журналов. Из "Новостей русской литературы" (1803) он переходит в "Вестник Европы" (1804), только что оставленный Карамзиным для исторических занятий. Фактически, а с 1805 г. и формально, Каченовский становится редактором-издателем "Вестника Европы", которым и заведует до его прекращения в 1830 г. (о Каченовском, как журналисте, см. "Вестник Европы"). В 1805 г. отставной квартирмейстер получает ученую степень магистра философии, в следующем году становится доктором философии и изящных искусств, в 1810 г. экстраординарным, а в 1811 г. - ординарным профессором. До 1821 г. Каченовский преподавал теорию изящных искусств и археологию, затем перешел на кафедру истории, статистики и географии и оставался на ней до введения устава 1835 г. (в 1830 - 1831 гг. преподавал, сверх того, российскую словесность, а также всеобщую историю и статистику). Последние семь лет своей жизни Каченовский занимал кафедру истории и литературы славянских наречий. Ясный и трезвый природный ум и деловитость, приобретенная на службе, не могли заменить Каченовскому школьной подготовки. При всей своей разнообразной начитанности он не мог сделаться самостоятельным ученым ни в одной из тех отраслей знания, которых ему так много пришлось переменить в течение своей профессорской карьеры. Тоже приходится сказать и о занятиях Каченовского русской историей, его любимым предметом, к которому он всего охотнее возвращался. До назначения на кафедру русской истории его исторические статьи не носят никаких следов самостоятельного изучения предмета; он просто популяризирует Шлёцера и прилагает его общую точку зрения к суждениям о частных вопросах. Как последователь критического направления Шлёцера, он является противником националистического взгляда Карамзина и восстает против изображения прошлого в чертах современности. В 20-х годах Каченовский начинает специально заниматься источниками русской истории. Под влиянием Нибура, он ставит своей целью освободить историю от тех черт, которые внесены в источники позднее изображаемого в них периода и поэтому недостоверны. Древний период истории представляется Каченовскому состоянием полной дикости. Вслед за Шлёцером, он подозревал и прежде, что древнейшая Русь не знала ни письмен, ни торговли и денежных знаков; но, исходя от этой мысли, Каченовский идет теперь гораздо дальше Шлёцера. Свои собственные оригинальные рассуждения он основывает на неудачной догадке, что денежные знаки, упоминаемые в наших древних юридических и исторических памятниках ("Русская Правда" и "Летопись"), перешли на Русь только в XIII в., от более цивилизованной Ганзы ("О кожаных деньгах"). Из этой догадки Каченовский делает смелый вывод, что и самые источники, употребляющие эту денежную систему, составлены не ранее XIII в. Попытку доказать этот вывод ученым образом Каченовский сделал в другом своем исследовании, о "Русской Правде". Здесь он доказывает, что ни законов, ни городских общин, которые могли бы издавать законы, не существовало до XIII - XIV в. не только в России, но и в остальной Европе. Окончательных своих заключений Каченовский не решался договорить в названных ученых работах; но он излагал эти заключения на лекциях студентам. Вся древняя русская история баснословна, потому что источники этой истории подделаны не ранее XIII в. Выводы Каченовского совпали с новыми идеями исторической и философской критики. Молодое поколение с жадностью ухватилось за эти выводы; слушатели развили его положения в ряде статей, напечатанных Каченовским; имя Каченовского на несколько лет сделалось чрезвычайно популярным (см. Скептическая школа). Популярность эта, однако, скоро прошла, так как по форме лекции Каченовского были довольно сухи и монотонны, а по содержанию далеко не были тождественны с философскими идеями, которыми увлекалась молодежь. Наиболее талантливые из временных последователей Каченовского печатно отметили разницу между "формальной" критикой Шлёцера, на которой остановился их учитель, и "реальной" критикой, вытекавшей из современного им мировоззрения. С той и другой точки зрения летопись можно было признать недостоверной; но "формальная" критика Каченовского доказывала это тем, что летопись есть подлог, сделанный в XIII столетии, а "реальная" критика лучших последователей Каченовского выводила недостоверность памятника из самых свойств младенческого миросозерцания его автора. Летописные легенды они считали не "выдумкой", которую надо обличить, а "мифом", который требует объяснения. Одновременно с философской несостоятельностью основных принципов Каченовским была обнаружена и научная ошибочность его ученых выводов - Погодиным и Бутковым . Некоторые из противников Каченовского отвергали его выводы не только во имя науки, но и во имя патриотизма. В глазах Каченовского составитель летописи был обманщиком; Погодин приглашал студентов молиться ему, как святому. Во имя авторитета седой старины должен был замолкнуть свободный голос критики. Замена научного вопроса вопросом о благонадежности отразилась на самом положении Каченовского в университете: при введении нового устава министр Уваров перевел Каченовского на кафедру славянских наречий, а кафедру русской истории отдал Погодину. Такой поворот дела обеспечил Каченовскому покровительство просвещенного попечителя Московского университета, графа Строганова ; молодые профессора 30-х годов также относились к нему с почтительным сочувствием, но сочувствие это оставалось платоническим. Служебные привычки Каченовского делали его совершенно неподходящим к общественной атмосфере 30-х годов, а по складу своих воззрений он оставался чужд новым литературным и философским идеям. Каченовский умер 19 апреля 1842 г., сильно опустившийся и почти одинокий.


 

12. Историческая концепция Н. А. Полевого. Вторая четверть 19 в. ознаменовалась появлением направления, которое получило название критического. Ее представители были Эверс, Каченовский, Полевой. Несмотря на различие тематики исследования их объединило стремление растолковать факты в духе философской истории, критическое отношение к авторитетам и источникам, стремление установить историческую истину и отказ от упрощенного объяснения событий прошлого. Полевой воспринял некоторые черты скептической школы, но не был ее последователем. Выходец из купеческой семьи Полевой не получив систематического образования после смерти отца занялся публицистикой и литер-рой, став издателем журнала «московский телеграф». Подверг критике концепцию карамзина за его риторизм и модернизацию событий, но признавал его заслуги в собирании источников. Понятие истории как науки отличалось от карамзинского. История , отмечал полевой, не есть складно написанная летопись, она практическая проверка понятий о мире и человечестве. История изображает ход человечества, понятия каждого века и народа, общественность и нравы. Историк не должен принимать на себя роль моралиста, т.к. его синтементы не могут научить современников а тем более потомков, если дела и события их не научили. Задание историка- отыскание чистой истины, в показе закономерностей исторического процесса. Такая задача возможна, если историк откажется от старых понятий и освободится от ненужных авторитетов. Свой главный труд назвал « История русского народа». В словах «русское гос-во» заключалась главная ошибка моих предшественников. Гос-во российское начало существовать только после свержения ига. При таком взгляде изменится вся древнейшая история россии, которая может быть только историей русского народа. В своей периодизации Полевой не установил координарных изменений. 1).862-1054 (период норманской феодальной истории). 2) 1054-1224 гг.(период семейного феодализма) 3)1224-1505 гг.(период татаро-монгольского ига). 4.) 1505-1689 (период возникновения гос-ва Российского). 5)1689-новый период русской истории. Полевой летописный рассказ о призвании рюриков относил к числу мифологических. Вслед за Карамзиным придавал большое значение татаро-монгольскому иго в укреплении самодержавия. Признал наличие феодализма в россии и установление элементов сходства в истории развития запада и россии. Полевой понимал под феодализмом систему межкняжеских отношений , их особенность дробление политической власти между членами княжеского рода. В отличие от скептиков П. стремился не только отбросить мифы, а выяснить реальные факты, которые послужили поводом к их созданию У него слабая источниковая основа - уступает карамзину. П. не избежал кары царского самодержавия. За отрицательную рецензию на драму « Рука Всевышнего отечество спасла» « московский телеграф» закрыт, а Полевой отправили в администр. Ссылку. Написал труды: «история суворова.»история Петра великого»-носили художественно-популярный характер. Главная заслуга в том, что в своих трудах он защищал идею закономерности исторического процесса.


 

4. Превращение исторических знаний в науку в России первой половине 18 века.Первая четверть XVIII в. была временем больших и серьезных преобразований, которые коснулись практически всех сторон жизни России (социально-экономической, политической, культурной и религиозной).

Именно в первой четверти XVIII в. были учреждены специальные учебные заведения и Академия наук (1725 г.). Правда, в средних учебных заведениях, появившихся при Петре Великом, история как особый предмет не преподавалась. Только в частной школе Феофана Прокоповича предусматривалось преподавание истории. Правительство было заинтересовано и в том, чтобы запечатлеть события исторической важности, и в том, чтобы сделать их доступными широкому кругу населения.

Развитие исторического самосознания в начале XVIII в. самым непосредственным образом связано с широким распространением деловой письменности. В архивах отложилось колоссальное количество хроник текущих дипломатических, военных, поместных событий. Дворцовые и частные разряды, статейные списки (отчеты) дипломатов, различного рода журналы или поденные записи походов, путешествий, хождений по святым местам стали бесценными источниками для истории исторической науки. Служащие Посольского приказа постоянно обращались к истории дипломатических отношений России с иностранными государствами.

Не меньшее значение имеют повседневные записи о жизни русских царей — «дворцовые разряды» — своеобразный придворный журнал XVII в. Благодаря разрядным записям с 90-х гг. XVII в. появляются исторические произведения об отдельных военных походах. В этом отношении заслуживают внимания описание «потешных» маневров 1691 г. и Кожуховских маневров в сентябре-октябре 1694 г. К источникам, близким по происхождению к разрядным записям, относятся журнальные записи, которые велись в бомбардирской роте, всегда сопровождавшей Петра I. Петровские «Юрналы» систематически составлялись со времени первого Азовского похода в 1695 г. и закончились в 1724 г. Важно отметить, что оригиналы походных журналов, Морских компаний и копии с них стали основным источником при написании «Гистории Свейской войны

 

Представителем теории естественного права был один из виднейших публицистов и церковно-политических деятелей петровского времени Феофан Прокопович (1681-1736). Он написал ряд похвальных слов, сочинений по риторике и педагогике, стихи, драму и специальные исторические труды. Одним из первых ввел в русскую драматургию сюжеты из отечественной истории. «Трагедокомедия» из эпохи крещения Руси «Владимир», написанная им в 1705 г., стала одним из первых национально-исторических произведений. После 1706 г, Феофан Прокопович составил историографический трактат, вошедший составной частью в его учебник «Риторика». История, по Прокоповичу, должна излагать факты прошедшего и представлять возможность учиться делать полезное и избегать вредное. В начале XVIII в. история становится самостоятельной отраслью знания, исторические произведения начинают отделяться по своему содержанию, характеру и целям от произведений литературы, публицистики и т.д. В 1708г. Петр I поручил справщику московской типографии, дьяку Ф. Поликарпову написать историю России.

Предметом рассмотрения Поликарпова, по мысли Петра, должна быть история Русского государства с XVI в., т.е. со времени, когда закончился период политической раздробленности, и началась политическая централизация России. Поликарпов не угодил своим трудом Петру и его окружению, прежде всего потому, что о современных событиях, особенно связанных с ходом Северной войны, он писал кратко и без достаточного источниковедческого обоснования. В 1716г. секретарь "русского посольства в Швеции А^ .И. Манкиев закончил большой труд «Ядро российской истории. Манкиев использовал, кроме летописей, актовые и вещественные источники. Это произведение делилось на семь книг, каждая из которых разбивалась на главы. Деление на книги соответствовало наиболее характерным и крупным периодам русской истории. Он считал, что история Руси начинается с Рюрика, положившего начало самодержавной власти. Тем самым династия русских царей в целях ее возвеличивания через Рюрика генеалогически связывалась с династией римских императоров. Последующее изложение посвящено истории этой самодержавной власти, которая обеспечивает, по мнению автора, твердый порядок и проходит в своем развитии следующие этапы:от Рюрика до Андрея Боголюбского и Всеволода Большое Гнездо;от нашествия татаро-монголов до ликвидации их власти при Иване III;от Ивана III до смерти Федора Ивановича;от Бориса Годунова до Михаила Романова;от Михаила Романова до царствования Петра I (по 1712 г.) Работа Манкиева была напечатана только в 1770г., что, несомненно, снизило ее значение в развитии исторической науки. Однако появление ее показывает, что уже в первой четверти XVIII в. наметились очень серьезные сдвиги в русской историографии: «Ядро российской истории» — это памятник историографии, в котором, с одной стороны, отразились старые представления, свойственные средневековым историческим трудам, с другой — появились новые приемы в подходе к источникам и объяснению исторических явлений.Помимо трудов общего исторического характера, в первой четверти XVIII в. появился ряд книг, посвященных специально царствованию Петра I. Важнейшей задачей историографии, выдвинутой в ходе Северной войны, было обоснование исторических прав России на побережье Балтийского моря. Эта задача была поставлена в «Истории Северной войны», «Журнале или поденной записке блаженной и вечнодостойной памяти императора Петра Великого с 1698 года, также до заключения Нейштадского мира». Последнее название работе дал М. Щербатов, подготовивший «Журнал...» к печати в 1770 г. Издатель указывал, что первая часть работы (до 1715 г.) была отредактирована Петром I, вторая же часть осталась им непросмотренной. Труд «Рассуждение какие законные причины его царское величество Петр I к начатию войны против короля Карла XII, Шведского 1700 году имел ...» вице-канцлера П.П. Шафирова напечатан в 1717 г. и представляет собой, с одной стороны, трактат по международным отношениям, с другой — произведение исторического характера. В «Рассуждении...» поставлены три вопроса, которые четко сформулированы в заглавии: 1) О причинах Северной войны; 2) О виновниках длительного ведения войны; 3) О том, в какой мере соблюдаются обоими противниками правила войны. Рассмотрению этих трех поставленных в заголовке вопросов автор посвящает соответствующие разделы своей книги. Феофану Прокоповичу принадлежит также труд «История императора Петра Великого от рождения era до Полтавской баталии. Выступая апологетом абсолютизма, Феофан Прокопович поднимает вопрос о взаимоотношении государства, монарха и народа, одновременно усложняя идеологическую трактовку основ абсолютизма. Появляется теория ответственности монарха за порученное ему государство и за народ; кроме того, была сформулирована идея «государственной пользы», к которой должны быть направлены труды монарха. Наиболее заслуживающим историографического изучения представляется сочинение Куракина «Гистория о царе Петре Алексеевиче». Это часть большого, но незавершенного труда по «Гистории Славянороссийской империи». Из глав книги до середины XV столетия читатель узнает о крещении Руси, обычаях, княжеском правлении и времени, когда Русь становится суверенной страной. Описание конкретных исторических личностей начинается с Ивана III, значительное место отведено Ивану Грозному. Смутное время Куракин называет революционным. Рассказывая о периоде от Михаила Романова до воцарения Петра I, Куракин отдельно выделяет главы о Разине, бунтах на Украине и в Москве, расколе и Никоне.

Мы видим, что центр внимания в объяснении истории переходит с Божьего повеления на действия, «интриги» отдельных людей и их групп, связанных между собой общими целями. История — это поле борьбы отдельных характеров, причем успех часто зависит от счастья, случая, «фавора». История становится самостоятельной отраслью знания, и исторические произведения начинают отделаться по своему содержанию, характеру и целям от произведений литературы и публицистики.

Авторы первой половины XVIII столетия приходят к выводу о том, что исторический процесс дает примеры непрочности, как отдельных человеческих судеб, так и судеб целых царств, зависящих от воли провидения. История учит властителей тому, как надо держать в подчинении своих подданных, как укротить мятежников, смирить крамольников и искоренить непокорных. Мы видим, как все больше утверждается идея о том, что история должна быть не просто собранием занимательных россказней и небылиц, а надо изучать события, характеризующее историю государства или общества. Причем изучение истории следует доводить до современности. Интересно также критическое отношение переводчиков к публикуемым трудам.

13. Николай Михайлович Карамзин (1766 - 1826) – русский историк, поэт и писатель. Родился в Симбирске, сейчас Оренбургская область. В биографии Н.М. Карамзина вначале было получено домашнее образование. Затем он учился в частном пансионе Москвы. С 1782 по 1785 год в жизни Карамзина проходила служба в Преображенском полку.

Первое напечатанное произведение Карамзина появилось в 1783 году («Деревянная нога»). Затем в биографии Николая Карамзина проявилось увлечение масонскими идеями, чуть позже – французской литературой. Творчество Карамзина тех времен содержит множество переводов, ведь писатель был знаком как с древними, так и с новыми языками.

В 1790 году отправляется в путешествие по Европе. Повесть Карамзина «Бедная Лиза» приносит автору известность. Сочинения Карамзина тех времен были первыми для России произведениями в духе сентиментализма.

В биографии Николая Михайловича Карамзина должное место занимает изучение истории. Им было написано 11 томов «Истории государства Российского».

Стихотворения Карамзина пронизывают различные чувства: от фатализма, безысходности до нежности. Стихи Карамзина часто описывают простую жизнь. Для большей реалистичности Карамзин в биографии нашел великолепное средство. Он использует простые рифмы, исключает красивые метафоры для придания языку обыденности. Карамзин во многом повлиял на развитие русского литературного языка, впервые стал использовать неологизмы, варваризмы, отошел от церковной лексики.

Его первый труд "письма русского путешественника".1801-журн"вестник Европы"1803 получает должность историографа,открываются двери архива, к 1811 г было написано уже 8 томов истории государтсва российского,1819- 9 томов, 1816 ал1 дал указание на издание 8 томов. "история в некотором смысле есть священная книга народов главная и необходимая, зерцало их бытия, скрижаль откровения и правил завет предков к потомству".он разделил свою историю на 2 части: основной текст, приложение- текст документальных примечаний. Он писал на основе источника повести временных лет, степенная книга, хождение за три моря никитина,устное народное творчество, монеты,Периодизация:1)862- 1015- время возр могущ и расцв рос гос;2)1015- 1238- время распада государства на уделы,3)1238- 1462- эпоха татаро- монг ига,4)1462- 1533- полное утверждение самодержавия, 5)1533- 1598- время царст. Ивана4, 6)1598- 1612- прекращение династ рюриковичей и окончание смутного времени.

Отверг теорию миллера-шлецера.он подчерк версию о добров призвании рюрика с братьями.указ, что вместе с монарх властью,на русь пришли феод отнош.в феод раздробл видел причину ее отстав.

 

 

14. Историческая концепция Н.М. Карамзина.В рамках всего консервативного идейного комплекса Н.М. Карамзина наиболее важным представляется его концепция русского самодержавия. Именно в нем русский мыслитель видел единственную силу, способную удержать российское общество от впадения в крайности революционных разрушений и массовых беззаконий. Стремление обосновать закономерность и необходимость самодержавия для блага России было одной из главных причин, побудивших Карамзина заняться историей.Великий путь России «от колыбели до величия полного», который Карамзин описал в многотомной «Истории государства Российского»; историко-политический анализ проблем России начала XIX в. в записке «О древней и новой России»; его представления об «идеальном самодержавии» как панацеи России от внутренних войн и раздоров, дополняются в «Историческом похвальном слове Екатерине II» характеристикой эпохи царствования Великой Екатерины, осуществившей на практике идеал самодержавного правления.Кар высоким «штилем», но основываясь только на реальных событиях и фактах эпохи демонстрирует силу государства ивеличие русского духа, парадоксальным образом воплотившиеся в императрице, немке по происхождению, сочетавшей либеральные устремления в управлении и культуре с жесткостью по отношению к внешним и внутренним врагам империи.Историк доказывал выгоды абсолютной власти не просто для утверждения уже существовавшего самодержавия со всеми его недостатками, но главным образом для укоренения в сознании русских людей идеи монархической власти как подлинно самобытного русского начала, предопределившего величественное развитие России на много десятилетий вперед. Карамзин понимал под самодержавием не просто неограниченную единоличную власть монарха. Термин «самодержец», входивший в титул русского царя еще со времен Моско Руси, выражал в первую очередь то, что монарх не является чьим-либо данником (конкретно в ту эпоху –– хана), то есть он –– суверен, при этом не обязательно обладающий правом на произвол и безответственность. Неограниченную верховную власть одного человека самодержавие стало означать позднее, с царствования Иоанна Грозного. Эту сторону царской власти Карамзин интерпретировал всего лишь как вторичный ее атрибут — хоть и важной, но все же производный, сопутствующий, –– выдвинув на первый план трактовку самодержавия как проявления могущества и политической независимости государств.Карамзин обосновывал мысль об отсутствии в социальном строе России каких бы то ни было зачатков будущих общественных или политических конфликтов. Факт добровольного и всенародного образования монархического государства свидетельствовал, по мысли историка, о существенных различиях России и Европы в самих своих государственных основах. Образование европейских стран путем завоеваний было главной причиной того, что Запад к началу XIX в. прошел уже через Нидерландскую, Англий и Франц революции .Поэтому, считал Кара, у России, не имеющей в своих исторических истоках каких-либо революционных начал, должен быть свой, совершенно особый и отличный от европейского, мирный путь развития.Та об, учитывая присущие историческим взглядам Карамзина черты национализма и в то же время уважения к другим культурам. Однако, следует подчеркнуть то, что Карамзин, не отделяя Россию от европейской цивилиза системы, отводил ей совершенно особое место в этой системе, указывая на тот факт, что европейские народы в своем развитии шли приблизительно одним общим путем, тогда как россияне — своим собственным, и причем более трудным.Путь от «колыбели до величия редкого» Россия прошла за 100 лет (862 г. — Х в.) («величие» — обширность, образованность).

15 Историческая концепция С.М. Соловьева.1820-1879 был из семьи священника.ему присущи многосторонность взглядов,обширная тематика его исследований-проблемы всеобщ и отеч истории.гл зад историка видел в том, чтобы уничтож смешение эпох,выставив каждую из них соответ ей характером, уяснить постоянный ход истории,приемственность явлений,принцип историзма выдвиг на 1 место.подчеркивал связь истории и современности.работы:"исторические письма","начало рус земли","наблюд над истор жизнью народов". Движ силы истор процесса: 1) природа страны;2)природа племени,к кот принадл народ;3)ход внешних условий. в 1837 г окончил 7 класс гимназии до этого получал домашнее образование. Московский универ. . С 1842- 1844 пребывал за границей.1847 становится доктором исторических наук.в своих работах затрагивал темы всеобщей и отечественной истории.аиболее важным считал географический фактор.природа для зап. Европы была мать, для востока- мачеха.и что огромная территория требовала защиты от нашествия варягов отсюда роль колонизации российской истории по этому вырабатывалось крепкое самодержавие.Изложение событий внутренней жизни россии в 29 томах доведено до 1775 г.а в области дипломатических отношений до 1780г.("история россии с древнейших времен").в предисловии он писал: не делить не дробить русскую историю на отдельные части периоды но соединить их следить преимущественно за связью явлений за непостредственным приемством форм, не разделять начал но рассматривать их во взаимодействии.В центре все концепции С. стоит история россии. Концепция отвергала революционный путь развития общества, он подчеркивал что для истории характерна постепенный ход развития путь мирной эволюции без скачков и взрывов.периодизация:1)от рюрика до андрея боголюбского- господство родового строя, 2)от а.б. до ивана калиты- борьба родового и государственного начала, 3)от и.к. до ивана3- объединение руси вокруг москвы, 4)до пресечения рюрикова дома 1598- торж-о государственного начала. Сол-в первый историк читавший курс русской историогр-и в 1849 году. Он говорил: 17 век- это период вступления россии в систему европейских государств.18в- время петровских преобразований,19- период буржуазных реформ.1 лекция суть была в изучении местной истории.суть слова истории он определил 2 смысла: как движение во времени процесс и как познание процесса.







Читайте также:

Последнее изменение этой страницы: 2016-03-22; Просмотров: 777; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! (0.01 с.) Главная | Обратная связь