Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии


Граф-герцог Оливарес - Рубенсу



1 (Гаспар де Гусман (1587 - 1645), граф Оливарес, герцог де Сан Лукар, премьер-министр Испании, бездарный и реакционный политик.)

Мадрид, 8 августа 1626 г. [испан.]

Вы не пишете мне о кончине Вашей супруги (проявляя тем самым Вашу обычную сдержанность и скромность), однако я узнал об этом и сочувствую Вашему одиночеству, ибо знаю, как глубоко Вы ее любили и чтили. Я рассчитываю на Вашу рассудительность и полагаю, что в подобных случаях уместнее сохранять мужество и подчиняться воле Божьей, нежели отыскивать поводы для утешения. Я сам нуждаюсь в них более чем кто-либо, когда рассматриваю истинные причины постигшего меня горя: в двадцатидвухлетнем возрасте скончался мой племянник Кардинал де Гусман, а несколько дней спустя умерла моя единственная дочь, с которой я связывал надежду на продолжение моего рода. Я любил ее не столько за то, что она была моей дочерью, сколько за ее добродетель, ум и благородный характер - качества, достойные уважения. Она скончалась после неудачных родов, так что я потерял все и мне не на что более надеяться и нечего бояться в этом мире. Однако Господь отмерил мне забвение и утешение той же мерой, что и страдание; в эту тяжелую минуту, когда Вами владеют естественная привязанность и нежность, я с радостью подтверждаю свое к Вам расположение и докажу его делами лучше, чем словами. Я говорю с Вами, как с человеком рассудительным, чтобы, несмотря на все мои заботы и труды, показать Вам, сколь высоко я ценю качества и дарования, полученные Вами от Бога, и какое удовлетворение доставляет 'мне Ваша дружба. Прекрасным ее подтверждением служит портрет, который Вы дали напечатать2; он свидетельствует, что Любовь подсказывает истинные Идеи3, как и изображает видимые вещи, и что она порождает надежды, превосходящие достоинства.

2 (Рубенс сделал в гризайли оригинал (теперь Брюссель, Музей) для гравюры П. Понциуса " Портрет Оливареса", причем использовал портрет Оливареса работы Веласкеса и окружил его аллегорическим обрамлением, прославляющим государственную мудрость Оливареса.)

3 (Свидетельство знакомства Оливареса с неоплатоновской теорией эмблематики.)

Что касается эмблем, скажу, что, избавившись от всех личных земных забот, я теперь более чем когда-либо обязан заботиться об успехе доверенных мне дел государственных. Если Господь ниспошлет мне необходимые для этого разум и силы, я смогу оценить портрет по достоинству и верить, что его предсказания не ложны. Бог да хранит Вас, как Вы того заслуживаете.

Дон Гаспар де Гусман.

Джованни Баттиста Бертольдо - эрцгерцогу Леопольду

Брюссель, 28 августа 1626 г. [итал.]

Светлейший Государь и милостивейший мой Покровитель. С прошлой почтой я получил Ваше всемилостивое послание от 31 июля с приказанием договориться с Рубенсом о картине, которую Вы желаете иметь1. Рубенс в настоящее время в отъезде из-за смерти его жены, случившейся недавно. Говорят, что вскоре он должен вернуться в Антверпен, куда я к нему и отправлюсь и передам ему приказания Вашей Светлости; однако я еще не получил сведений о размерах картины в ширину и в высоту. [...]

1 (См. II, 54.)

Рубенс - Пьеру Дюпюи

Антверпен, 17 сентября 1626 г. [итал.]

Славнейший синьор.

По-видимому, господин де Валаве уехал, наконец, из Парижа, поскольку он сообщил мне точный день своего отъезда. Я весьма о том сожалею, ибо лишился поистине прекраснейшей беседы в письмах, если учесть пунктуальность и удивительное рвение, с которым он использует любую возможность сделать приятное друзьям. Прошу Вашу Милость извинить меня за беспокойство и, поскольку Вы оказываете мне честь своими письмами, только пересылать мне переписанные за мой счет важнейшие политические новости; по чести, Ваша учтивость не должна простираться далее. К сожалению, здесь нет такого, как у Вас, удобного обыкновения публиковать новости. Всякий сам разузнает их как может, так что нет недостатка в разных сказках и шарлатанах, печатающих сообщения, недостойные слуха порядочных людей1. Я постараюсь сообщать Вам не пустяки, sed summa sequar fastigia rerum [но прослеживать основные вещи. - Лат.]2. Пока ничего нового не произошло с тех пор, как я с прошлой почтой довольно подробно описал господину де Валаве нападение голландцев на Килдрехт и поражение, нанесенное графом Тилли королю Дании. Это последнее сообщение подтверждается сейчас во всех подробностях. Мне было бы жаль, если бы то письмо не попало в руки господина де Валаве. Он пишет, что должен уехать из Парижа во вторник, а письма из Фландрии приходят туда, кажется, по средам. Мне это было бы тем более неприятно, что из-за отлучки я не мог написать ему с предыдущей почтой. Целую руки Вашей Милости, прошу передать мои приветствия господину Советнику де Ту и Вашему брату и умоляю Вас и их обоих сохранить свое ко мне благорасположение. Вашей Милости преданнейший слуга

1 (См. II, 54.)

2 (Вергилий, Энеида, I, 342.)

Пьетро Паоло Рубенс.

13 сентября посвящен в сан епископа Гертогенбосха тот самый доминиканец по имени Мишель Оповио3, который сидел в тюрьме в Хесдене близ Гааги за попытку склонить к измене господина Ван Кесселя, коменданта Хесдена. При этом он едва избежал смерти, а теперь счастливо выменял митру на петлю.

3 (3. М. Опховен (1571 - 1637) был дружен с Рубенсом, написавшим его портрет (ок. 1625, Гаага, музей Маурицхейс).)

Рубенс - Пьеру Дюпюи

Антверпен, 1 октября 1626 г. [итал.]

Славнейший синьор.

К сожалению, у меня нет для Вашей Милости интересных новостей, так как при здешнем Дворе не происходит никаких событий; французский же Двор, напротив, столь велик, что там случаются величайшие перемены. Здесь все идет заведенным порядком, каждый министр служит, как умеет лучше, и не притязает на иные милости, кроме тех, которые подобают его званию. Поэтому каждый стареет и даже умирает в той же должности, не надеясь на какую-либо необычайную милость и не опасаясь немилости Государыни, которая ни к кому не питает ни особой любви, ни особой ненависти, но со всеми обращается мягко и благожелательно. Только Маркиз Спинола обладает властью и большим влиянием, нежели все остальные вместе взятые. По моему суждению, это человек предусмотрительный, осторожный, благоразумный и неутомимо трудолюбивый. [...]

Рубенс - Пьеру Дюпюи

Антверпен, 22 октября 1626 г. [итал.]

Славнейший синьор.

Лихорадка покинула меня, но я еще ощущаю последствия болезни. Как море после бури успокаивается не сразу, но лишь после некоторого волнения переходит к затишью, так и я нахожусь в промежуточном состоянии: я уже вне опасности, но еще не здоров. [...] Благодарю Вашу Милость за подробный отчет о придворных новостях; они немаловажны, особенно сообщение о величии Кардинала. О нем можно было бы сказать то же самое, что случилось в свое время при мне в Испании в царствование Короля Филиппа III. Давая аудиенцию одному итальянскому дворянину, Король отослал его к Герцогу Лерме (чьей аудиенции было очень трудно добиться) и услышал в ответ: " Если бы я мог получить аудиенцию у Герцога, я не пришел бы к Вашему Величеству". Думаю, затруднительно вести дела там, где только один человек может их решать, а Король существует лишь для видимости. [...] Такое положение вещей не может длиться долго. Господь да изменит это к лучшему, а также да пошлет Вам и Вашему брату долгую жизнь, здоровье и всяческое удовлетворение.

Посылаю Вам Scopas Ferrarianas1. Сам я этого не читал, ибо не имею желания bonas horas tarn male collocare [столь дурно употреблять дорогое время. - Лат.], читая подобные трусливые глупости, коим я враг по натуре. Располагайте мною свободно, если окажется, что я в чем-либо еще могу служить Вам.

1 (Памфлет против Ришелье.)

Стихи о " Галерее Медичи" 2 прекрасны, но, думается, я ничем не обязан поэту, который обходит меня молчанием. Правда, у меня не было времени, чтобы внимательно прочитать все, sed sparsim tantum [но лишь немногое выборочно. - Лат.]. Благодарю Вашу Милость за то, что Вы мне их прислали. Вашей Милости преданнейший слуга

2 (Поэма Моризо. См. ниже.)

Пьетро Паоло Рубенс.

Рубенс - Пьеру Дюпюи

Антверпен, 29 октября 1626 г. [итал.]

Досточтимейший Синьор.

Я прочел более внимательно поэму о " Галерее Медичи". О достоинствах стихов уместно судить не мне, а людям сведущим в этом деле. Вдохновение показалось мне щедрым и обильным; слова и фразы легко рождаются, чтобы выразить мысль автора. Если не ошибаюсь, он сын или родственник одного докладчика в Суде [Приписка на полях: господина Маренго], которого я встречал в Париже1. Однако я жалею, что автор, в общем точно излагая замысел каждой картины, в некоторых случаях не понял истинного смысла; например, о четвертой картине он говорит: Mariam comendat Lucina Rheae [вместо города Флоренции], quae tanquam nutrix ulnis excipit suam alumnam [Люцина препоручает Марию Рее, которая, подобно кормилице, берет на руки свою питомицу. - Лат.]; причина этого заблуждения в том, что как Рея и Кибела, так и города изображаются обыкновенно в виде женщин в венцах, представляющих собою городскую стену с башнями. Та же ошибка повторяется в объяснении девятой картины, автор принял город Лион, где завершился брак Королевы, за Кибелу: венец из башен и львы, впряженные в колесницу, сбили его с толку. Возвращаясь к четвертой картине, нужно сказать, что существа, названные в поэме Купидонами и Зефирами, - на самом деле счастливые часы рождения Королевы, о чем можно догадаться, потому что они женского пола2 и к тому же с крыльями бабочек. Юноша, держащий рог изобилия, наполненный скипетрами и венцами, - это добрый гений Королевы, а вверху - Стрелец, то есть знак ее гороскопа. Все это мне кажется более подходящим и более содержательным. Но пусть мои замечания останутся между нами и сказанными к слову, потому что я никак во всем этом не заинтересован. Пожелав углубиться в суть вещей, можно было бы найти еще много поводов для замечаний и критики. Но поэма коротка, и невозможно выразить все в столь немногих словах, хотя путаница не способствует краткости.

1 (Клод Бартелеми Моризо написал латинскую поэму " Галерея Медичи" (Париж, 1626, 2-е изд. 1628). Во 2-м издании замечания Рубенса были учтены. Рубенс путает имя автора.)

2 (По-латыни слово " час" (Нога) женского рода; отсюда богини времени - Оры.)

Я только что получил любезнейшее письмо Вашей Милости от 22-го, равно как и письмо господина Вашего брата. Я очень рад, что он совсем поправился, и молю Бога надолго сохранить его в добром здравии. Я не пишу ему отдельно, чтобы избавить его от излишнего труда отвечать мне, что он из учтивости не преминул бы сделать. У нас очень мало нового. Работы по проведению канала, о котором я уже писал, ведутся с большим упорством и весьма планомерно. Граф Генрих ван Берг3 со своими войсками охраняет рабочих [Приписка на полях: на виду у голландского лагеря]. Самым верным признаком того, что происходили довольно серьезные столкновения, служит количество пленных [Приписка на полях: в том числе дворян], отнятых знамен и отбитых у врага лошадей, которые продаются повсеместно; часть самых лучших даже пригнали в Брюссель. Правда, в Голландии опубликованы совершенно другие известия, согласно которым граф Генрих потерпел поражение, но это лишь уловки республиканского правительства для поддержания черни в хорошем настроении. Поверьте, благодаря умеренности Светлейшей Инфанты и благоразумию Маркиза Спинолы при нашем дворе с презрением относятся к подобному мелкому тщеславию. К тому же у нас всякий военачальник остерегся бы подорвать доверие к себе, посылая ложное донесение, которое легко можно проверить.

3 (Граф Хендрик ван Берг - фламандский военачальник, впоследствии перешел на сторону голландцев.)

Сообщение о том, что Тилли со своим войском достиг окрестностей Бремена, подтверждается со всех сторон; он рассчитывает провести зиму, осаждая этот город. Султан порвал с Императором. [...] Небо благосклонно к этому Императору, который никогда не вооружается; когда его положение кажется безнадежным и он удручен несчастьями, появляется quasi Deus aliquis ex machina [как бы некий бог из машины. - Лат.] и снова ставит его на ноги. Признаюсь, я не раз видел в нем монарха, погибшего и катящегося в пропасть из-за своего неуместного усердия. Я удивляюсь Султану: при столь тяжелом внутреннем положении в его царстве, при непослушании янычар и непрерывных оскорблениях от царя Персидского, в то время, как никто не служит, не повинуется ему, - он порывает с христианами. Вот, как мне кажется, государство, быстро идущее к своей гибели, и не хватает только человека, который нанес бы ему смертельный удар.

Я очень благодарен Вашей Милости за новости из Франции и радуюсь, что Дворец Королевы-Матери продолжает украшаться. Господин аббат де Сент-Амбруаз, должно быть, очень занят, так как он больше не пишет мне, несмотря на все случаи, которые представлялись ему. Так как мне больше нечего сообщить, я от всего сердца целую руки Вам и Вашему брату и поручаю себя благорасположению Вас обоих.

Сделано все возможное, чтобы добыть " Questionem politicam" [" Политический вопрос". - Лат.]4, но здесь никто пока не видел и не знает этой книги.

4 (Памфлет против Ришелье.)

Вашей Милости покорнейший слуга Пьетро Паоло Рубенс.

Рубенс - Пьеру Дюпюи

Антверпен, 12 ноября 1626 г. [итал.]

[...] Награвированные в Голландии портреты маэстро Мишеля1, о которых Вы мне пишете, здесь не появлялись, о чем я весьма сожалею, так как очень хотел бы их видеть. [...]

1 (Гравюры работы А. ван Утрехта и др. с произведений известного голландского портретиста М. ван Миревелта (1567 - 1641).)

Я послал несколько эстампов господину Тавернье2 по его просьбе, поддержанной господином де Валаве, но не получил подтверждения, что они дошли по адресу. Пожалуйста, пошлите к нему слугу с вопросом, получил ли он их - а это, конечно, так и есть. Я Вас за это заранее благодарю и прошу извинить меня за беспокойство.

2 (М. Тавернье (1574 - 1641) - фламандский гравер, поселившийся в Париже. Вел торговлю эстампами Рубенса.)

Рубенс - Пьеру Дюпюи

Антверпен, 19 ноября 1626 г. [итал.]

[...] За попыткой нападения на Слёйс последовало нечто совершенно иное: жители Слёйса, Кадзанта и окрестных деревень, а также Брюгге и всей прилегающей территории заключили договор о прекращении войны, как это было во время перемирия. Договорились, что они не будут враждовать между собой и смогут свободно торговать друг с другом [На полях: О свободной торговле не могу сказать с уверенностью, но первое - истинная правда, думаю, что и второе тоже]. Этот неожиданный договор всем показался странным. [...] Относительно флотилии из Перу никаких новостей. Ее задержка всех здесь пугает: если она не явится, нам не приходится ждать ничего хорошего, ибо если не заплатить войскам, возникнут всевозможные великие беспорядки. [...] Не затрудняйте себя письмами ко мне в течение трех недель, мне представился случай совершить небольшое путешествие, и я буду в отъезде около месяца1. Тем временем препоручаю себя Вашему обычному благорасположению и прошу Господа даровать всяческое счастие Вам и Вашему брату.

1 (Рубенс ездил в Кале в связи с продажей своей художественной коллекции Бэкингему. Последний проезжал через Антверпен в сентябре 1625 г., посетил дом Рубенса и пожелал (вероятно, по совету служившего у него художника Жербье) купить собрание Рубенса. Возможно, Рубенс из Кале отправил в Англию свои антики; картины были отосланы в сентябре 1627 г. Из Кале Рубенс поехал в Париж, где вел дипломатические переговоры с Жербье.)

Вашей Милости преданный слуга Пьетро Паоло Рубенс.


Поделиться:



Популярное:

Последнее изменение этой страницы: 2016-04-10; Просмотров: 780; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2024 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.158 с.)
Главная | Случайная страница | Обратная связь