![]() |
Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии |
После прерывания беременности
Аборт способен вызывать множество различных реакций. Ни у одной женщины не могут возникнуть сразу все описанные на сегодняшний день симптомы. В некоторых случаях у женщин наблюдаются целые группы симптомов, а в некоторых — развитие одной, но серьезной и травмирующей реакции. Иногда отмечаются лишь незначительные последствия прерывания беременности или полное отсутствие каких-либо последствий (по крайней мере, на протяжении периода наблюдения). Принимая во внимание истории, полные душевной боли, горя и смятения, несложно понять, почему женщины, возлагавшие на аборт большие надежды, скрывают и отрицают свои истинные переживания. Без понимания и поддержки со стороны близких человек просто не в силах вынести это испытание. У многих фаза отрицания начинается непосредственно после процедуры. Например, Терри, выйдя из клиники, провела 4 часа в кофейне, расположенной в подземном переходе. Я находилась в состоянии полного оцепенения. Не могла поверить в то, что сделала аборт. Я не могла даже думать об этом — просто сидела и смотрела на проходящих мимо людей. Мне казалось, что я и мое тело перестали быть еди ным целым. У другой моей пациентки, Сонни, страх обнаружить источник травмирующих переживаний, повлек за собой многолетнее непонимание и отрицание своих проблем: Я боялась думать о перенесенном аборте и не позволяла себе испытывать чувство утраты. На протяжении нескольких лет я не понимала, что со мной не так, и не могла найти источник моей злости и боли. Я просто знала, что мне плохо... ужасно плохо. Но я запретила себе чувствовать и пребывала в постоянном оцепенении. Ни одна женщина не застрахована от подобных негативных переживаний. Даже те, которые годами боролись за право женщин на искусственное прерывание беременности или тщательно обдумали все аспекты этой процедуры, иногда оказываются неспособны справиться с эмоциональным воздействием аборта19. Здесь представляется уместным привести ранее уже упоминавшееся высказывание доктора Джулиуса Фогеля, психиатра и акушера, лично выполнившего более 20 000 абортов: Для каждой женщины, независимо от ее возраста, воспи тания или сексуального здоровья, прерывание беременности представляет собой психологическую травму и затрагивает основу человеческого бытия. Ребенок - это часть ее жизни. Убивая ребенка, она убивает часть себя, что не может пройти бесследно. Женщина вступает в борьбу с жизнью. И совсем неважно, верит ли она в то, что у плода есть душа, или нет. Невозможно отрицать физически ощущаемый процесс создания живого существа20. Как будет описано в Приложении 2, невозможно точно определить частоту случаев развития у женщин негативных эмоциональных реакций на аборт. Изучение аборта в контексте психологической травмы представляет собой чрезвычайно политизированный процесс (подробнее об этом см. Приложение 1). К настоящему времени было проведено большое количество исследований, направленных на изучение разнообразных психологических последствий аборта. Тем не менее число исследований, в рамках которых выполнялся статистический анализ данных о ПТСР, было ограниченным. По всей видимости, наиболее информативным было исследование, проведенное Кэтрин Бернард. В исследовании приняло участие 80 женщин, которые обратились в одну из клиник города Балтимора для искусственного прерывания беременности 3-5 годами ранее. Пользуясь стандартными методами оценки ПТСР, доктор Бернард установила, что приблизительно каждая пятая женщина (19 %) соответствовала всем критериям диагностики ПТСР. Примерно у половины участниц наблюдалась большая часть симптомов ПТСР, а у 20-40 % — стресс и «реакция избегания» в умеренной или тяжелой форме, которые были связаны с перенесенным абортом21. Результаты исследования доктора Бернард указывают на то, что ПТСР развивается приблизительно у 20 % женщин, перенесших аборт. В действительности эта цифра может быть существенно выше, так как половина женщин, которым было предложено принять участие в исследовании, отказались от этой возможности. Результаты других исследований свидетельствуют о том, что женщины, отказывающиеся участвовать в подобных исследованиях, как правило, испытывают наиболее серьезные последствия аборта22. Другими словами, женщины, для которых совершенный аборт является болезненной темой, очень редко дают согласие на изучение их переживаний. Среди женщин, которые обращаются за психологической помощью после аборта, стандартная методика диагностики позволяет выявить ПТСР в 73 % случаев23. Поздние проявления ПТСР Вероятность развития симптомов посттравматического стрессового расстройства в будущем определяется не только непосредственной эмоциональной реакцией человека на травмирующее событие. Событие и возникновение психологической реакции может разделять значительное время. Представим себе нового члена террористической организации, которому было поручено взорвать стену жилого дома. При звуке взрыва молодой террорист, скорее всего, будет чувствовать свою силу, а не беззащитность, смелость, а не страх и испытывать ликование, а не ужас от содеянного. Но стоит ему заглянуть за стену и увидеть там жертв, как его эмоциональное состояние тут же изменится. Хотя он знал, что произойдет, ужас от увиденных результатов его деяния может перевесить рациональные доводы о «необходимости» этого поступка. Если впоследствии у террориста возникнут симптомы гипервозбудимости, репереживания и отгороженности, это будет означать, что он стал жертвой ПТСР. Аналогичным образом многие женщины не задумываются о психотравмирующем характере аборта до тех пор, пока какое-нибудь событие не откроет им глаза на то, что в действительности произошло. У женщин, перенесших аборт, симптомы ПТСР могут естественным образом развиться при виде расчлененного эмбриона. Однако и приятные моменты способны вызывать аналогичный ужас. Любые события, которые напоминают о ценности человеческой жизни, могут спровоцировать психологическую реакцию на перенесенный аборт. В периоды благоговения перед красотой жизни мысль о совершенном аборте может привести к паническому ужасу. Такое состояние было характерно для Одри во время беременности и после рождения ее первого ребенка. На всем протяжении беременности я испытывала тре вогу. Как только я поняла, что смогу стать матерью, меня начали посещать воспоминания об аборте, сопровождавшиеся колоссальным чувством вины. Во время первого УЗИ я думала, что не вынесу увиденного. Я смотрела на экран монитора, одновременно испытывая восторг и оцепенение: восторг от того, что вижу свою дочь - контуры ее лица, ладони, пульсирующее сердце, позвоночник и так далее, а оцепенение из-за того, что всё это полностью противоречило моим представлениям об объекте аборта несколькими годам ранее. У Робин травмирующие последствия аборта проявились во время годовщины свадьбы родителей, когда она увидела своих племянниц и племянников. Я сделала аборт, когда мне было девятнадцать лет. После этого я чувствовала себя хорошо и была благодарна сотрудни кам клиники, которые провели процедуру. Через два года я снова забеременела, и все опять закончилось абортом. Впоследствии я помогала советами нескольким моим подругам, которые со бирались сделать аборт, поскольку считалась единственной опытной в этих делах. С любыми переживаниями я боролась при помощи юмора и сарказма. Я устроилась работать в авиакомпанию и объездила всю страну. Большинство окружавших меня людей считали, что я живу полной жизнью и завидовали моей свободе. Но однажды летом все резко изменилось. Меня пригласили на празднование годовщины свадьбы родителей, которое орга низовывали мои братья и сестры. К тому моменту я не была у родителей уже 11 лет. Мне было страшно ехать домой, и я пыталась найти повод отказаться от приглашения. У меня развилась депрессия, и я начала злоупотреблять алкоголем. Одна моя хорошая подруга спросила меня, чего я боюсь, но я не смогла ответить ей. В конце концов, я заставила себя поехать, и с этого момента моя жизнь начала рушиться. Возвращение домой принесло с собой множество болезненных воспоминаний о перенесенных абортах. Когда я увидела родителей и всех сво их племянников и племянниц, меня стали посещать неожидан ные мысли: почему у меня до сих пор нет детей? Мне казалось, что мои дети должны были находиться там вместе со мной. Меня просто захлестнули переживания. Я не могла поверить, что мое сердце может вместить столько боли и тоски. Я без конца плакала и пила, чтобы заглушить свои эмоции. Мне хо телось заснуть и не просыпаться. Я перестала есть и стала очень замкнутой. Я не могла полноценно функционировать и проклинала себя за то, что все-таки приняла приглашение. Я думала только о том, что мне необходимо уехать. Но даже после отъезда боль не прекратилась. Я не могла избавиться от своих страданий, и это отразилось на всем: на моей работе, друзьях, самооценке. Депрессия, алкоголь, периодические исте рики - все это продолжалось очень долго, до тех пор, пока я не обратилась за квалифицированной помощью. В ходе опроса, проведенного Институтом Эллиота (см. Приложение 2), более 60 % опрошенных женщин заявили о том, что в течение определенного периода они не испытывали негативных переживаний в отношении аборта. По их словам, осознание того, что аборт вызвал какие-либо отрицательные реакции, приходило, в среднем, через пять с лишним лет после процедуры. Подобные отсроченные проявления являются одной из основных причин, по которым ни в обществе в целом, ни в психиатрии в частности не уделяется достаточное внимание изучению психологических травм, связанных с прерыванием беременности. Глава 9 |
Последнее изменение этой страницы: 2019-04-19; Просмотров: 273; Нарушение авторского права страницы