Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Социальная структура российского общества




 

Хотя социальная жизнь России оставалась достаточно традиционной, в ней появились новые моменты, свидетельствующие о грядущих переменах. Повышение товарности сельского хозяйства, увеличившиеся в связи с этим требования помещиков заставляли крестьян искать заработок вне земледелия.

Крестьянство.Полагая, в соответствии с устоявшимися стереотипами, что в начале XIX в. крестьянство было в основном крепостным, мы невольно искажаем картину. Доля крепостных уменьшалась на протяжении всей первой половины века и в 1857 г. составляла 46 – 48 %. Крепостные делились на принадлежавших помещикам или уделу (дворцовому ведомству) и приписных. Крестьяне, принадлежавшие частным лицам, в свою очередь, делились на дворовых, барщинных и оброчных.

Наиболее тяжёлым было положение 2 млн дворовых. Не имея собственного дома и хозяйства, они получали за свой изнурительный труд скудную и не всегда доброкачественную пищу и третировались как «дармоеды». Барщинные крестьяне работали на помещичьей запашке от трёх до шести дней в неделю. Зачастую крестьяне должны были возделывать сперва господскую землю и лишь затем трудиться на себя. В таких случаях рабочий день крестьян занимал круглые сутки – днём они обрабатывали помещичью землю, а ночью – свою. В чернозёмных губерниях крестьян вообще иногда лишали надела и переводили на месячину, т. е. заставляли трудиться за одежду и пропитание. Кроме того, крестьяне платили господину «столовый запас» и исполняли подводную повинность.

Более благоприятным было положение оброчных крестьян. Они имели большие наделы, пользовались значительной долей самоуправления, имели выбор в хозяйственных занятиях (сельскохозяйственные работы, отходничество, торговля). В этой группе крестьян встречались люди, скопившие значительные капиталы, проявившие удивительные способности к предпринимательству.

Ещё в первой трети XIX в. в России существовали настоящие невольничьи рынки, на которых продавались помещичьи крестьяне. Лишь в 1833 г. правительство запретило продавать членов крестьянских семей поодиночке, а в 1841 г. – продавать крепостных без земли.

Пестрота социально-экономической жизни России, отставание процессов, проходивших в ней, от духа времени, приводили к неизбежным социальным противоречиям, которые острее всего проявлялись в крепостной деревне. К концу 1830-х гг. опасность сохранения крепостного права стала совершенно очевидной. В отчёте III отделения Николаю I за 1839 г. говорилось: «Вообще крепостное состояние есть пороховой погреб под государством и тем опаснее, что войско составлено из крестьян же. Начать когда-нибудь и с чего-нибудь надобно, и лучше начать постепенно, осторожно, нежели дожидаться, пока начнётся снизу, от народа».

Казённые, или государственные, крестьяне представляли собой очень пёструю группу населения (даже в 1868 г. этот разряд крестьян состоял из 23 подгрупп). Они управлялись Департаментом (с 1838 г. – Министерством) государственных имуществ, который смотрел на крестьян как на источник казённого дохода. Жители казённых деревень должны были наделяться 15 десятинами земли на душу, реально же имели в среднем по 5 десятин. Государственных крестьян давили подушная подать, мирские сборы, многочисленные земские повинности – дорожная, подводная, постойная, а также рекрутская повинность. К этому добавлялось взяточничество администрации и т. д.

Приписные крестьяне, принадлежавшие частным или казённым мануфактурам, занимали промежуточное положение между казённым и крепостным населением деревни. Юридически они являлись разрядом государственных крестьян, фактически их положение было близко к крепостным. В 1858 г. насчитывалось 543 тыс. приписных крестьян.

И крепостные, и государственные крестьяне жили общиной (миром). С одной стороны, община была общественно-административной организацией, которой руководили выборные люди (старосты, сотские, сборщики, раскладчики). Круговая порука, существовавшая в общине, облегчала государственным органам управление сельским населением, сбор с него налогов и т. п. С другой стороны, община владела пахотными и сенокосными угодьями, распределяя их между своими членами. Общинное устройство помогало крестьянам выжить в трудных природно-климатических условиях России, но оно же обезличивало крестьян, мешая наиболее предприимчивым из них проявить свои таланты, выбиться в люди.



На землях частных собственников крестьянское самоуправление было придавлено вотчинной администрацией. О фактическом положении крестьянского мира в первой половине XIX в. существуют прямо противоположные оценки: от уверенности в традиционной прочности и независимости общины от исторических перемен до заявлений о её ретроградности. Само по себе общинное устройство, видимо, имело и положительные и отрицательные стороны. Дело было не столько в нём, сколько в тех исторических обстоятельствах, в которых оно оказывалось. Именно они могли сделать общину или живой ячейкой общественного организма, или тормозом на пути его развития.

Дворянство.В 1858 г. в России насчитывался примерно 1 млн дворянобоего пола. Чуть больше трети людей из этого числа имели личное дворянство без права владеть крепостными. Потомственным дворянством могло гордиться около 600 тыс. человек, причём из них 323 тыс. были польскими шляхтичами. В 50-е гг. чуть более 18 тыс. дворян получали от своих имений достаточный доход, чтобы пользоваться финансовой независимостью. Иными словами, шлозаметное обособление богатых дворян от средних и малоимущих. Ликвидация единонаследия, новые экономические условия, к которым не все умели приспособиться, вели к дроблению имений и оскудению дворянских фамилий. Появились дворяне, мало чем отличающиеся от крестьян. Сенатские ревизии 1820-х гг. докладывали о дворянах, вынужденных пахать землю вместе с крестьянами. Это, конечно, крайность, но в 1845 г. из 565 тыс. потомственных дворян право голоса на дворянских выборах, сопровождавшихся высоким имущественным цензом, имели только 22 тыс. – правительство предпочитало опираться на крупных землевладельцев. В результате накануне отмены крепостного права 6 млн помещичьих крестьян были сосредоточены в 1382 имениях, а общее количество имений достигало 94 тыс.

Дворянство продолжало делиться не только по богатству, но и по степени знатности. Наплыв «нового дворянства» в XVIII – XIX вв. обесценивал это звание. В 1845 г. потомственное дворянство стал давать только 8-й класс в военной службе и 5-й в гражданской. С 1856 г. и в военной службе потомственное дворянство также даётся с 5-го класса. Кроме того, началось обособление родовитого дворянства от чиновного и наоборот. В губерниях были заведены дворянские родословные книги, делившие это сословие на шесть разрядов, т. е. вводившие определённую иерархию внутри дворянства.

Жизнь дворян во многом подчинялась Табели о рангах. Один из иностранных путешественников писал: «В России нет джентльменов, но есть майоры, капитаны, асессоры, регистраторы». Особое отношение к чинам и должностям действительно было характерной чертой России, но это не означало, что её жизнь и культура сосредоточивались в департаментах и министерствах. Наиболее активным в культурном отношении в стране было среднее дворянство. Как правило, оно хорошо знало французский язык, посещало Европу, обучаясь в университетах, владело библиотеками, интересовалось литературой, театром, живописью, историей, экономикой, политическими учениями. Однако оно не имело возможности принимать активное участие в общественно-политической жизни страны.

Чиновничество и офицерство.Практически все стороны жизни дворянина в первой половине XIX в. определял чин, который он носил. Неслужащий дворянин в тогдашней России выглядел чем-то вроде белой вороны. В начале XIX в. мундир явно выигрывает у фрака в симпатиях общества. Клички «приказный», «чернильная душа», «крапивное семя» ясно свидетельствуют об этом. С течением времени положение начинает меняться.

С 1796 по 1857 г. численность чиновников возросла в 6 раз. За этот же период численность населения империи увеличилась в 2 раза, т. е. государственный аппарат рос в 3 раза быстрее, чем население страны. Правда, дворяне не составляли в этом аппарате большинства. В 1857 г. в составе чиновников дворян было чуть более 35 %.

XIX век – время усложнения государственного управления, роста бюрократии, усиления её контроля за всеми сферами жизни России. Правительства нуждаются во всё большем числе грамотных чиновников-профессионалов, а потому уже при Николае I фрак берёт реванш у мундира, статская служба становится доходнее и престижнее, чем военная. С другой стороны, дворянство, свободное от обязательной службы, не может обеспечить требуемого количества чиновников из своей среды, и государственный аппарат начинает пополняться за счёт разночинцев.

В офицерском корпусе, в отличие от государственного аппарата, дворяне сохранили ведущие позиции. В 1844 г. офице ры недворянского происхождения составляли 25 – 26 %. Образовательный уровень офицерства соответствовал тому, который обеспечивали домашнее воспитание или учебные заведения. Специальное военное образование большинство приобретало непосредственно на службе. К 1860 г. офицеров, вышедших из военно-учебных заведений, было 31,6 %, из вольноопределяющихся – 61,5 %, из низших чинов – 6,9 %.

Сведения о национальном составе офицерства практически отсутствуют. Официального понятия «национальность» в России не существовало, во всяком случае, в официальных документах оно не встречается. Под «русским» имелась в виду не национальность, а государственная принадлежность. Понятием, заменявшим национальность, являлось вероисповедание. В 1860 г. право-славных среди офицеров было 69,3 %. Если говорить о первой половине XIX в., то большую роль в российском государственном аппарате и армии играли остзейские немцы. Их доля среди высшей бюрократии и командного состава не опускалась ниже трети, доходя иногда и до половины.

 

Лейб-гвардии гусарский полк. Рисунок А. Пилатского

 

К 1855 г. российская армия достигла 1 396 000 человек, но подготовленного запаса практически не было, что не позволяло быстро увеличить армию в военное время. Система комплектования армии в России в первой половине XIX в. была чисто сословной. Рекрутов поставляли только податные сословия: крестьяне, мещане, солдатские дети.

Офицерский же корпус, состоявший в массе своей из дворян, не был однороден. Как и всё общество, он был разделён на ранги, имея свою аристократию, полусвет и плебеев. На вершине находились офицеры гвардии, которые при направлении в армию получали повышение сразу на два чина. Отношения между армией и гвардией были достаточно натянутыми, что усугублялось ещё и тем, что со второй половины XVIII в. гвардия практически не принимала участия в войнах. Плебсом считались офицеры, служившие в гарнизонных батальонах или в инвалидных ротах.

Русскую армию в первой половине XIX в. отличала значительная текучесть офицерских кадров, служивших в среднем по пять – семь лет. Причиной этого являлись как тяжесть службы, так и то, что армия была ступенькой для занятия приличных должностей на гражданской службе. На военном поприще к 40 годам можно было дослужиться до подполковника, а то и полковника, выйдя в отставку (отставники, как правило, награждались чином), стать тайным советником, т. е. достичь генеральского чина. Иными словами, помимо всего прочего, армия являлась в условиях России кузницей кадров для гражданской администрации.

Горожане.В городах действовало положение, принятое при Екатерине II и делившее их население на шесть разрядов (к 1858 г. их стало восемь). Переход в число жителей города людей иных сословий был затруднён, что искусственно сдерживало рост городов.

Численность городского населения росла и абсолютно и относительно (к середине XIX в. удельный вес горожан по сравнению с 1719 г. повысился с 3 до 9 %), но по сравнению с европейскими странами этот рост был весьма невелик. Главное же заключалось в том, что российский город чаще всего был не средоточием торгово-промышленной деятельности, а малолюдным административным центром, в котором, кроме нескольких церквей, зданий присутственных мест, купеческих лавок, трактиров и деревянных домов мещан, ничего не было.

С точки зрения правительства, важнейшей помимо чиновничества частью городского населения являлось купечество. На грани XVIII – XIX вв. в среде купечества всё более заметными становятся купцы-фабриканты (в 1801 г. в составе купцов 1-й гильдии свыше трети владели мануфактурами). Половину из этого количества составляли семейные династии, тесно связанные с крепостническим государством. Они пользовались привилегиями и материальной поддержкой властей, имели дополнительные доходы от государственных откупов и подрядов, а главное – могли создавать производство на основе принудительного труда крепостных и приписных крестьян.

Устойчивостью эти династии, правда, не отличались, как правило, продолжительность купеческого рода составляла два-три поколения. Вероятно, это связано с тем, что купеческие состояния возникали не естественным, рыночным путём, а благодаря поддержке властей, внеэкономическими методами. Действительно, если у государства в дальнейшем ослабевал интерес к деятельности каких-либо купеческих кланов, их судьба становилась непредсказуемой. Зачастую представители именитых купеческих родов или выбивались в дворяне, или становились мещанами.

 

Купец-откупщик, вышедший в дворянство

 

В первой половине XIX в. происходит образование «нового купечества», в основном из крестьян, которые начинали с организации мелких мастерских или рассеянных мануфактур, состоявших из рабочих-надомников. Именно так скла дывались династии Морозовых, Прохоровых, Рябушинских, Третьяковых, Бахрушиных. Их предприятия сохраняли до XX в. семейный характер паевых товариществ (акционерных компаний), принадлежащих узкому кругу родственников-пайщиков. Процветанию подобных родов способствовал устойчивый уровень прибыли в хлопчатобумажной промышленности.

Новые слои населения.С одним из таких слоёв – предпринимателями – мы уже познакомились. Их ряды пополняли крестьяне-отходники, а также крестьяне, занимавшиеся мелкой торговлей или ремеслом (промыслом). Они, как и богатые горожане, вкладывали средства в производство, становясь скупщиками и основывая мануфактуры. Пользуясь покровительством владельцев, крестьяне, имевшие мануфактуры, прикупали к ним, на имя своих хозяев, крепостных и землю. У ивановского мануфактурщика Грачёва, например, было 3 тыс. десятин земли и 881 крепостной. Граф Шереметев задолжал трём своим крепостным крестьянам 42 тыс. руб.

О промышленных рабочих как классе в европейском понимании этого слова вряд ли тогда можно было говорить. В этот период рабочий класс формировался из крестьян и городских низов, так как фабрики основывались в городах или сельских районах с развитой кустарной промышленностью. К середине столетия в обрабатывающей промышленности вольнонаёмные рабочие составляли 80 % всех рабочих. В 1850 г. по России насчитывалось примерно 800 тыс. рабочих.

Первая половина XIX в. стала временем рождения ещё одного слоя российского населения, которому будет суждено сыграть важную роль в истории нашей страны. Речь идёт о разночинцах.

Термин «разночинец» впервые употреблён в законодательных актах в 1711 г. Однако на протяжении XVIII в. состав этой группы населения был крайне пёстрым. В этот период к разночинцам в основном относились отставные воинские чины, их жёны, дети, люди «приказного чина» (мелкие чиновники) и нижние придворные чины. В конце XVIII – начале XIX в. состав разночинцев расширился за счёт купеческих детей и детей священнослужителей.

Разночинцам запрещалось приобретать населённые земли, безземельных крестьян, владеть фабриками и заводами, торговать. Несмотря на то что они были освобождены от подушной подати, разночинцы не имели традиционной экономической базы и не могли составлять конкуренции дворянам и купцам. В результате большинство из них жило крайне бедно. Заработок их составлял от 3 до 14 руб. в месяц, необходимый же расход – 11 – 12 руб. Неудивительно, что разночинцы легко становились в оппозицию к существующему режиму.

Разночинцы имели прямое отношение и к появлению российской интеллигенции. Последняя рождалась из двух независимых потоков. Один из них (дворянский) возникал естественным путём и состоял из дворян, которые профессионально и полупрофессионально занимались свободными профессиями (литература, журналистика, преподавание, научная деятельность). Другой поток (разночинский) представляли люди, становившиеся интеллигентами зачастую поневоле. Свободные профессии были для них способом получения средств к существованию.

Социальная структура российского города, хотя в ней и происходили некоторые изменения, во многом оставалась на уровне XVIII в. Продворянская политика самодержавных правительств, жёсткая опека ими всех сторон жизни горожан, исторически сложившийся характер русских городов не давали развиваться тому новому, что нарождалось в стране.

 

Вопросы и задания

 

1. Охарактеризуйте социальную структуру России первой половины XIX в. 2. Назовите основные группы крестьян. Какие новые группы в составе крестьянства появились в это время? 3. Что собой представляло дворянство в социальном плане? Выделите новые явления в его социальной структуре. 4. Чем объяснялась всё возраставшая роль чиновничества в жизни страны? 5. Охарактеризуйте офицерство и его роль в жизни России. 6. Как осуществлялось управление русской армией? Расскажите о комплектовании офицерского корпуса. 7. Охарактеризуйте состав населения городов. 8.

Кто такие разночинцы? Почему они играли всё более заметную роль в общественной жизни? При ответе используйте текст на с. 427 учебника. 9.

На основе сведений, изложенных в параграфе, и текста на с. 419 учебника подготовьте историческую справку о российской интеллигенции.

 





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:

  1. I. Наименование создаваемого общества с ограниченной ответственностью и его последующая защита
  2. I. Философия в жизни человека и общества.
  3. I.5. Роль педагогики в развитии общества
  4. IV. Социальная структура и политический строй старовавилонского общества (по законам Хаммурапи)
  5. XVII ВЕК В ИСТОРИИ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ И РОССИИ. ОСОБЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА И ЕГО ФАКТОРЫ
  6. Акционер (участник) несет ответственность по любым обязательствам общества.
  7. Биологическая и социальная природа языка
  8. Бифуркационное дерево как модель эволюции природы, человека, общества
  9. Были окончательно закреплены права и привилегии российского дворянства
  10. В чем суть политики Сообщества в сфере профессионального обучения?
  11. Важенин С. Г. Социальная инфраструктура народнохозяйственного комплекса. М., 1984.
  12. ВКЛАД РЕБЕНКА В ЖИЗНЬ ОБЩЕСТВА: НОРМАЛИЗАЦИЯ




Последнее изменение этой страницы: 2016-03-17; Просмотров: 830; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.013 с.) Главная | Обратная связь