Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Письмо со страницы 126 (Бааль Сулам)




Дал Царь сыну меч из упрятанных своих сокровищ…

Дав­но уже под­го­то­вил те­бе два пись­ма, и всё ни­как не вы­хо­ди­ло от­пра­вить их. Те­перь же со­чту для се­бя че­стью дать те­бе вку­сить от «брызг ме­до­во­го нек­та­ра».

На­пи­са­но: «Рас­те­ря­ет убий­ца все ре­че­ния мои, слов­но вы­тек­шее по ка­п­лям, и лгун ос­к­вер­нит Твор­ца.»

Это по­доб­но Ца­рю, ко­то­рый при­влёк к се­бе сво­его сы­на, что­бы обу­чить его приё­мам цар­ст­во­ва­ния и что­бы по­ка­зать ему всю зем­лю, и не­на­ви­дя­щих его, и лю­бя­щих его.

И дал Царь сы­ну меч из уп­ря­тан­ных сво­их сокровищ — и чу­дес­ное свой­ст­во в том ме­че: при по­яв­ле­нии ме­ча пред вра­га­ми, вмиг па­дут они пред ним на зем­лю, слов­но гру­да му­со­ра, — что­бы от­пра­вил­ся Цар­ский сын и за­вое­вал мно­же­ст­во го­су­дарств, и за­вла­дел тем, что есть у них.

В один из дней ска­зал Царь сво­ему сы­ну: «Вот под­ни­мусь Я на баш­ню и скро­юсь там. Ты же унас­ле­ду­ешь Пре­стол Мой и пра­вить бу­дешь всей зем­лёй в муд­ро­сти и си­ле. А ещё тебе — щит этот, что до это­го дня скрыт был в тай­ни­ках цар­ст­ва, и ни­ка­кой враг, за­мыш­ляю­щий не­доб­рое, не смо­жет при­чи­нить те­бе зла, по­ку­да щит этот на­хо­дит­ся в тво­ем вла­де­нии.» И воз­ло­жил Царь меч и сло­жил его со щи­том, и от­дал сы­ну. Сам же Царь взо­шёл в баш­ню и скрыл­ся там.

Но не знал Цар­ский сын, что меч и щит со­еди­не­ны один с дру­гим. И по­сколь­ку щит ни­че­го не зна­чил в его глазах — не убе­рёг его, и был щит ук­ра­ден у не­го, а с ним и меч.

И как про­слы­ша­ли вра­ги о том, что сын Ца­ря пра­вит зем­лёю, и что ук­ра­де­ны у не­го меч и щит, тут же ста­ли дерз­ки­ми, ос­ме­лев. И на­ча­ли вое­вать с ним, по­ку­да не по­пал к ним в плен. И те­перь, ко­гда их не­на­ви­ст­ник был у них в ру­ках, из­ли­ли на не­го всю ярость сво­ей мес­ти. И взы­ска­ли с не­го за всё, что сде­ла­но бы­ло с ни­ми во дни прав­ле­ния От­ца. И изо дня в день из­би­ва­ли его. И стыд­но ста­ло сы­ну Ца­ря пред сво­им От­цом, ибо не­сча­стье От­ца при­чи­ня­ло боль силь­нее соб­ст­вен­ной бе­ды. И яви­лась со­ве­том мысль, и воз­на­ме­рил­ся он сде­лать меч и щит, по­доб­ные преж­ним, что­бы дос­та­вить От­цу ра­дость и по­ка­зать Ему свою муд­рость и си­лу. И вся­че­ски­ми спо­со­ба­ми сде­лал по­до­бие ме­ча, по­хо­жее на из­на­чаль­ный меч. И сде­лал и щит, то­же по­хо­жий на преж­ний.

И ко­гда при­го­тов­лен­ные им ору­дия вой­ны бы­ли уже в ру­ке его, воз­звал к От­цу сво­ему, что на вер­ши­не баш­ни: «Гор­дись за ме­ня, ибо «муд­рый сын воз­ра­ду­ет сво­его От­ца». Но по­ка взы­ва­ет он к От­цу, не­на­ви­ст­ни­ки его про­дви­га­ют­ся и ра­нят его. И по ме­ре то­го, как при­бав­ля­ют ему ударов — ста­но­вит­ся он силь­нее и удер­жи­ва­ет се­бя, что­бы пе­ре­стал сер­дить­ся Отец его. И кри­чит: «Те­перь я не стра­шусь ни­че­го. Да и кто смо­жет сра­зить­ся со мной, ко­гда меч твой и щит в ру­ке мо­ей.»

Но сколь­ко ни хвалится — вра­ги его мно­жат уда­ры и ра­ны. Кам­ни и пал­ки ле­тят ему в го­ло­ву, и ис­те­ка­ет он кро­вью. Ста­ра­ет­ся он воз­не­сти го­ло­ву свою, ве­ли­че­ст­вен­но под­няв её, по­доб­но силь­ным ду­хом, по­ка­зать сво­ему От­цу, что те­перь ни­че­го не убо­ит­ся, и что не­дру­ги упо­до­би­лись пы­ли про­тив его мо­щи, ибо ос­тал­ся не­из­мен­ным меч его, и ус­то­ял его щит.

И это име­лось в ви­ду в сло­вах «рас­те­ря­ет ре­че­ния Мои, слов­но вы­тек­шее по ка­п­лям...» Как по­до­бие обезь­я­ны пе­ред человеком — те, что си­ла­ми сво­его те­ла соз­да­ют меч, упо­доб­ляя его тво­ре­нию Соз­да­те­ля. Но и это ещё не всё, а хо­тят воз­гор­дить­ся этим ре­мес­лом, как горд Соз­да­тель за Своё тво­ре­ние. И о них ска­за­но: «...убий­ца и об­ман­щик ос­к­вер­нит Твор­ца», т.к. дея­ни­ем че­ло­ве­че­ским соз­да­ёт щит и вос­хва­ля­ет­ся, что не ощу­ща­ет ни­ка­кой боли — и этим то­же ос­к­вер­нит Соз­да­те­ля. То есть то, чем об­ла­да­ет он — об­ра­ща­ет­ся им на се­бя, ибо го­во­рит, что он сам об­ла­да­тель муд­ро­сти и си­лы и ни­че­го не уст­ра­шит­ся, а сам при этом по­лон лжи и вы­пра­ши­ва­ет раз­лич­ные уловки — это ос­к­вер­нит Твор­ца.



Од­на­ко, всё со­вер­шен­ст­во за­клю­че­но в тай­не свя­то­го Име­ни «Бог мой — моя спра­вед­ли­вость», ко­гда все­ми фиб­ра­ми ду­ши по­сти­га­ет он, что ме­сто «про­яв­ле­ния при­сут­ст­вия Твор­ца» — оно там, где спра­вед­ли­вость и прав­да. По­зна­ние это аб­со­лют­но: ведь все его мыс­ли, со­еди­нив­шись в нём во­еди­но, ста­но­вят­ся спра­вед­ли­вы и вер­ны, и яс­но ему, что не сде­лал еще ни один че­ло­век в ми­ре ша­га дур­но­го в аб­со­лют­ном по­до­бии, так же как не про­дви­нет­ся впе­ред соб­ст­вен­ны­ми си­ла­ми ни на один вер­ный шаг.

И, хо­тя имен­но так все и ве­рят, но для по­зна­ния долж­ны они все свое вни­ма­ние со­сре­до­то­чить на серд­це, что­бы ста­ло это для них «глав­ным по­уче­ни­ем». Ведь из­лия­ние вер­но­го и ис­тин­но­го серд­ца к Твор­цу, спо­соб­но рас­крыть этот ра­зум в ми­ре, как не­что про­стое и обыч­ное, все ну­ж­ды ко­то­ро­го се­лят­ся в серд­це.

И это суть ска­зан­но­го «и про­си­ли от­ту­даТвор­ца, Соз­да­те­ля сво­его, и дос­тиг­ли Его». Это так же за­клю­че­но и в бла­го­сло­ве­нии «До­б­рый, творя­щий Доб­ро», где Он — «творя­щий Доб­ро вслед за мной», ведь на­стоя­щее по­сти­же­ние Твор­ца по­ко­ит­ся на про­яв­ле­нии сча­стья, удо­воль­ст­вия, по­это­му-то и зо­вёт­ся «До­б­рым», и это Имя от­кры­ва­ет­ся ка­ж­до­му че­ло­ве­ку.

Но во всей ра­бо­те в из­гна­нии и в вы­пол­не­нии То­ры рас­кры­то во­очию всем час­тям ду­ши ра­бо­таю­ще­го ра­ди Твор­ца свя­тое Имя «Мой Творец — моя спра­вед­ли­вость». То есть, что в дей­ст­ви­тель­но­сти во­об­ще ни­че­го пло­хо­го не су­ще­ст­во­ва­ло, да­же в са­мое ко­рот­кое мгно­ве­ние. И со­кро­вен­ная тай­на «Соз­да­тель Един и Имя Его еди­но» — по­ня­тие яс­ное и про­стое для тех, чьё со­стоя­ние со­вер­шен­но.

«При Хахам. Письма» Письмо со страницы 14 (Бааль Сулам)

 

У великого, доброго и желающего дать добро царя была одна цель - насладить жителей его страны…

У великого, доброго и желающего дать добро царя была одна цель - насладить жителей его страны, и он не нуждался ни в какой работе, которую бы делали для него, а только одно стремление было у него - делать добро народу его страны. Однако он знал, что существуют различные уровни в получении его добра, в зависимости от степени любви к нему и осознания его величия. И захотел он особо насладить в огромном размере самых достойных из его народа. А весь остальной народ увидит, что царь не урезает вознаграждения любящим его, а насыщает их всем изобилием наслаждений, которые приготовил для них. А помимо наслаждений, которые он щедро раздает им, есть у них особое наслаждение в том, что чувствуют себя избранными из всего народа - и это тоже он хотел дать тем, кто его любит. Но чтобы уберечься от претензий народа, дабы они, обманывая или же заблуждаясь, не говорили, что любят царя, а тем не менее, их вознаграждение мало - Царь, будучи совершенным, предостерег себя и от этого. Посему, начал придумывать способы, как осуществить свои замыслы во всем их совершенстве - покуда не нашел прекрасное средство. Он дал указание всем жителям страны, без исключения, проработать на его работах в течение целого года. И выделил для этого место в своем дворце, обусловив особо, что запрещено работать вне этого определенного места, так как это не подобает, и царь не желает этого. И вознаграждение их находится на месте их работы, где приготовил им большие трапезы с различными яствами, какие только есть в мире, в любом количестве. А по завершению срока работы, он пригласит всех за свой царский стол, и будут они сидеть пред лицом его - впервые в его царстве. И воззвание это было оглашено повсюду. И все как один пришли в город царя, окруженный войском и стеной, и были закрыты там в течение оговоренного срока, и начали работать. Все думали, что царь поставит наблюдателей за работой, чтобы знать, кто работает на него, а кто - нет. Однако царь скрылся, и не было никакого наблюдения. И каждый может делать то, что считает нужным. Так им казалось. И не знали они о чудесном изобретении, которое покрывало невкусной пылью деликатесы и сладости. И напротив - все покрывалось лечебной пылью в том месте, где работали. В этом и заключалось наблюдение. Верные и любящие по-настоящему, несмотря на то, что не было наблюдения на месте работы, везде точно соблюдали указания царя, потому что любили его и были ему преданы, и выполняли все, что на них было возложено. И также старались работать точно на положенном месте. И, конечно же, сама по себе в их тела входила лечебная пыль. А когда приходило время отведать угощений, то пробовали их, и чувствовали в них тысячи разных вкусов - никогда ранее не знали они таких вкусов и такой сладости. И поэтому хвалили и прославляли царя - ведь за его столом, что выше всех похвал, они трапезничают! Но те низменные, кто не понял всего величия царя, и что полагается любить его преданно и верно - они, видя, что нет за ними наблюдения, не соблюдали указаний царя, как полагалось, - пренебрегали местом, предназначенным для работы, и каждый работал там, где ему казалось лучше. А когда пришло время трапезы, когда вкусили сладости, то ощутили горький вкус из-за пыли. И стали ругать и высказывались пренебрежительно о царе и его столе, потому что приготовил им такое вознаграждение взамен их усилий. И в их глазах царь стал самым большим обманщиком. Ведь вместо сладостей и деликатесов приготовил им одну горечь и соль. И поэтому начали искать какую-то пищу в этом городе, чтобы удовлетворить свой голод, чем усугубили свои беды... И так они усугубили свои беды, т.к. теперь они должны были работать вдвойне. И не было им известно то, что было принято за столом царя.

Письмо из книги "При хахам", часть "игрот-кодеш", стр. 89 (Бааль Сулам)

Царь взял своего сына и поставил посреди огромного красивого сада…

До со­тво­ре­ния ми­ра ду­ши бы­ли со­вер­шен­но пол­но­стью сли­ты с Твор­цом, и дал Он им ко­ро­ны и ве­ли­ко­ле­пие, да­же боль­ше чем же­ла­ли, по­то­му что Он зна­ет их же­ла­ния луч­ше их са­мих. А по­то­му нет воз­мож­но­сти на­звать имя Его, ведь имя воз­ни­ка­ет в со­стоя­нии воз­бу­ж­де­ния че­ло­ве­ка к по­сти­же­нию ка­ко­го-то яв­ле­ния. А по­сколь­ку здесь еще про­яв­ля­ет­ся толь­ко про­стой свет, то не­воз­мож­но в та­ком све­те оп­ре­де­ле­ние по­зна­ния, т.е. об­ре­те­ние муд­ро­сти.

По­это­му муд­ре­цы на­зы­ва­ют та­кое свет — «про­стой» (пшат), по­сколь­ку он ко­рень все­го, и о нем не го­во­рят в кни­гах. Он не со­став­ной и по­сти­га­ем, как еди­ный и про­стой. И хо­тя в низ­шем ми­ре в ре­ши­мо это­го про­сто­го све­та раз­ли­ча­ют­ся две час­ти, он — про­стой, не со­став­ной, это серд­це раз­де­ля­ет его.

А в мес­те, о ко­то­ром мы го­во­рим, нет со­вер­шен­но ни­ка­ких из­ме­не­ний. Это по­доб­но ца­рю, ко­то­рый вдруг взял сво­его сы­на и по­ста­вил по­сре­ди ог­ром­но­го кра­си­во­го са­да (пар­дес), и ко­гда от­крыл цар­ский сын гла­за, он не по­смот­рел, на ка­ком мес­те сто­ит, по­то­му что от боль­шо­го све­та все­го са­да по­тя­нул­ся его взгляд вдаль, на са­мые даль­ние зда­ния и двор­цы в за­пад­ной сто­ро­не, и по­шел в ту сто­ро­ну, и шел мно­го дней, все бо­лее по­ра­жа­ясь ве­ли­ко­ле­пию за­пад­ной сто­ро­ны.

По про­ше­ст­вии не­сколь­ких ме­ся­цев, ко­гда по­утих его пыл и воз­рос­ло же­ла­ние, на­пол­нил свое зре­ние ви­да­ми за­пад­ной сто­ро­ны, ус­по­кои­лась его мысль, и на­чал ду­мать, что же на­хо­дит­ся на всем его пу­ти, ко­то­рый пе­ред ним? На­пра­вил он взгляд свой в вос­точ­ную сто­ро­ну, в сто­ро­ну, от­ку­да во­шел в сад, и по­ра­зил­ся! Ведь весь вос­ток с его кра­со­той был так бли­зок ему, и не по­ни­ма­ет он, как он мог не по­чув­ст­во­вать все это вна­ча­ле, а смот­рел толь­ко в за­пад­ную сто­ро­ну. И ко­неч­но, с тех пор толь­ко к сия­нию вос­точ­ной сто­ро­ны уст­ре­мил­ся, по­ка не вер­нул­ся к во­ро­там, в ко­то­рые ко­гда-то во­шел.

Ка­кое же от­ли­чие есть ме­ж­ду дня­ми вхо­да и дня­ми вы­хо­да, ведь все, что ви­дел в по­след­ние ме­ся­цы, ви­дел то­же впер­вые, но не осоз­на­вал и не мог оце­нить, по­то­му что серд­це и гла­за ощу­ща­ли толь­ко свет, ис­хо­дя­щий с за­па­да. И толь­ко по­сле то­го, как на­сы­тил­ся им, об­ра­тил ли­цо, серд­це и гла­за свои на вос­ток, и на­ча­ло серд­це впи­ты­вать свет, иду­щий с вос­то­ка.

Письмо из книги "При хахам" со страницы 37 (Бааль Сулам)

Царю понравился его служитель, настолько, что просил поднять и поставить его выше всех министров…

Все ве­рят в лич­ное управ­ле­ние Твор­ца тво­ре­ния­ми, но не сли­ва­ют­ся с этим управ­ле­ни­ем, по­то­му что труд­но им от­не­сти не­чис­тую, не­до­б­рую мысль или дей­ст­вие, про­ис­хо­дя­щее с ни­ми или пе­ред ни­ми, к Твор­цу, ко­то­рый яв­ля­ет­ся наи­выс­шим и наи­луч­шим. Как же мо­жет не­доб­рое ис­хо­дить от Твор­ца? И толь­ко ис­тин­но близ­ким к Твор­цу рас­кры­ва­ет­ся вна­ча­ле зна­ние лич­но­го управ­ле­ния, что Он все это Сам по­сы­лал им — как хо­ро­шее, так и пло­хое, оди­на­ко­во все ис­хо­ди­ло от Него — и то­гда, по­сти­гая это, они сли­ва­ют­ся с лич­ным управ­ле­ни­ем, по­то­му что сли­ваю­щий­ся с выс­шим ста­но­вит­ся как Он.

А по­сколь­ку со­еди­ни­лись управ­ляю­щий и управ­ле­ние в по­ни­ма­нии че­ло­ве­ка, то со­вер­шен­но не­раз­ли­чи­мо от­ли­чие ме­ж­ду пло­хим и хо­ро­шим, и все лю­бя­щие, ис­прав­лен­ные, по­то­му что все яв­ля­ют­ся со­су­дом Твор­ца, го­то­вые све­тить­ся и гор­дить­ся Его за­пол­не­ни­ем. А в ме­ре на­пол­не­ния ро­ж­да­ет­ся зна­ние о том, что все про­изо­шед­шее, все дей­ст­вия и все мыс­ли, как пло­хие, так и хо­ро­шие, все они яв­ля­ют­ся со­су­дом, вме­сти­ли­щем Твор­ца, и Он соз­дал их, и из Не­го они вы­шли, и это ста­нет из­вест­но всем в кон­це ис­прав­ле­ния.

Но пока — это дли­тель­ное и страш­ное из­гна­ние. И глав­ное, что ко­гда ви­дит че­ло­век не­дос­той­ное дей­ст­вие, не­мед­лен­но па­да­ет с ду­хов­ной сту­пе­ни, за­бы­вая, что он толь­ко ору­дие в ру­ках Твор­ца, по­то­му что мнит се­бя са­мо­стоя­тель­но дей­ст­вую­щим в этом не­дос­той­ном дей­ст­вии и за­бы­ва­ет Ис­точ­ник всех при­чин, и что все от Не­го, и нет ни­ко­го дей­ст­вую­ще­го в ми­ро­зда­нии, кро­ме Не­го.

И это тре­бу­ет­ся чет­ко ус­во­ить, по­то­му что хо­тя и из­вест­но это, но да­ет­ся про­сто как на­чаль­ная ин­фор­ма­ция, и по­это­му в нуж­ный мо­мент че­ло­век не смо­жет вла­деть этим зна­ни­ем, что­бы от­не­сти все дей­ст­вия к Един­ст­вен­но­му их Ис­точ­ни­ку, тем са­мым пе­ре­ве­ши­вая на сто­ро­ну до­б­ра.

И два из­вес­тия ука­зы­ва­ют од­но на дру­гое, но пе­ре­ве­ши­ва­ет си­ла скры­тия.

Это по­доб­но ис­то­рии ца­ря, один из слуг ко­то­ро­го воз­вы­сил­ся в его гла­зах на­столь­ко, что царь по­же­лал под­нять и по­ста­вить его вы­ше всех ми­ни­ст­ров, по­то­му что уви­дел в его серд­це аб­со­лют­ную пре­дан­ность и лю­бовь.

Но не по­до­ба­ет ца­рю под­нять вдруг про­сто­лю­ди­на вы­ше всех без осо­бой, всем яс­ной при­чи­ны. А по­до­ба­ет ца­рю рас­крыть при­чи­ну по­ступ­ков всем в ве­ли­кой муд­ро­сти.

Что сде­лал царь? По­ста­вил сво­его слу­гу страж­ни­ком ох­ра­нять каз­ну. И при­ка­зал од­но­му ми­ни­ст­ру, умею­ще­му уст­раи­вать ро­зы­гры­ши, пе­ре­одеть­ся и при­тво­рить­ся бун­тов­щи­ком, ко­то­рый буд­то бы вы­хо­дит на вой­ну, что­бы за­хва­тить цар­ский дво­рец, имен­но в то вре­мя, ко­гда от­сут­ст­ву­ют ох­ран­ни­ки.

Ми­нистр сде­лал, как ему бы­ло ука­за­но ца­рем, все очень скры­то, ум­но и про­ду­ман­но, и вы­сту­пил с на­ме­ре­ни­ем за­хва­тить цар­ский дво­рец. А бед­ный раб сра­жал­ся на­смерть и вы­зво­лял сво­его ца­ря, бо­рясь про­тив пе­ре­оде­то­го ми­ни­ст­ра с ве­ли­кой от­ва­гой и не жа­лея ни сил, ни жиз­ни, по­ка не рас­кры­лась всем его аб­со­лют­ная лю­бовь к ца­рю.

То­гда сбро­сил свои дос­пе­хи министр — и вспых­ну­ло ве­се­лье, по­то­му что вое­вал в ве­ли­кой от­ва­ге раб, а те­перь рас­кры­лось, что все это бы­ло при­ду­ма­но, а во­все не на са­мом де­ле. И бо­лее то­го, смея­лись, ко­гда рас­ска­зы­вал ми­нистр об изо­щрен­но­сти сво­их при­ду­ман­ных коз­ней и то, ка­кой ужас на­во­ди­ли они. И ка­ж­дая де­таль ужас­ной этой вой­ны ста­но­ви­лась при­чи­ной боль­шо­го ве­се­лья.

Но все-та­ки раб — он со­всем не обу­чен. Так как же мож­но воз­не­сти его вы­ше всех ми­ни­ст­ров и слу­жа­щих ца­ря?

Ду­мал царь в серд­це сво­ем и ска­зал то­му же ми­ни­ст­ру, что он дол­жен пе­ре­одеть­ся в раз­бой­ни­ка и убий­цу и вый­ти на за­хват­ни­че­скую вой­ну про­тив ца­ря. По­то­му что зна­ет царь, что в этой, вто­рой вой­не рас­кро­ет он сво­ему ра­бу чу­дес­ную муд­рость, так, что удо­сто­ит­ся по­сле это­го сто­ять во гла­ве всех ми­ни­ст­ров.

По­это­му по­ста­вил сво­его ра­ба ох­ран­ни­ком всех кла­до­вых и со­кро­вищ­ниц цар­ст­ва. А тот ми­нистр пе­ре­одел­ся на этот раз в зло­го раз­бой­ни­ка и убий­цу. И явил­ся за­вла­деть бо­гат­ст­ва­ми ца­ря.

Не­сча­ст­ный, упол­но­мо­чен­ный ох­ра­нять со­кро­ви­ща, вое­вал с ним во всю свою си­лу, не жа­лея жиз­ни, по­ка не на­пол­ни­лась ме­ра его. То­гда снял с се­бя ми­нистр одея­ния и вспых­ну­ло боль­шое ве­се­лье, и смех во двор­це ца­ря, еще боль­шие, чем в пер­вый раз. По­то­му что все при­твор­ные дей­ст­вия пе­ре­оде­то­го ми­ни­ст­ра со все­ми де­та­ля­ми и под­роб­но­стя­ми вы­зы­ва­ют не­удер­жи­мый смех, так как в этом слу­чае обя­зан был ми­нистр бо­лее ум­но ра­зыг­ры­вать на­па­де­ние и по­то­му что бы­ло яс­но за­ра­нее, что нет ни­ка­ко­го раз­бой­ни­ка во всем цар­ст­ве ца­ря. А все бес­по­щад­ные на­па­де­ния и ужас­ные угрозы — толь­ко ро­зы­грыш, и тот ми­нистр с ог­ром­ной вы­дум­кой пред­стал все-та­ки пе­ред ним, об­ра­тив­шись раз­бой­ни­ком.

Но как бы то ни бы­ло, по­сте­пен­но об­ре­та­ет раб ра­зум, по­сти­гая ко­нец про­ис­хо­дя­ще­го, и лю­бовь от по­сти­же­ния в на­ча­ле. И то­гда он вста­ет в веч­но­сти.

Не в со­стоя­нии боль­ше пе­ре­дать текст, но знай, что управ­ле­ние зем­ное по­доб­но управ­ле­нию выс­ше­му в том, что са­мо управ­ле­ние пе­ре­да­но ми­ни­ст­рам, но не­смот­ря на это, все про­ис­хо­дит толь­ко по ука­за­нию ца­ря и по его ут­вер­жде­нию. И сам царь толь­ко ут­вер­жда­ет план, под­го­тов­лен­ный ми­ни­ст­ра­ми, и ес­ли на­хо­дит ка­кой-то изъ­ян в пла­не, не ис­прав­ля­ет его, а сни­ма­ет это­го ми­ни­ст­ра и ста­вит вме­сто не­го дру­го­го, а пер­вый уволь­ня­ет­ся со сво­ей долж­но­сти.

Письмо из книги "При хахам" со страницы 25 (Бааль Сулам)

У одного богача родился сын. Пришлось как-то богачу уехать на много лет из дому по своим делам…

Что значит — «преступления об­ра­ща­ют­ся в заслуги»? Ко­гда воз­вра­ща­ясь к Твор­цу, яс­но ви­дит, что это Тво­рец на­силь­но за­ста­вил его со­вер­шать про­ступ­ки, но не­смот­ря на это, всей ду­шой ис­прав­ля­ет эти про­ступ­ки, буд­то со­вер­шил их умыш­лен­но, по сво­ему же­ла­нию, чем и об­ра­ща­ют­ся умыш­лен­ные про­ступ­ки в до­б­рые дея­ния. Но ведь этим об­ра­ща­ет на­силь­ст­вен­но со­вер­шен­ные про­ступ­ки в до­б­рые дея­ния, а не умыш­лен­но со­вер­шен­ные? От­сю­да, ду­ша Ада­ма, со­вер­шив грех, долж­на прой­ти из­гна­ние, как от на­силь­ст­вен­но­го про­ступ­ка, как от гре­ха оши­боч­но­го, а не от умыш­лен­но­го.

Воз­вра­ще­ние (тшу­ва) про­ис­хо­дит от сло­ва «со­вер­шен­ст­во» (шле­мут). Это го­во­рит о том, что ка­ж­дая ду­ша на­хо­дит­ся в веч­но­сти и со­вер­шен­ст­ве, пол­ная све­та и все­го наи­луч­ше­го. И толь­ко вслед­ст­вие «сты­да» про­шла со­кра­ще­ние (Ц”А) и одея­ние в низ­кое те­ло, имен­но и толь­ко бла­го­да­ря это­му она воз­вра­ща­ет­ся к сво­ему кор­ню, где на­хо­ди­лась до со­кра­ще­ния, с воз­на­гра­ж­де­ни­ем от все­го прой­ден­но­го ужас­но­го пу­ти. С воз­на­гра­ж­де­ни­ем в ви­де ис­тин­но­го слия­ния, т.е. ос­во­бо­ж­де­ния от «сты­да», вслед­ст­вие из­ме­не­ния же­ла­ния по­лу­чить на же­ла­ние от­да­вать, чем ста­ла по­доб­ной сво­ему Соз­да­те­лю.

От­сю­да по­нят­но, что ес­ли па­де­ние ра­ди воз­вы­ше­ния, са­мо па­де­ние счи­та­ет­ся воз­вы­ше­ни­ем, по­то­му что прось­ба, бу­к­вы мо­лит­вы, на­пол­ня­ют­ся све­том. Но в ма­лой мо­лит­ве ма­ло све­та вслед­ст­вие не­дос­тат­ка букв, как ска­за­но: «Ес­ли бы не гре­шил Из­ра­иль, по­лу­чи­ли бы толь­ко То­ру и кни­гу Ио­шуа».

По­доб­но бо­га­чу, у ко­то­ро­го ро­дил­ся сын. При­шлось как-то бо­га­чу уе­хать на мно­го лет из до­му по сво­им де­лам. Страх за­крал­ся в его серд­це, как бы сын, ко­гда вы­рас­тет, не рас­тран­жи­рил его бо­гат­ст­во. Об­ме­нял он бо­гат­ст­во на дра­го­цен­ные кам­ни, вы­стро­ил боль­шой, тем­ный под­вал, по­мес­тил в не­го дра­го­цен­ные кам­ни и сы­на сво­его. При­ка­зал сво­им вер­ным слу­гам не вы­пус­кать сы­на из под­ва­ла, по­ка не ис­пол­нить­ся ему 20 лет, не по­да­вать ему ту­да свет, еже­днев­но спус­кать еду и пи­тье, но ра­ди здо­ро­вья, вы­во­дить его на один час в день гу­лять по ули­цам го­ро­да, а за­тем сно­ва по­ме­щать в тем­ный под­вал. А ко­гда ис­пол­нит­ся сы­ну 20 лет, по­дать ему ту­да свет и раз­ре­шить вый­ти.

Не­опи­суе­мо го­ре сы­на, ко­гда, гу­ляя под стра­жей свой час по ули­цам го­ро­да, он ви­дел, как лю­ди его воз­рас­та сво­бод­ны, сча­ст­ли­вы, гу­ля­ют не­ог­ра­ни­чен­но, без стра­жи, а он под стра­жей и в тем­но­те всю свою жизнь, за ис­клю­че­ни­ем счи­тан­ных ми­нут! А ес­ли бы пы­тал­ся убе­жать, по­лу­чил бы страш­ные уда­ры. И бо­лее все­го горь­ко бы­ло ему слы­шать, что это его род­ной отец ука­зал так с ним об­ра­щать­ся сво­им ра­бам, а они толь­ко вер­но вы­пол­ня­ют его ука­за­ния. Ес­те­ст­вен­но, отец ка­зал­ся ему страш­ной и жес­то­кой лич­но­стью, ка­ких нет в ми­ре!

Ко­гда ис­пол­ни­лось ему 20 лет, спус­ти­ли ему све­чи, ос­мот­рел­ся он во­круг и уви­дел меш­ки, пол­ные дра­го­цен­но­стей. И то­гда по­нял, на­сколь­ко добр и ми­ло­сер­ден его отец, что все это со­брал для не­го. И по­нял, что те­перь он сво­бо­ден вый­ти из подвала — вы­шел, и дей­ст­ви­тель­но, нет боль­ше жес­то­кой стра­жи, а он са­мый бо­га­тый в стра­не че­ло­век.

Но ведь нет ни­че­го но­во­го в его со­стоя­нии, а толь­ко рас­кры­лось ему то, что бы­ло и ра­нее. Ведь и ра­нее был та­ким же бо­га­тым. Толь­ко в сво­их ощу­ще­ни­ях был бед­ным и не­сча­ст­ным, а те­перь в од­но мгно­ве­ние раз­бо­га­тел и под­нял­ся из ни­зи­ны на вер­ши­ну.

Это смо­жет по­нять тот, кто по­ни­ма­ет, что на­ме­рен­ные прегрешения — это тем­ный ох­ра­няе­мый под­вал, из ко­то­ро­го не­воз­мож­но сбе­жать. А под­вал и стража — это «за­слу­ги» (зху­ёт), ми­ло­сер­дие от­ца к сы­ну, без ко­то­рых не смог бы ни­ко­гда стать бо­га­тым, как отец. Но умыш­лен­ные прегрешения — они по-на­стоя­ще­му умыш­лен­ные пре­гре­ше­ния, а не ошиб­ки, и не на­силь­ст­вен­но со­вер­шен­ные про­ступ­ки. Пре­ж­де чем рас­крыл свое бо­гат­ст­во, им вла­де­ло ощу­ще­ние уни­жен­но­сти, а по­сле то­го как об­на­ру­жил бо­гат­ст­во свое, ви­дит это как ми­ло­сер­дие от­ца, а не жес­то­кость.

Не­об­хо­ди­мо по­нять, что вся связь люб­ви ме­ж­ду от­цом и его един­ст­вен­ным сы­ном за­ви­сит от осоз­на­ния ми­ло­сер­дия от­ца к сы­ну в соз­да­нии тем­но­го по­гре­ба и за­клю­че­ния в не­го сы­на, по­то­му что боль­шие раз­ду­мья и уси­лия ви­дит сын в этом дей­ст­вии от­ца.

Зо­ар рас­ска­зы­ва­ет, как мать стра­да­ет от раз­лу­ки с сы­ном, зная, что нет ино­го пу­ти для его сча­стья, но ка­ко­во ма­те­ри ви­деть все стра­да­ния сы­на, на­сколь­ко она стра­да­ет при этом. И это на­зы­ва­ет­ся «стра­да­ния­ми Шхи­ны». А за­тем она рас­ска­зы­ва­ет: «Вот здесь на­па­ли на нас раз­бой­ни­ки, но спас­лись мы от них, а здесь спас­лись мы в глу­бо­кой яме»… И кто же не пой­мет ве­ли­кой люб­ви и те­п­ла, бью­щих из этих слов!

До встре­чи ли­цом к ли­цу ощу­ща­лось стра­да­ние тя­же­лее смер­ти, но пе­ре­ме­ще­ние бу­к­вы «аин» с по­след­не­го мес­та, со­от­вет­ст­вую­щее стра­да­нию, «нэ­га», на пер­вое ме­сто, со­от­вет­ст­вую­щее на­сла­ж­де­нию, «онэг», со­еди­ня­ют­ся две точ­ки, ко­то­рые све­тят толь­ко ес­ли на­хо­дят­ся в од­ном ми­ре. По­это­му, ко­гда отец и сын встре­ча­ют­ся в кон­це, то, быв­ший сле­пым и глу­хим, сын уже в со­стоя­нии лю­бить, и по­это­му глав­ная лю­бовь в на­сла­ж­де­ни­ях (а не в пре­ды­ду­щих не­со­вер­шен­ных со­стоя­ни­ях).

Письмо из книги "При хахам" со страницы 81 (Бааль Сулам)

У одного царя заболела дочь…

Белое - это когда человек всегда идёт по-белому, чистому, то есть это правая линия. В этом состоянии человек не видит в себе никаких недостатков, он доволен своей участью и, несмотря на то, что у него в духовной работе нет никакого продвижения, он доволен всем. И это можно понять с помощью притчи.

У одного царя заболела дочь. Никакие лекарства не помогали ей. Один мудрец сказал, что она выздоровеет, если наденет рубашку человека, который доволен своей участью. Что слелал царь? Разумеется он разослал посланцев ко всем богатым людям страны, чтобы те спросили довольны, ли богачи своей участью. Но все богачи как один заявили, что они чем-то недовольны, что им что-то не хватает. После этого царь послал своих посланцев к представителям среднего класса, но те тоже ответили, что они недовольны своей участью. Отчаялся тогда царь. Вдруг к царю пришёл один посланец и сказал, что в лесу живёт один лесник, про которого говорят, что он доволен своей участью. Царь немедленно послал самых уважаемых своих людей отыскать этого человека. Увидев их, лесник спросил: - Я вижу, что вы очень уважаемые люди. Зачем вы приехали ко мне? Посланцы рассказали ему о том, что случилось с царевной. Затем они спросили: - Мы хотим знать - это правда, что ты доволен своей участью? Лесник ответил: - Разумеется. Я чувствую, без всяких сомнений, что мне всего хватает и я всем доволен. - Если так, то дай нам одну твою рубашку для царевны. - Я бы с удовольствием отдал бы ей свою рубашку, но нет её у меня...

С помощью этой притчи мы можем понять: если человек хочет быть доволен своей участью, то для этого не нужно никаких условий и это и называется совершенством, самодостаточностью. Когда человек не нуждается ни в чём (и у него ничего нет) можно сказать, что он доволен своей участью. И это называется правой линией, когда человеку ничего не нужно, потому что если человек нуждается в чём-либо - не важно в чём - у него уже нет совершенства.

Статья Рабаша из книги "Шлавей Сулам" Недельная глава "Корах" (1984 г. 20.)

Если Царь даёт подарок кому-то, то, хотя подарок может быть маленьким, но он очень важен…

Есть три особенности в воздаянии хвалы: 1. Сила восхваления, т.е. в соответствии с важностью в его глазах подарка, сила восхваления и благодарности за него. 2. Величие дающего, т.е. если дающий человек важный, например, если Царь даёт подарок кому-то, то, хотя подарок может быть маленьким, но он очень важен, т.е. величина восхваления и благодарности не зависят от размера подарка, но от величины дающего его. Т.е. тот же человек может дать двум людям, для одного из них важнее дающий, величие и важность которого он познал, и, конечно, он воздаёт большую благодарность, чем второй, непознавший настолько важности дающего. 3. Величие дающего, и не важно даёт Он или нет. Т.е. иногда, когда Царь настолько важен человеку, что он только хочет говорить с Царём, и не потому, чтобы Царь дал что-нибудь - он ничего не хочет, но все наслаждения его от того, что удостоился говорить с Царём, но просто непринято входить к Царю просто так, без какой-нибудь просьбы. Поэтому он ищет, что попросить, чтобы Царь исполнил его просьбу. Т.е. говорит, что хочет войти к Царю ради чего-нибудь, чтобы Царь дал ему. Но на самом деле это только слова, в сердце он ничего не желает от Царя. И достаточно ему того, что есть у него возможность говорить с Царём, и неважно ему дал ли Царь ему при этом что-нибудь, или не дал ничего. Люди со стороны видящие, как он выходит, не получив ничего из царского дома, радостный и довольный, чувствующий себя в приподнятом настроении, они смеются над ним говоря: "Ты круглый дурак, и нет у тебя ни малейшего разумения, ты же сам видишь "как пришёл ни с чем, так и ушёл", т.е. вошёл к Царю просить, а вышел с пустыми руками, чему же тут радоваться?" И это даётся нам, чтобы понять, если человек просит у Творца, чтобы Он дал ему что-нибудь, надо различать: 1. Человек молится Творцу, чтоб дал то, что требует у Творца, что если удовлетворит его требование на получение молитвы, т.е., в момент, когда получает просимое, готов поблагодарить Творца, и в меру величины избавления , что получил от Творца, его радость и вдохновение, восхваление и признательность, т.е. всё измеряется величиной избавления, полученного от Творца. 2. В меру величины дающего, т.е. насколько он верит в величие Творца, это является причиной того, что он получает что-нибудь от Творца. Т.е., несмотря на то, что согласно его пониманию получил немного, но всё-таки получил что-то от Творца, есть причина быть в радости, и воздать восхваление и благодарность Творцу, поскольку дающий важен ему, как в приведённом примере. 3. В величии дающего без получения от Него, также чувствует огромную важность, настолько Царь важен ему, что ничего ему от Царя не нужно, но считается у него необычайной заслугой и несметным богатством, если сможет поговорить немного с Царём, и приходит с какой-нибудь просьбой только ради приличия, поскольку "нельзя просто так приходить к Царю, но с какой-нибудь просьбой", но он приходит не для того, чтобы Царь исполнил его просьбу, и произносит своё требование только для посторонних, непонимающих, что говорить с Царём - это самый дорогой подарок, но где же посторонним понять это.

Статья Рабаша из книги "Шлавей Сулам" Сила веры в будущее - необходимое условие роста человека (1987 г. 9)

Человек, пригласил к себе в гости важного гостя…

Тогда оно видит единственную вещь, которую может дать Творцу, чтобы Творец наслаждался ею. Так как цель Творца - дать добро и наслаждение творениям, то творение говорит - я хочу получить добро и наслаждение, потому что тем самым хочу доставить наслаждение Творцу. И чем больше наслаждение от Творца оно может получить, тем большее наслаждение чувствует, и тем больше Творец наслаждается этим.

И это подобно человеку, пригласившему к себе в гости важного гостя. Он сам и его домочадцы трудились весь день и всю ночь, чтобы важный гость получил удовольствие от угощения. И когда гость закончил трапезу, которая стоила хозяину большого труда, и все делалось, чтобы гость получил удовольствие от нее, в конце спрашивает хозяин гостя: "Что ты скажешь о нашем угощении, ощущал ли ты когда-нибудь такой вкус?" А гость отвечает ему: "Я скажу тебе правду - мне безразлично, что я ем, я никогда не беру в расчет удовольствие, которое я могу получить от еды. Поэтому неважно было бы, если бы ты сделал трапезу попроще, (я слышу от тебя, что ты вложил в нее много труда)...". Естественно, что за удовольствие хозяину слышать такое? Находим, что если человек получает добро и наслаждение от Творца, потому что хочет доставить Ему радость тем, что помогает осуществить на деле Цель творения - то, что Творец желает насладить свои творения. И в то же время он говорит, что не чувствует никакого вкуса в том благе, которое получил от Творца и ему все равно, то какое же наслаждение он доставляет этим Творцу? Следовательно, если человек может постараться возвеличивать каждый раз получаемое от Творца и чувствовать важность подарка Царя, это и будет причиной того, что он сможет сказать: "Я получаю огромное удовольствие от Тебя, ибо знаю, что только этим могу доставить удовольствие Тебе, и потому я хочу как можно больше наслаждаться".

Статья Рабаша из книги "Шлавей Сулам" Нет общины меньше десяти (1986 г. 28)

Кто-то говорит своему другу: "Я хочу дать тебе много серебра и золота, но с одним условием..."

Но Творец, ни в коем случае, ни в чём не нуждается, чтобы зависеть от низших, от выполнения ими этих условий, требуемых от них, как написано: "И если оправдает, что даст Тебе?" Но условия эти, которые Творец ставит перед ними, - на пользу человеку.

И это можно понять, подобно тому, как кто-то говорит своему другу: "Я хочу дать тебе много серебра и золота, но с одним условием, иначе ты не получишь от меня ничего". тогда друг спрашивает: "Что ты от меня требуешь, чтоб я дал тебе, а лишь затем ты дашь мне серебро и золото?" Тогда он говорит ему: "Пришли мне большие и маленькие мешки, чтобы мог ты эти мешки наполнить серебром и золотом. Но будет тебе известно, что с моей стороны нет никакого ограничения, сколько бы ты ни взял. Но всё множество серебра и золота зависит от твоего ограничения. Т.е. сколько принесёшь ты мне ёмкостей - мешочков, наполню их, не больше не меньше, в точности. Это то условие, которое я ставлю перед тобой". Конечно тут нет никакого сомнения, что условия, которые друг его требует от него, не на выгоду дающего, а всё - на пользу получающего. ".

Статья Рабаша из книги "Шлавей Сулам” И произошло чудо с лилиями… (1987 г. 7)

Еврей, верно служившем в доме одного господина; и господин любил его, как свою душу. И однажды случилось, что господин отправился в путь и оставил свои дела в руках своего заместителя…

И чтобы понять это, нам необходимы слова наших мудрецов, сказавших: «Для совершающего возвращение из любви сделались злоумышления как заслуги». То есть Творец не только прощает ему злоумышления, но и всякое злоумышление и нарушение, которое совершил, обращает Творец в Заповедь.

И посему после того как удостоился человек света лика в такой мере, что каждое нарушение, которое совершил, – даже те, которые совершил со злым умыслом, – обращается и становится ему Заповедью, то выходит поэтому, что весел и рад всем ощущениям мучений и горьких страданий, и преумноженных забот, которые испытал за свою жизнь, с того времени, как подлежал двум стадиям сокрытия лика. Поскольку именно они вызвали и принесли ему все эти злоумышления, обратившиеся ему теперь в Заповеди по причине света лика Его, чудесного на дивo.

И каждое страдание и забота, выводившие его из разума его, когда терпел неудачи в оплошностях при одинарном сокрытии или терпел неудачи в злоумышлениях при двойном сокрытии, – обращаются и становятся ему теперь причиной и обыкновенной подготовкой к выполнению Заповеди, чтобы получить за нее большое и чудесное вознаграждение навечно. И обращается ему поэтому каждое страдание в большую радость, а любое зло – в чудесное благо.

И это подобно истории, которую рассказывает мир о еврее, верно служившем в доме одного господина; и господин любил его, как свою душу. И однажды случилось, что господин отправился в путь и оставил свои дела в руках своего заместителя. А человек этот был ненавистником [народа] Израиля. Что он сделал: возложил на еврея [вину] и ударил его палкой пять раз у всех на глазах, чтобы хорошенько унизить его. И когда вернулся господин, пошел к нему еврей и рассказал всё, что с ним произошло. И очень разозлился он, и позвал заместителя, и приказал тому немедленно дать еврею в руки 1000 дукатов за каждый удар, которым тот ударил его. Взял их еврей и возвратился домой. Обнаружила жена его плачущим. Сказала ему: «Что приключилось у тебя с господином?». Рассказал он ей. Сказала ему: «Так почему же ты плачешь?». Сказал он ей: «Плачу, потому что тот ударил меня только пять раз. Ах, если бы ударил меня хотя бы десять раз – ведь было бы у меня теперь десять тысяч дукатов».

Предисловие к «Талмуду Десяти Сфирот» (Бааль Сулам)

Простой человек может самоотречься перед тем, кто считается выдающимся в его поколении…





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 303; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.037 с.) Главная | Обратная связь