I. Учение о бытии и его атеистические следствия

 

Критика религии и церкви в трудах Дидро своим основанием имела философское учение о материальности объективно существующего мира. Природа, указывал он, существовала всегда, в мире все подчинено естественным закона природы[21]. Познание природа стояло в центре философии Дидро, являясь фундаментом атеистических воззрений философа.

В борьбе с феодальными порядками и религиозно-идеалистическим мировоззрением Дидро развивал материалистическое, атеистическое мировоззрение, которое объясняло природу из нее самой, а человека рассматривало как часть этой природы. " Если все, что существует в данное время, есть необходимое следствие своего прошлого состояния, то тут не о чем говорить, если же желают из этого сделать чудо творения какого-нибудь бесконечно мудрого и всемогущего существа_, то в этом нет никакого смысла" [22]. " Материализм во Франции, — пишет В.Н.Кузнецов, — существовал в двух видах: деистической, недостаточно последовательной, ибо она допускала бытие бога, хотя и лишала его значительной части прерогатив, традиционно приписываемых ему религиозным сознанием, и атеистической, которая полностью реализовала тенденцию материализма объяснять природу из нее самой, не только не прибегая к сверхъестественным силам, но и аргументированно отрицая их реальность" [23] 3. " Я, физик и химик, который берет тела такими, каковы они бывают в природе, а не в моей голове, — замечал Д.Дидро. — Я вижу их жизнедеятельными во всем их разнообразии, одаренными свойствами, способностью к действиям и подвижными во вселённой так же, как и в лаборатории, где искра в соединении с тремя комбинированными молекулами

селитры, угля и серы неизбежно вызовет взрыв" [24]. Следовательно, исходным пунктом философии Дидро является признание материальности мира.

Решая проблему о природе мира и его основаниях, Дидро пре­одолевает деистические взгляды, которые были свойственны ему в пору философского становления. " Я думаю, что нет никаких оснований считать телесное существо произведением мыслящего" [25], — говорил он.

Дидро указывал, что материя является первоначалом и первоосновой всех вещей. Это материальное бытие, существование которого неоспоримо, не может быть никаким другим, кроме как только всеобщим бытием, познаваемым и распространенным повсюду. Он освобождает представление о материи как от всякой теологической оболочки, так и от сведения ее к отвлеченному понятию. Дидро не только материалистически объясняет первичность и вечность материи, но и ведет решительную борьбу с религиозно-идеалистическим мировоззрением по этому вопросу.

Дидро считал, что материя имеет в самой себе свое существование и свое движение, и нет необходимости искать вне ее принцип ее существования и движения, что она состоит из молекул, которые неделимы и обладают внутренней активностью и чувствительностью. " Молекула, одаренная присущим ей свойством, сама по себе есть сила активная. Она воздействует на другую молекулу, которая, в свою очередь_, воздействует на первую" [26]. Он признавал материю единственной в мире субстанцией. Материя существует вечно, утверждал он, из нее образуется все многообразие предметов и явлений.

Несомненной заслугой Дидро является то, что материю он понимал как единственную в мире субстанцию, которая охватывает собой все предметы дара, и отличается лишь той или иной организацией. " Остается признать существование только одной субстанции во вселенной, в человеке, в животном. Органчик для чижа сделан из дерева, человек — из плоти. Чиж — из плоти, музыкант тоже из плоти, только иначе организованной; но оба они одного происхождения, одной формации, с одинаковыми функциями, и ждет их один конец" [27]. Дидро проводит верную мысль о том, что природа является причиной всего сущего, что она существует только благодаря себе самой, что она не сотворена богом и что необходимо объяснять возникновение любой вещи естественными причинами, рассматривать ее как порождение природы.

Материя, говорит Дидро, по своей сути качественно многообразна; молекулы, из которых она состоит, имеют качественное отличие друг от друга. " Так как состояние крайней степени деления в природе или: на опыте, по всей видимости, бывает различным для гетерогенных по существу веществ, то отсюда следует, что существуют молекулы, существенно различные в отношении массы" [28].

Говоря о том, что молекулы " абсолютно неделимы сами по себе", Дидро в то же время стоит на позиций бесконечной делимости мате­рии. " Сколько веществ абсолютно гетерогенных или элементарных? Мы не знаем этого. Какие существенные различия в веществах, которые мы считаем абсолютно гетерогенными или элементарными? Мы не знаем этого. До какой степени деления может быть доведено элементарное вещество в опытах или в деятельности природа? Мы не знаем и т.д." [29].

Дидро приближается к пониманию того, что вся материя делима до бесконечности. По существу, он предпринимает попытку философски переосмыслить идею неделимости молекул. Нехваткой естественнонаучных данных можно объяснить противоречивую позицию мыслителя по проблеме делимости молекул и материи. " Разум учит, что в природе есть предел делимости материи, хотя мысленно она делима до бесконечности; а потому ни с чем несообразно представление о том, что в атоме содержится вполне сформированный слон, а в атоме этого слона — другой слон и так далее до бесконечности" [30]. Иными словами, Дидро понимал ограниченность практического деления материи и безграничную возможность ее деления с помощью человеческого мышления. Такой взгляд, на материю возвышает Дидро над механистическим пониманием материи философами его времени.

Для Дидро элемент, молекула, атом часто являются идентичными понятиями; их материальность была для него также очевидна, как и их вечность, несотворимость. Как справедливо отмечал Б.Быховский, Дидро " реабилитирует мир конечных вещей, который не может рассматривать как надстройку над гипостазированным понятием субстанции. Дидро приближался здесь к пониманию того, что субстанция - абстракция, отвлечение общего от отдельных вещей, что не мешает ей быть реально значимой и объективно истинной, так как в основе абстракции лежит реальное общее" [31].

Вопрос о том_, " почему что-либо существует? — говорил Дидро, — самый затруднительный, какой только может представить себе философия[32]. Но без решения этого вонроса₉ трудно было бы опровергнуть идеализм и теологию. Затруднительным представлялось дальнейшее развитие материалистической мысли. «Когда люди откажутся рассматривать вещи в своей голове ибудут рассматривать их во вселенной, тогда они, на основании разнообразия в явлениях, убедятся в разнообразии элементарных веществ, в разнообразии сил, в разнообразии действий и противодействий, в необходимости движения: я вижу материю существующей, я вижу ее сначала в покое, — ибо они почувствуют, что это значит допускать абстракцию, из которой нельзя сделать никаких выводов. Существование не вызывает ни покоя, ни движения; но существование есть единственное свойство тел»[33].

В неразрывной связи с вопросом о материи Дидро рассматривает и проблему движения. Учение о материи и движении Дидро стало теоретической основой его воинствующего атеизма. Дидро утверждал, что материя обладает действием, движением, всегда движется, не нуждаясь ни в каком сверхъестественном, духовном двигателе. " В природе все обладает разнообразным действием... Абсолютный покой — абстрактное понятие, не существующее в природе; движение же есть такое же реальное свойство, как длина, ширина, глубина" [34].

Таким образом, движение, по Дидро, — фундаментальное свойство, атрибут, присущий материи по природе. Он отрицает существование какой-либо внешней нематериальной причины, вызывающей движение материи.

Для механистического материализма проблема источника движения была одной из самых трудно разрешимых. Попытка сведения всех форм движения к механическому неизбежно приводила к представлению о том, что движение вызывается лишь внешней силой. Заслуга Дидро в том, что он продвинулся в разработке проблемы материи идвижения несколько дальше своих предшественников, задвинув положение о дви­жении как неотъемлемом свойстве материи. Он отмечал, например, что в учении Спинозы отсутствует исчерпывающий ответ на вопрос об ис­точнике движения в природе и причинах разнообразия тел. " Когда говорят о движении материи, не останавливаются на одной только части материи, чтобы дать возможность Спинозе ускользнуть, говоря, что эта часть материи получила свое движение от другой части, другая от третьей и так далее до бесконечности; но говорят обо всей материи, какова бы она ни была, конечной и бесконечной, безразлично" [35].

Обнаружив этот недостаток в учении Спинозы, Дидро сделал неправомерный вывод о том, что " его доктрина, рассматриваемая даже независимо от интересов религии, казалась совершенно ничтожной величайшим математикам" [36]. В общей оценке учения Спинозы Дидро не заметил всей глубины исходного принципы Спинозы, его положения о том, что природа (субстанция) является причиной самой себя (causa sui). Ошибка Дидро в оценке спинозовской субстанции не дала ему возможности разглядеть, что понятие causa suiвключает в себя и понятие самодвижения. Однако он был прав в том отношении, что указывал на непоследовательность Спинозы в истолковании движения.

Дидро критиковал не только Спинозу, но и всех тех_, кто считал, " что материя индифферентна к движению" [37] и что движение ей сообщило, божество. " Предположение о каком-нибудь существе, стоящим вне материальной вселенной, невозможно" [38].

Взгляд на материю как находящуюся в состоянии покоя мог сложиться, по мнению Дидро, потому, что не проводились различия между пространственным движением отдельных тел и активностью материи. Если первые есть только изменения положения тел, то есть являются следствием внешней силы, приложенной к телу, второе — это то, что присуще материи внутренне, что составляет ее атрибут.

Чтобы отличить активность как всеобщее свойство материи от простого механического движения тел, Дидро вводит понятие интимной силы[39]. Это понятие означает активность или движение как внутренне присущей материи движущей силы. Дидро правильно утверждает, что гораздо целесообразней и надежней считать, что самой материи свойственна способность движения, нежели тщетно и без нужды запутываться в стольких неопределенных затруднениях и отыскивать мнимое начало ее движения.

В результате движения различных частей материи в различных направлениях возникают их новые комбинации, новые вещи. Все происходит не преднамеренно и сознательно, а по естественным законам движения материи, все объясняется различным сочетанием, конфигурацией и модификацией ее частей. " Перемещение тела с одного места на другое не есть движение, а только действие его. Движение есть как в движущемся теле, так и в неподвижном. Уберите препятствие с пути неподвижного тела, и оно передвинется. Разредите внезапно воздух, окружающий ствол огромного дуба, и вода, содержащаяся в дубе, под влиянием внезапного расширения разорвет его на сотни частиц. То же сказу я о вашем теле" [40].

Еслиматерия активна, если она творит и образует все формы иявления действительности, то нет места для бога, нет необходимости изобретать бессмысленные и противоречивые гипотезы о движущем начале, которое находится вне природы, вне пространства и времени.

Французским материалистам чужд взгляд на движение как на развитие, оно понималось ими как механическое действие. Во мы должны отметить, что Дидро приблизился к пониманию движения как развития[41]. Он выявил недостаток современной ему концепции движения, по которой движение сводилось только к пространственному перемещению тел.

Идея Дидро о самодвижении материи наиболее интересна в его философском учений. Он писал: " Чтобы материю привести в движение, говорят еще, нужно действие, нужна сила или внутренняя, интимная, присущая молекуле, конституирующая ее природу, делающая ее молекулой огня, воды, селитры, азота, щелочи; какова бы ни была ее природа, из нее исходит сила, действующая вне ее, и из других молекул тоже исходят силы, действующие на нее" [42].

Таким образом, еще раз необходимо подчеркнуть, что Дидро выходил за рамки механистического понимания и истолкования движения, приближался к пониманию того, что " движение в применении к материи, — это изменение вообще" [43]. Мыслить материю без движения, значит рассматривать ее как нечто лишенное различных свойств и отношений. " Сила, действующая на молекулу, иссякает; сила, присущая молекуле, не иссякает; она неизменна, вечна. Эти две силы могут производить два рода nisus: первый — прекращающийся, второй — никогда не прекращающийся. Следовательно, абсурдно говорить, что у материи имеется реальное противодействие движению" [44].

Дидро обратил внимание на то, что делимость материи доказывает ее невозможность существования без движения, так как только движение может делить ее на различные части. " Все, что говорят о невозможности ускорения движения или быстроты, наносит удар гипотезе о гомогенной материи. Но что от того тем, которые выводят движение в материи из ее гетерогенности? Предположение о гомогенной материи чревато многими несообразностями" [45].

В многообразии форм движения материи Дидро видит ее гетерогенность. " Все гибнет в одной форме и восстанавливается в другой, повсюду — всевозможные сублимации, диссоляции, комбинации, — явления, несовместимые с гомогенностью материи. Отсюда я делаю вывод, что материя гетерогенна; что существует в природе бесконечное количество разнообразных элементов, что у каждого из этих элементов, благодаря его разнообразию, имеется своя особая, внутренняя, непреложная, вечная неразрушимая сила и что эти присущие телу силы имеют свои действия вне тела; отсюда раздается движение или всеобщее брожение во вселенной" [46].

Говоря о движении как об атрибуте материи, Дидро по существу нащупывает диалектическую идею единства материи и движения: внутренний источник движения материи он видит во взаимодействии противоположностей. " Когда рассматривают тело как более или менее сопротивляющееся, а не как тяжелое или стремящееся к центру тяготения, то в нем уже признают присутствие силы, свойственного и присущего ему действия, но есть много других сил и действий, из которых одни оказывают всестороннее воздействие, а другие имеют особые направления" [47].

Идея Дидро о гетерогенной, самодвижущейся материи является сильным аргументом против религиозного признания нематериального, стоящего вне природы творца. Он пишет: " Никогда не следует делать подобных предположений, потому что из них никогда нельзя сделать никакого вывода" [48].

Дидро решительно отвергал взгляды тех философов» которые вместе с движением признавали состояние покоя и, исходя из этого, утверждали, что материя бездеятельна идвижение порождено, какой-то внешней силой. " Это предположение философов походит, может быть, на предположение геометров, которые допускают существование точек без измерений, линий без ширины и глубины, поверхности без плотности. Или, может быть, они говорят об относительном покое, о покое одной массы по отношению к другой. Все находится в относительном покое на судне, терзаемом бурей. Нет ничего там в абсолютном покое, даже составные молекулы судна, заключающихся в нем тел, не находятся в абсолютном покое" [49].

Покой, по мнению Дидро, не есть отсутствие всякого движения, а лишь известное ограничение последнего. " Тело сопротивляется горизонтальному движению. Что это значит? Хорошо известно, что есть общая всем молекулам обитаемого нами шара сила, которая оказывает давление в известном направлении, перпендикулярном или почти перпендикулярном поверхности шара, но эта главная и всеобщая сила встречает противодействие от сотни тысяч других" [50]. Следует согласиться с утверждением Дидро, что в природе не существует бездеятельных тел, есть только относительные покой и наоборот, движение носит абсолютный характер, оно присутствует в каждой части материи, является субъектом всех изменений и различий. " Представляя себе так хорошо материю спокойной, — спрашивает Дидро, — можете ли вы вообразить себе огонь в состоянии покоя? В природе все обладает разнообразный действием подобно той совокупности молекул, которую все называют огнем. Каждая молекула этой совокупности, называемой огнем, имеет свою природу, свое действие" [51]. В связи с этим весьма глубоким представляется следующее замечание Т.И.Ойзермана: " Единство движения и покоя, притяжения н отталкивания — в этих положениях, которые разрабатывались механистическими материалистами, впервые формулируется, и притом на эмпирической основе, принцип единства противоположностей. Значение этого факта представляется нам все еще недостаточно оцененным в нашей историко-философской литературе. Между тем он заслуживает несравненно большего внимания" [52]. Это замечание в полной мере относится к идеям, которые высказывая Дидро.

Несмотря на то, что для Дидро материя — единственная реальность, основа и источник всего многообразия существующей действительности, а движение — неотъемлемое свойство ее, он только догадывается о конкретных формах- движения материи. При этом есть основание считать, что философ выделял специфику биологической формы движения[53].

Дидро решительно отстаивал материалистическое, с элементами диалектики, понимание движения, признавал движение внутренним свойством материй, способом ее бытия. Однако он недостаточно четко представлял, что движение — противоречивый процесс, в сущности, качественное изменение, что новые качества образуются в результате перехода одних форм движения в другие, хотя и угадывал, что движение есть реализация борьбы противоположностей. Именно это отличало его от других Французских материалистов.

Ф.Энгельс указывал: " Нужно признать величайшей заслугой тогдашней философии, что, несмотря на ограниченность современных ей естественнонаучных знаний, она не сбилась с толку, что она, начиная от Спинозы икончая великими французскими материалистами, настойчиво пыталась объяснить мир из него самого, предоставив детальное оправдание этого естествознанию будущего" [54].

Развитие Дидро идеи о неразрывной связи материи и движения, постоянном изменении мира, всеобщей активности природы имели важное значение для преодоления метафизического способа мышления. Но было бы неверным говорить о том, что французский мыслитель являлся последовательным сторонником диалектического метода и считать, что ему удалось сформулировать диалектическую концепцию движения. Для этого ему не хватало ни философских, ни естественнонаучных предпосылок.

Дидро утверждал, что материя существует в пространстве и во времени, которые неотделимы от нее. " В природе: Время — последовательность действий; пространство — существование одновременных действий, В сознании: время разрешается в движение; путем абстракции пространство разрешается в покой. Но покой и движение одного тела" [55].

У Дидро четко прослеживается глубокая убежденность в объективной реальности пространства и времени, в вечности и безграничности материального мира. «Я не могу отделить, даже в абстракции, пространство и время от существования. Значит, оба эти свойства существенно характерны для него" [56].

Признавая существование пространства и времени как фора существования материи, Дидро не смог углубиться в эти вопроси. Время в его понимании является чистой длительностью, протекающей равномерно. И пространство у него остается неизменным, неподвижным. Следовательно, можно говорить о наивности и механистической ограниченности взглядов философа.

При этом необходимо учесть один момент. Дидро не смог предложить каких-либо новых идей о пространстве и времени; он лишь отстаивает точку зрения материализма по этой проблеме, исходя из представлений естествознания своего времени. " У французских материалистов была та неоспоримая и неизменная заслуга, что они мыслили последовательно с точки зрения современной им науки, а это все, чего можно и должно требовать от мыслителей" [57].

Дидро последовательно утверждал идею неразрывной связи пространства и времени с движущейся материей. " Время, материя и пространство представляют, может быть, только одну точку" [58]. Он считал, что любая точка пространства может быть началом временных отношений. " Сколько исчезло изувеченных, неудачных миров, сколько их преобразовывается и, может быть, исчезает в каждый момент в отдаленных пространствах" [59].

Учение Дидро о материи и формах ее существования нанесло чувствительный удар по религиозно-идеалистическим концепциям. Он был одним изтех философов-материалистов, которые выдвигали идею о движении как существенном и неотъемлемом свойстве материи, дополнил эту идею положением о единстве и взаимосвязи движения как способа существования материи с такими формами ее бытия, как пространство и время.

Все явления природы Дидрорассматривал как находящиеся во всеобщей связи и в непрерывном движении. Одной из основных форм всеобщей связи он считал причинность. Вещи не просто существуют в пространстве иво времени, а связаны между собой причинно-следственными отношениями. С этой точки зрения, теологический взгляд на действительность — одна из химер, созданных религиозно-идеалистическим мировоззрением. Все существующее есть следствие свойств, присущих вечной и единой материи, которая путем сочетания и изменений форм производит порядок. " Если не существует взаимной связи между явлениями, то нет места для философии" [60], — говорил Дидро. Он отстаивал тот правильный и прогрессивный взгляд, что все явления в природе вызваны к жизни не божественным промыслом, а реальными причинами.

В природе все обусловлено материальными причинами и нет никаких сверхъестественных сил, значит, все явления необходимы, а всякое существо в природе при определенных обстоятельствах не может действовать иначе, чем так, как оно действует. Всякое явле ние и следствие имеют под собой определенное основание, поэтому следует, что нет никаких сверхъестественных явлений. Все явления носят однопорядковый характер, так как они являются порождением одной итой же материи. Таким образом, из причинной обусловленности Дидро выводит необходимость всех явлений и отрицает случайность. " Ход вещей необходим сам по себе" [61].

Если признать случайность, то придется признать, по мнению философа, беспричинность. Но так как в природе все имеет свою причину, случай не может иметь место. " Атеисты, я соглашаюсь с вами, что движение есть существенное свойство материи; но что же вы заключаете отсюда — что мир возник из случайного нагромождения атомов? С таким же правом вы могли бы мне сказать, что Илиада Гомера или Генриада Вольтера есть результат случайного нагромождения букв" [62].

Отождествляя причинную обусловленность с необходимостью, он приходит к отрицанию объективного содержания случайности. Не подметил Дидро и того, что всякая случайность, имея свои причины, не перестает быть случайностью; он не понял, что то или иное явление может иметь свои причины, но не быть необходимым. Всеобщая взаимосвязь сводится им к однозначной детерминации причинного следствия, к одной из универсальных связей явлений.

Ограниченность его детерминизма заключается именно в том, что он не увидел всего многообразия взаимосвязей, существующих в действительности, и объяснял все одной только причинностью.

Дидро не различал причин основных, решающих и причин случайных, побочных, а отрицание объективной случайности, как известно, низводит необходимость на уровень случайности. Необходимость, понимаемая абсолютно и механистически, перерастает в идею предопределенности всего совершающегося. От этих ошибок Дидро, не свободен, хотя у нас и нет оснований приписывать ему фатализм мистического толка. Учение о том, что всякое явление имеет свою объективную причину, что в природе есть закономерный, необходимый процесс, в корне подрывает мистику и религию. Так как все имеет свою естественную причину и есть результат закономерности, необходимого развития, значит, все сверхъестественное, мистическое не имеет под собой реальной почвы. В этом Дидро, бесспорно, прав.

При всех недостатках понимание материалистом причинности изакономерного развития действительности носит материалистический характер. Для Дидро причинность и закономерность не являются " чистым" порождением сознания, это явления, присущие окружающей объективной действительности. Отбрасывая сверхъестественные, конечные причины, Дидро выступал против религиозно-идеалистической мистификации природы и человеческого общества.

Таким образом, Дидро считал, что все в мире происходит со строгой необходимостью. Необходимое сцепление причин и следствий образует закономерности природы. Поэтому законы природы объективны и необходимы, то есть они проявляются и тогда, когда люди, являясь жертвами обмана теологов, не подозревают об их существовании, и тогда, когда люди открыли их и познали. Признанием объективной необходимости в мире Дидро отвергает существование каких бы то ни было сверхъестественных сил, наносит удар по идеализму и религии.

С другой стороны, для Дидро трудно было последовательно решить вопрос об объективное закономерности. Он понимал объективный характер законов как цепь причин и следствий. И в этом его большая заслуга. Однако метафизическое понимание необходимости приводило его к фатализму. Люди оказывались игрушкой этого закона необходимости, бессильными перед законами природы.

Такое понимание необходимости, закономерности ослабляло позицию Дидро в борьбе с религией, проповедующей " божественное проведение", " промысел", " предопределение" и оставляло лазейку для идеализма, хотя сам факт признания причинности направлен против идеализма и религии, потому что веру в чудеса, суеверия и предрассудки религия основывала на отрицании или затемнении причинных связей и отношений, существующих между предметами.

В силу исторической и классовой ограниченности Дидро не только не смог распространить свои взгляды о необходимости на общественное явления, но и не совеем верно и последовательно понимал закономерность даже в природе. Свести закономерность к цепи причин и следствий недостаточно. Понимание им случайности как явления, не имеющего причин, было метафизичным. Он не понял того, что случайность проявляется во внешних связях и отношениях, которые обуславливают закономерное, необходимое течение событий и процессов. Он же выдавал несущественное за существенное, решающее, отрицал существование случайности в природе. Именно это имел в виду Ф.Энгельс в " Диалектике природы", когда писал, что детерминизм, перешедший в естествознание из французского материализма, пытался покончить со случайностью тем, что вообще отрицал ее. " Согласно этому воззрению, в природе господствует лишь простая, непосредственная необходимость" [63]. Вся действительность представлялась французским материалистам как хаотическое нагромождение одних случайностей. В результате у них " необходимость остается пустой фразой, а вместе с этим и случай остается тем, чем был" [64]. Таким образом, отрицая объективный характер случайности, Дидро фактически все сводит к ней.

Тем не менее, необходимо отметить, что взгляд Дидро на причинность, необходимость, случайность, показывает, что он видел наличие объективной закономерности в природе, всеобщей связи и взаимозависимости. Если мир в целом возникает и не уничтожается, то отдельные предметы возникают и уничтожаются. Охватывая собой все. Вселенная, по Дидро, вечна и бесконечна, но ее отдельные части находятся в состоянии постоянного и непрерывного изменения. " Все изменяется, все исчезает, только целое остается" [65]. Мы далеки от мысли делать из этого вывод, что Дидро был диалектиком, но то, что характер его мышления пронизан диалектикой — неоспоримый факт.

Можно сказать, что разработка идей о единстве мира у Дидро шла в направлении признания материи основой всего сущего, ее объективности. Отрицая нематериальные субстанции, он логически пришел к идее о неотделимости движения от материи. В связи с этим несостоятельным представляется утверждение Ф.Коплстона о том, что Дидро " предложил форму натуралистического пантеизма. Все части природы в своей основе составляют один индивид — целое и всеобщее" [66]. Дидро не был пантеистом. Под великим индивидом (" целое и всеобщее" ) он понимал всю природу, которая не является неподвижной, мертвой, а находится в постоянном движении и развитии. Такое понимание природы не указывает на его пантеизм, так как он не отождествлял природу с богом и не приписывал ей разумной деятельности. На основании материалистического решения основного вопроса философии и осмысления новых научных данных Дидро вплотную подошел к принципу материального единства мира.

Исходя из сказанного, можно сделать вывод, что материалисти ческие идеи Дидро, вытекающие из них догадки, никоем образом не могли служить догматизму религиозно-философского миросозерцания, в корне его подрывали. Отвергая антинаучный, фантастический характер религиозного объяснения мира, Дидро одновременно пытался, объяснить основные проблемы, которые были извращены и запутаны религией иидеализмом. Из признания первичности материи и вторичности духа он последовательно делал атеистические выводы. Признание материальности мира у него непосредственно связано с отрицанием существования бога. " После глубокого размышления над известными явлениями у нас появляется сомнение, которое вам, о, скептики, может быть, простится, — сомнение, что мир не был создан, но что он остается таким, каким был и будет" [67].

Дидро постоянно отстаивал положение о несотворимости и неуничтожимости материи, пропагандировал идею бесконечной и вечной Вселенной. Мысль Дидро об изначальной активности материи, ее бесконечности и вечности не только опровергала идею божественного первотолчка, но и вообще элиминировала бога из материального мира, делала его лишним и ненужным[68].

Он приблизился к пониманию движения как изменению. Такое понимание движения можно считать достаточным, чтобы объяснять многообразие мира, не прибегая к помощи бога. Признание атрибутивного характера движения материи неразрывно связано с признанием его несотворимости и неуничтоясимости. «Еслиматерия была и будет вечно, если движение расположило ее в известный порядок и изначала сообщило ей все те формы, которые оно же, как мы видим, сохраняет за нею по сей час, то на что же твой государь? »[69].

Суть взглядов Дидро на пространство и время заключалась в том, что он отказывался видеть в них некие самостоятельные сущности. Этим взглядам он придавал ярко выраженную атеистическую направленность_, постулируя их независимость от духовных, идеальных сущностей.

Учение Дидро о первичности материи, ее несотворимости, вечности движения является основой его философского материализма и теоретическим фундаментом его атеистических взглядов.

⇐ Предыдущая123456789Следующая ⇒

Поделиться: