Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Символическое значение отдельных частей цветка




 

ГОЛОВКА ЦВЕТКА – разум, интеллект, чувственность.

ЛИСТЬЯ – витальность, жизненная (витальная) сила.

СТЕБЕЛЬ – фаллический символ (прямой, твердый и толстый стебель); стержень личности, ось, опора; отражает преобладание архетипа АНИМЫ (гибкий и мягкий стебель) или АНИМУСА (прямой и твердый стебель):

АНИМА АНИМУС

КОЛЮЧКИ НА СТЕБЛЕ – опасности, которые сопровождают страсть; их отсутствие – игнорирование опасности; избыточное количество шипов – утрирование опасности.

КОРНИ – склонность к саморефлексии, копание в себе.

ТЫЧИНКИ и ПЕСТИК – сексуальная зрелость.

Своеобразная, форма нарушений проявляется в том, что вместо одного цветка их одновременно появляется несколько: одновременно (например, поле цветов, цветущий куст, букет цветов) или последовательно, когда цветы сменяют друг друга в поле зрения, так что трудно решить, на каком из них остановиться. Часто предложение дотронуться в образе кончиком пальца до стебля цветка помогает сосредоточиться на одном из них. Если и после этого не удается остановиться на одном цветке, можно предположить, что и в реальной жизни пациенту бывает сложно сделать выбор и на чем-то сосредоточиться. В экстремальном случае это может быть проявлением так называемого полевого поведения, когда каждый следующий сильный раздражитель переключает на себя предыдущую деятельность. Некоторые люди так смотрят телевизор, постоянно переключая с одного канала на другой, и не могут в результате целиком посмотреть ни одну программу.

Важно предложить пациенту проследить, двигаясь вниз по стеблю, где находится цветок: растет ли он в земле, стоит ли в вазе или предстает в срезанной форме, «зависшим» на каком-то неопределенном фоне.[5]

Отсутствие «почвы под ногами» может говорить, в негативном плане, о некоторой оторванности, недостаточной основательности, проблемах с осознанием своих корней, своего места и положения в жизни. В позитивном плане, это большая гибкость, подвижность и свобода в принятии решений. Соответственно, если цветок растет на земле посреди какого-то ландшафта, то, в негативном плане, это может означать ригидность и консервативность, а в позитивном – большую основательность и стабильность.

Промежуточный вариант представляет собой случай, когда цветок растет в горшке. Это может соответствовать некоторой нише, которую нашел для себя человек и в которой он чувствует себя комфортно, но которую не желает покидать. Иногда человек представляет цветок как бы зависшим в пространстве. Это может соответствовать оторванности от корней, родителей или Родины. Если в образе человек держит цветок в руке, это может означать, что и в жизни он привык сам «держать себя в руках», опираться только на себя.

Цветок может расти и в воде, уходя корнями в дно водоема или плавая на поверхности. Вода считается символом бессознательного. Известно, что когда пациент начинает проходить курс психоанализа, т. е. как бы «бередить» и «поднимать» свое бессознательное, то ему часто снятся сны, что начинается наводнение, море выходит из берегов или происходит потом в доме. Земля считается одним из важнейших материнских символов. Известно выражение: мать – сыра земля! Если цветок находится в воде, уходя корнями в дно, то это может говорить, что связь с матерью вытесняется в область бессознательного и человек ее не осознает. Если это плавающий на поверхности воды цветок, то внутренняя связь с матерью еще более разорвана и вытесняется в область бессознательного.

Далее желательно спросить, что находится вокруг, какое небо, какая погода, какое время года, сколько сейчас времени в образе, как пациент себя чувствует и в каком возрасте себя ощущает. (Символическое значение этих критериев подробно разбирается в разделе Представление образа.)

После окончания представления «цветка» рекомендуется тактично выразить пациенту поддержку и похвалу. Например, можно сказать: «У меня сложилось впечатление, что у Вас хорошее воображение» – или – «У Вас живая фантазия. Это можно было бы хорошо использовать для применения одного психотерапевтического метода. Я предлагаю и далее проводить лечение в форме сновидений наяву». Если образы были выражены менее ярко, можно похвалить пациента, сказав о его «хорошей предрасположенности к представлениям» и возможности развития и тренировки врожденной способности к воображению. Затем можно сказать, что через несколько сеансов пациент разовьет у себя еще более четкие представления. Важно, чтобы пациент получил положительную обратную связь и поддержку на уровне эмпатии.

«….А запахи вели его своей дорогой, через растения, в землю.

Лилия открылась ему как чистая мысль, не затронутая желанием, как вечная жизнь, как молоко женской груди, питающее во сне, как ослиный член, как одеяние, недоступное мужчине, но как покрывало, доступное молодости.

Белая роза запахла Фракией, Евой до грехопадения, потом Магомета, человеческой душой и кровью Венеры, свободной от низменной похоти, а когда эта кровь окрасила её в

красный цвет, роза запахла страстью, Евой после грехопадения, проклятьем дьявола и Божьим благословением, и в этот момент роза с пятью листьями хлестнула его жизненной силой, принадлежащей богу войны.

Кипарис зашелестел, как святое дерево богини любви, почувствовалось присутствие рая и Святой горы, огня, скипетра Зевса и стрелы Амура, благоухающего пламени с корнями из серебра, золота и тука.

Пшеница пахла телом Христа, Матерью-землёй, плодом граната и подземельем, а эхо её отдавало солью и вином.

Пальма несла победу над смертью и силу движения,

подсолнухи глядели не на солнце, а на него…»

Милорад Павич

«Последняя любовь в Константинополе. Пособие по гаданию»

Пер. с серб. Л. Савельевой. – СПб.: Азбука 1999, с. 34 – 35

 

Мотив «Деревo»

Образы, которые человек представляет при задании мотива «Деревo», можно анализировать одновременно в двух планах – на субъектном и на объектном уровнях.

На объектном уровне образ дерева символизирует родителей или других значимых лиц. Дерево может как подавлять своими размерами, так и представлять защиту и укрытие. Можно прятаться под ветвями, с верхушки оглядеть панораму, питаться его плодами, играть в ветвях, построить в них для себя жилище и многое, многое другое.

На субъектном уровне дерево может отражать представление пациента о том, каким ему хотелось бы быть: большим, сильным, могущественным. Здесь важны все детали: вечнозеленое или лиственное дерево, стоит ли одиноко или окруженное другими деревьями, здорово ли, не опали ли листья, засыхает ли оно, либо уже засохло.

В ходе сеанса у пациента могут сложиться определенные личные отношения с его деревом. Приводимый далее пример (H. Leuner, G. Horn, E. Klessmann, 1990, с.79) показывает, как образы 11-летнего мальчика отражают актуальную проблематику для латентного возраста (З. Фрейд, Очерки по психологии сексуальности, 1905).

Пример

Райнер, 11 лет, единственный ребенок в семье, сильно привязан к матери. Родители обратились с жалобами на его неуравновешенность и страхи. Он постоянно «цеплялся за мамину юбку» и из-за своей чувствительности не мог установить нормальные отношения со сверстниками.

В образе дерева у него отразилось стремление к матери, желание найти у нее защиту. Ветви спускаются вниз до самой земли так, что под ними можно спрятаться. О дереве Райнер говорит в восторженно-благоговейных словах, что позволяет предположить, что, помимо стремления найти у дерева защиту и покровительство, оно символизирует для него также и эдипальные желания (З. Фрейд, 1905) по отношению к матери.

Райнер представляет себя стоящим внизу под ветвями дерева и говорит, что только отсюда можно увидеть, какая жизнь происходит в кроне дерева: птицы свили себе гнезда, бабочки порхают между веток, пчелы собирают пыльцу и т. д. К дереву приходят козы и коровы, которые обглодали внизу не только листья, но и кору, отчего на стволе дерева образовались раны. «Дереву от этого больно.» Приходит крестьянин и прогоняет животных. Овцы и коровы, очевидно, символизируют оральную зависимость (З. Фрейд, 1905) и инфантильные желания симбиоза с матерью. Ребенок на уровне образного сознания понимает, что затянувшаяся оральная зависимость доставляет страдания матери. Крестьянин, символ интроецированной фигуры отца, помогает преодолеть оральные и эдипальные побуждения.

На вопрос: «Что можно было бы сделать, чтобы спасти дерево от коз и коров?» – Райнер говорит, что лучше всего было бы переставить дерево куда-нибудь, где никого нет, где было бы красиво и где ему никто ничего плохого не сделает (идентификация с образом матери, нарциссические и омнипотентные установки). Но так как дерево пересадить нельзя, он строит, опять же при помощи крестьянина, вокруг дерева забор. Настроение в образе после этого изменилось, «...птицы успокоились, дерево тоже».

Таким образом на символическом уровне ребенок нашел разрешение актуальной для него проблемы. После нескольких сеансов психотерапии его перестали беспокоить страхи, через два месяца у него появились друзья в школе.

Луг

Мотив «Луг» имеет очень широкое символическое значение. Он используется как исходный образ каждого психотерапевтического сеанса, после представления которого можно попросить представить ручей, гору, дом и т. д. Мотив «Луг» можно использовать на следующем сеансе после теста с цветком, деревом или в качестве вхождения в метод, а также в начале каждого последующего сеанса терапии.

Образ луга – это матерински-оральный символ, отражающий как связь с матерью и динамику переживаний первого года жизни, так и актуальное состояние, и общий фон настроения.

Фактор настроения может быть представлен в погоде, времени года, времени суток, характере растительности на лугу. В норме это летнее время года или поздняя весна, день или утро, погода хорошая, на небе солнце, вокруг богатая, сочная растительность, представленная обилием трав и цветов. Луг приветливый, даже ласковый, залитый ярким солнечным светом.

Если же на первом году жизни ребенок сталкивался с определенными проблемами (болезнь, физическое или психологическое отсутствие матери и пр.), а также в случае депрессивного или тревожного фона настроения, небо может быть серым и пасмурным, все вокруг может быть мрачным и угрюмым, может идти дождь или начаться буря. Осеннее или зимнее время года указывает на, возможно, еще более глубокую, прочнее укорененную базовую фрустрацию оральной потребности. Зимний пейзаж часто связан с характерным для подросткового возраста механизмом защиты по типу аскетического поведения [6] В общих чертах, осенняя ситуация наводит на мысль о печальном, плохом настроении, весенняя – об оптимистическом ожидании, а летняя – об удовлетворяющем чувстве исполнения чего-то (H. Leuner, 1994; Х. Лёйнер, 1996).

Материнская символика луга может быть еще более акцентирована тем, что на нем пасутся коровы.

Следует расспросить пациента о размерах луга и о том, что находится по его краям. Иногда представляют бесконечно протянувшиеся луга, уходящие на многие километры вдаль. В этом проявляется недостаточная дифференциация границ собственного Я (З. Фрейд, Очерки по психологии сексуальности, 1905; Я и Оно, 1923) и иллюзорные ожидания относительно будущей жизни. Другая крайность – очень небольшая, окруженная со всех сторон лесом поляна, что может свидетельствовать о депрессивных тенденциях, подавленном состоянии, зажатости, закомплексованности.

Работа с мотив «Луг», конечно, не исчерпывается изложенной здесь диагностической стороной. Представление луга имеет выраженный психотерапевтический эффект. В техническом отношении пациенту предлагается делать на лугу все, что он хочет. При этом задается вопрос: «Что бы Вам хотелось сейчас сделать?» У пациента могут появиться такие желания, как погулять, полежать в траве, пособирать цветы, изучить окрестности и т. д. Другими словами, психотерапевт занимает так называемую разрешительную, всё позволяющую позицию и в некоторой мере даже представляет пациенту ведение.

Нередко пациент оказывается в растерянности, не зная, что ему делать на лугу. В этом, как и в целом в символдраме, проявляются наиболее типичные для данного человека тенденции поведения, которые, как правило, свойственны ему также и в реальной жизни, хотя они не всегда им осознаются. Если пациенту не приходит ничего в голову, что бы он мог сделать на лугу, то, наверное, и в обычной ситуации он не знает, что ему делать и что доставит ему радость. Такой человек не привык следовать собственным желаниям и импульсам. Он скорее склонен к пассивной установке и предпочитает получать указания и инструкции от других людей. Предоставление свободы может, таким образом, вызвать у него тягостное и беспомощное состояние, поставив его перед внутренней дилеммой. Подобная пассивная установка может быть частью нарушения, коррекция которого очень сложна и трудоемка.

Мотив луга можно давать пациенту как один раз, так и на многих последующих сеансах. Он может оставаться также только коротким эпизодом, от которого отправляются все последующие мотивы.

Трудности для начинающих психотерапевтов могут быть связаны с проблемой, каким образом и как часто следует задавать во время сеанса уточняющие вопросы. Как уже отмечалось, такие вопросы могут способствовать тому, чтобы образы переживались более ясно, более четко, в более ярких цветах, чтобы появлялись новые детали, и образ в целом становился богаче. С другой стороны, вопросы, не подходящие к сценарию и настроению пациента, могут вызвать негативный эффект.

Как показывает опыт, стиль и технику ведения символдрамы можно освоить только в ходе специальных обучающих семинаров. В таких семинарах участники разбиваются на пары или тройки и попеременно меняются ролями: один становится пациентом, другой психотерапевтом, получая от партнера обратную связь, – какое впечатление производит его стиль ведения. Все это контролируется и анализируется преподавателем, ведущим семинар. Своими впечатлениями делится вся остальная группа.

Рисунок к мотиву «Ручей»

Ручей

Ручей – это орально-материнский символ, отражающий также динамику внутренних психических процессов и психическое развитие в целом, показывающий, насколько непрерывно, гармонично и последовательно протекает внутренняя психическая жизнь. Кроме того, вода – это животворящее начало, плодотворный и исцеляющий элемент.

Ручей – это текущая вода, которая из источника по различным потокам устремляется к морю и вливается в него. Таким образом, основное глубинно-психологическое значение этого многогранного мотива – постоянно текущего потока – символическое выражение текущего психического развития, беспрепятственного развертывания психической энергии. В то же время вода как одна из фундаментальных стихий мироздания, как основополагающий «элемент» жизни воплощает в себе жизненную энергию. Она освежает и оживляет. Жизнь немыслима без воды. В этом отношении вода принадлежит к области представления о плодородии.

Большой ручей или река могут представлять собой также и границу, которую можно преодолеть по мосту или на пароме, а также вброд.

Мотив «Ручей» задается, опираясь на мотив «Луг». Нередко ручей на лугу напрашивается как бы сам собой. В других случаях можно сказать пациенту, что, наверное, где-то поблизости может быть ручей. Такое структурное предложение с мягким внушением, содержание которого остается, однако, совершенно неопределенным, можно считать проективной техникой, когда как бы задается ядро кристаллизации, вокруг которого на символическом уровне манифестируются и проявляются основные психологические проблемы.

Далее пациента просят описать ручей. Ручей может быть как маленькой канавкой, так и широким потоком, рекой. Пациента расспрашивают о таких признаках, как скорость течения, нет ли запруд, о чистоте, температуре и прозрачности воды, характере берегов и растущей по берегам растительности. В норме на ручье заметно обычное течение, вода чистая, прозрачная и прохладная (но не ледяная), приятная на вкус.

Ребенок на берегу ручья

Необходимо расспросить о настроении пациента узнать, что бы ему хотелось здесь сделать. В то время как одни не проявляют инициативы, другим хочется опустить в воду ноги, походить по ручью, поискать рыб или пройтись вдоль ручья. В реальной жизни ручей, как известно, также обладает для человека своеобразной притягательной силой, как и вода вообще. Чем продолжительнее образное представление мотива ручья, тем психотерапевтически плодотворнее оно становится (H. Leuner, 1994; Х. Лёйнер, 1996).

В ходе психотерапии после того, как пациент описанным выше образом подробно рассмотрел и описал ручей, ему предлагается выбрать, пойти ли вверх по течению к источнику или вниз по течению, сколько он сможет пройти. Иногда пациентам тяжело сделать выбор, какое направление предпочесть. Примечательно, что путь вверх по течению, в сторону источника, оказывается легче, чем вниз. По этой причине на первой фазе психотерапии преимущество имеет путь к источнику. Пациент проходит этот путь, как правило, без особого труда, преодолевая возникающие на пути препятствия. Только в самых редких случаях, вообще не удается отыскать источник, что можно считать признаком серьезного нарушения.

У самого источника вода может идти из-под земли, из скалы или из искусственно построенной трубы. Иногда это могут быть также технические сооружения, как, например, резервуар для воды или емкость с крышкой, под которой как раз и находится источник.

Бьющий из лона «матери-земли» чистый, освежающий и прохладный источник символизирует оральное материнское обеспечение, а тем самым также и материнскую грудь. Если существуют серьезные нарушения в области источника, то это может говорить о фрустрациях, связанных с самыми ранними отношениями между ребенком и матерью на первом году жизни. Прежде всего, это фрустрация оральных потребностей, которая в последующей жизни может вызвать существенные эмоциональные пробелы, так называемый «оральный дефицит» (H. Leuner, 1994; Х. Лёйнер, 1996).

С диагностической точки зрения, характер источника отражает отношения между ребенком и матерью на первом году жизни, продолжительность и качество грудного вскармливания, эмоциональную близость между ребенком и матерью и т. д. Признаками нарушения, указывающими на существование внутреннего конфликта, являются ситуации, когда вода невидимо сочится из песка, источник течет тонкой струйкой или вытекает многочисленными ручейками на лугу. Если же вода из источника вытекает широко и обильно, то можно сказать, что у данного пациента на первом году жизни, благодаря полноценным отношениям с матерью, заложилась хорошая базовая витальность и его эмоциональная интенсивность не нарушена (H. Leuner, 1994; Х. Лёйнер, 1996).

Пациенту предлагают попробовать воду на вкус и смочить ею лицо. Можно попросить пациента растереть себе родниковой водой те части тела, которые болят или нездоровы, или даже запрудить источник, чтобы в нем искупаться. При этом особенно важно, что пациент в это время чувствует, появляется ли в результате ощущение свежести или нет, что пациент видит и ощущает вокруг, какой эмоциональный фон и какое настроение исходит от окружающей его обстановки. Признаками нарушения считаются не только трудности в развертывании образа источника, но и сложности с использованием воды. Пациент может отказываться попробовать воду, потому что она кажется ему грязной, содержит бактерии или может его отравить. Если он, несмотря на сомнения, все же решится попробовать воду, то она может иметь неприятный, плохой или кислый вкус, может оказаться горячей или крайне холодной, что указывает на нарушение ранних симбиотических отношений «мать-ребенок».

Медленное привыкание к родниковой воде, широко используемое на практике, психотерапевтически высоко эффективно. До тех пор, пока вода воспринимается пациентом как приятная, – все равно, будь то у источника, у ручья, у реки, в минеральной ванне на курорте или же в море, – использование ее может иметь неожиданно хорошее действие, и прежде всего в случае психосоматических заболеваний. Некоторые авторы даже говорят в этой связи о«кататимной гидротерапии» (H. Leuner, 1994; A. Psziwyj, 1983; Х. Лёйнер, 1996).

Другая возможность работы с мотивом «Ручей» – это проследить, как ручей превращается в реку, затем в большую реку и, наконец, вливается в море. Пациент может рассказать, как ручей становится все шире и шире, как он протекает через различные ландшафты с меняющимися декорациями, появляются деревни и города, а потом, может быть, он впадает в большую реку. Следуя дальше по течению, в конце концов, можно придти к месту впадения реки в море.

Как показывает практика, по ходу течения ручья часто возникают так называемые мотивы препятствия-недопущения или фиксированные образы. Они дают сигнал о существующих проблемах, и их можно считать признаками нарушения. Следуя по течению ручья, пациент через некоторое время обнаруживает запруду. Это может быть бетонная стена, дощатая перегородка, вода может попадать в еще больший водоем перед городской стеной, закрывающей сток.

З. Фрейд говорил в этой связи об «ущемлении», «застое» аффектов (скоплении аффектов, «плотине») у невротических пациентов (S. Freud, 1895; З. Фрейд, 1905), при которых посредством катарсиса или, точнее, «отреагирования» психоаналитик добивался «оттока, стекания аффектов».

Другие мотивы препятствия-недопущения могут проявляться в том, что вода может, например, постепенно просачиваться в песок, исчезать в каком-то отверстии в земле и продолжать свое течение под землей. Если через некоторое время попросить пациента поискать продолжение ручья, то оказывается, что на расстоянии нескольких метров или километров поток опять выходит из-под земли на поверхность. Важным признаком нарушения, с актуальной динамикой, считается отсутствие воды с самого начала, – когда русло ручья пусто.

Более утонченная форма сопротивления может проявляться в следующем непроизвольном отвлекающем маневре. Выполняя просьбу психотерапевта, пациент следует вдоль ручья, но ландшафт остается при этом все время один и тот же. Ожидаемое развитие, таким образом, не наступает.

Другой маневр, которым пациент как бы обманывает сам себя, заключается в том, что через некоторое время пациент оказывается снова на том же самом месте, где он был некоторое время назад. Ручей как бы течет по кругу, и пациент повторяет пройденные этапы в своем развитии.

В обоих случаях не требуется особого комментария со стороны психотерапевта. Наталкиваясь на одно из таких противоречий, пациент сам бывает поражен, и это становится для него поводом для размышлений.

Еще одна необычная ситуация возникает, если временами ручей течет в гору, преодолевая в фантазии пациента закон тяготения. Это, встречается у пациентов с несколько наивными, часто инфантильными представлениями, что может указывать на тенденцию отрицания реальности. Такие люди обычно используют этот специфический механизм защиты в своей реальной жизни, часто не замечая этого.

Сеанс, на котором пациенту предлагается проследить течение ручья вплоть до впадения в море, требует обычно больше времени. Путь можно сократить, предложив пациенту в какой-то момент лодку без весел, чтобы плыть вниз по течению реки. Спуск на неуправляемой лодке позволяет сделать диагностические выводы о способности пациента довериться и отдаться какому-то состоянию или какому-то человеку.

Движение вниз по течению ручья можно также облегчить, если предложить пациенту представить, что он пустил по течению ручья кораблик и сопровождает его, идя вдоль берега.

 

В устье реки пациент может встретить портовый город с деловой жизнью. Но, может быть, река вливается в простирающийся далеко на равнине ландшафт. Каждая сцена имеет свое собственное, соответствующее данному месту значение. На море можно предложить пациенту искупаться или поплавать. Море в конце реки – это особый случай мотива «воды» и считается обычно символом бессознательного.

 

Примеры[7]

8-летняя девочка с большой, очень некрасивой и доставляющей неприятности бородавкой на большом пальце в сопровождении своей бабушки пришла на прием к врачу. После обычных предварительных мероприятий врач провел с ребенком сеанс символдрамы. Он попросил ее представить ручей. Это получилось без труда. Потом он попросил девочку подержать палец с бородавкой какое-то время в представляемом ручье. Никаких комментариев он больше не делал и отпустил пациентку и бабушку домой. На повторном приеме три дня спустя девочка рассказала, что бородавка засохла и отвалилась, что и было на самом деле.

9-летняя девочка уже больше года страдала рецидивирующей крапивницей. С ней было проведено несколько сеансов символдрамы с представлением сцен купания, и была обсуждена выявленная тем самым конфликтная проблематика. После нескольких коротких рецидивов кожное заболевание исчезло полностью, и в течение 3 лет последующего наблюдения не было выявлено ни одного проявления крапивницы.

С 47-летней женщиной проводилась психотерапия по методу символдрамы в связи с невротическими расстройствами. При представлении ручья она захотела попробовать воду на вкус, попила ее, умылась. Спустя некоторое время она рассказала, что в течение ряда лет страдала язвенным стоматитом, по поводу чего безуспешно лечилась, а после того, как в образе, во рту была вода из воображаемого источника, неожиданно для нее наступило улучшение.

6-летняя девочка с невротически обусловленным заиканием представила, как пускает по течению ручья кораблик, и сама пошла вдоль берега, наблюдая за его движением. Кораблик попал в водоворот и начал тонуть. Пациентка подтолкнула его рукой, после чего кораблик продолжил свой путь к морю. После окончания представления образа девочка уже не заикалась. Водоворот в данном случае можно рассматривать как символическое отражение стагнации речевых процессов, которая была успешно преодолена.

 

Гора

Мотив «Гора» чрезвычайно важен и особенно показан в случае проблем соперничества, пассивности, неуверенности в себе, сложностей в достижении цели, половой идентификацией, а так же при заикании. Его хорошо использовать при лечении различных видов депрессий. Подъем на воображаемую гору и особенно спуск с горы помогают проработать проблему потерь, лишений, понижения социального статуса. Если при помощи мотивов «Луг» и «Ручей» прорабатывается, прежде всего, орально-материнская проблематика, то «Гора» – это скорее эдипальный мотив, затрагивающий половую идентификацию, отношение с родителями и другими значимыми, авторитетными фигурами.

Мотив «Гора» включает в себя четыре основные составляющие:

1 – рассматривание и точное описание горы издалека;

2 – подъем в гору;

3 – описание открывающейся с вершины горы панорамы;

4 – спуск с горы.

Первые три составляющих – обязательны при работе с мотивом «Гора», в то время как спуск с горы очень желателен, но все же не обязателен. Если не остается времени, то можно попрощаться с образом на вершине горы.

При рассмотрении горы со стороны важно как можно подробнее описать ее форму, высоту (приблизительно сколько метров), что на ней растет и растет ли вообще что-нибудь, какие горные породы ее слагают, покрыта ли она снегом и т. д.

С объектной точки зрения, гора – это репрезентация наиболее важных для пациента объектов. Гора, например, может производить впечатление чего-то «острого и зазубренного, но неприступного», или «широкого, массивного и инертно лежащего, как чудовищная неподвижная масса», или чего-то «возвышающегося, выдающегося, доминирующего» (т. к. гора находится в просторной долине), но в то же время «неприступного массивного и внушающего благоговение» (H. Leuner, 1994; Х. Лёйнер, 1996).

Если мы рассмотрим конфигурацию гор, то горы с острой вершиной связаны, прежде всего, с отцовско-мужским миром, а горы с округлой вершиной или такие, чей силуэт приблизительно напоминает лежащую или сидящую девушку, – с материнско-женским.

Отцовско-мужские горы

Материнско-женские горы

Сигналом об особенно выраженной объектной зависимости можно считать случай, когда пациент представляет себя в центре горного массива, в котловине, окруженный со всех сторон кольцом гор.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:

Последнее изменение этой страницы: 2016-06-05; Просмотров: 1134; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2019 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.021 с.) Главная | Обратная связь