Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Живопись 1930-х годов и ее особенности.




Развитие живописи 1930-х годов идет под знаком укрепления связи искусства с жизнью народа. Новое жизненное содержание, которое стремились воплотить в своих работах художники, определило и изменения в традиционных формах живописи. Так, в 1920-е годы в историко-революционном жанре были широко распространены произведения, посвященные вполне конкретным историческим событиям. Для нового периода характерны картины, типизирующие социально значительные явления и не связанные с какой-либо определенной датой. Советские художники преодолевают прямолинейный документализм, присущий многим работам прежних лет, создают образы более обобщенного значения. Развивается жанр группового портрета. Он возрожден к жизни потребностью запечатлеть людей — членов одного коллектива, связанных общностью трудовых интересов. Советские баталисты работают над созданием панорам и диорам, и это расширяет — по сравнению с предшествующим периодом — возможности батальной живописи. Дальнейшее развитие получает так называемый индустриальный пейзаж.
В центре внимания советских художников остается борьба за тематическую картину, вступившая в новый этап. Более глубоко осваиваются традиции русского реалистического искусства.
В развитии советской тематической живописи конца 1920-х и 1930-х годов большую роль сыграло творчество Б. В. Иогансона.

Борис Иогансон. «Допрос коммунистов»

Произведения Иогансона знаменуют собой новый тип историко-революционной картины. Это — концентрированные образы определенных социальных явлений. Раскрывая жизнь в революционной борьбе, в столкновении противоположных классовых сил, художник утверждает историческую неодолимость нового.
Тенденции, наиболее полно и ярко проявившиеся в творчестве Иогансона, находят свое выражение и у других мастеров. Обращаясь к темам революционного прошлого, художники стремятся к углубленному социальному анализу изображаемых явлений. Однако к единой цели они идут различными путями. Так, например, Кукрыниксы склонны к сатирическому обобщению, к гротескной заостренности образа («триптих «Старые хозяева», 1936—1937), Г. М. Шегаль в картине «Расстрел железнодорожников колчаковцами в Кизеле в 1919 году» (1935) сосредоточивает внимание на раскрытии человеческих чувств, П. П. Соколов-Скаля ищет в событиях революционного прошлого героическую романтику («Рабочий отряд уходит на фронт в 1919 году», 1937).
К сожалению, большое количество произведений на историко-революционную тему не обладало еще должным уровнем художественного мастерства и не выдержало испытания временем.
Необходимо также отметить, что уже в период 1930-х годов живописцы, работающие в историко-революционном жанре, стали испытывать на своем творчестве отрицательное воздействие культа личности. Во многих произведениях живописи факты действительной истории искажались в угоду идеалистическим концепциям Сталина, в то же время не раскрывалась в достаточной мере роль народных масс. Парадность и ложный пафос часто подменяли собой пристальное изучение жизни.
Однако общий характер живописи 1930-х годов определялся всем строем окружающей действительности. И вместе со становлением социалистического уклада жизни крепло и развивалось советское искусство.
Заметные сдвиги происходят в жанре бытовой живописи. Внимание к ней в 1930-е годы усиливается. Само понятие «бытовой жанр» наполнилось новым содержанием. Социалистический характер нашей действительности расширил прежние рамки быта. Личное стало неразрывно связано с общественным. Трудящийся человек ощутил себя участником великих социальных преобразований, полноправным хозяином своей земли. Художники передают новые явления действительности, новые взаимоотношения между людьми, новый быт. Действие в большинстве картин этого времени выносится из интерьера на улицу, на стройку, на завод, в поле. Значительность событий, массовость изображаемых сцен обусловили создание многофигурных, крупномасштабных композиций. Указанные особенности бытового жанра можно обнаружить еще в прошлом десятилетии. В 1930-е годы они проявляются в полной мере.
И если живописцы 1920-х годов, и прежде всего художники АХРР, овладевая темами современности, были слишком скованы документальной достоверностью факта, то в 1930-е годы художники смелее обобщают единичные явления жизни, успешнее типизируют события современности. Правда, стремясь к тематической масштабности, к широте обобщения, живописцы нередко приходили к схематизации, к психологическому обеднению образов современников. Тем не менее творческая установка видеть в жизни типические события и ситуации была плодотворной. Через осмысление событий, характерных для нового уклада жизни, художники постепенно шли к постижению нового человека.
В 1930-е годы в полной мере развивается дарование А. А. Дейнеки. Он создает глубоко взволнованные и проникновенные образы: «Мать» (1932), «Спящий мальчик» (1932), пишет многофигурные композиции, в которых воплощает свой замысел с присущей ему пластической ясностью и выразительностью, хотя и несколько схематично («Наемник интервентов», 1931; «На допросе», 1933).
Особенно интересует художника «физкультурная» тематика. Тема спорта — это тема юности. В спортивных мотивах Дейнека находит красоту и динамику современности. Отбрасывая несущественное, выделяя и подчеркивая средствами линии, силуэта, ритма главное, художник достигает острой выразительности образа. Этой же цели служит и некоторая декоративная уплощенность формы в его работах и тяготение к локальным живописным отношениям. Не случайно увлечение Дейнеки монументальными росписями и мозаикой, так как черты монумента-лизма органически присущи его творчеству. Броскость и пластическая ясность манеры художника отвечают его бодрому, юному восприятию жизни. Характерны в этом отношении картины «В обеденный перерыв в Донбассе» (1935), «Колхозница на велосипеде» (1935) и другие.
В работах художника, написанных по впечатлениям заграничных поездок, звучат сатирические и трагические ноты («Улица в Риме», 1935, «Негритянский концерт», 1935). Картинам на темы советской жизни свойственна светлая лирика («Девочка у окна», 1933). Произведения Дейнеки наполнены ощущением света, солнечного простора («Будущие летчики», 1938).
Творчество художника сильно не психологической углубленностью образов, а их пластической выразительностью, передающей силу и красоту гармонически развитого человека. Живописец умеет выявить свое, очень современное и оптимистическое мироощущение. В лучших своих произведениях он преодолевает черты схематизма, заметные в его некоторых, особенно ранних, работах.
Наряду с мастерами старшего поколения, а также с художниками, успевшими зарекомендовать себя в 1920-е годы, выставки 1930-х годов выдвигают новые имена художников. Среди них — А. П. Бубнов, Ю. И. Пименов, В. Г. Одинцов, Т. Г. Гапоненко, А. А. Пластов.
Характерное произведение этого времени — «Октябрины» (1937) А. П. Бубнова. Эмоциональный тон картины приподнятый, мажорный. Интимный, казалось бы, сюжет — семейное празднество по поводу рождения ребенка — трактуется как событие радостное для всего большого коллектива, в котором живет и трудится молодая семья. Художник не приукрашивает изображаемое. Вместе с тем образы обыкновенных людей обрисованы им с искренней симпатией.



 

Юрий Пименов. «Новая Москва»

 

Монументальная живопись

 

В 1930-е годы монументальная живопись стала обязательным звеном всей художественной культуры. Она зависела от развития архитектуры и прочно была с ней связана.

Дореволюционные традиции продолжал в это время бывший мирискусник Евгений Лансере — роспись ресторанного зала Казанского вокзала (1933) демонстрирует его тягу к подвижной барочной форме. Он прорывает плоскость плафона, расширяя пространство вовне.

Дейнека, который также в это время вносит большой вклад в монументальную живопись, работает по-другому. Его мозаики станции «Маяковская» (1938) созданы с использованием современного стиля: острота ритма, динамика локальных красочных пятен, энергия ракурсов, условность изображения фигур и предметов. Темы в основном спортивные.

Фаворский, известный график, также внёс вклад и в монументальную живопись: он применил свою систему построения формы, выработанную в книжной иллюстрации, к новым задачам. Его росписи Музея охраным материнства и младенчества (1933, вместе с Львом Бруни) и Дома моделей (1935) показывают понимание им роли плоскости, соединение фрески с архитектурой с опорой на опыт древнерусской живописи. (Обе работы не сохранились).

 

Творчество М. Б. Грекова

 

Мастер батальной живописи, М. Б. Греков сыграл заметную роль в развитии отечественного искусства. Будучи приверженцем реалистических традиций русской живописной школы XIX в., он был пропагандистом зарождающегося официального стиля эпохи - социалистического реализма.

Детство и юность будущего художника прошли на Дону. Поначалу рисованием он занимается самостоятельно, а в 1898 г. поступает в Одесское художественное училище. После его окончания в 1903 г. Греков успешно сдает экзамены в Петербургскую АХ, где в 1905-07 гг. учится в живописной мастерской И. Е. Репина, а после ухода последнего из Академии переходит в батальную мастерскую А. Ф. Рубо. Во время учебы он участвует в работе над знаменитыми панорамами своего педагога - "Оборона Севастополя" (1907) и "Бородинская битва" (1911).

В 1911 г. Греков выполняет конкурсную работу "Волы в плугу", за которую удостаивается звания художника. С 1912 г. он отбывает воинскую повинность, а с начала Первой мировой войны оказывается на германском фронте.

Волы в плугу. 1911. Масло

В 1917 г. Греков демобилизуется по причине тяжелой болезни. Какое-то время он работает учителем в Новочеркасске, где создает свою первую живописную серию, посвященную разгрому белогвардейцев, - "Бредут", "Корниловцы" (обе 1919), "Отверженные. Отступление корниловцев" (1922). Вместе с композицией "Вступление полка имени Володарского в Новочеркасск" (1920), эти полотна положили начало советской батальной живописи, лейтмотивом их стало не отражение военных действий как таковых, а те новые, романтичные, на взгляд художника, идеи, за которые боролась Красная Армия. Героем этих картин выступает не личность, а революционная стихия, "материализующаяся" в массе красноармейцев, вооруженного народа, вершащего свою историю.

Отсутствие холодной рассудочности и живописной театральности, а также антимилитаристская направленность раннего творчества Грекова, глубокая правдивость в изображении суровых военных будней делает его преемником демократических традиций искусства В. В. Верещагина.

В 1923 г. художник завершает картину "В отряд к Буденному", имевшую определенный успех у военного руководства Красной Армии. В этом небольшом полотне с изображением единственного персонажа достигнут тот совершенный смысловой и композиционный лаконизм, который будет характеризовать все дальнейшее творчество Грекова.

В отряд к Буденному. 1923. Масло

В произведениях, написанных в последующие годы, начинает преобладать сильная динамика, страстный порыв; композиции приобретают остроту и одновременно большую глубину. В конце 1920-х гг. им создаются "Тачанка. "Пулеметам двигаться вперед!"", "Взятие Новочеркасска" (обе 1925), "Красные части занимают хутор" (1926), "Кавалерийская атака" (1927), "Бой под Егорлыкской" (1927-29). Весь строй этих полотен проникнут романтическим революционным духом, выраженным в стремительном, вихревом движении людей и масс воздуха, недаром грековская "Тачанка" стала своеобразным символом гражданской войны.

Трубачи Первой Конной армии. 1934. Масло

Творчество А.А. Дейнеки

 

Картины А. А. Дейнеки как бы воплощают пафос советской истории 1920-30-х гг., ее наглядные лозунги и призывы. Радость от торжества индустриализации и прогресса техники, вера в здоровый дух в здоровом теле - это ощущение мира отразилось в его живописи и графике с абсолютной полнотой и достоверностью.

До того, как стать студентом Вхутемаса (1920-25), Дейнека учился в Харьковском художественном училище (1915-17), работал фотографом в угрозыске (1918), оформлял агитпоезда и делал плакаты для курских "Окон РОСТА".

Жизненный опыт и принадлежность к новому поколению, казалось бы, диктовали ему радикальную художественную позицию. Между тем, став членом ОСТа (1925), именуемого "самой левой среди правых группировок", Дейнека оказался в ряду защитников станковой картины и, следовательно, противником авангардистской программы "производственного искусства". Правда, культивируемая "остовцами" картина должна была стать абсолютно новой по языку и тематике и с прежними традициями не связанной. Прежде всего, Дейнека не был скован живописной традицией, как таковой. Он учился на полиграфическом отделении Вхутемаса у В. А. Фаворского и И. И. Нивинского; работал в плакатной и журнальной графике (в журналах "Безбожник у станка", "У станка", "Прожектор") и в свою живопись привнес чисто графическое понимание формы.

Его картины не красочны - динамическая выразительность композиций строится на точно выверенном линейном ритме, обретающем в лучших работах знаково-плакатную и одновременно монументальную лаконичность ("На стройке новых цехов", 1926; "Оборона Петрограда", 1928; "Лыжники", "Бег", обе 1934). Динамичный ритм, подчеркнутая предметность и любовь к резким ракурсам становятся своего рода "визитной карточкой" художника - по этим признакам безошибочно узнается не только его книжная графика ("Кутерьма" Н. Асеева, 1930), плакаты разных лет, монументальные работы (мозаики московских станций метро "Маяковская", 1939, "Новокузнецкая", 1943), но и более поздняя живопись ("Окраина Москвы", 1941; "Оборона Севастополя", 1942; "У моря", 1956-57), казалось бы уже далекая от законов остовской эстетики.

В творчестве Дейнеки в полной мере воплотились идеи и художественные принципы мастеров ОСТа - "техницистов", вдохновленных новой жизнью, прежде всего ее индустриальными и спортивными аспектами, и стилистически тяготеющих к немецкому экспрессионизму. Даже после распада объединения (в 1931 г.) художник во многом остается верен его направленности, разве что тема спорта отчетливо выходит на первый план, обретая вполне аллегорическое звучание: спорт как воплощение силы, здоровья и радости, символ физической, а значит, и духовной гармонии нового человека. Но сама его живопись становится менее конструктивно жесткой, условность композиций ближе теперь не к чертежной, а скорее к фресковой.

Однако параллельно развивается, с годами становясь все более значимой, иная область его творчества - камерные портреты, натурные пейзажи. В этих "малых" жанрах, уже не будучи связан задачей дать емкий образ времени, Дейнека вдруг обретает лиричность, в них открывается талант тонкого живописца, до поры как бы скрытый.

 

Текстильщицы. 1927. Масло

Парижанка. 1935. Масло

 

Оборона Петрограда. 1928.

Оборона Севастополя. 1942.

 

Творчество П. Д. Корина

Корин Павел Дмитриевич
(1892-1967)

П Д. Корин - одна из самых крупных, сложных и трагических фигур в русском искусстве XX в.

Родился он в знаменитом селе Палех в семье потомственных иконописцев. Жизненная стезя была предопределена. Однако талант требовал развития. Корин перебирается в Москву, в 1911 г. становится помощником М. В. Нестерова в работе над росписью церкви Марфо-Мариинской обители.

Встреча с Нестеровым, понимавшим искусство как духовный подвиг, а также другая "встреча" - с творчеством А. А. Иванова, преклонение перед его подвижнической жизнью укрепили в Корине мечту отдать всю жизнь служению искусству, достичь высот мастерства, стать продолжателем великих традиций русской живописи.

В 1916 г. Корин заканчивает МУЖВЗ, но, неудовлетворенный своими первыми самостоятельными работами, осознает, сколь далек заветный идеал, сколь труден путь к намеченной цели.
В 1918-25 гг., в самый разгар смуты в стране и в искусстве, Корин словно несет добровольное послушание: много рисует, копирует, изучает анатомию. Он убежден, что новые и новейшие художественные течения не расширяют, а резко сужают возможности художника, не дают ему в руки достаточных пластических средств, что это движение не вверх, а вниз.

В 1925 г. Корин, как некогда А. А. Иванов, обретает свою тему. В апреле этого года умирает патриарх Тихон. В Москву на его похороны собирается вся православная Россия. Потрясенный увиденным ученик Нестерова, православный русский человек, Павел Корин осознает себя художником этой России, казалось бы обреченной, но продолжающей жить, уверенной в своей духовной правоте. Он задумывает изобразить крестный ход во время похорон патриарха.

Вскоре началась работа над подготовительными этюдами к картине, которую Корин назвал "Реквием". Одновременно художник создает первую крупную работу - панорамный пейзаж "Моя родина" (1928). Это вид на Палех издали. Корин словно прикасается к родной земле, набираясь сил для воплощения грандиозного замысла. Он вновь словно клянется в верности великой национальной традиции, своим постоянным учителям - А. А. Иванову и М. В. Нестерову. Работа над этюдами к большой картине заняла десять лет.

Последний портрет - митрополита Сергия, будущего патриарха - написан в 1937 г. Исполненные с редкой для искусства XX в. пластической мощью этюды вместе составляют уникальную портретную серию. Православная Русь - от нищего до высших церковных иерархов - предстает перед зрителем. Персонажи объединены общим состоянием, полны внутреннего духовного огня, но при этом каждый обладает индивидуальным характером.

В 1931 г. мастерскую Корина неожиданно посещает М. Горький. От него картина получила новое название - "Русь уходящая", что исказило первоначальный замысел, но и "прикрыло" художника от возможных нападок. Благодаря Горькому, братья Павел и Александр Корины едут в Италию. Там они изучают работы старых мастеров, Павел Дмитриевич пишет пейзажи и известный портрет Горького (1932). В это время окончательно складывается живописный стиль Корина: мощная пластическая лепка, чеканная и обобщенная форма, сдержанная и одновременно насыщенная цветовая гамма с введением отдельных цветовых акцентов, живопись плотная, многослойная, с использованием лессировок (Корин - блестящий знаток техники живописи).

Реквием (Русь уходящая). Эскиз общей композиции. 1935-37

 

Знаковыми для советского искусства воспринимаются монументальные работы Корина – мозаики станций метро "Комсомольская" и "Смоленская", витражи станции «Новослободская». Благодаря им мастер получил официальное признание. Но главным делом его жизни стала работа над картиной "Реквием".

Триптих «Александр Невский»

Портрет А.М. Горького. 1932

42) Творчество Ю.Пименова

Кратко

Ю́рий Ива́нович Пи́менов (13 (26) ноября 1903, Москва — 6 сентября 1977, Москва) — советский живописец, театральный художник, сценограф и график, педагог, профессор. Академик АХ СССР (1962; член-корреспондент 1954). Народный художник СССР (1970). Лауреат Ленинской премии (1967) и двух Сталинских премий второй степени (1947, 1950).

Юрий Пименов родился в Москве в семье юриста. Отец - Иван Васильевич, мать - Клавдия Михайловна (урожденная Бабанина, из купцов). Учился в 10-й Московской гимназии. В 1920—1925 годах учился во ВХУТЕМАСе на живопином и полиграфическом факультетах у В. А. Фаворского и С. В. Малютина. С 1923 работал в журналах. По окончании учёбы в 1925 году стал одним из учредителей Общества станковистов. В ранний период Пименов испытал большое влияние немецкого экспрессионизма, что во многом объясняет надрывно-драматическую остроту лучших его картин этих лет: «Инвалиды войны» (1926, Государственный Русский музей), «Даешь тяжелую индустрию!» (1927); «Солдаты переходят на сторону революции» (1932; обе — в Третьяковской галерее). С годами он перешёл к обновлённому импрессионизму, исповедуя творческий принцип «прекрасного мгновения», лёгкого и артистичного образа-впечатления. Работал в театрально-декорационном искусстве. Мастер рекламного киноплаката, в котором использовал элементы станкового искусства. В 1954 году избран членом-корреспондентом, в 1962 году - действительным членом Академии художеств СССР. В 1966 году Пименов подписал письмо 25-ти деятелей культуры и науки Генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу против реабилитации Сталина. Юрий Пименов умер 6 сентября 1977 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище (участок № 7). Жена - Бернадская Наталья Константиновна (с 1931 г.).

Жанр: сюжетный, сценограф
Учёба: ВХУТЕМАС
Стиль: социалистический реализм

Сочинения

В Подмосковье (Записки художника). М., 1958

Год путешествий. (Путевые заметки) М., 1960

Искусство жизни или "искусство ничего". М., 1960, 2-е изд., доп. М., 1964

Новые кварталы. М., 1968

Таинственный мир зрелищ. М., 1974

Награды и премии

Заслуженный деятель искусств РСФСР (1957)

Народный художник РСФСР (1962)

народный художник СССР (1970)

Ленинская премия (1967) — за серию картин «Новые кварталы» (1963—1967)

Сталинская премия второй степени (1947) — за оформление спектакля «За тех, кто в море!» Б. А. Лавренёва, поставленного на сцене ГАМТ (1946)

Сталинская премия второй степени (1950) — за оформление спектакля «Степь широкая» Н. Г. Винникова, поставленного на сцене ЦТСА (1949)

орден Ленина (1973)

орден Трудового Красного Знамени (1963)

Серебряная медаль Министерства культуры СССР. (1958)

Золотая медаль и Диплом I степени АХ СССР (1964)

 

Мощно

Творчество художника Ю.Пименова и в наше время завораживает и поклонников западного и современного искусства, и убежденных сторонников идей академического реализма (соцреализма)

 

Юрий Пименов

XX век в истории отечественного искусства — время сложное. Было разное: революции (авангард), контрреволюции (например, ОСТ), реакция (АХР), официальное (СХ и соцреализм), тихое и другое искусство. Яростно спорили об идеологии и эстетике искусства, отстаивали свои взгляды и не думали о последствиях. И в этом бурном море идеологических несоответствий нечто общее для непримиримых, казалось бы, адептов старого и нового, а позже формалистического и традиционного искусства возникало редко. Одной из таких точек соприкосновения было творчество Юрия Ивановича Пименова. Ему удалось практически немыслимое: оставаясь верным себе, он создавал работы, которые понимали и принимали все. Наполненные живым, пульсирующим светом, движением, динамичные и по-своему изящные, его картины до сих пор завораживают и поклонников западного и современного искусства, и убежденных сторонников идей академического реализма (соцреализма).

Родился будущий художник 13 (26) ноября 1903 года в Москве, в семье помощника присяжного поверенного Ивана Васильевича Пименова и Клавдии Михайловны Пименовой, происходившей из московского купеческого рода Бабаниных.

В 7 лет мальчика отдали учиться 10-ю московскую гимназию; там юный Пименов не ладил с математикой, но с удовольствием занимался рисованием. Как ни странно, отец-юрист совсем не возражал — напротив, он, всегда интересовавшийся литературой и рисованием, по мере возможности поощрял и поддерживал творческие наклонности сына. В 1915 году по рекомендации гимназического учителя рисования Алфёрова Пименова-младшего устроили в Замоскворецкую школу рисования и живописи. «Учась в гимназии, я с двенадцати лет начал ходить в воскресную школу рисования и живописи. Честно рисовал гипсы, — вспоминал позже Пименов. — Художником решил стать обязательно... Дома я рисовал пейзажи и срисовывал с открыток Серова, Сомова».

Размеренная детская жизнь (гимназия — художественная школа — домашние занятия) закончилась в 1917 году; теперь после занятий в школе подросток отправлялся на работу в Жилищно-земельный отдел Замоскворецкого Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов.

Как только позволили обстоятельства, Пименов, верный своему решению стать художником, вернулся к занятиям изобразительным искусством. В начале 1920 года он показал С. В. Малютину, тогда уже известному мастеру, свои работы — рисунки, этюды и копии, после чего Малютин взял его заниматься в свою мастерскую. 1920–1924 годы — время учебы во Вхутемасе: «Я учился у Малютина, Шемякина, Фалилеева и очень благодарен им. Но большее вхутемасовское время я проучился у Фаворского и — может быть, без права — хочу считать себя его учеником... Владимир Андреевич Фаворский был огромный и необычайно светлый человек. Ему присущи высокое благородство, мужественность, подлинная человечность» (Ю. Пименов).

Судя по всему, помимо личных качеств, молодому художнику в Фаворском импонировало и стремление последнего к предельной светоносности и сложности построения пространства в работах — именно эти вопросы, а не тема и не композиция картины были самыми важными для Пименова в те годы. Представитель передового искусства первой половины 1920-х, имеющего целью прежде всего агитацию изобразительными средствами, автор вполне стандартно-репортажных по сюжету работ — «Бокс» (1924), «Лыжники» (1925), «Бега» (1928) и т. п. — в первую очередь он был озадачен тем, как приемами станковой живописи максимально передать иллюзию света, объема и пространства, тот поражающий эффект присутствия, который сегодня является своеобразной визитной карточкой многих его живописных и графических работ. Возможно также, что не последнюю роль в стремлении вовлечь зрителя в пространство своих картин сыграла его многолетняя работа в журнальной графике (с 1923 года художник делал иллюстрации для журналов «Самолет», «Красная нива», «30 дней», «Советский экран», «Прожектор» и др.).

 

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Бега. 1928. Бумага, акварель, тушь, графитный карандаш. 49 х 39,1. Государственный Русский музей

Однако станковая живопись для Пименова в этот период все же была на первом месте. Его интересовала картина и ее возможности. И в своих художественных поисках Юрий Пименов был не одинок; большое влияние на формирование его творческих воззрений оказали его друзья-единомышленники, учившиеся во Вхутемасе вместе с ним: Андрей Гончаров, Александр Дейнека, Пётр Вильямс, Сергей Лучишкин. «Первые годы Вхутемаса. Первая встреча на первом курсе с Андреем Гончаровым, с которым мы сразу поругались, а потом всю жизнь дружили, правда, всегда продолжая спорить... Саша Дейнека... Нас в ту пору связывала большая дружба, и ведь это было немудрено. Когда мы смотрим ранние, первые картины Дейнеки, молодость нашего государства и молодость нашего поколения стоят перед глазами» (Ю. Пименов). На Первой дискуссионной выставке объединений активного революционного искусства (1924) среди другой вхутемасовской молодежи даже была представлена «Группа трех» в составе Александра Дейнеки, Андрея Гончарова и Юрия Пименова: «Это действительно, очень однородная группа, о членах которой можно говорить сразу обо всех. Их картины полны движения, ни одна фигура не покоится, каждая форма показана в развертывании. Это очень характерная черта урбанизма... На всех на них очень ощутимо влияние В. А. Фаворского... И их мы назвали бы — экспрессионистический реализм» (А. Федоров-Давыдов, 1924).

Спустя некоторое время эта группа стала ядром, вокруг которого образовалось знаменитое общество художников-станковистов (ОСТ), создавшее целое отдельное направление в русском искусстве первой половины ХХ века. Известный художественный критик и искусствовед Яков Тугендхольд в своей статье «По выставкам» (1925) писал: «Еще не так давно наша левая молодежь, перегибая палку, совершенно бойкотировала живопись во имя производства утилитарных конструкций или в лучшем случае допускала чисто-отвлеченные живописные искания… молодежь, составляющая основу ОСТа, пришла к убеждению, что картина как таковая вовсе не изжила свой век, что именно она находит отклик в душе массового зрителя, столь широко посещающего музеи».

В период работы ОСТа Пименов захвачен в первую очередь спортивно-индустриальными мотивами. В своих работах он монументализирует в общем-то бытовые сцены, отсекает все лишнее и возводит изображенное на полотне в степень абсолюта, используя прием изобразительного монтажа. При таком взгляде на окружающее неизбежна некая схематичность (графичность), которая, однако, придает работам Пименова необходимую для правильного баланса восприятия чистоту и условность, уравновешивая таким образом иногда излишне реалистичное и осязаемое пименовское пространство. К слову, годы спустя самого художника в своих ранних работах не устраивало именно это несовершенство пластики, некоторая холодность, рациональность, а порою несколько схематическая заданность работ, присущая ОСТу.

 

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Пианист. 1926. Бумага на доске, смешанная техника. 66,5 x 45. Оценка аукциона (эстимейт): 500 000–700 000 долларов

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Даешь тяжелую индустрию! 1927. Холст, масло. 260 x 212. Государственная Третьяковская галерея

 

В 1927 году Юрий Пименов получил премию жюри Выставки художественных произведений к десятилетнему юбилею Октября за картину «Даешь тяжелую индустрию!».

В январе 1931-го раскололся ОСТ; отделившаяся часть его образовала новую группу «Изобригада», в которую вошел и Пименов. Программа нового объединения декларировала: «Наша прежняя практика, протекавшая в условиях старого ОСТа, носила в себе элементы мелкобуржуазного и буржуазного влияния… Порвав с другой частью ОСТа, признав свои ошибки, перед нами стоит задача изжить недостатки… мы считаем, что основой объединения художников должна быть классовая направленность в их творчестве. Поэтому мы будем стремиться к укреплению пролетарского сектора в искусстве…»

Надо сказать, что на выставках ОСТа художественная критика уделяла творчеству Пименова довольно много внимания. Поначалу в основном хвалили, характеризуя его как «превосходного четкого графика» (Ф. Рогинская, 1926) и отмечая, что, например, «в таких вещах, как “Плакаты кино“ и “На взгляд Запада” Ю. Пименова… самый обыденный материал жизни дается в таком подчас неожиданном раскрытии, которое свидетельствует о весьма интенсивной переработке усвоенного материала в образы искусства» (И. Хвойник, 1927). Однако к концу 1920-х отношение критики изменилось. В 1928 году И. Грабарь отмечает, что художник «как-то мало двигается вперед», а в 1931-м Г. Геронский в статье «Атака кистью» сетует, что «Ю. Пименов, пытаясь освободиться от формализма, не находит путей…», и советует ему решительнее рвать с формализмом.

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Городской пейзаж. 1930. Холст, масло. 35 x 65. Оценка аукциона (эстимейт): 15 000–20 000 фунтов

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Мы строим социализм. 1931. Бумага, карандаш, гуашь, цветные карандаши. 48,5 x 73. Оценка аукциона (эстимейт): 320 000–500 000 фунтов

 

1932–1933 годы — сложный период в жизни художника. Вышло известное «Постановление о перестройке литературно-художественных организаций» (1932), разом прекратившее деятельность всех объединений, в том числе и «Изобригады»; Пименова нещадно клевала критика, он тяжело заболел.

«...Это было мое трудное время.

У меня расползлись нервы, я совсем не мог работать. К тому же меня постигли и профессиональные беды: одну книжку, которую я иллюстрировал, за рисунки признали формалистической, и я оказался без денег и без работы, так как после этой книжки работы в журналах мне не давали, и мы существовали на те деньги, которые стенографией зарабатывала моя жена» (Ю. Пименов).

Все эти события заставили художника по-новому взглянуть на собственное творчество. Как прежде, вдохновение он искал в окружающем его шумном, быстро меняющемся, заново строящемся мире. Но теперь, в 1930-е годы, главной темой его творчества становится город — его стройки, улицы; люди — новые, молодые, жизнерадостные. Вспоминают, что Пименов часами гулял по Москве или мог уехать в один из подмосковных городков и изучать там местные улицы и пейзажи. «Я люблю эти новые кварталы, — рассказывал Пименов. — В их незаконченности, даже в их неполадках живет молодая душа новизны...

Новые города, районы и кварталы рождают свою особенную поэзию, особенный характер жизни. На новом месте начинают разворачивать землю, на строительных площадках появляется медленное и неуклонное движение огромных кранов...

Сколько потом разной жизни придет в эти дома».

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Новая Москва. 1937. Холст, масло. 140 х 170. Государственная Третьяковская галерея

 

В 1937 году Пименов создал одно из самых известных своих произведений — картину «Новая Москва», в которой в полной мере раскрылась обновленная, более светлая, свободная, с почти импрессионистским мазком и светом манера живописи художника.

В период Второй мировой войны Пименов, совместно с еще одним бывшим ОСТовцем, Владимиром Васильевым, работал над Окнами ТАСС, а также создал серии произведений на военную тематику. В 1943 году он был командирован на Северо-Западный фронт, в район Старой Руссы и в Ленинград; другой главной темой в творчестве Пименова в этот период стало изображение героев тыла.

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Эскиз театральной декорации к пьесе. 1941. Бумага; смешанная техника. 26x39. Галерея Леонида Шишкина 23.10.2008

 

С окончанием войны, в 1945 году Пименов начал преподавать на художественном факультете ВГИКа, а в 1950-м как художник работал на съемках одного из самых ярких по оформлению фильмов послевоенного советского кино — «Кубанские казаки». Работа для театра и кино вообще занимала не последнее место в его жизни. Уже в 1930-х он участвовал в создании около 10 постановок.

«Есть еще одна, очень важная тонкость в моих отношениях с театром… ведь именно театр давал мне много работы в ту, теперь уже давнюю пору, когда моя живопись “не шла”, когда меня прорабатывали за “импрессионистичность” и обвиняли в тысячах несуществующих формалистских грехов.

Тогда театр просто помогал мне жить» (Юрий Пименов).

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Портрет Татьяны Самойловой в роли Анны Карениной. 1966. Холст, масло. 149,8 x 99,6. Цена: 169 250 фунтов

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Утренние окна. 1959. Холст, масло. 149 x 86,5. Цена: 314 500 долларов

 

В 1947 году Пименову была присуждена Государственная премия СССР за оформление спектакля по пьесе Б. А. Лавренёва «За тех, кто в море!» (1946, Малый театр, Москва) и в 1950-м — за оформление спектакля «Степь широкая» Н. Винникова (1949, Центральный театр Советской Армии).

В послевоенные годы в станковой живописи Пименова преобладали пейзажи, а также зарисовки московской жизни, где много внимания он уделял женским персонажам. Его излюбленным мотивом стала тема «женщина — цветы».

 

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Вид из окна, Москва. 1954. Холст, масло. 45,5 x 69,5. Цена: 361 250 фунтов

ЮРИЙ ПИМЕНОВ Утро нового дня. 1964. Холст на картоне, масло. 25 x 35. Цена: 2 750 000 рублей. Совком. 20.05.2009. Лот 53

 

Начиная с середины 1950-х годов помимо того, что он преподавал во ВГИКе (до 1972) и работал для театра, Пименов много путешествовал и много писал под впечатлением от увиденных стран. Он всерьез увлекся литературной работой, опубликовал ряд очерков: «Заметки о работе художника» (1955), «Прекрасная простая жизнь» (1956), «В Подмосковье» (1956), «Рассказ о поездке в Лондон» (1962), «В древней и новой Индии» (1962), «Новые кварталы» (1966); написал книги: «Год путешествий» (1960), «Искусство жизни или “искусство ничего”» (1964), «Необыкновенность обыкновенного» (1964), «Цветы» (1970), «Таинственный мир зрелищ» (1974).





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-05-30; Просмотров: 9305; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.054 с.) Главная | Обратная связь