Архитектура Аудит Военная наука Иностранные языки Медицина Металлургия Метрология
Образование Политология Производство Психология Стандартизация Технологии 


Текст а информационном пространстве




Заключенная в тексте информация приобретает самостоятельную жизнь в предметной форме документа. Автор текста обычно отделен от читателя или интерпретатора языковыми,

55пространственно-временными, культурными границами. Текст дистанциируется от диалогических условий и самим автором, поскольку последний не может уже непосредственно относиться к окружающей его обстановке и ситуации. Но теряя подобную отрешенность текст тем не менее не утрачивает связи с действительностью, он вливается в информационное пространство. А продуцирование текстов есть способ организации информационного пространства.

Информационное пространство — материально-идеальная категория. Материальную основу его составляют информационные ресурсы ( совокупность документированной информации и средств ее поиска) и каналы коммуникаций. Идеальная же сторона предстает в движении, развитии смыслов, значений, заключающих в себе содержание доминирующих общественных настроений.

Информационное пространство состоит из административно-территориальных, отраслевых, проблемных, национальных и этнокультурных звеньев, исторически сложившихся членением социальной информации на относительно автономные в предметном отношении дисциплины и проблемные области. Границы информационного пространства определяются следующими критериями:

• наличием исторически сложившейся коммуникативной

системы, ее границами, поскольку информационное пространство опосредовано движением материальных носителей. Проникновение на неосвоенные участки пространства материальных носителей информации, документов, средств их транспортации все больше раздвигает границы информационного пространства;

• языково-коммуникативным взаимопониманием. Пространство ограничено использованием языков, доступных пониманию и оперированию, коммуникативной общностью субъектов;

• этнокультурной средой, которая делает понимание скрытых смыслов, значений, установок, мотиваций более полным и адекватным. Информационное пространство внутри границ неоднородно и имеет разную плотность. Основными факторами, влияющими

на его плотность, являются скорость протекания социокультурных процессов на разных территориях, связанная со скоростью информационного обмена. Повышенная скорость информационного обмена, в свою очередь, приводит к большей концентрации документных ресурсов и более развитой сети коммуникаций в локально ограниченных точках пространства — городах. Отраслевая дифференциация видов деятельности также оказывает влияние на неравномерную плотность информационного пространства, так как те или иные виды деятельности нередко получают большую общественную значимость, продукты этих видов деятельности — повышенную активность в использовании, в связи с чем получают импульс к ускоренному развитию, сопровождаемому интенсификацией информационного обмена.

Информационное пространство социально обусловлено. Многосложные сочетания знаний, духовных ценностей и социальных норм тиражируются в документах и отражают господствующее мировоззрение. Каждый автор создает текст, сообразуясь с собственными ощущениями дискомфорта от несоответствия, дисгармонии себя и среды, пытаясь создать информационную модель, в которой все просто и понятно в причинной обусловленности явлений и событий. Таким образом, автор задает некоторую систему правил организации внешней среды, а в зависимости от характера распространения его взглядов, интенсивности их движения в социуме можно говорить о степени воздействия научных и художественных произведений на организацию информационного пространства.

Автор как бы задает правила его построения, ориентиры, навязывает эти правила через тиражирование большинству субъектов. Но не каждый текст способен видоизменить информационное пространство. Множество текстов проходит практически бесследно и это происходит не только в силу отсутствия художественных, научных и иных достоинств. Настрой текста должен совпасть с мироощущением доминирующих социальных групп, «обрасти» символическими значениями, актуальными и эмоционально разделяемыми в данный исторический момент.



Таким образом, автор-субъект, систематизировавший информацию о каком-либо фрагменте окружающей действительности

и выработавший правила ее организации, которые распространяет эту информацию путем создания текста на более или менее обширные участки информационного пространства.

В то же время автор опосредует в своей деятельности характерные социально-групповые характеристики и представляет те или иные социальные институты. Деятельность автора в этом плане социально обусловлена. Каждый автор есть продукт среды и, в то же время, как личность, в меру своего таланта он стремится качественно ее видоизменить, задать новую парадигму. Потребитель (читатель) может принять или не принять задаваемую автором модель фрагмента действительности.

Деление социальной структуры информационного пространства на авторов и потребителей конечно же условно. И те, и другие выступают одновременно и в роли производителей, и в роли потребителей информации. Невозможно стать автором, т.е. выдать в социум некоторые правила организации фрагментов пространства, не владея самим методом, который может быть усвоен лишь путем потребления лучших стереотипных образцов и эталонов, характерных для среды и эпохи. С другой стороны, потребитель (читатель) тоже в чем-то автор, он тоже воссоздает путем творческого прочтения текста, его интерпретации собственные правила и параметры фрагмента пространства, но лишь в своем воображении. В массовом варианте читатели, имея идентичные вкусы, предпочтения формируют «информационные ожидания», т.е. готовность воспринять текст определенным образом. Таким образом, функционирование текста в социуме зависит от попадания или непопадания в сферу «информационных ожиданий». В зависимости от того, какая социальная группа доминирует со своими вкусами, настроениями, предпочтениями, такое место в иерархии занимает и документ, текст которого попадает в унисон доминирующим общественным настроениям.

Доминирование в общественном сознании установок, ценностей, образа жизни, настроений и предпочтений той или иной социальной группы перестраивает социальное пространство и имеет тенденцию к «материальному воплощению» в текстах, авторы которых становятся выразителями данных взглядов. А тексты способны «заразить», побудить массы к действиям, конкретной поведенческой реакции, внедрить соответствующие

умонастроения. Тексты и их авторы становятся символами, концентрируя в себе целостное ощущение духа эпохи, духа времени и приобретают социальную притягательность.

Идеальная сторона информационного пространства «жестко» не фиксируется, а определяет иерархию ценностей в той или иной момент. И эта иерархия не всегда совпадает с системной организацией информационного пространства, что характеризуется рассогласованием между содержанием проблем, муссируемых в общественном сознании, и дисциплинарной организацией знаний, исторически расчлененных на относительно автономные дисциплины и проблемные области. Это приводит к определенному напряжению в обществе, к формированию информационных ожиданий, некоторому информационному кризису, дисбалансу, который разрешается путем производства соответствующих документов.

Чтение текста

Процессы духовного общения между авторским и читательским сознанием опосредованы печатным текстом. Кажущаяся доступность и повседневная очевидность этого объекта приводит обычно к упрощенным, основанным на подмене деятельностного описания процесса, предметным рассмотрением статических состояний отдельных его элементов. В результате чтение понимается как воздействие произведения печати на читателя, в ходе которого определенное в тексте «объективное содержание» переливается в сознание читателя как «из сосуда в сосуд». При этом неявно постулируется однонаправленность данного процесса, однозначность смысла произведения и независимость его от читательского сознания. В редких случаях устанавливается адекватность читательского восприятия исследовательскому истолкованию текста.

Но на самом деле все не так просто. Чтение — сложный процесс, содержанием которого является восприятие значения слова, понимание и интерпретация его смысловых связей, критическое осмысление текста (выявление позиции автора, ее оценка), на основе чего происходит расширение или изменение читательских представлений о мире. Эта научная проблематика разрабатывается психологией чтения. В круг интересов этой науки входит изучение влияния шрифта, размера

букв, способов их соединения, размещения текста на странице и т.д. на распознавание слов, скорость чтения и в конечном счете на уяснение смысла текста. В результате многолетних исследований были обнаружены некоторые факторы, влияющие на восприятие текста. Например:

• начальные буквы слова имеют большее значение для понимания его смысла, чем буквы, стоящие в конце слова и в его середине;

• длина слова — важнейший показатель его грамматической

формы, и, следовательно, значения;

• учет контекста значительно облегчает интерпретацию смысла многозначных слов;

• на характер восприятия слов по-разному влияет правый и левый контекст. Слова слева практически не влияют на характер восприятия неоднозначного термина (понятия). Напротив, слова справа захватываются периферическим зрением и имеют большее значение для его смысловой интерпретации;

• текст состоит из разрозненных кусков. Его элементы следуют один за другим в вариативной последовательности. На восприятие текста воздействует не столько само содержание частей, сколько их монтажная взаимосвязь.

В процессе чтения человек не просто устанавливает смысловые связи между воспринятыми положениями. Он неосознанно объединяет их в смысловые куски. В результате мелкие детали отсеиваются, забываются, а в сознании сохраняются лишь сделанные обобщения. Новая для читателя информация лучше воспринимается, если она заложена в первую фразу абзаца. Хуже, если она завершает абзац. Особенно плохо воспринимается новое, если оно содержится в предложении, находящимся в середине абзаца или в нескольких предложениях.

Восприятию способствуют и предиспозиционные факторы знакомства с текстом. Предиспозиционными факторами являются некоторые характеристики текстов, например, Ф.И.О. автора, название, тематика, оформление, объем материала, шрифт, аннотации и т.п. Эти факторы читатель воспринимает, оценивает еще до начала восприятия текста и они начинают действовать субъективно, настраивать человека на определенную готовность

к дальнейшему восприятию, т.е. формируют соответствующую установку. Установка — это своего рода предвидение, предвосхищение, прогнозирование текста до его непосредственного прочтения. Она управляет восприятием текста, заставляя выделять в тексте те элементы, детали, факты, которые заранее читатель планирует встретить. Установка может быть негибкой, когда читателем прогнозируется один-единственный вариант. Отклонения от него в процессе чтения рассматриваются читателем как недостаток вплоть до полного неприятия текста, блокирования его восприятия. Гибкая установка предполагает выдвижение нескольких вариантов прогноза относительно текста. В процессе чтения читатель их перебирает по степени соответствия. Мысленное «проигрывание» разных вариантов относительно содержания текста делает процесс чтения интересным и захватывающим. Читатель как бы конкурирует с автором в создании читательской модели, что делает чтение творческим.

Таким образом, в процессе чтения содержание не усваивается в первоначально заданном объеме и определенности. В каждом частном случае оно по-разному актуализируется, акцентируются детали, структурные части, наиболее соответствующие потребностям и интересам воспринимающих, способствует проникновению в подтекст сообщения, делает вероятным обнаружение в нем смыслов, не заданных со всей очевидностью источником. Избирательная активность тем выше и продуктивнее, чем совершеннее способности субъекта сфокусировать свое внимание на информации, востребованной конкретными обстоятельствами.

Внеконтекстные образы — это представления, возникающие во время чтения, но не соответствующие тексту. Процесс воссоздания модели текста подменяется процессом конкретизации их личного, внеконтекстного воспоминания. Читающий не хочет проникать в замысел автора, не берет в расчет остальные элементы текста. Происходит выборочное воприятие на базе актуализирующегося подсознания.

Документы имеют объективное содержание, опредмеченное в их текстах, но читающий не пассивно отражает, не слепо копирует его, а активно взаимодействует с ним в процессе восприятия. Осуществляется смысловое взаимодействие между

61участниками такого общения, хотя оно ограничено тремя существенными условиями: во-первых, оно опосредовано текстом — материально закрепленной совокупностью знаков; во-вторых, оно происходит в условиях существенной пространственной и временной разделенности автора и читателя; в-третьих, оно почти всегда вербально.

При этом каждый из них старается изменить смысловое поле другого в соответствии с собственным. Автор делает это в процессе создания текста, а читатель — при восприятии привнося в него собственные прочтения и интерпретации. Читательская деятельность, как и авторская, носит активный, творческий характер, однако в противоположность ей направлена на распредмечивание духовной реальности, опредмеченной автором в тексте.

Давно известно, что один и тот же документ обладает набором различных качеств, проявляющихся в зависимости от социальной позиции, интереса, эрудиции, культуры читателя. В читателе «сосуществуют» различные информационные потребности и интересы, в зависимости от доминирующих в данный момент установок он обладает способностью по-разному воспринимать текст. Более того, поскольку большинство текстов полифункциональны, они могут послужить предметом реализации тех или иных познавательных установок. Читатель с большей или меньшей степенью осознанности отдает себе отчет, с какой целью он обращается к печатному изданию. Даже в тех случаях, когда цель не может быть точно сформулирована, она все же объективно существует. Даже если с точки зрения социальных функций документ не имеет своей основной целью передачу каких-либо знаний, он может стать предметом читательского изучения в самых различных аспектах. Аспект и характер конкретной читательской познавательной установки обусловливают функциональные особенности восприятия текста.

Познавательные установки читателей, стимулирующие их обращение к документам, определяются социальным контекстом деятельности личности и ее ценностно-ролевой структурой. Они бывают глубокими или поверхностными, активными или пассивными, широкими или специализированными, систематическими или фрагментарными, утилитарно-практическими или абстрактно-теоретическими и т.д.

А особенности структуры и формы подачи информации в документах, а также специфика содержания сообщаемых сведений позволяют им в неодинаковой мере и различным образом быть средством реализации тех или иных познавательных функций чтения.

В зависимости от установки читателя выделяются разные виды чтения. Специалисты по-разному их классифицируют. Широко известна, к примеру, классификация видов чтения, предложенная Р. Бамбергером. Он выделяет следующие виды чтения:

1. Беглое чтение. Этот тип чтения связан с умением понять по отдельным словам, предложениям интересен ли материал для читающего.

2. Информационное чтение. Данный тип чтения характерен для читателей газет, руководителей учреждений, просматривающих деловые бумаги, ученых, хорошо информированных в своей области науки.

3. Развлекательное чтение. Этот тип преимущественно проявляется при чтении беллетристики, не содержащей глубокого смысла. Читатель отождествляет себя с героями произведений и переживает описываемые события.

4. Чтение, запечатлевающееся в памяти. Его цель — стремление по возможности точно понять содержание книги и философский смысл, заложенный в ней.

5. Утилитарно-выборочное чтение. При этом из книги выбирается только то, что важно для читающего или нужно ему для какой-либо цели. Этот тип чтения объединяет беглое, критическое и запечатлевающееся в памяти.

6. Аналитическое чтение - чтение с карандашом в руках и листком бумаги, наталкивающее на дальнейшие размышления.

7. Критическое чтение. Данный тип чтения предполагает размышление, оценку, сравнение. Именно он играет большую роль в формировании личности и мировоззрения читателя.

8. Отстраненное чтение — чтение высокоинтеллектуальных поэтических произведений с анализом формы и содержания.

9. Творческое чтение, связанное с активным восприятием и творческим осмыслением прочитанного.

10. Корректорское чтение - чтение по слогам, буквам, улавливая грамматические и стилистические неточности.

63Впроцессе чтения читатель осуществляет оценку текста на:

• лексико-грамматическом уровне - как выбор адекватных выразительных средств для отображения фрагмента реальности, словосочетаний, заключающих в себе образы, воздействующие на эмоциональную сферу;

• информационном уровне — его характеристику с точки зрения научности, правдивости, важности, новизны и т.д., сообразуясь со своим уровнем понимания и компетентности;

• логическом уровне — как проверку текста на последовательность, непротиворечивость, доказательность, наличие органической связи всех частей и законченность каждой, а также текста в целом;

• прагматическом уровне — как достижение соответствия с потребностями читателя, удовлетворение его интереса, получение сведений, имеющих прикладное значение для читателя.

Понимание текста

Цель прочтения текста в конечном счете заключается в его понимании. Понять текст — значит раскодировать его смысл, освоить содержание, пережить то душевное состояние, которое испытывал автор текста в момент его создания. Кроме того, понимание добавляет к тексту еще нечто, что не было изначально заложено автором.

Согласно определениям, данным в словарях, понимание — универсальная операция мышления, связанная с усвоением нового содержания, включением его в систему устоявшихся идей и представлений. Понимание наделяет смыслом объекты социально-культурной и природной реальности и вводит их тем самым в привычный и связный мир человека. Оно всегда обусловлено социально-историческими и культурными предпосылками.

Есть концепция, утверждающая, что понимание есть оценка на основе некоторого образца, стандарта, нормы или принципа. Пониматься может все, для чего существует такой общий образец, начиная с явлений неживой природы и кончая поступками, индивидуальными психическими состояниями и

текстами. Результатом понимания является оценка понимаемого объекта с определенной устоявшейся точки зрения. Истолкование, делающее возможным понимание, представляет собой поиск стандарта оценки и обоснование его приложимости к рассматриваемому конкретному случаю.

В герменевтике — понимание есть работа сознания, направленная на смысл, некоторое идеальное содержание воплощенных в материальных телах явлений культуры. Воплощая эти смыслы, идеальные содержания, становясь их носителями, соответствующие материальные тела приобретают знаково-символьную функцию.

Понимание связано с предметами культуры. В качестве их выступают тексты, воплощенные в них смыслы, знания. В герменевтических теориях XIX в. (Ф. Шлейермахера, В. Дильтея) проблема понимания текста сводилась к проблеме проникновения через текст в душевный мир его автора. Понимать, — считают представители этого направления, — значит сознавать и чувствовать то, что создал и чувствовал пишущий, или другими словами: уподобить свое душевное состояние состоянию пишущего и, так сказать, отождествить себя с автором. Между тем подведение понимания текста под законы понимания другой личности не могут рассматриваться в качестве единственного и даже основного способа понимания текста.

Любой текст решает какую-либо проблему. Обычно под проблемой понимается явно сформулированный вопрос или комплекс вопросов, возникших в ходе познания. Но конкретный анализ проблемных ситуаций показывает, что далеко не каждая проблема сразу же приобретает вид явного вопроса. Не всякое исследование начинается с выдвижения проблемы и кончается ее решением. Нередко бывает так, что проблема формулируется одновременно с решением. Иногда случается даже, что она осознается только через некоторое время после решения. Зачастую поиск проблемы сам вырастает в отдельную проблему, решение которой требует особого таланта.

Проблема в самом общем смысле — это некоторое затруднение, колебание, неопределенность. Требуются действия по устранению этой неопределенности, но далеко не всегда ясно, что именно следует предпринять. Следовательно, чтобы понять текст, нужно увидеть решаемую им проблему. Проблема

есть свернутый замысел (идея) автора, который в тексте реализован, воплощен, развернут, в силу чего проблема — основная смысловая единица, логически «образующая», «организующая» текст. Проблема «задает» структуру, композицию, начало и завершение текста. Проблема и ее решение содержится в одном и том же тексте, но увидеть проблему непросто, ибо проблема и ее решение присутствуют в тексте по-разному. Нередко проблема в тексте присутствует неявно, скрыто, имплицитно, в то время как ее решение (ответ) в тексте наличествует открыто, очевидно. Это затрудняет обнаружение проблемы, а, следовательно, и понимание текста. По причине того, что эта проблема в тексте не содержится «физически» (ее нельзя прочитать), а находится как бы за пределами текста, ее приходится реконструировать в ходе прочтения.

Проблема понимания не возникала бы, если бы язык был устроен наподобие номенклатуры, в которой структурным ее частям однозначно и жестко приписывались значения, т.е. если бы они функционировали только в логических взаимосвязях между собой. В таком случае был бы возможен однозначный, полностью определенный перевод с одного набора значений на другой. Однако языки устроены иначе. Связь слов с внелин-гвистической реальностью осуществляется в них за счет соотнесения некоторых языковых единиц этого мира, так и за счет связей слов внутри единиц с объектами этого мира, так и за счет связей слов внутри языка как целостной системы.

Понимание текста происходит не поэлементно (не пословно), а через специфический механизм, обеспечивающий схватывание общего смысла текста. Это важное обстоятельство позволяет нам понимать речь «с полуслова» и предвосхищать то, что еще не сказано и не напечатано. Это предварительное понимание на уровне образа задает прогнозируемый смысл целого текста, высвечивает угол его рассмотрения и нуждается в подтверждении, осуществляемом логическими способами. Дальнейший анализ частей, фрагментов, структурных единиц текста приводит к достижению более глубокого и полного понимания, основанного на проверке выдвинутых гипотез.

Читатель «понял» автора, если в результате прочтения текста появилась возможность согласования (или преднамеренного рассогласования) их деятельности. Необходимо, чтобы у

автора и читателя возникло бы определенное соответствие их «моделей мира». Первым условием понимания текста является соответствие используемых автором и привычных для читателя знаковых моделей, слов-понятий, ключевых слов, т.е. их тезауруса.

В современных условиях, когда наряду с усилением тенденции интеграции продолжается и дифференциация науки, обычно возникает свой собственный язык для каждой дисциплины и отраслей производства. Сходное положение мы встречаем при чтении текстов, созданных малознакомыми нам культурами, в отдаленные эпохи. У авторов этих текстов, как и у их адресатов, были существенно отличающиеся «модели мира».

Близкие или даже тождественные по лексике термины имеют совершенно разные значения. Обычное использование «обыденных» слов создает иллюзию понимания там, где его на самом деле нет. В текстах, читателями которых могут оказаться представители других отраслей, а тем более других субкультур, такое использование незнакомых аудитории подъязыков заранее исключает адекватное понимание. Поэтому автор всегда должен представлять себе характер и объем словарного запаса потенциальной аудитории.

Еще одно условие понимания текста касается степени соответствия уровня вербализации (словесного воплощения) авторского замысла тому уровню вербализации, который необходим для понимания текста данной аудиторией. Одно из причин недостаточно высокой степени вербализации авторского замысла может быть то, что предмет изложения еще не достаточно оформлен логически, и именно потому не может быть отчетливо выражен словами-понятиями. Хорошо известно, что значительная часть творческих процессов протекает на интуитивном уровне, когда самим субъектом осознается только готовый результат. При изложении новой научной информации наиболее отчетливо обнаруживаются слабые места — либо недостаточная разработанность проблемы, либо просчеты в подготовке новых текстов. Далеко не всегда автор достаточно отчетливо осознает, что в тексте присутствуют элементы интуитивного знания, еще не получившие надлежащего логического основания. Естественно, что читателю трудно, а то и невозможно понять в тексте все то, что не имеет достаточной

степени вербализации. Ведь для этого реципиенту пришлось бы обладать тем же интуитивным знанием, что и автору.

Понимание текста осложняется также феноменом, известным под названием «герменевтический круг». В наиболее отчетливой формулировке он представлен Ф. Шлейермахером: для понимания целого необходимо понять его отдельные части, но для понимания отдельных частей уже необходимо иметь представление о смысле целого». Это парадокс предопределяет необходимость рассматривать понимание как сложный и многоступенчатый процесс, растянутый во времени. На этапе восприятия уже происходит предварительное понимание, пока еще мало-дифференцированное — как «достраивание отдельных частей воображаемыми элементами до некоторой целостности, охватываемой интуитивно. Это предварительное понимание на уровне выдвижения гипотезы задает смысл предмета понимания как целого, высвечивает угол его рассмотрения и нуждается в подтверждении. Дальнейший анализ частей текста приводит к достижению более глубокого и полного понимания, основанного на проверке выдвинутых гипотез, в котором смысл целого подтверждается смыслом частей, а смысл частей смыслом целого. Заключительный этап понимания — так называемый инсайт (озарение) — заключается в мгновенном по времени выявлении существенного смысла текста во взаимосвязи и причинной обусловленности со всей предшествующей информацией.

Таким образом, новая информация, будучи усвоенной, понятой находит свое место в сложившейся ранее системе знаний читателя.

Процесс понимания информации сопровождается эмоциональной реакцией организма, причем, как положительной, так и отрицательной. Логическое строение, соразмерность, четкость, последовательность и законченность текста имеют эстетическую ценность сами по себе и воспринимаются с чувством удовольствия, внутреннего удовлетворения.

Новая информация может встретить и внутреннее психическое сопротивление, непринятие ее личностью. Дело в том, что система взглядов личности базируется на усвоенных ранее знаниях, представляющих некую целостность, систему, где все структурные части взаимно уравновешены. Уравновешенный внутренний баланс создает состояние эмоционального комфорта.

Проникновение новой информации в сознание нередко его нарушает, приводя к разладу с самим собой. Психика человека, работая по принципу гомеостата, защищается от несущей угрозу внутреннему комфорту информации, выдвигая психологический барьер. Поэтому информация может быть не понята не только в силу недостаточной интеллектуальной подготовки, но еще и потому, что личность самостоятельно блокирует понимание, сознательно или подсознательно ограничивая его лишь первоначальным этапом на уровне восприятия.

В значениях слов представлена преобразованная и свернутая в материи языка идеальная форма существования предметного мира, его свойств, связей и отношений, раскрытых совокупной общественной практикой. Но эти выработанные обществом знания, в которых зафиксирован, выкристаллизован коллективный опыт, начинают в сознании индивидов жить особой жизнью. Наряду с общественным, обусловленным практикой значениями в сознании субъекта возникают его собственные сугубо индивидуальные значения, обусловленные личными установками, опытом и конкретными ситуациями. Академик А.Н. Леонтьев предложил назвать эти значения «личностными смыслами». Основная идея вкратце сводится к тому, что объективное и общепринятое значение предмета, явления получает различные проекции в индивидуальном сознании. Иными словами, речь идет о переходе, преобразовании объективного значения в субъективно-индивидуальное. Эта форма инобытия объективного значения и является личностным смыслом.

Любые слова текста могут обладать для автора и читателя различным личностным, ситуационным смыслом, это является препятствием к взаимооднозначному пониманию текста. Причем, смыслы, которые индивид приписывает объектам понимания, он черпает из своего внутреннего мира.

Для процесса понимания особенно важно то, что преобразование значений в личностные смыслы происходит относительно легко и просто. Но обратный процесс — превращение смысла в значение — трудно. Некоторые психологи полагают, что наиболее полная передача личностных смыслов происходит лишь в процессе эстетической коммуникации. Т.е. наиболее эффективны те тексты, у которых эмоциональный настрой автора согласуется с эмоциональным настроем читателя, вызывает у

69него какие-то эмоциональные ассоциации. Безличный характер, придаваемый своим текстам многими учеными, диктуется желанием убрать из них свои личностные смыслы, оставив лишь объективизированные безличные значения. Однако есть немало специалистов, которые сомневаются в том, что таким образом действительно достигается однозначность и точность текстов. Личностный смысл остается почти в любом тексте, несмотря на старания автора. Ведь этот смысл обусловлен отношением автора к любой из упомянутых им теорий, гипотез, концепций.





Рекомендуемые страницы:


Читайте также:



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-10; Просмотров: 512; Нарушение авторского права страницы


lektsia.com 2007 - 2021 год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! (0.028 с.) Главная | Обратная связь